Похищение ветра

- Вольга, - шепчет едва слышно, но уверенно Илья, не мигая, смотря на чёрного грифа, сверкающего чёрными глазами на подоконнике, - Отойди.  Гриф глядит на них теперь будто бы печально… Не агрессивно точно.  Вольга немного успокаивается. Может, папа просто следит за ними? Испугался из-за бури, которую Вольга случайно наколдовал? И ничего сильно страшного не произойдёт?  Но Илья пытается задвинуть Вольгу себе за спину, очевидно, чувствуя от птицы опасность.  - Не надо, - тихо произносит Вольга, успокаивающе поглаживая Илью по плечу, - Это… Это от отца.  Вернее, это сам отец. В обличье гарцука. Вольга прекрасно чувствует его мощную энергию.  Илья замирает и хмурится, а потом почти робко уточняет: - Да, точно, у вас в семье были дрессированные птицы… Это одна из них? - Да, это из дома, - кивает рассеянно Вольга, внимательно наблюдая за грифом - тот пока не двигается, лишь смотрит, - Наша птица.  Но зачем отец показался? С какой целью? Так странно…  Разве не он настаивал на том, чтобы держать в секрете тайны Вольги? И запрещал показывать магию?  А теперь сам расселся на подоконнике! И мочит тут пол! С крыльев вон капает! И хоть отец в обличие птицы - вроде ничего подозрительного, птица и птица, но где вы видели дрессированного, чёрного грифа, скажите на милость?  Явно магией попахивает! Отец вдруг глядит на Илью почти извиняющее, чуть наклоняют голову и машет крылом.  А следом - Вольгу просто сбивает с ног, а потом тянет в сторону окна потоками ветра. И тянет очень быстро…  Вольга понимает - отец забирает его. Надолго - ненадолго - это неважно. Он тащит его домой! А Илья остаётся позади. В квартире. А где-то бродит этот лешачий гипнотизёр…  И пусть Илья теперь с его защитой, пусть! Но даже так, Вольга боится оставлять его и на пять минут!  Поэтому Вольга борется. Сопротивляется изо всех сил! Он не паникует, не истерит! Вольга добивается упорно своей цели. Пытается сбросить с себя магию отца. Он, в любом случае, конечно, сбежит… Не сейчас, так чуть позднее! Но лучше сейчас, конечно! Если отец захочет его задержать, то у него ничего не выйдет!  Вольга чувствует на своей талии руки Ильи и понимает, что тот его удерживает, тянет назад… Отец не воздействует на Илью, и он пытается оттащить Вольгу от окна, хоть это и почти бесполезно (кто сможет противодействовать Богу?)… Но горячие руки Ильи будто придают сил, и Вольга сопротивляется силе отца активнее. Он видит, как мимо проносится испуганно мяукающий дедуля, а потом Вольга замечает, как рядом пролетают бабуля и тётушка, очень сильно визжащие и цепляющиеся друг за друга…  И вот это пугает Вольгу почти до ужаса.  Папа забирает не только его самого, но и всех домочадцев! А это значит, что отец освобождает квартиру! Совсем освобождает квартиру! Он не собирается оставлять Вольгу в мире людей! Вообще, не собирается! Он отбирает Вольгу у Ильи.  Вольга копит в себе все свои силы. Собирает их в шар. А потом ударяет в сторону чёрного грифа…  Пытается напасть, чтобы защититься!  Но у него ничего не выходит… Отец его старше. Он - глава рода. Он всегда был сильнее…  Древний Бог, у которого когда-то были почитатели… Разве может с ним соревноваться Вольга? Он сам, хоть и божество, но слабое, современное… Да ещё и очень измученное после создания оберега! У Вольги нет и шанса.  Именно поэтому Вольга вместе с Ильей падает в объятья жёстких, огромных крыльев отца.  Илья не выпускает Вольгу ни на долю секунды… Его руки сжимают талию Вольги почти до боли.  - Илья! - хрипит задушено Вольга, - Илья! Не волнуйся! Я вернусь! Вернусь обязательно! Вырвусь! Это отец… Отец забирает… Не кто-то ужасный… Ты понял меня? Папа не даёт ему договорить. Он рассекает крылом воздух, и Илью откидывает назад. Обратно в комнату.  Он отпускает Вольгу.  - Нет! - кричит в ужасе Вольга.  Терять тепло Ильи удивительно больно. Даже если Вольга знает - он всё равно вернется к Илье.  Чего бы это ему ни стоило… Чёрный гриф срывается с подоконника. Из последних сил Вольга цепляется за подоконник. Он затормаживает полёт…  И в этот миг Илья хватает Вольгу за руку, пытаясь затащить его обратно в спальню.  - Держу! Я держу тебя! Ещё немного… Подожди! Сейчас вытащу! - шепчет лихорадочно Илья.  Он бледный до синевы. Губы его трясутся. А в глазах у него - чистый страх.  Кажется, Вольга начинает плакать. Он ничего не понимает! Слезы, может, и кажутся ему… Вольга четко осознаёт лишь одно - он больше никогда не хочет видеть это выражение лица у Ильи.  А отец продолжает тянуть вниз, и Илья почти вываливается из окна. Потому что руку Вольги он и не думает отпускать! Вольга боится, что Илья вывалится совсем, и кто знает, подхватит ли его отец… Поэтому Вольга делает то, что не хотел бы сделать никогда в жизни. Он отпускает руку Ильи сам. Чтобы не навредить ему.  Вольга лишь успевает прикоснуться к его губам напоследок и шепнуть: - Я вернусь!  А после - отец утаскивает его, сначала ухнув камнем вниз, а затем резко взмыв в небо.  - Что ты наделал, тупица?! - яростно кричит ему Вольга, - Зачем ты показал Илье часть нашего мира, а потом забрал меня?! В чём логика?! Почему ты дождался его, если хотел скрыть магию?! Почему не украл меня тайно?! Объясни мне, ты, тупая, пернатая жопа?! Объясни, а? А лучше - верни меня на место, придурок! Вольга не успевает договорить. Отец усыпляет его.  И Вольга расслабляется в его крыльях, переставая кричать… - Логика в том, - печально думает Стрибог, обнимая крепче своего сына, - Что я очень хотел, чтобы твой возлюбленный узнал о мире магии… А ещё я очень хотел, чтобы он знал, что ты не исчез по своей воле, не оставил его, не бросил… Я хотел, чтобы он знал, что тебя забрал отец, родной человек… Что тебе не угрожает опасность. Так ему будет легче. Если он желает тебе добра. И если он желает тебе добра и ценит тебя… Существование магии не остановит его. Он не разлюбит тебя, испугавшись, и попытается найти тебя, верно? Велес бы сказал: - Истинный муж должен пройти испытания, чтобы показать, что достоин истинной любви… Вон, сказку любую почитай!  Так пусть человек Вольги пройдёт ради него испытания! Но Стрибог знал - он просто пытается оправдать себя.  Стрибог видел, как человек Вольги держал его до самого конца. Удерживал его из последних сил… Они любят друг друга.  А значит, проклятие не будет властно над Вольгой, верно? Так что Стрибог делает? Боги, что он делает?! Но если он этого не сделает, придётся вступить в противоборство с собственной женой… И в этом противоборстве может пострадать возлюбленный Вольги.  Стрибог точно не желает этого…  *** - Что за срочное, секретное дело? И почему ты позвал только меня? Где твой муж? С чего такое доверие? Мы работаем всего-ничего! - Кульпа усаживается за стол напротив Константина Романова, вольготно закинув одну ногу на другую.  Костя тяжело вздыхает и отвечает ему почти равнодушно: - Да, мы работаем мало, но я доверяю тебе. Да и ты - не Бог.  - Не Бог? - вскидывает брови удивленно Кульпа, - Какие к ним претензии? Что опять стряслось?  Костя молчит пару секунд, а потом ровно произносит: - Боги под подозрением… Знаешь, почему? Буквально несколько часов назад поступила информация о трупе девушки… Не обычном трупе. Девушка была обнаружена в собственной ванной, родителями. Собиралась уезжать. В самой смерти, конечно, нет ничего необычного. Смерть, к сожалению, приходит за всеми, и за юными - тоже. Но ты же понимаешь, если мне сообщили об этом, значит, это наша юрисдикция… Что это смерть с применением магии… Так вот, эта девушка была заморожена. И судя по всему, за короткий срок… Да и морозильника рядом не наблюдалось. Вердикт был чётким - магическое убийство. Тем более, и камеры в подъезде заморожены тоже. Подобная магия, может быть у многих, на самом деле… Но истина в том, что эта девушка была лучшей подругой Святогора. Единственной подругой, на самом деле. А Святогор, в отличие от своего отца и младшего брата, - Бог зимнего ветра… По большей части.  - Подожди, - хмурится напряжённо Кульпа, - Того самого Святогора? Сына Стрибога? Который почти смертельно проклят? - Да, того самого, - плечи Кости чуть опускаются, - И проклял его человек. Та девушка, Полина, первой попала под подозрение…  - И её не допрашивали? - искреннее удивляется Кульпа, - Магически, я имею в виду?  - Допрашивали, конечно, - отвечает неохотно Костя, - Но заключение было одно - не виновна. И вот я думаю… На совпадение не похоже. Слишком подозрительно. Что, если она всё-таки прокляла Святогора? И он отомстил ей? На его магию это всё очень похоже… Да, Святогор проклят и, по некоторым свидетельствам, ещё и безумен… Не случайно его поместили в стеклянный гроб! Но знаешь, он всё-таки Бог… И вполне может обходить и проклятие, и защиту гроба. Другой вопрос - эта девушка… Если всё так, как она смогла пройти допрос? Так пройти, что Колдун ей поверил? Быть может, она сама не поняла, как прошла его! И тогда я знаю только одно средство… - Ты имеешь в виду гипноз? - уточняет Кульпа, - Если так, то в мире очень мало существ, которые могут такое провернуть… Магия должна быть очень сильной! - Я тоже так подумал, - соглашается с ним Костя, - Поэтому я прямо спросил об этом у своего мужа. Он знает почти всё. И если такой сильный гипноз возможен, такой, что даже непонятно, что это гипноз, муж должен знать об этом! Я думал, что Святобор сможет подсказать мне, кто у нас так виртуозно владеет гипнозом… Но муж сказал мне четко - никто таким уровнем не владеет.  - Ну, тогда это не Святогор убил девушку. Иначе зачем? - пожимает плечами Кульпа, - Ну, если он относительно нормальный, конечно. Костя вдруг тонко улыбается и говорит каким-то странным тоном, почти нежным: - Чуть больше ста лет назад мой Святобор, ещё не будучи моим мужем, врал мне со скоростью пятьсот слов лжи в минуту… Такая первостатейная скотина… Ужаснейшая. Так странно, что, спустя время, он каким-то чудом полюбил меня в ответ и врать мне перестал. Утаивать - да. Но врать… Пожалуй, нет. Но когда я спросил его о гипнозе, он солгал мне совершенно точно. Впервые так явно за долгое время. Я знаю его уже слишком хорошо, чтобы понять это. А это значит, что мой муж прекрасно знает, кто может сотворить такую гипнотическую магию, но не хочет выдавать его… Потому что… Я думаю, потому что он любит. Хочет защитить. А тех, кого ценит Святобор, можно пересчитать на пальцах одной руки. И один из этих пальцев - я.  - Любит он, я так понимаю, не обычных людей? И не Колдунов… И не нечисть там… - угрюмо уточняет Кульпа.  - Люди, мёртвые или живые, без сил или с магией - это не область интересов Святобора, - пожимает плечами Костя, - Долгое время мой муж относился к людям чуть хуже, чем к гусеницам… Так что все его друзья, которых он любит, - это Боги. И сотворил гипноз явно один из них.  - Хреново, - тянет недовольно Кульпа, - Этот бог явно добра не желает. Иначе зачем ему укрывать девушку, что навредила сыну Стрибога? Да, это очень хреново… И что прикажешь нам делать?  - Пока ничего. История темная. Я не удивлюсь уже ничему. Быть может, и нет никаких явных злодеев… И мы тут просто нагнетаем, - поджимает губы Костя, - Мне нужно больше данных. А пока… Пока просто следи за ларцом так пристально, как только сможешь! У меня плохое предчувствие. Мой муж мне не навредит. Это я знаю точно. Но вот моему делу ради своих интересов… Навредить он может вполне. Так что будь осторожнее. Я не знаю во сколько мой любимый оценивает твою жизнь, уж прости меня за прямоту! - О, ну, спасибо, - передергивает Кульпу, - Как славно, что я влюбился в доблестного князя, а не в хитроумного Бога! А если серьезно… Если ты не ошибся… Как думаешь, кого защищает Святобор? Кого он любит, кроме тебя?  - Это кто-то из семьи Велеса или Стрибога, - ровно произносит Костя, - Или сами они или их дети… Иного не дано.  *** Егор несётся со всех ног к дому Вольги. И он не думает ни о чем другом. Ему нужно к Илье. Он обещал вернуться. Вот и всё.  Егор настрочил тонны сообщений Илье, вспомнив, что обещал писать другу каждые пять минут, но не делал этого… Егор был слишком шокирован рассказом Полины, а потом как бы не до этого было! Егор исправился. Написал много-много текста, но Илья почему-то не ответил. Обиделся? Готовится убивать его?   Наверное. Об иных вариантах Егор думать не желает. Он просто бежит. Бежит, пока в рекордные сроки не добирается до дома Вольги. Егор почти залетает в подъезд, когда вдруг замечает, что в кустах неподалеку кто-то ползает. Алкаш? Наркоман? Что-то иное? Егор вздрагивает и ускоряется просто на всякий случай, когда внезапно узнает в подозрительном наркомане-алкаше…  - Илья? - в ужасе восклицает Егор, вытаращив глаза.  Что он тут забыл? Да ещё и без Вольги? Или они так оберег изготавливают?  Но что-то не сильно эта хуйня помогает, если честно…  Илья мгновенно вскидывает голову, и Егор шарахается от него. Потому что глаза у Ильи дикие.  В последний раз Егор видел у него такие давно… Кажется, на боях без правил. И ничего хорошего это не предвещает. Егор как в воду глядит.  - Вольгу забрали, - одними губами произносит Илья, выражение его глаз не меняется, он будто совсем не видит Егора, - Его забрала огромная птица. Хищная, кажется… Он сказал, что это от отца… Что это отец забрал. Но… Но она утащила его так высоко! Кажется, даже за облака… Куда она понесла его? А если мы не найдём его? Если она его уронила? Что тогда? Что? Я облазил все кусты! Обежал все дворы! Всю местность… Значит, не уронила? Тогда где искать? Где?! Илья говорит лихорадочно, отрывисто, совсем на себя не похоже… Кажется, он в истерике.  И это нисколько неудивительно. Илья знает, как это - терять. И он не хочет больше.  Или ещё хуже… Не может больше.  Егор мог бы сказать ему: - Знаешь, мне не лучше, чем тебе… Полина убила своего лучшего друга, убила Святогора… И хоть он вроде и жив, это ничего не значит. Она его убила… Вонзила меч ему в грудь, хотя её даже об этом не просили. А потом Полина пыталась убить меня. И убила бы, если бы меня не спас Святогор… Святогор задушил её на моих глазах. Я видел мёртвые глаза Полины. И что? Что прикажешь мне делать? Это был человек, которого я знал четыре года! И любил. И я мог ожидать всего! Я даже мог поверить в магию! В лешаков и русалок! Но я никак не мог и вообразить, что человек, которого я так хорошо знал, способен на подобное! И я никак не мог и подумать, что человек, которого я так любил, умрет на моих глазах. И мне не будет жаль. Я не почувствую ничего. Лишь вид мёртвых глаз сохранится навек под моими веками… И что? Что прикажешь мне делать?! Но Егор ничего не говорит. Он не хочет травмировать Илью ещё больше. По крайней мере, не сейчас. Егор изольёт свою душу позднее… Сейчас Егор просто притягивает к себе Илью за плечи и крепко обнимает его.  А затем говорит ему тихо:  - Ну, и чего ты разнюнился? Найдём мы тот домик в лесу, где живет твой Вольга… Не бойся. Вон отца напрягу! Вольга у нас хоть и чудной, но не призрачный же! Всё равно где-то прописан… Вон, даже в вузе учился!  Илья молчит пару минут, не двигаясь. А потом тяжело, рвано выдыхает и сдувается будто. Тело его расслабляется… - Хорошо. Хорошо! Спасибо, - едва слышно бормочет Илья, обнимая Егора в ответ, - Ты… Ты прости меня! Просто это было… Это было очень страшно. Меня прямо ужасом и холодом каким-то сковало, когда его эта чертова птица с подоконника уволокла! Да и до сих пор… В груди лед словно! Хотя… Это совсем неважно! Это просто нервы. Мы всё равно найдём его, верно? Ты мне лучше скажи… Что там с Полиной? Нам же не только Вольгу искать надо, а ещё его брата… Быть может, они где-то рядом? Егор вздрагивает.  Что там точно с Полиной, он и сам не знает.  И не хочет знать.  Но рассказать Илье надо. Но всё ещё не сейчас. Перед рассказом Егору нужно надраться так, чтобы чертовщина всякая развиделась. Иначе никак.