Новая пассия?..или..старая дружба..

Следующий день не отличался ничем от предыдущего. Такая же хмурая, как и девушка, погода. Такая же неприятная компания красноволосой соседки, с которой даже в одной комнате не хотелось находиться, но приходилось терпеть. Пройдя к зеркалу, чтобы привести себя в относительно нормальный, для Уэнсдей, а не для окружающих, вид, она увидела ещё большие синяки под глазами и серость лица. Сегодня ночью снова не давал уснуть некий треугольник... Уроки, в принципе, прошли также спокойно и без происшествий. Ответы на глупейшие вопросы учителей, одноклассники, которые не могут посидеть пять минут без разговоров друг с другом. Кстати, про друг друга - не было одного человека. Не было Энид. Ни на первом, ни на последнем уроке. Только мельком в перерыве между ними. Та выглядела ещё хуже, чем сама Уэнсдей. Ощущение, будто та даже не спала. Бледная, как мел, что было необычным для постоянно румяной и живой девушки, какая-то отрешенная, что тоже не проходило на, обычно, весёлую и болтающую с кем-нибудь Энид. Лучше бы, конечно с Уэнсдей разговаривала и была под боком, но... "Странно все это... ". Девушка и хотела бы подойти и спросить, что у той произошло, но директор Уимс бдила и не сводила своего цепкого взора с обладательницы чёрных косичек. Поэтому пришлось спрятать поглубже все свои переживания и быть спокойной и бесстрасной. Поговорить она успеет с волчонком. Не убежит. Наверное... Кого ещё не было, пробажу которой девушка заметила гораздо позже, была Йоко. Та сама по себе более незаметна, но сейчас её и правда не было. Всё более и более необычным становится происходящее вокруг черноволосой. После уроков она решила пойти на поиски пропавших девочек. Коридоры были заполнены гомонящими подростками, которые пересказывали друг другу все, что успело произойти за этот день. Всё счастливые, смеющиеся, в шутку дерущиеся или философствующие на какую-нибудь тему. Живые. Они все проживают каждый день. Отдают и получают эмоции. Обмениваются ими... Больно, наверное, смотреть на других и понимать, что тебе не суждено стать такой же? Быть отбросом среди отбросов. Знать, что никто не захочет обещаться с такой холодной и язвительной девушкой. С той, кто не умеет нормально проявлять эмоции. Той, кому суждено смотреть на окружающий живой мир из окна или, смотря из-за колонн, когда быстро идёшь к себе в комнату. В комнату, где нет... Энид. Той, кто приняла тебя. К той, кто смог увидеть то, чего не смогли разглядеть другие. К той... кто смог растопить... сердце? Невольно вырвался смешок у Уэнсдей. Она вышла из своих мыслей и осмотрелась, чтобы понять, где она оказалась. Черноволосая забрела в один из дальних и заброшенных коридоров. Висела паутина под потолком. Окна мутные и через них еле пробивалось вышедшее солнышко. В нем царил полумрак. Дойдя до конца, она зашла за поворот и...её очам предстало нечто ужасное. Один из оборотней накинулся на уже и так ослабевшую Энид. Уэнсдей не успела как либо отреагировать, так как этот оборотень (который явно знал, что делает, ибо сейчас был день, а не ночь - следовательно он уже умеет превращаться по своей воле) запрыгнул и начал терзать Энид. Темноволосая хотела кинуться и убить оборотня, но не могла.. Ноги как будто приклеились к полу.. Ни крикнуть, ни сдвинуться с места девушка не могла. Оставалось одно. Смотреть.. С каждой секундой Уэнсдей было всё больнее и больнее. Оборотень отошёл от окровавленного тела Энид и, увидев другую девушку стремительно скрылся за углом. Оставшись наедине с Энид, у Уэнсдей выступили слезы. Солёная, обжигающая бледную кожу слеза, стекла по щеке. “Соберись тряпка! “ - выругала себя Уэнсдей и, стерев слезу, в пару шагов оказалась возле Энид. Темноволосая упала на колени перед волчонком. -Эни.. Прошу.. Не умирай... Скажи что-нибудь.. Ответа не последовало. И снова слёзы. Слезы. Кап-кап. Кап-кап. Падали слезы на пол и на тело Энид. Уэнсдей дрожит. Глаза опухли. “нет.. Нет.. Не может так всё закончиться не может!.. Или... “