Из школы в князи.

      Всё вокруг странно искажалось. Горизонт искривился «живой линией», дерево, которое, как казалось, находилось справа, теперь отплыло влево. Я пыталась вытянуть руку вперёд, но не увидела её перед собой, она была правее, чем при нормальном зрении и таком же положении. Виделся эффект виньетки. Голова не болела, я только потеряла ориентацию в пространстве на несколько секунд. Дима, кажется, испытывал то же. Внезапно всё выровнялось, круги и блёстки исчезли. Всё видимое стало очень тёмным, еле видимым, но различимым. Я повернулась к Диме. Он и правда держался за дерево.       — У тебя тоже сейчас так было? — спросил он.       — Как… «Так»?       — Ну… Вот так — он хаотично помахал руками.       Я кивнула, не понимая, почему настолько темно.       — Да. Ты что-то принимал?       — Мне сейчас смеяться или что? Твои шуточки это...       — Я тоже не пью. У тебя тоже чернота вокруг?       — Угу. Только ты как будто светишься.       — То же самое. И что это за… Галлюцинации?       Дима насторожился и прищурился. Он всмотрелся вдаль, на что-то за мной.       — Что там? — я резко обернулась.       — Смотри: там ещё что-то выделяется. — на его лице отразились одновременно радость, страх и сомнение. — Вон, две точки рядом.       — Где? А! Так какие же это точки!       — А что?..       — Это два человека! Ты давно зрение проверял? Быстрее, а то уйдут!       — А-а… Почему именно они светятся, а все другие — нет? Тут же ещё куча народу было…       — Ай, плевать! Всё равно нам туда… По пути, так сказать!       — Да почему я опять в какой-то... Тьфу-ты!..       Мы устремились к двум фигуркам около школы. К нашему удивлению это оказались мой сосед по парте и моя подруга — Саша Синников и Вика Петрова. У них кажется, тоже случился такой приступ, потому что они неловко озирались и пытались понять что к чему. Увидев нас и наше состояние (мы тоже выглядели, будто нас постирали старомодным способом), быстро сообразили, что они не одни «с помехой».       — Что происходит? — Вика не столько волновалась, сколько сомневалась в реальности происходящего.       — Знать бы ещё…       — А-а чт-о-о… — До Саши, видимо, только сейчас дошло, что у него в глазах потемнело.       — Включайся, тормоз! Мы хором глючим, кажется! — я трясла его за плечи, уже привыкнув возвращать его к реальности.       — А… Всмы-ыс… Ле?       — Тресните его, кто-нибудь!       — Не надо! Меня трескать не надо! — он наконец вышел из прострации.       — Во, включился. Всегда работает.       — Так, погодите, серьёзно, мы что, поехали что-ли? На галлюцинации не похоже, тем более мы не могли получить её вчетвером, потому что если… — Дима снова завёл шарманку. Всё-таки мы отличаемся тем, что он задумчиво разглагольствует и рассуждает вслух, разглашая свой ход мыслей всем вокруг, продумывая каждую деталь тщательнее, чем в отделе полиции, причём медленно, а я быстро думаю на несколько шагов вперёд, действую наверняка и по плану, в которого никого не посвятила. Он — неспешный теоретик, а я — порывистый практик, но тем не менее мысли у нас сходятся.       — Смотрите! — я провела рукой вокруг. — Это как понимать?!       Всё вокруг застыло. Голубь около дерева, машина, подъезжающая к пешеходному переходу, ребята вокруг, учительница, выходящая из здания школы.       — Чего-о? — протянул Саша.       — Класс. Подведём итоги: у нас всем коллективом что-то с мозгами или зрением. Или и то, и другое. Что делать будем?       — Думаю, ничего. Стоит или оставаться на месте, или идти домой как ни в чём не бывало. Вдруг мы видим всех в паузе, а они нас по-нормальному?       — Такой же бред, как и всё происходящее. В жизни не поверила бы в такую версию, будь реальнее! Хотя в эти чудеса я бы тоже в жизни не поверила...       — Да ты вообще скептик, твоё "не поверила бы" тут не считается! — Саша попытался участвовать в оценке ситуации.       — Нашёлся умник. Помалкивай лучше и не говори ерунды.       — Ладно, молчу...       — А почему так темно?.. — Вика снова подала голос.       И правда, пока мы разговаривали, вокруг осталась только сплошная темнота, передвигаться можно было только на ощупь. Я попыталась сделать шаг, но не почувствовала снега под сапогом. Не почувствовала ничего. Только пустота, на которой я и стояла. Чёрная, не отражающая ничего пустота.       — А вот сейчас не поняла...       — Что слу-...       Саша тоже шагнул ко мне и тоже остановился в смятении. Я подпрыгнула. Звука мой прыжок не издал. Я топнула ногой. Снова тишина.       — Да что, чёрт возьми, происходит?       — Как-то странно ты сказала, Мир, голос спокойный, а смысл фразы...       — Какая разница?       — Никакой, просто снова удивляюсь тому, как ты противоречишь самой себе...       Вдруг и эта чернота под ногами пропала и мы... Полетели вниз.       — ЧТО?!       — Да я сам не понимаю!!       Саша, потеряв дар речи от удивления, беспомощно махал руками, вылупив глаза вниз.       — В каком смысле? Это как!? Мы падаем!? Мы же разобьёмся! — Вика тоже отчаянно переворачивалась в воздухе.       — Стоп, спокойно. Успокоились, — я пыталась не паниковать, но получалось не особо хорошо, поэтому даже фразы, которые я хотела сказать ровным и холодным тоном звучали немного дрожащим голосом.       Дима и Вика перестали болтаться и выровнялись, обратив лицо ко мне. Я молчала. Сказать было просто нечего. А что же, дорогой читатель, сказал бы ты? "Давайте подождём"? "Может, это сон?" Я хотела сделать банальную попытку их успокоить, но никаких оснований для спокойствия никто не наблюдал.       Оптимистично думал, разве что, Саша; ему думать приходилось редко, так что все обстоятельства и риски он переварить был не в состоянии, да, видимо, и не пытался. Он просто бессмысленно болтался в воздухе как ниточка, обдуваемая ветром.       — Так, мы висим...       — Летим, — поправил меня Дима.       — Я еще начать не начала, не закончила я еще точно. Не перебивай. Так вот, мы летим непонятно где, непонятно как, и, главное, непонятно куда. Зато домашку нам делать ближайший час не придётся, это точно. Кто там ныл, что про обществу много учить?       — Спасибо, умеешь подбодрить.       — Де не за что, у меня всегда хорошо получалось. На чём я остановилась? А, вот. Думаю, лучше держаться вместе, что бы на случай чего не остаться одним...       Просияла яркая вспышка снизу. Ослепительный свет ударил в глаза.