Похищение ветра

- Я дома! - громко кричит Вольга, заходя в квартиру. Наконец-то! Можно полежать в постели и просто расслабиться! Не думать о том, что каждую минуту можно опозориться снова! Снова и снова! Дедуля мгновенно выпрыгивает из его рук и, превратившись в человечка, целует паркет, почти плача от облегчения. Бедняга.  - Не переживай, ректор сказал, что тебя нельзя больше брать, - успокаивающе произносит Вольга, - Тебе не придётся больше так нервничать.  - Отрадно слышать! - бурчит себе под нос дедуля и идёт обнимать стену.  У него плохо получается с его-то ручками, но он пытается.  Не успокоится теперь, пока не облазит каждый угол.  На голос Вольги с кухни прибегают бабушка и тётушка. Они так быстро мчатся, что врезаются друг в друга.  Бабуля вроде как должна жить у родителей в доме и помогать им. Но они с дедулей прочно обосновались в квартире Вольги и уходить явно не собираются.  - Как прошёл первый день?! Ну как?! Как?! - наперебой пытаются докричаться до него кикиморы.  - Как-как?! - внезапно вспоминает все свои горести Вольга и злится. А потом до него доходит, что на торжественной линейке на экране светилось «бабуля», и он сердится ещё сильнее. - Ты зачем мне звонила? Прямо на торжественной линейке? - обрушивает свой гнев на бабушку Вольга, - Меня чуть не исключили! Да и песня была какая-то странная… Про мужа что-то. А у меня его нет!  - Так я переживала, так я не знала… Если переживают, то звонят? - мгновенно сжимается опечаленная бабуля в совсем крошечный комок. Вольга при виде этой картины мгновенно сдувается. Его гнев резко сходит на «нет». - Нормальная песня. Это прям тренд сейчас. Модно, - авторитетно заявляет тётушка, - А муж - дело наживное. Может, найдёшь ещё, и пылинки с тебя он сдувать будет… А про звук - моё упущение. Научу тебя отключать. И никаких проблем больше не будет! - Ладно, тут я тоже виноват! - машет рукой Вольга, почти успокаиваясь, - Но почему вы меня так странно одели? Все на меня глядели, будто я реально Жар-птица! Один даже так и назвал! Остальные не так выглядели! Я видел чёрный низ и белый верх! Никак не цветное!  - Ты слышала! - пихает бабуля в бок тётушку, - Чёрный низ и белый вверх!  - Ничего не знаю! - упирает руки в бока тётушка, - Одела по-модному. Но если хотите чёрный низ и белый верх, то устрою! Всё сделаю по высшему разряду! - Уже страшно! - едва слышно бормочет Вольга и решает больше не разбираться.  Что случилось, то случилось.  Могло быть и хуже. Он встретил своего будущего друга, в конце концов!  Вольга идет в свою спальню и находу стаскивает свитшот, чтобы бросить его на кровать. Вольга тяжело вздыхает. Жаль свитшот. Удобный был. Ворот весь в крови и подран… - Я зашью всё. Будет, как новенький, - будто слышит его мысли бабушка, придирчиво оглядывая голубую ткань, а потом куда-то свитшот утаскивает. Вольга переодевается в привычные светлые рубашку и штаны. Свободные, льняные… И с блаженным стоном растягивается на кровати.  Вскоре матрас прогибается. В его ногах устраивается крупный кот, а на соседние подушки с разных сторон к нему ползут бабуля и тётушка. С балкона к Вольге скачет Толя. Явно чувствует вину за то, что позволил подобраться так близко отцовскому шпиону... Они все будто чувствуют, что Вольге нужна поддержка после волнительного дня. - Что, совсем всё плохо, Волюшка? - через минуту осторожно спрашивает бабуля, - Не подружился ни с кем?  - Да нет, подружился, кажется… Вернее, нашёл себе будущего друга, - лицо Вольги немного светлеет, - Илья зовут. - Хороший мальчик? - с интересом спрашивает бабушка. - Ага, - Вольга улыбается, - Спокойный такой. То, что мне нужно. Я, кажется, очень подозрительно и глупо себя вел, но он не сильно на меня злился. Смеялся даже, когда я ему нос разбил… Это странно, конечно. Но кто там знает, что именно его там рассмешило? Если бы Вольга читал мысли Ильи, может, он бы его понял.  - И он надёжный, - подумав, добавляет Вольга, - Бросился меня ловить, когда я за ним из окна прыгнул. И даже поймал. Вольга говорит об Илье почти с гордостью. Будто надежность Ильи - его личная заслуга. Кикиморы многозначительно переглядываются, пока Вольга не видит. - Симпатичный он мальчик, этот Илья? - абсолютно невинно спрашивает тётушка. Вольга колеблется, а потом говорит неуверенно: - Я не видел полностью лица. Не нем была маска. Но думаю - очень симпатичный. У него добрые глаза, которые смеются сами по себе, даже без улыбки. А ещё - милые волосы. Кудрявые такие! Бабуля и тётушка снова незаметно переглядываются. - Тебе нельзя упускать его. Надо ковать железо, пока горячо, - авторитетно заявляет тётушка.  - Да знаю я! - отмахивается от неё Вольга, - Завтра сделаю всё, чтобы найти его. Закреплю всё, что было достигнуто за сегодня.  - А если не получится, всегда есть приворотное зелье, - радостно добавляет бабуля. - Нет, я хочу нормальную дружбу. Искреннюю, - не ведётся на уловки бабули Вольга.  - Ну и дурак, - хмыкает бабушка, - Метод-то железный. Ну да… Вот только колдовство не вечно. И извращает сознание. Илья просто перестанет быть Ильей, что, по сути, ужасно. - Кстати, а что такое «гей»? - внезапно вспоминает разговор с двумя одногруппницами Вольга.  Остальные незнакомые слова он благополучно забывает. Слишком сложные.  Кикиморы переглядываются с таким демоническим огнём в глазах, что даже Вольга, не смотревший на них, замечает.  - Это что-то плохое, да? - тяжело вздыхает он.  - Да нет… Нормальное слово, - щебечет радостно тётушка, - Гей - это мужчина, который предпочитает мужчин. Ну, любит, в смысле. Как дядя Святобор любит дядю Костю.  О, это действительно нормальное слово!  У дяди Святобора и дяди Кости замечательные отношения. Они действительно без ума друг от друга! Вот только почему те девчонки задали ему этот вопрос? Хотя, может, у людей так принято? Сразу обозначать свои предпочтения? Чтобы потом не разочаровываться? О, это разумно, на самом деле. Надо этот людской обычай запомнить.  *** На следующий день Вольга собирается в институт к одиннадцати утра, а над ним кудахчут кикиморы. - Я не хочу снова надевать джинсы! - обессилено стонет Вольга. Новые джинсы, которые предложила ему тётушка, ещё хуже предыдущих. Они - словно вторая кожа. Стягивают везде. И снова с дырами на коленях.  Зря Вольга показал бабуле и тётушке подарок Ильи. Пластыри с разноцветными машинками вызвали у них почти эйфорию. Они плясали, хныкали и даже рыдали, увидев их. - Это так очаровательно! - хлопала в ладоши бабуля. - Так романтично! - вторила ей тётушка. Вместе с бабулей она решила, что Илья должен обязательно увидеть свой подарок на Вольге. Мол, нужно показать ему, что Вольга оценил его старания.  Поэтому пластыри в обязательном порядке были наклеены на колени Вольги. - Он умрет, - показала большой палец тётушка, - Колени - отпад. Вольга решил не спорить. В пластырях он не видел нечего плохого.  Как оказалось, напрасно. - Не ной. Бог терпел и нам велел, - протягивает чернобожьи джинсы тётушка Вольге, - Ты сам просил чёрный низ. Смотри, они чёрные! И тут такие большие дыры… Илья твой точно голову потеряет. И больше не отыщет её никогда. Да не хочет Вольга, чтобы Илья голову терял! Ему он нравится в трезвом рассудке!  Но тётушка не обманула. Действительно предоставила ему чёрный низ и белый верх.  Помимо джинсов, на Вольгу напялили белую майку с тонкими бретелями.  - Сексуально, - поиграла бровями тётушка, - То бишь привлекательно очень. Сексуально - не сексуально, но вроде удобно. Майка - одежда привычная.  Чтобы Илья не заметил отсутствие царапин на плечах, поверх накинули полупрозрачную, голубую рубашку. Снова под цвет глаз. Рубашка длинная такая - прикрывает и чуть спадает волнами. Словно мягкое облако. В тон рубашке подобрали шопер. А на ноги Вольге кикиморы натянули белые сапоги на рифленой подошве.  - Чтобы ноги казались бесконечными, - прослезившись, бормочет бабушка.  Волосы решили не прятать. Просто собрали в очень тугой узел на затылке. В панамках жарко очень… Довершили картину клипсы с голубыми камешками на ушах. И серебряная цепочка на шее с таким же камнем.  - Последний штрих, - бормочет тётушка, потирая лапки, когда Вольга уже собирается выходить, - Выделим тебе хайлайтером твои прекрасные ключицы и скулы. Чтобы сияли, как у вурдалака в «Сумерках»! Вольга хмурится. Он не хочет сиять, как какой-то вурдалак! Но его не спрашивают. Проводят по лицу и груди какой-то кистью, а он потом чихает полчаса…  Страшная зараза! Нос очень сильно после неё чешется. Но тётя вроде довольна.  - Держи, это плампер. Мазь человеческая, - Вольга уже на лестничной площадке, когда тётушка вкладывает ему в руки небольшой, стеклянный флакончик, - Раскроешь флакон, намажешь мазь на губы, и Илья твой никуда от тебя не денется. До гроба твой будет. Без всякой магии. Обещаю тебе.  До гроба - звучит жутко. Да и не верится, что мазь какая-то поможет получить друга.  Но можно и попробовать, верно?  *** У Вольги остаётся пятнадцать минут до пары. Это какое-то КСЕ. Как загуглила тётушка, это комплекс естественных наук. Там есть физика, в том числе. Вольге заранее страшно.  Он так волнуется, что чуть не забывает показать паспорт женщине на проходной (студенческие им никто, разумеется, не выдал) и даже не замечает, что на него снова пялятся, открыв рты.  Только увидев зеркало рядом с синими диванами, Вольга вспоминает, что ему нужно было намазать губы этим волшебным плампером, чтобы Илья стал его другом.  Вольга несколько минут колеблется, стоит ли делать это сейчас, но потом думает, что после пары он, вообще, обо всём может забыть… И останавливается у зеркала, чтобы раскрыть флакон.  Плампер оказывается той ещё заразой. Липкий до отвращения. И жидкий какой-то. Вообще, не мазь.  Вольга случайно капает им на руку и думает, что ни черта он её потом не отмоет.  Но Вольга упорно мажет себе на губы толстый слой этого плампера. Фу, какой он молочно-розовый… Мерзкий. - Как тебя твой папик-то в таком виде отпустил? - раздаётся рядом ехидное, - Я бы не рискнул. Своеобразная, мягкая кисть, которой мажет губы Вольга, ползёт вниз. Липкий теперь и подбородок.  Уродство. Вольга скашивает злобно взгляд. Рядом, вальяжно опираясь на стену плечом, стоит Егор в клетчатом пиджаке. Его светлые волосы задорно торчат, будто у ежика. Что он с ними сделал?  Снова какая-то непонятная мода?  - Отвали! - вяло и зло рявкает на него Вольга.  Реально не до него сейчас. Эта розовая собака некрасиво растекается по подбородку. Вольга вытирает её пальцами. Теперь липкие и они. Егор как-то боязливо пятится, когда Вольга внезапно вспоминает, что так-то Егор - друг Ильи. И терять с ним связь - совсем нежелательно.  - Нет, подожди, я передумал, - бормочет недовольно Вольга, - Можешь постоять тут.  - О, да ты ходячее клише. Семь пятниц на неделе, - хмыкает в ответ Егор, - Реально капризная, сахарная детка.  - Чего? - весьма агрессивно шипит Вольга. Это какие-то претензии? Или что?  Он яростно наносит ещё один слой плампера.  - Ничего-ничего! - поднимает руки Егор, сдаваясь, - Зря разинул рот. Виноват! Каюсь-каюсь!  Сразу бы так. Ему лучше молчать. Особенно, когда Вольга занимается этим неблагодарным делом.  - Как Илья? - Вольга с беспокойством вспоминает, что у Ильи из носа шла кровь, - Я не сломал ему нос?  Егор как-то очень нервно хихикает.  - Поверить не могу, что ты разбил Илье нос, - бормочет он слабо, - Это Илье-то!  В смысле?  - Так разбил или сломал? - пытается быть терпеливым Вольга, - Это важно.  - Да неужели? - вскидывает брови Егор, - А ты хотел бы сломать?  Чего?! Он прекратит говорить иносказательно? Или он издевается? - Так, - резко разворачивается к Егору Вольга, - Если ты сейчас не скажешь прямо, то этот флакон отправится прямо в… - Ой, только не в жопу! - отпрыгивает от него поспешно Егор. И как-то напрягается.  Что? В какую жопу?  Что за странные фантазии?  Вольга просто хотел сказать: - Этот флакон отправится прямо в тебя!  Он просто хотел кинуть этот плампер в Егора! - С Ильей всё в порядке, - Илья возникает рядом с Егором абсолютно неожиданно.  Он снова в маске. И снова в толстовке и черных, свободных штанах. Только вместо сумки у него теперь рюкзак.  Разумеется, всё чёрное.  - Ему нос разбили, а не сломали, - пожимает плечами Илья, - Чего так орёте? Вас со двора слышно.  - О, привет! - радостно лепечет Вольга, забывая про плампер, - Я наклеил твой подарок себе на колени. Нравится? Я сделал это специально для тебя.  Взгляды Егора и Ильи синхронно ползут к его коленям. Илья, кажется, теряет дар речи, а Егор издаёт какой-то странный, задушенный звук и отворачивается.  Идиот какой-то.  - Ну как? - повторяет Вольга, мрачнея. Тётушка снова ошиблась, да?  - Это… Это очень мило, - наконец, собирается с мыслями Илья, - Мне нравится.  Вольга мгновенно широко улыбается. Почти сияет.  По тому, как щурится Илья, Вольга понимает, что ему улыбаются в ответ. На душе становится тепло-тепло. Надо будет поблагодарить тётушку… Но радость Вольги не длится долго. Он вдруг замечает, что рукава толстовки Ильи закатаны, и на его коже явственно проступают царапины, оставленные дедулей.  Вольга чувствует угрызения совести.  А потом он замечает ещё кое-что. На предплечьях и на ладонях Ильи явственно проступают вены. Выпуклые такие. Рельефные. Будто напряженные. У Вольги таких нет.  Но вид их почему-то ему нравится.  - У тебя такие выпуклые вены. Красиво, - указывает на его руки Вольга.  Илья почему-то покашливает и натягивает рукава своей толстовки почти до самых кончиков пальцев. Чего это он? - А знаешь, где ещё у Ильи очень красивые, выпуклые, напряженные вены? - внезапно нарушает неловкую паузу Егор.  - Где? - с жадным интересом переспрашивает Вольга.  Егор ответить не успевает. Илья со всей силы наступает ему на ногу. - Ты-то, блять, откуда знаешь, где ещё? - рычит яростно Илья, - Ещё хоть слово - и ногу сломаю! Молчи, блять!  - Ебать! Ты же в берцах! Пожалей меня! Уже, похоже, ногу сломал… - стонет плаксиво Егор, - Что за пошляк? Все мысли только об одном! Я имел в виду шею! Просто шею! Что у тебя на шее вены вздуваются!  - Ага, шею! - закатывает глаза Илья, - Знаем мы твою шею! Если не хочешь, чтобы ноги тебе за шеи всякие ломали, то или язык укорачивай, или щитки на лодыжках носи! Иначе никак!  Вольга так и не понял, где ещё вздуваются вены у Ильи, но переспрашивать не стал. Видно, что тема спорная.  Вольга просто снова рассматривает Илью, в который раз, и внезапно понимает, что тот гораздо ниже него. Да, Вольга сегодня на платформе, но и Илья в сапогах на высокой подошве, а не в кроссовках… Так что обувь на их разницу в росте не сильно влияет. Тем не менее, Илье приходится запрокидывать голову, чтобы смотреть ему в глаза.  - Я выше тебя, - с удивлением говорит Вольга. - Ага, ещё немного - и взлетишь, - глаза Ильи смеются, - Ноги почти с мой рост… До тебя мне не допрыгнуть.  - Но зато ты шире меня, - возражает ему Вольга.  И это правда. Плечи Ильи почти необъятные… Строение их тел, их фигуры - такие разные. Странно, но эта мысль что-то щекочет внутри. Приносит почти удовольствие.  - Я вам тут не мешаю? - противным голоском вклинивается в их переглядывание Егор.  Что за глупый вопрос?  - Разумеется, мешаешь, - презрительно глядит на него Вольга и снова поворачивается к зеркалу.  Он хотел нанести ещё пару слоев плампера. Сколько там надо?  Наверное, побольше. Но губы уже слипаются. А ещё их жжёт. Отвратное чувство.  Вольга решает, что хватит. Он просто не вытерпит больше. Он вытягивает губы уточкой, чтобы Илья их видел, и прямо спрашивает: - Тебе нравится? Для тебя мазал. Илья, кажется, снова теряет дар речи. Он долго молчит, а потом неуверенно бормочет: - Это… Это ничего. Нормально. Но мне… Мне нравятся больше твои естественные губы. Они… Они и так п-пухлые… Ясное дело - не нравится. Так страшно, что аж заикается!  Вольга так и знал! Никакая человеческая мазь не сможет сотворить волшебство!  От разочарования уголки его губ ползут вниз.  - Ой, да нравится ему! - вдруг подаёт голос Егор, - Он мнётся, стесняется просто! Уверен, он сейчас так хочет твои губы на том месте, где вздувается его вены обычно, что… Егор недоговаривает. От его крика почти трясутся стены.  - Нога! - почти молится он, держась за стопу, - Моя нога!  - В следущий раз носи щитки! - мстительно бормочет Илья. - Подожди, ты хочешь мои губы на своей шее? - хмурится в непонимании Вольга.  - Да не слушай его, - опускает глаза Илья, - Он бред несёт. - Да ясно, что это чертовщина никому не нравится, - расстроенно ворчит Вольга, - Неприятная и некрасивая. На кой леший нужна - непонятно. Обманули меня кикиморы… Звенит звонок на пару, и Вольга в сердцах бросает идиотский флакон в урну, а потом убегает искать нужный кабинет. На Илью Вольга больше не смотрит. Стыдно.  Он очередной раз сел в лужу… *** - Ты сейчас на полном серьезе будешь рыться в мусорке? - недоверчиво спрашивает Егор у Ильи. - Не вижу ничего противного в отходах, - пожимает плечами Илья, реально начиная тормошить чёрный пакет, - Туда же никто не нассал… И не блевал туда. Подумаешь, бутылку выбросили! Сейчас найдём и отмоем, на всякий случай… - А вот и он! - победно добавляет Илья, показывая Егору светло-розовый флакон.  - Да ты прямо рыцарь в сияющих доспехах! - смеётся над ним Егор, - Думаешь, перепадёт тебе что-то за рыцарство? Да он просто флиртует! Для некоторых это - норма жизни… Хотя ты накаченный. Может, и попробует разок. Его папик поди на ладан дышит… - Завались, а? - бурчит сердито Илья, - Я и не надеюсь, что мне перепадёт. И мне не нужно на один разок. Я просто… Забудь. Что хочу, то и делаю. - Да он ему даже не нужен! - закатывает глаза Егор, - Сам его выбросил!  - Передумает ещё. Сам знаешь - он с чудинкой. Мне просто за языком следить надо. Как и тебе, кстати, - тяжело вздыхает Илья, - Видел фирму на упаковке? То-то! Редкая херня. Мне Полька все уши про него прожужжала. И про его уходовые свойства, прости Господи… Зачем она мне эту поебень в уши накладывает - в душе не ебу. Или думает, раз пидор - то мне интересно? Это не так работает, к сожалению.  - Да она, скорее, хочет тебя до тошноты этим пидорством довести, - кисло улыбается ему Егор, - И чтобы ты ориентацию побыстрее сменил, и она могла на тебя запрыгнуть…  Илья морщится.  - Бля, да пусть хоть хуй отрастит! Не поможет, - мрачно бормочет Илья, - Она ж как сестра!  - Поди объясни ей, - качает головой Егор, а потом внезапно воодушевляется, - Слушай, а давай эту хренотень Польке подарим, раз она так мечтала о ней!  - Да ты осатанел! Чужую вещь дарить! - мгновенно выходит из себя Илья, - Сам покупай, если хочешь! Деньги-то есть! Это я, как ты выразился, на еду собираю! - Ну, прости-прости… Захотел повыебываться! Да-да, деньги-то, может, и есть! Но сам сказал - редкая хрень. Не достать, - начинает канючить Егор, - А её вот взяли - и выбросили! А ты так удачно подобрал!   - Да я тебя сейчас сам выброшу! - шипит на него Илья, - А лучше, как Вольга и хотел, тебе в жопу этот флакон засуну! - Слушай, но его на самом деле выбросили! - пытается возражать Егор, - Или так и скажи, что реально хочешь его губы в этой штуке на своих венах увидеть! - Штаны, блять, снимай. И жопу готовь, - абсолютно спокойно говорит ему Илья, - В конце концов, вставлять - у меня в крови… Познаёшь на себе все мои умения. - Своему ненормальному вставляй. Побереги вставлялку-то. Чувствую, он темпераментный, - ехидно бормочет Егор, - Так что экономь силы! Егор не дожидается реакции Ильи. Просто срывается с места.  Заранее.  *** Роман Константинович спокойно идёт по коридору, когда внезапно раздаётся громогласное: - Снимай, блять, штаны! Я кому сказал?! Черт, блять, ебанный!  Роман Константинович чуть не приседает от испуга. Мимо него проносится очень манёвренный, чёрный вихрь.  - Здравствуйте, Роман Константинович! - мимоходом говорит ему этот вихрь, - Простите, пожалуйста! Не заметил! Конечно, не заметил! Даже у него не хватает наглости так сквернословить при ректоре.  - Илья, чтобы я такого в коридорах больше не слышал! - кричит вихрю вслед ректор, - Иначе подпишу приказ об отчислении!  - А я ничего не говорил! Вам послышалось! - доносится издалека не очень искреннее, - Но если что - больше никогда!  Наглый демоненок. Знает, что ему простят многое за медали. Ещё повышенную стипендию получает, засранец!  Может, реально уволиться?  А то сил уже терпеть нет… С этими чертями.