Biolands

      Сегодня сказ пойдёт о том, как Коту и Дорога добывали пропитание для экипажа крейсера «Оркам». А кто из двоих его ведёт – попробуйте сами догадаться. Не всё ж только одно линейное повествование поглощать, надо иногда и разбавить интересным чем-то.       «Один из двух вариантов отпадает уже сразу, так что и загадки у тебя не выйдет, ибо Дорога никогда не начнёт так запись», – скажете вы. Но не спешите с выводами. Эта задачка не так проста. Ответ, если что, будет в следующей записи.       – Уверены, что стоит нас отпускать вдвоём? Я новичок, она вообще маторанка, – спросила Коту, возясь с одолженным у Фуро аппаратом.       – Дорога очень долго выживала в океане в одиночку, – сказала Хикари. – Не бойся, она тебя не даст в обиду.       – Теперь я, конечно же, спокойна, – хмыкнула Коту.       – Да… спасибо, что согласилась провести время с ней, – шепнула Хикари, подойдя ближе.       – Мне-то несложно. А ей каково?       – Прости, не поняла?       – Я понимаю твоё желание вписать её в команду, чтобы она не чувствовала себя лишней – чувствовать себя лишней паршиво, уж я-то знаю – но хочет ли она этого? Она, мне кажется, не очень в восторге от перспективы работать вне привычной ей банды.       – Хватит уже нас так называть. А она просто боится… ей нужны друзья.       – Всем нужны, – легко согласилась Коту. – Да не всем нужен целый корабль, доверху груженый друзьями. Ты её по себе-то не суди. Дорога больше из того типа, каким в узком кругу комфортно. Знала я одну такую же.       – Может, ты и права. Конечно, я не стану её насильно заставлять дружить со всеми… Но всё-таки, мы все тут члены одной команды, нам надо ладить. Спасибо, что понимаешь.       – Да понять-то каждый может, – отмахнулась Коту. – Ох, весёлая же компания меня ожидает. Ну, – Коту покосилась за борт, там, где нетерпеливая голова Дороги показывалась из воды по нескольку раз за минуту. – Если я не пойду сейчас, она там весь океан съест, и нам ничего не достанется.       Хикари протянула ей кулак.       – Ау, как мило, – Коту улыбнулась и ударила его своим. Затем перегнулась через борт и шлёпнулась в воду плашмя. Хикари было испугалась и чуть не бросилась на помощь, но опыт жизни своей среди своих заставил её быстро сообразить – Га-маторанка может нырять настолько неуклюже только в одном случае. Если она намеренно придуривается.       Дорога в последний раз посмотрела на Хикари жалобно. Взгляд отчётливо говорил: «Не оставляй меня наедине с этим». Хикари показала ободряющие пальцы вверх в ответ.

***

      – Ну, расскажешь что-нибудь? – когда гнёт тишины стал совсем невыносимым, Коту попробовала завязать разговор. Безуспешно. – Эй, кажется, у меня что-то с аппаратом… Буль-буль…       Дорога молча, не меняясь в лице, подплыла к Коту, взяла её под мышки и потянула к поверхности.       – Эй, стой. Это шутка была, – сказала Коту сконфуженно.       – А. Ладно, – Дорога всё ещё не изменилась в лице.       – Вот точно с Ко-маторанкой в паре. Улыбнулась бы хоть! Ладно, извини, это было слишком. Не буду навязываться, если не хочешь. Ну хоть скажи, куда ведёшь меня?       – За добычей, – ответила Дорога.       – А мы прямо охотиться будем? Может, есть какие-то съедобные водоросли?       – Есть.       – …Разве это не лучше? – после краткой паузы спросила Коту, понимая, что констатация Дорогой факта ещё не означает, что она изменит планы.       – Если хочешь прокормить одну маторанку – наверное, лучше, – сказала Дорога.       – Ааа, поняла. Эффективность, – пробормотала Коту понуро.       Дорога остановилась и обернулась.       – Эм, Тоа Коту… Может, я это плохо выражаю, но я, если честно, разделяю ваше желание не вредить Рахи зря. И всё же я не совсем понимаю вашу нерешительность… Ведь на вашем острове же ели животную пищу?       – Ели, конечно. Я лично по Таракаве в день съедала, – криво ухмыльнулась Коту. – Ну, на самом деле в основном плоды деревьев, ягоды, грибы ели. Впрочем, бывала на столе и мелкая рыба – по крайней мере, в Га-Коро.       – Ну вот. Мелкая рыба. Крупная рыба – та же самая мелкая, только хватит на всех.       – Логично, – хмыкнула Коту. Против воли на лицо ползла улыбка. Ей всё-таки удалось втянуть нелюдимую маторанку в беседу. Не то чтобы это была только её заслуга; надо думать, прежде всего сделало Дорогу более открытой время в обществе Хикари.       – Я, правда, в жизни не ела фруктов, – вдруг добавила Дорога.       – Правда? Это ты зря, многое упустила, – Коту тут же пожалела о своём быстром языке.       – В следующий раз учту и не стану рождаться на острове, где нет съедобных растений, – буркнула маторанка.       – Пред мёртвым ликом Мата Нуи прошу у тебя прощения за то, что жила в достатке, – процедила Коту. И пожалела об остроте своего языка ещё сильнее. Потому что Дорога обернулась к ней с… ладно бы со злостью. С ужасом в глазах.       – Я-я-я н-не-н-не-не хо-хо-те-ла, – просипела она, точно заедающий трескучий динамик. Не знающему Дорогу могло показаться, что это и не нервы маторанки вовсе, а просто речевой аппарат барахлит.       – Не хотела чего? – выдавила Коту, всё ещё не вполне понимая.       – ...Злить вас, – еле слышно, точно умирающая, сказала Се-маторанка.       У Коту был опыт общения с тихими и застенчивыми маторанками, и она знала, какая агрессия в них может скрываться. В тихом омуте полно рыб Макута, – как бы она ни относилась к Тураге Нокаме, а выражалась та, нельзя не признать, метко. Но недавно испечённая Тоа Воды до самого дня, когда Дорога появилась на «Оркаме», не встречала маторанки, затравленной настолько, что небольшая язвительность в её адрес становилась причиной вот такой реакции.       – Прости. Я думала, это я тебя разозлила, думала, ты решила, что я хвастаюсь тем, что жила в достатке…       – Ну, – сказала Дорога без выражения, смотря в сторону.       – Что? – спросила Коту очень осторожно, теперь уже очень боясь напугать маторанку ещё сильнее. – Слушай… я знаю, что я не Хикари, но я ведь и не Нирета. Я не стану…       – Так и было, – выдавила Дорога очень тихо. Коту моргнула, в очередной раз теряя нить разговора, ей же и начатого. – Ну, в смысле, я… правда разозлилась. …З-зависть. Но… это я виновата. Мне стоило держать это при себе… правда… простите, Тоа Коту… хотя какое тут…       – Всё в порядке. Я серьёзно, – Коту было немного трудно говорить. Она подавила порыв обнять Дорогу. Та, наверное, не поймёт. Хикари, ты святая. Я обещаю тебе вернуть её в сохранности. Собственную маску сложу, но Дороге пропасть не дам. – Знаешь, ты… Раз уж я рассказала что-то про свой дом… тоже можешь рассказать что-нибудь. Если хочешь.       — Не хочу, — сказала Дорога.       — Тоже хорошо! — Коту улыбнулась. — Ты знаешь... Думай что хочешь про свою вину, которой, кстати, хоть и пытаться тебя убедить не буду, но её и не было особо, но... Я тоже перед тобой виновата, Дорога.       — Неправда! — выпалила маторанка чуть ли не рефлекторно. — ...В чём?       — Да знаешь... Я всё у себя в голове сравнивала тебя с одной знакомой, которую терпеть не могу. Э, её нет на корабле, долго объяснять... В общем, сейчас-то я поняла, что мы с тобой похожи гораздо сильнее, чем ты думаешь. Я... была бы рада, если бы смогла однажды назвать тебя своим другом, Дорога. Давай... на ты хотя бы, а?       Дорога никак не отреагировала, лишь продолжила плыть вперёд. Коту успела уже и испугаться, не сказала ли лишнего, и сама обидеться. Но всего пол-кио пути спустя маторанка пробубнила своим обычным тоном:       — Та твоя знакомая... ты про Тоа Хали?       — Знаешь, мне приятно, что ты приняла моё предложение, но ты могла бы хоть как-то обозначить.       — Простите... не подумала... точнее, не была уверена, как лучше...       — Ты хотела сказать "прости"... а, ладно, детали. Как ты узнала насчёт Хали?       Тут Дорога потрясла Коту ещё сильнее. Она хихикнула.       — Ну... просто, эм, подумала, что будет, если я скажу, что вот просто догадалась по наитию... — объяснила она, видя растерянность Коту, смущённо, но (чудо!) без страха. — На самом деле, мне просто Хикари рассказывала. Она... дружит с одним из Тоа Мари, — тон маторанки слегка сбился. Кажется, она поджала губы.       — Поняла... Знаешь, Дорога, совет на будущее. Шутка смешнее выходит, если её всё-таки сказать, а не у себя в голове придумать и одной смеяться.       Дорога, хоть и явно пыталась, не смогла удержаться от ещё одного смешка. Коту смотрела на неё и не переставала диву даваться. У них на самом деле налаживался контакт! Хикари будет вне себя. От радости, а может, и не только. Впрочем, к чёрту Хикари. Я сама по себе рада.       — Привычка... — призналась Дорога с досадой. — Редко когда было кому рассказать шутку, кроме как себе. Тоа Коту, а вы не... — вдруг глаза маторанки вспыхнули чем-то. — Э, я хотела сказать: Коту, ты ведь хорошо умеешь шутить, да? Потренируй меня!       — Знаешь, я всё жду, когда у тебя закончатся способы меня удивить, — сказала Коту ровным голосом. — Хочешь подбодрить Хикари, угадала? — по забегавшим глазам смутившейся Дороги Коту поняла, что вопрос был бессмысленным. — Ну, слушай внимательно и запоминай. Тук-тук!..       — Эм... я не имела в виду прямо сейчас... мы же на охоте.       — Хорошо, зайду позже, — хмыкнула Коту. — Кстати, об охоте. Мы уже сколько плывём... где рыба-то?       — Думаю... режим Калмаха её распугал из этих вод, — призналась Дорога. — Придётся, наверное, подальше заплыть.       — Поняла... А это разве не значит, что придётся заплыть на территорию других Барраки?       Дорога замерла.       — Эй, это ведь всё равно неизбежно, раз "Оркам" взял курс дальше в океан, — подбодрила её Коту. — Нам всего лишь нужно... Ох, кости Макуты. Может, всё-таки водоросли пособираем, а?       Дорога вздохнула.       — Давай так. Если найдём гигантскую съедобную водоросль раньше, чем крупную рыбу — на этом и остановимся.       Коту прыснула. Дорога тоже хихикнула. Тут Коту не выдержала и расхохоталась.       — Тихо ты... мы на охоте... — проворчала маторанка.       — Да-да... сейчас... — выдавила Коту, продолжая хихикать. Её рука неосознанно потянулась к глазам, смахнуть влагу, но потом она вспомнила, что они под водой, а океан ладонью не смахнёшь. Она не стала объяснять Дороге истинную причину своего смеха и своих слёз.       Хикари поняла это сразу. Едва впервые встретила Дорогу, даже не заговорив ещё с ней. Даже не поняла, а просто почувствовала, как отчаянно нуждалась маторанка в толике обычной искренности, бескорыстного добра, коих отроду не встречала, так что даже попервой не понимала, как на них реагировать, и только сильнее пугалась... Коту смеялась, потому что была искренне рада поделиться с этим цветком толикой и своего света тоже, и цветок этот ответил ей и отважился может и только слегка, но распуститься навстречу...       Хотя Коту радовалась искренне, к радости всё же были примешаны слёзы. Потому что это всё-таки был цветок Хикари. Не её цветок. И я тоже, я тоже не была её цветком... Как бы я ни сожалела, а этого тоже не изменишь. Коту... была всегда так рада делиться светом с каждым встречным цветком. Но каждый раз к радости цеплялись слёзы.       Ей бы не помешал свой цветок.

***

      Очередь быть бомбардированной чередой потрясений не всю вылазку оставалась за Коту. Дошла и до Дороги, причём по ней вдарив гораздо сильнее.       Это началось вскоре после того, как двое наконец выследили подходящую добычу. Коту, не долго думая, хотела махнуть оружием, чтобы поток воды направил Рахи к ним, но Дорога поймала её за руку, останавливая.       — Мы здесь не одни, — одними губами сообщила она. — Кто-то ещё охотится за этой рыбой. Я не знаю, кто это может быть.       Коту знала, что благоразумным в данной ситуации будет довериться инстинктам много лет выживавшей в океане в одиночку маторанки. Напарницы затаились и стали наблюдать.       Охотник-конкурент не заставил своих тайных зрителей долго ждать появления на сцене. Его четыре ноги с мощью загребали воду, направляя его к рыбе. Были ещё две руки, сжимавшие громоздкое древковое оружие с тремя наконечниками, образующими вместе с рукоятью форму креста.       Дорога сдавленно булькнула.       — Знакомый? — шепнула Коту.       — Н-нет... показалось... — присмотревшись, Дорога покачала головой. Она вдруг очень помрачнела, Коту даже чуть отстранилась.       Что её так разозлило? Нет, погодите, она не злится... она... скорбит?       Понимая, что спрашивать совсем не время, Коту продолжила наблюдать на незнакомцем.       Фигура была крупная, даже могла показаться громоздкой... Но всё же обладала изяществом. Женская, поняла Коту. Хотя и не встречала никогда таких четырёхногих существ. Коту подумала, что вот сейчас эта кажущаяся неуклюжесть растворится, когда незнакомка вот-вот одним могучим, но точным ударом сразит добычу...       Четырёхногая ожиданий тайных зрителей не оправдала. Рахи легко ушёл от её нелепого замаха. Ещё несколько отчаянных, даже жалких взмахов крестообразного оружия ушли в никуда. Коту разглядела выражение лица горе-охотницы. Печально-вытянутое, оно говорило: "ну вот, опять".       — Что она делает!? — зашипела Дорога. — Не могу смотреть! — и стремительно (Коту совсем никак не успела отреагировать) вырвалась вперёд.       Раз и два. Пара резких выпадов — и Рахи был повержен. Нет, уже первый удар убил его, поняла Коту через пару секунд. Второй, нанесённый сверху, нужен был для того, чтобы туша не пошла к поверхности.       — Спасибо, — пролепетала четырёхногая. Голос, поначалу могло показаться, совсем не вязался с её грозным видом, но тех, кто видел её в действии, он никак не мог удивить. Удивил бы скорее голос, подходящий к грозному виду. — ...Дорога, верно?       — Ты безнадёжна, — заявив первое, что пришло ей на ум в ответ на благодарность за помощь, Дорога даже не успела удивиться тому, что её назвали по имени. Сложно отвечать на первый удар, когда сразу за ним следует второй.       — Да, Сиян тоже так всегда говорит, — четырёхногая улыбнулась невинно.       — Буль!? Буль-буль... — Дорога этой, казалось бы ничего не значащей, фразой была ошарашена настолько, что насовсем позабыла родной маторанский.       Коту, хоть и категорически не понимала, что происходит, решила, что надо плыть на подмогу. Вблизи она смогла разобрать цвет брони четырёхногой. Нежно-бурый с серым. Она была миловидной. Для монстра.       — Простите, мы знакомы? — по наитию, живущему в сердце почти каждого Тоа, она загородила собой Дорогу, всё ещё нечленораздельно булькающую.       — О, простите, — четырёхногая смутилась. — Не хотела произвести впечатление грубиянки... Я вас знаю, а вы меня нет, мне надо было начать с того, чтобы самой представиться... Меня зовут Куриш, надеюсь, мы поладим.       Коту это имя ничего не говорило, конечно, равно как и имя "Сиян", но она того и ожидала. Другое дело, что представительница явно дикого племени разговаривала с таким официозом. Хотя потрясениями нынче бомбардировало Дорогу, шальной осколок гранаты долетел и до Коту.       — И... откуда ты знаешь нас? — очень настороженно поинтересовалась Тоа Воды.       — О, насчёт этого... Это наш начальник. Мы с Дорогой могли бы быть коллегами, если бы он как-то не... Ну, это уже давно вода утёкшая. Не знаю, может, не стоит об этом говорить сейчас, когда Сиян уже на вашем корабле с посланием, но он хотел бы с вами встретиться.       — Чего, — выдавила Коту. Затем схватила Дорогу (та от последней реплики Куриш ещё сильнее забулькала) за руку и попятилась.       — О, вы спешите, понимаю, простите, не хотела задерживать... Эй, а добыча ваша как же?..       — Оставь себе! — бросила Коту, торопясь прочь.       — Н-но... но как же... я не могу... она ваша... А, ну... ладно... — промямлила Куриш вслед уплывающим. — ...Надеюсь, ещё увидимся! Приятно было...       Это было последнее, что в тот день слышали от новой знакомой Коту и Дорога, со всех конечностей гребущие к "Оркаму".       — Эй, Дорога, — Коту, продолжая загребать воду широкими охапками, бросила взгляд на сегодняшнюю напарницу. — Дорога, ты с нами? — та, хоть и работала конечностями по-честному, явно не была "с ними". — Земля... то есть, вода — Дороге, приём!?       — Буль, — вот всё, что ответила Дорога. Глаза — чистое стекло.       — Что это за Куриш? О какой Сиян она говорила? Она сказала... Сиян уже на нашем... откуда они знают нас, что им нужно!?       Секундой позже Коту почувствовала вину за то, что так завалила вопросами такую же растерянную, как и она сама, маторанку. Дорога, впрочем, понемногу приходила в себя. Даже смогла сказать что-то членораздельное на подходе к "Оркаму".       — Куриш... её я впервые вижу... но Сиян... нет, я ослышалась, точно ослышалась...       — Не ослышалась. Я слышала то же имя. Кто она?       — Нет, нет... Её не должно здесь быть... Её не может здесь быть...       Коту открыла уже рот, но затем решила его всё-таки не использовать. Пускай уж Дорога переварит шок, а потом расскажет уже всем сразу. Если в этом ещё будет нужда, и это не экипаж "Оркама" первый расскажет Коту о Сиян.       А как оно вышло, читайте в следующем разделе. Передаю перо своей сестре по преступлениям.