Элементальная реакция

      Тарталья с огнём в глазах отбивался от хиличурлов, лёгким движением рассекая их тела. Митачурл замахнулся топором с явным намерением снести как минимум половину здоровья, но Предвестник увернулся, сменив оружие ближнего боя на лук и прицелившись. Для одного заряженного удара ему потребовалось слишком много времени — подкрепление в виде митачурла с каменным щитом подоспело совершенно не вовремя. Едва пал один враг, второй уже пытался сбить с ног Аякса, который с сомнением смотрел на щит, что пробить было нелегко. Вот если бы у него было что-то тяжёлое...       Когда противник начинал вновь злиться и Тарталья собирался загнать его в угол, возник столб, что вмиг разрушил каменный щит, а в следующий момент он увидел, как тело поверженного рассыпалось, оставив лишь трофей после мощного элементального удара гео энергии.       Рыжие волосы ласково трепал ветер, одежда местами была в крови, но это было незначительным пустяком, на него даже не обратили внимание. Он поднялся с земли и отряхнулся, прежде чем обернуться к неожиданно подоспевшему знакомому. Как всегда изумительно выглядящий, спокойный, с безмятежной улыбкой, которой удостаивался Аякс каждый раз при встрече.       — Чжун Ли, — кивнул с неким трепетом в сердце. Его наполняли разные эмоции, что нельзя было разобрать. Мужчина напротив приблизился, чтобы оглядеть на наличие травм, но обнаружил лишь пятна чужой крови с облегчением.       — Не помешал? Мне показалось, что тебе было бы сложно совладать с ним, — проводя ладонью в перчатках по перепачканной кровью щеке, стирая пятна с осторожностью, будто боялся навредить. Тарталья заворожённо стоял и смотрел в чужие карие глаза, замечая в них заботу, напоминающую томную нежность. Лук из рук пропал, оказываясь на спине невесомым грузом, теперь ему ничто не мешало дотронуться до Архонта. Ну, разве что кроме нежелания возлюбленного, хотя этого он ни разу не улавливал.       — Всё в порядке, я благодарен тебе. Это была бы долгая битва, — улыбнувшись с беззаботным удовольствием, парень осторожно прильнул к прохладной ладони, игнорируя жжение царапин. Он прикрыл глаза, глубоко вдохнул и выдохнул, а затем посмотрел вновь на Чжун Ли с лукавым озорством. — А что ты тут делал? Следил за мной?       Мужчина снисходительно хмыкнул, после чего вскинул подбородок.       — Нет, разумеется. Я собирал цветы Цинсинь неподалёку и решил прогуляться, — Моракс показательно поднял пышный букет, состоящий из белых цветов и перевязанный тонкой лентой. Что-то в этом показалось Предвестнику до невозможного красивым. Было ли это выражение умиротворения на лице или же яркий цвет прекрасных лепестков, он так и не понял, да и это неважно. Важно лишь то, что его одолевало желание прикоснуться к чужим бледным губам, исказившимся в мягкой полуулыбке. Из-за навязчивых мыслей парень прослушал одну из фраз и мгновение молча хлопал ресницами.       — Прости, что?       — Тебе не помешало бы сменить одежду. Вернёмся в порт? Мне по пути, я провожу, — склонив голову к плечу и отступив на шаг, явно ожидая согласия, но Аякс покачал головой в отрицании. В ответ на вскинутые брови воин лишь ухмыльнулся и развернулся на восток, направляясь по тонкой тропинке, над которой возвышались отвесные куски величественных скал Обители Адептов. Чжун Ли не оставалось ничего, кроме как последовать за ровно вышагивавшим партнёром впереди. Его тёмные глаза загорелись янтарным огоньком, излучая трепет и не выраженную любовь.       Остановился Тарталья у низовьев водопада, где по краям рос лотос, листьями напоминая прекрасные артефакты из подземелья, которые на днях сумел раздобыть как-то путешественник. Он подошёл к берегу, сбрасывая обувь и расстёгивая ремень, одежда слой за слоем спадала с тела, предоставляя вид на крепкий торс и мышцы, побледневшие шрамы и смуглую привлекательную кожу. Громкий звук воды, заглушавший все голоса, резонирующий лишь с камнями, наполнял голову. Аякс снял с себя глаз Бога и Порчи, а затем вошёл в лазурные воды и окунулся в один момент с головой, после выныривая с плеском воды. На нём блестели струи и капли, преломляя на себе солнечный свет, соблазнительно стекая вниз по бёдрам, минуя низ живота и тазобедренные косточки. Где-то за деревьями испуганно прятались лягушки.       Отмыв кровь с лица, Тарталья бросил взгляд на Архонта, что с непоколебимым спокойствием наблюдал за ним, хотя только казалось, будто тот был безучастен — горящие кончики волос выдавали возбуждение. Оперевшись руками о мокрые камни с довольной ухмылкой, парень склонил голову в сторону, таким образом мокрые пряди волос спадали на лицо, но стекающие по груди капли явно привлекали внимание.       Он заговорил расслабленно, без напора:       — Не хочешь присоединиться? Вода тёплая.       Чжун Ли обвёл его взглядом, от которого мурашки пробежали по спине, и с улыбкой качнул головой, устремив взор наверх, туда, где жил один из его знакомых. Для мужчины было бы верхом неприличия портить вид своими играми с Аяксом, не говоря о том, что быть здесь ему никто не позволял, но на это ещё могли закрыть глаза.       — Вынужден отказаться, — прикрыв глаза. Лицо Тартальи мгновенно приобрело оттенок разочарования, однако настаивать не стал, приблизительно понимая причину отказа. Тем не менее, он и не был намерен находиться здесь слишком долго — как только кровь была окончательно смыта и с одежды, и с тела, парень выбрался на берег.       Чжун Ли не скрывал своего интереса, разглядывая его подробно, изучая с неким любопытством, хотя он не впервой видел возлюбленного обнажённым. Вскоре Аякс, заметивший пристальное внимание на себе не без удовольствия, увидел в глазах далеко не любопытство, а нетерпение. Горячее, липкое и божественно подавляющее. Он криво ухмыльнулся, чувствуя, что запросто мог возбудиться от такого. Пока одежда медленно высыхала на траве, Чайльд достал запасную форму, неспешно одеваясь под цепким взглядом карих глаз. Когда на нём уже была нижняя часть костюма, Предвестник повернул голову и прищурился, после чего приблизился к Архонту, пугающе неподвижному. Свечение волос стало заметно ярче.       — Хм, — промычал Тарталья, приподнимая чужой подбородок указательным пальцем с озорным огоньком в глазах. Чжун Ли сверху вниз смотрел на него, его брови дёрнулись, а губы побелели от явно сдерживаемого напряжения. — Я могу раздеться, если ты хочешь, — игриво проведя ладонью по шее вниз, задевая ключицы под плотной тканью. Пальцы перехватили, сжав крепко, почти требовательно.       — Не хотелось бы делать это в таком месте, — низко, с придыханием. Ему явно было сложно контролировать себя. Аякс облизнулся, а затем отступил с загадочным выражением лица, ступая босыми ногами по мягкой траве.       — Хорошо, пойдём в порт. Только потом пообещай мне один бой, договорились? — обуваясь, произнёс парень с воодушевлением, получая в качестве ответа тяжёлый вздох. Гео Архонт потёр глаза в попытке избавиться от искрящегося внутри возбуждения, но получалось с трудом.       — Я не буду драться с тобой.       Тарталья обречённо скривил губы.       — Но почему? Это было бы чудесно. Разве тебе не хочется иногда испытать, насколько сильным ты стал? Даже небольшой прогресс в бою может привести к совершенно другому результату. Эта будоражащая кровь энергия, просачивающаяся под кожу, желание победить... — глаза загорелись от воспоминаний. Как же он был счастлив во время боя, наверное, это было всей его жизнью. С юных лет его одержимость силой была заметна, особенно после пребывания в Бездне, а со временем она стала его стимулом жить. Хотя сейчас этих стимулов у него два.       — Мне не хочется вредить тебе, Аякс, — легко проговорил, как само собой разумеющееся. И, впрочем, это была чистейшая правда — в первый и единственный раз, когда они дрались, Чжун Ли сильно разозлился, не рассчитал силы, ранив парня довольно сильно. Конечно, тот не возненавидел его после, даже просил вновь провести бой, но больше Моракс не желал повторять свою ошибку, не желал видеть алые разводы на любимом лице.       — Я не настолько хрупок, — фыркнул Предвестник, припоминая, что то была его собственная оплошность, ведь именно он тогда засмотрелся на яркие вспышки янтарного, горящие подавляющей силой глаза, и не вошёл во вторую фазу, получив ранение. Наверное, в тот момент парень и осознал, что влюблён.       — И тем не менее, ты человек. Дорогой для меня человек, — невесомо коснувшись губ в трепетном жесте. Он улыбнулся и развернулся, чтобы отправиться обратно в порт Ли Юэ, но мгновение спустя его остановили, притянув для глубокого поцелуя. Чайльд держал его за воротник, притягивая ближе и покусывая несильно губы, скользя языком по нёбу, зубам, обвивая чужой язык беззастенчиво, с жадностью.       Оторвавшись на секунду, чтобы взглянуть на возлюбленного, Аякс вздрогнул от вида поблёскивающей на свету чешуи на перекате плеча, волосы снова ослепляюще светились, а это значило, что зря парень сделал шаг вперёд. Чжун Ли медленно вдохнул и моргнул, в ту же секунду он опустил руки с поразительной силой на талию, сжимая требовательно, с явным желанием, длинный язык проник в рот заворожённого Предвестника, вовлекая в очередной поцелуй. Даже сквозь слой одежды, Тарталья мог почувствовать, насколько сильно был возбуждён Архонт. Хотя это можно было понять и по тому, с каким рвением он раздевал его, едва ли щадя пуговицы, пока Чайльд пытался разобраться в десятках слоёв чужого костюма.       Пальцы обжигающими движениями скользили по ещё влажной коже, отзываясь в самом сердце дрожью и ответными рваными вдохами. В ушах стук глушил все прочие звуки и мысли. Тарталья через несколько минут тщетных попыток сохранить целостность одежды разозлился, руками рванул ткань, слыша её треск и тихий смешок Архонта. Наконец, он смог дотронуться до него, чёрт возьми.       — Такой нетерпеливый, — прошептал ему в самые губы Чжун Ли. Невообразимо длинный язык влажно скользнул по границам губ дразняще, парень почти укусил его, зажав зубами слабо, с вызовом в глазах.       — Раздевайся, — отстранившись, Предвестник собирался снять оставшуюся одежду, но тут потерял опору под ногами, падая на траву, из лёгких разом выбило весь воздух. Едва он смог напрячься, как почувствовал на себе вес обнажённого тела, заливаясь краской непроизвольно.       С довольной ухмылкой Моракс высунул язык, и уже до того, как он коснулся кожи, Аякс запрокинул голову и прикрыл глаза. Его дыхание сбилось, а руки медленно оглаживали широкие плечи с мелкими чешуйками тёмного цвета выше по линии предплечья. Он чувствовал, как острые клыки впивались в него, оставляя засосы-укусы, не думал ни о чём и тихо постанывал, прекрасно зная, насколько это заводит партнёра.       Чжун Ли оторвался от сосков, облизнулся, сверкнув янтарём глаз, и склонился над лицом парня, который с улыбкой коснулся его щеки. Гео Архонт обвёл взглядом оставленные им метки на теле, а затем вновь заглянул в голубые глаза.       — Я же говорил, что не такой хрупкий, как ты думаешь, — напомнил со вздохом Чайльд и приподнялся, чтобы поцеловать. Он нетерпеливо ёрзал, прижимая ногой к себе мужчину, как бы давая понять, что можно было войти. Ухмыльнувшись, тот лишь отстранился и резко перевернул парня на живот, отчего Тарталья уткнулся лицом прямо в мягкую траву, от неожиданности в животе запорхали бабочки. Он не удержался от протяжного стона, когда ощутил скользкие прикосновение к сфинктеру — голос предательски надломился, ноги дрогнули от резких ощущений. Архонт надавил на комок нервов и услышал причудливый стон вновь, явно наслаждаясь той дрожью и смущением, которые испытывал на себе воин.       Прищурившись, мужчина опустил одну руку на давно стоящий и истекающий предэякуляром член, почувствовал, как парень вздрогнул, и начал ею двигать, доводя до исступления задыхающегося от ощущений Предвестника. От мысли, что с ним делал Чжун Ли, Тарталья терял всякую способность мыслить и двигаться по своей воле. Сжав в пальцах до побеления костяшек траву, он кончил с громким стоном, вздрагивая всем телом. Его мышцы пульсировали, отдавая дрожью в конечностях. Пока парень приходил в чувства, Моракс едва сдерживал рвущееся наружу зверское желание войти в такое сексуальное дрожащее тело, присвоить себе, оставить багровые пятна на самом видном месте и любоваться ими в моменты совместного времяпровождения. Его руки с силой сжали ягодицы Чайльда, что вмиг прогнулся в пояснице, призывая к действиям, и большего Чжун Ли не надо было. Он приставил головку члена ко входу, несильно надавливая, сжимая зубы почти до скрежета от ощутимого жара. Тарталья требовательно промычал и двинул бёдрами навстречу, самолично насаживаясь сразу почти до основания, дрожа с ухмылкой на губах от чертовски приятного ощущения наполненности, которое срывало крышу. Казалось, что он был готов завалить мужчину и оседлать его, но это было лишь его грязными фантазиями на данный момент. Не мог Предвестник так поступить, когда его держали с такой силой, наверняка оставляя синяки, которые позже Аякс будет замечать в отражении зеркала. Ему нравилась сама мысль, что гео Архонт прикасается так только к нему — без перчаток, без осторожности.       Мужчина двинулся резко, вставляя до основания с низким гортанным стоном, а затем опустил ладонь на спину, словно сжигая кожу, вливая элементальную энергию. Тарталья прикусил губу до крови и прикрыл глаза, закатывавшиеся в обратную сторону. Ему не впервой чувствовать слияние энергии в себе, но каждый раз как первый. От переизбытка ощущений парень снова кончил, тем не менее, не просил остановиться, вместо этого постанывая на каждый глубокий толчок внутри, подрагивая из-за сверхчувствительности после оргазма. Горячее дыхание над ухом заставило его сконцентрироваться.       — Будь хорошим мальчиком и не теряй сознание, — настойчиво, с хрипотцой. Язык прошёлся влажной дорожкой по ушной раковине, подливая масла в огонь. Аякс облизнулся и вполоборота повернул голову, чтобы оставить смазанное прикосновение губ к линии челюсти Архонта.       Чжун Ли выпрямился и на пробу двинул бёдрами, вбиваясь несколькими мощными толчками в горячее нутро. Он провёл рукой вдоль позвоночника к шее, а затем хищно облизнулся и достаточно ощутимо сжал шею, проводя указательным пальцем по сонной артерии. Парень напрягся, сжав внутри себя член, и судорожно дышал ртом, пачкая губы слюной. Из-за стекающего пота шлепки кожи бедёр о ягодицы были громкими, сливаясь с хриплыми стонами.       — Чжун... Ли, — выдохнул Предвестник, понимая, что вновь скоро кончит, и это будет его гранью.       Мужчина тихо рассмеялся, но это вполне могла быть слуховая галлюцинация. Давление на спину увеличилось, как и сила толчков — язык будто с предвкушением проходился по перекату плеча, вызывая мурашки. Зубы сомкнулись на коже в тот момент, когда Архонт очередным движением попал прямо по простате, изливаясь внутрь с приглушённым стоном. Перед глазами Чайльда взорвалось небо тысячами огоньков, словно на празднике Фонарей, тело бессильно дрожало, мышцы сокращались, а воздух хлынул в лёгкие, ещё больше лишая возможности подняться. Он лёг грудью на траву и почувствовал спиной, как быстро бьётся чужое сердце и рвётся дыхание. Теперь все раны пульсировали, но дискомфорта не доставляли.       Тарталья улыбнулся и потянулся к длинным угасшим волосам, пропуская их сквозь собственные пальцы.       — Я думаю, не стоит в таком положении оставаться надолго. У тебя ведь всё затекло, верно? — мягко поинтересовался Чжун Ли, поднимаясь. Парень промычал и потянулся, тоже собираясь подняться, но у него это получилось не сразу. И обнаружилась проблема.       — Чёрт, эм. Мне опять нужно мыться, — зажмурившись от ощущения того, как по внутренней стороне бёдер стекала сперма. Моракс, уже наполовину одетый, с интересом рассматривал его несколько мгновений, а затем лукаво прищурился.       — Могу помочь, — его слова были полны спокойствия, но парень уже достаточно знал это выражение лица. Из-за него по утрам он не мог встать с кровати.       — Думаю, не стоит. К тому же, это не займёт много времени, — Тарталья уже развернулся к берегу, опустил ноги в воду, а потом вдруг обернулся, как будто вспомнил что-то невероятно важное. — Может, потом поедим?       Архонт подошёл ближе, наклонился к нему и провёл ладонью по шее, оценивая причинённый ущерб, которого оказалось не так много.       — Хорошая мысль. Буду ждать у развилки, я видел там чудесных бабочек, — произнёс он, оставляя слабый тёплый отпечаток на чужих искусанных губах. Аякс ухмыльнулся и кивнул, прекрасно понимая, что ему дают время, чтобы привести себя в порядок. Это была забота, однозначно.       Пока прохладная вода избавляла его от неприятного липкого ощущения на коже, Чайльд провожал статную фигуру взглядом, наполненный удовлетворением и теплом. Возможно, он отдаст ему своё сердце вместо того, которое забрали когда-то Фатуи. Совершенно добровольно, по контракту, именуемому «любовь».       Рыжие волосы намокли, становясь на тон темнее, а на лице до сих пор расслабленная улыбка, которую не вызывал даже хороший бой. Предвестник поднял руку и провёл по бёдрам, проявляющимся синякам, по груди, ярко выделяющимся засосам, по шее и красноватым отпечаткам пальцев. В голове эхом отдавал любимый голос — сердце вновь трепетало. Кажется, он заболел.