Bloody Tango

***

      Дамиан совершенно не думал, что попадёт в пыточную, да и по искреннему удивлению в красных глазах можно было понять, что Кайус тоже не ждал гостей. В полной тишине, что нарушалась лишь тяжелыми хрипами пленника, который вот-вот готов был отдать боженьке душу, двое мужчин замерли, подобно статуям. Им было глубоко наплевать, что рядом с ними есть умирающий человек - они смотрели друг на друга, и ни один не мог отвести взгляда. Такое странное тянущее ощущение появилось внутри каждого, необъяснимое и непонятное, но при этом очень теплое. Возможно, не будь кровь обоих такой холодной, то она бы кипела.       Наверное, их переглядывания могли длиться целую вечность, однако у Дамиана все же была работа, поэтому, как только пленник испустил дух, коса материализовалась в его руке. Один взмах — и оружие жадно засосало душу под любопытным взглядом красных глаз, в которых начало появляться понимание того, кто стоит перед ним. Все же Кайус был вампиром довольно долго и успел повидать многое. Поэтому пусть и не сразу, но то, что перед ним стоит Посланник самой Вечной Госпожи, он понял. И от этого будто кровь быстрее бежала по его венам. Захотелось заковать жнеца в самые крепкие цепи, вкусить его крови, что наделена силой, хотелось увидеть другие эмоции в зеленых глазах.       — Как… неожиданно. Не ожидал, что такая мышка, как ты, может оказаться с таким интересным сюрпризом, — нарушил тишину вампир. Внутри него бушевал азарт, а еще сильное желание увидеть лицо своего собеседника.       — А я, похоже, был прав, называя тебя мудаком, — хмыкнул Дамиан, убирая косу и поворачиваясь лицом к блондину, чей голодный взгляд малость напрягал. Не то, чтобы он боялся вампира, ему просто не нравилось, когда на него смотрели столь… голодно. — Тебя привлекают такие забавные… игры?       — Что поделать, если долгая жизнь иногда становится такой скучной. Нужно же как-то развлекаться, — усмехнулся Кай весело. — А в цепях ты бы смотрелся очень правильно.       — Как… мило. Да ты прямо-таки эталон радушного хозяина, или только очень особенные гости попадают в эти апартаменты? — жнец махнул, указывая на темницу и самые настоящие орудия пыток, что скромно лежали рядом.       Мужчины говорили, но при том сами не замечали того, как постепенно расстояние между ними начало медленно сокращаться. Шаг за шагом жнец и вампир приближались друг к другу. Если бы они были людьми, то буквально начали бы разделять одно дыхание на двоих.       — Особенные? О, нет-нет! Для особенных гостей я устраиваю другой прием, — голос Кая стал более хриплым, более тихим, вкрадчивым, похожим на урчание огромного хищника, что затаился, найдя свою идеальную жертву. — Хочешь узнать, насколько я гостеприимный хозяин, мышка?       — Прекрати меня так называть, — с явным раздражением в голосе потребовал Дамиан.       — Тогда назови мне свое имя, мы-ш-ка, — с издевательской растяжкой ответил вампир, оскалившись и демонстрируя пусть и короткие, но все же клыки, которыми так легко вспарывать человеческое тело. — Ты моё знаешь, а я твое - нет. Не думаешь, что это как-то нечестно?       Дамиан скептически изогнул бровь, но, конечно, под капюшоном этого было не видно. Ему было интересно, вампир и вправду думает, что он такой… наивный? Да это даже звучит, как неудачная шутка, вы где видели наивного жнеца? Однако дурацкое прозвище уже начинало бесить, поэтому ему ничего другого не оставалось, как назвать свое имя странному вампиру, который, черт возьми, мог его видеть. Смерть ни о чем таком не говорила, или просто он забыл спросить о том, что его действительно интересовало. Хотя, конечно, Высшая сущность терпеть не могла, когда на нее наседали с кучей вопросов.       — Меня зовут Дамиан, — буркнул он, после чего быстро исчез с твердой уверенностью, что это их последняя встреча.       Что ж, всем свойственно ошибаться, даже высшим существам.       Стоило фигуре исчезнуть, как камеру огласил смех. Кай смеялся - его пугающе искренний смех, полный безумного веселья, отражался от стен камеры, выходя за её приделы и доносясь до слуха других членов клана, от чего многие вздрагивали от пронзающего их ужаса. Поэтому не было ничего удивительного в том, что буквально через пару секунд в камеру ворвался Аро.       — Ты чего всех пугаешь? — спросил он, окидывая очень уж веселого брата любопытным взглядом.       — А что? Разве у меня не может быть хорошего настроения? — усмехнулся Кайус, предлагая брюнету покинуть камеру, а то чуткие рецепторы улавливали вонь от трупа, что уже успел остыть.       — И что же стало поводом для хорошего настроения? — поинтересовался Аро, ему было очень любопытно, ведь обычно Кай был достаточно холоднокровен и скуп на такие искрение эмоции, если они, конечно, не касались причинения боли кому-то. То, что светловолосый вампир был садистом, Аро совершенно не смущало, самое главное — его преданность клану. Да и все вампиры, так или иначе, любили причинять боль другим, просто кто-то в большей степени, кто-то - в меньшей. На ум пришел хороший пример — Карлайл и Джейн. Первый не убивал людей, сочувствовал им и даже смел питаться мерзкой кровью животных. От одной мысли становилось мерзко. И как бы Аро не любил интересных личностей, он был рад, когда Карлайл Каллен покинул клан. Он был белой вороной среди своих, и за это многие в Вольтури его не любили. А вот прекрасная Джейн была полной противоположностью. Одним своим взглядом она могла принести живому существу такую неимоверную боль, что некоторые сходили с ума.       — Да так, одна мышка в гости забежала. Даже удостоила меня чести узнать настоящее имя.       — Хм… — протянул один из королей; они уже подходили к тронному залу, где не было никого, кроме читающего какую-то книгу Маркуса. — И как же зовут твою мышку? Мне до сих пор любопытно, кто она.       — Его зовут Дамиан, — промурлыкал Кай, садясь на своей трон. Сейчас он походил на кота, который объелся вкусных сливок, но вот добавки пока не заслужил. — Его появление было сюрпризом, но довольно приятным.       — Даже так, — хмыкнул Маркус, присоединяясь к беседе, но не отрывая взгляда от книги, уж очень она была ему интересна. — Ты же даже лица его не видел, но твои глаза горят так, будто ты отведал самой вкусной крови.       Кайус не спешил отвечать, да и что он мог сказать - что внешность его не интересует? Интересует, как и всех вампиров. Однако он очень сильно сомневался, что его мышка имеет страшную внешность. Не с таким завораживающими глазами, что излучают невероятную мощь. И тьму. Смотря в них, Кай видит очень опасного хищника, подобно его собственному. Только этот хищник сладко спит, и это совершенно не устаивало вампира. Потому что Кай жаден! Все его естество хочет - нет, требует пробудить от глупого сна этого хищника. Оно хочет увидеть ярость и безумие, хочет увидеть покрытого алой кровью жнеца и услышать его смех, чтобы при этом глаза сияли ярче любых изумрудов.       Кай так глубоко ушел в свои мысли, что уже не обращал никакого внимания на окружающую обстановку. Аро пытался до него дозваться, но потом махнул рукой и решил заняться делами клана. Это всяко полезнее, чем вести бессмысленные монологи.       И никто из братьев совершенно не обратил внимание на затуманенный взгляд Маркуса, не знал, что сейчас вампир был далеко-далеко. Вне времени и пространства в маленькой темной комнате, где прятался человеческий ребенок в каких-то лохмотьях, поломанных очках велосипедах, что скрывали потрясающие зеленые глаза, в которых не было ни капли жизни, только всепоглощающая бездна, на дне которой клубилась пугающая, живая тьма.