Каково это, быть Избранной

В понедельник сразу после завтрака Гарри, Рон и Гермиона отправились в совятник отослать письмо Перси. В письме Рон по просьбе Сириуса спрашивал брата, когда он в последний раз видел мистера Крауча. Послали Луну, она давно уже скучала без дела. Сова вылетела в окно, друзья еще немного постояли, проводили ее взглядом и спустились в кухню подарить Добби купленные для него носки. Эльфы-домовики так им обрадовались, что гурьбой ринулись снова кипятить для них чайник, на каждом шагу раскланивались и были очень вежливы. Добби ошалел от восторга при виде подарков. — Гарри Поттер слишком добр к Добби! — пропищал он, утирая слезы на огромных глазах. — Да что ты, Добби! Если бы ты не принес жабросли, я бы пропал, — ответил Гарри. — А эклеров у вас, случайно, не осталось? — спросил Рон, оглядывая радостно кланяющихся эльфов. — Ты только что позавтракал, — нахмурилась Аврора, а четыре эльфа уже на всех парах летели к ним, держа над головами большой серебряный поднос с пирожными. — Надо захватить что-нибудь и для Нюхалза, — заметил Гарри. — Вот именно! — подхватил Рон. — А Сычик отнесет. Вы не дадите нам чего-нибудь с собой? — обратился Рон к окружившим их эльфам, те радостно поклонились и помчались за едой. — Добби, а где Винки? — спросила Гермиона, оглядывая кухню. — Винки вон там, у камина, мисс, — ответил Добби и опустил уши. Гермиона пригляделась, разглядела эльфиху и ахнула, вплеснув руками. Аврора тоже поглядела в сторону камина. Винки сидела на том же самом стуле, что и раньше, но она была так чумаза, что различить ее на фоне закопченной кирпичной стены было не так-то просто. Одежда на ней была давно нестирана и местами порвалась. Она держала в руках бутылку сливочного пива и, слегка раскачиваясь на стуле, глядела на огонь. В довершение картины Винки на всю кухню икнула. — Винки выпивает шесть бутылок в день, мисс, — шепотом сообщил Авроре Добби. — Ну, это ничего, сливочное пиво совсем не крепкое, — махнул рукой Рон. Добби покачал головой. — Для эльфа-домовика крепкое, Рональд. — хором ответили Аврора с Джинни Винки снова икнула, и эльфы, что принесли эклеры, искоса на нее глянули, укоризненно покачали головами и снова взялись за работу. — Винки тоскует по дому, мисс, — жалостливо шепнул Добби. — Винки все еще думает, что мистер Крауч ее хозяин. Добби ей говорит, мисс, что теперь ее хозяин профессор Дамблдор, но она не слушает Добби. Рору вдруг словно осенило, она подошла к камину и наклонилась к эльфихе. — Послушай, Винки, — спросила Аврора, — ты, случайно, не знаешь, что с мистером Краучем? Он почему-то перестал приезжать на Турнир Трех Волшебников. Винки очнулась, поглядела на Рору, покачалась немного и переспросила: — Хозя-зяин не приезжает на — ик — Турнир? — Да. Мы его с самого первого тура не видели. В «Пророке» пишут, он заболел. Эльфиха снова покачалась, мутными глазами глядя на Аврору. — Хозяин — ик — заболел? У нее задрожала нижняя губа. — Может, заболел, а, может, и нет, — быстро прибавила Аврора. — Хозяину нужна — ик — его Винки, — запричитала эльфиха. — Хозяин — ик — один не справится… — Другие люди, Винки, вполне справляются и без прислуги, — наставительно заметила Гермиона. — Винки вам — ик — не просто — ик — какая-нибудь прислуга, — Винки вздернула нос и принялась раскачиваться так сильно, что пиво из бутылки выплескивалось на ее и без того грязную рубаху. — Хозяин доверяет — ик — Винки — ик — самые важные — ик — самые большие секреты… — Какие? — спросила Рора. Винки замотала головой и чуть не вылила на себя весь остаток сливочного пива в бутылке. — Винки ни за что не расскажет — ик — секреты хозяина, — заявила она, закачалась еще сильнее и, нахмурившись, косо поглядела на Рору. — Не суйте нос, куда не следует! — Винки не смеет так разговаривать с Авророй Эванс! — накинулся на нее Добби. — Аврора Эванс храбрая и благородная, и мисс Эванс совсем не сует нос, куда не следует! — Сует! Она сует нос — ик — в дела — ик — моего хозяина. Винки — ик — честный эльф-домовик. Винки — ик — держит рот на замке — ик — а кто — ик — выведывает, да вынюхивает… — Винки вдруг закрыла глаза, сползла со стула на коврик перед камином и громко захрапела. Пустая бутылка из-под сливочного пива покатилась прочь по выложенному каменными плитами полу. Прибежали пять или шесть эльфов с большой скатертью в клеточку, с отвращением на лицах накрыли Винки скатертью и подоткнули края так, чтобы ее совсем не было видно, один из эльфов подобрал бутылку. — Нам очень жаль, что она напилась при вас! — понурясь, пропищал другой эльф, сокрушенно качая головой. — Только не думайте, пожалуйста, что все эльфы-домовики такие. — Она горюет по хозяину, а вы ее прячете под простыней, — сказала Джинни, потрясенная увиденным. — Лучше бы вы ее пожалели. — Простите, мисс, — сказал с низким поклоном тот же эльф, — домовик не имеет права горевать на работе. Мы должны служить хозяину, а не горевать. — Сколько можно?! — вознегодовала Гермиона. — Вы ничем не хуже волшебников и имеете такое же право быть несчастными! Вам полагается зарплата, отпуск и хорошая одежда. Вы не должны выполнять приказы и делать то, что вам не нравится! Вот вам пример — Добби. — Добби тут совсем ни причем, мисс, — пробормотал испуганно Добби. Эльфы перестали улыбаться и глядели на Гермиону, словно на опасную сумасшедшую. — Вот вам ваша еда, — пискнул эльф из-под локтя Авроре и сунул ей в руки большой окорок, десяток пирожных и фрукты. — Прощайте. Домовики тесно обступили Гарри, Аврору, Джинни, Рона и Гермиону и стали теснить прочь из кухни, подталкивая ручонками в спины. — Спасибо за носки, Гарри Поттер! — виновато крикнул Добби со своего места у камина, где на коврике похрапывала под скатертью в клеточку Винки. Гарри, Рона, Джинни, Рору и Гермиону вытолкнули из кухни и захлопнули за ними дверь. — Не могла помолчать? — упрекнул Гермиону Рон. — Они нас больше не пустят. Как мы теперь у Винки про мистера Крауча выведаем? — Как будто ты об этом беспокоишься! — парировала Гермиона. — Тебе бы только живот набить. В общем, денек выдался ничего себе. Вечером все трое уселись в гостиной за домашнюю работу. Рон с Гермионой все время переругивались, Гарри, в конце концов, не выдержал, взял еду для Сириуса и один пошел в совятник. Маленькому Сычику было не по силам одному взлететь на гору с целым окороком, и Гарри взял ему в подмогу пару школьных сипух. В полете они представляли весьма необычное зрелище: две большие совы, одна маленькая и кулек между ними. Гарри проводил их взглядом, облокотился на подоконник и стал глядеть на окрестности замка. Смеркалось. Темные верхушки деревьев волновались и шумели от ветра, трепетали паруса дурмстрангского корабля. Из печной трубы хижины Хагрида в клубах дыма вылетел филин, полетел к замку, обогнул совятник и скрылся из виду. Гарри поглядел вниз: Хагрид усердно копал перед хижиной землю. Что это он там копает? Похоже на новую грядку. А, может, и нет. Из кареты Шармбатона вышла мадам Максим. Она подошла к Хагриду и определенно попыталась завести с Хагридом разговор. Гарри, конечно, не мог их слышать; Хагрид перестал копать, оперся на лопату, но похоже, не был расположен к беседе, потому что очень скоро мадам Максим вернулась в свою карету. Гарри не хотелось снова идти в гостиную Гриффиндора и слушать перебранку Рона с Гермионой. Он остался в совятнике до темноты и глядел, как Хагрид копает землю; потом одна за другой начали просыпаться совы и улетать на охоту, и Гарри отправился спать. К утру запасы плохого настроения у Рона и Гермионы истощились. Накануне Рон с мрачным видом предсказывал, что из-за Гермионы эльфы-домовики нарочно станут плохо готовить для Гриффиндора, но Рон ошибся, и яичница с беконом и копченая рыба на завтрак были такими же вкусными, как и всегда, чему Гарри с Ророй несказанно обрадовались. Прилетели совы и принесли почту. Аврора нетерпеливо приглядывалась к кружащим над головами птицам. — Перси еще не написал ответ, — сказал Рон. — Мы же только вчера Буклю отправили. — Да нет, просто я подписалась на «Пророк», надоело все новости узнавать от слизеринцев, — ответила Рора. — Вот молодец! — ответил Гарри и тоже стал глядеть на сов. — Гляди-ка, Гермиона, вон та летит к тебе. Везет же… К Гермионе спускалась серая сова. — Это не газета, — разочарованно сказала Гермиона. — Это… Серая сова села на стол прямо перед ней и едва не угодила в тарелку, следом прилетели четыре сипухи, большая бурая сова и неясыть. Ты что, сразу на все газеты и журналы подписалась? — спросил Гарри и едва успел схватить бокал Гермионы: совы стали толкаться на столе, потому что каждая желала доставить свое письмо первой, и бокал чуть не сшибли. — Да что же это… — Гермиона взяла письмо у серой совы, распечатала и стала читать. — Ну, это уж! — пролепетала она, краснея. — Что там такое? — поинтересовалась Аврора. — Это… глупости какие-то… — Гермиона передала письмо Гарри. Оно было написано не от руки, а составлено из букв, вырезанных, должно быть, из «Пророка» и наклеенных на лист бумаги. «Ты гадкая девчонка. Ты не для Гарри Поттера. Убирайся к своим маглам». — Они все такие! — растерянно сказала Гермиона, распечатав все остальные письма. — «Гарри Поттер найдет кого-нибудь и получше…» «Сварить бы тебя в лягушачьей икре…» Ай! Гермиона раскрыла последний конверт, и ей прямо на руки полился желто-зеленый кисель с запахом бензина, по коже тут же пошли желтые, как от ожога, пузыри. Рон осторожно взял конверт, понюхал и сказал: — Неразбавленный гной бубонтюбера. Гермиона попыталась стереть ядовитый сок с рук салфеткой и заплакала от боли, кожа покрылась язвами и распухла, словно Гермиона надела толстые бугристые перчатки. — Беги в больничное крыло, — посоветовала Аврора. Совы, что принесли Гермионе письма поднялись и улетели. — Мы скажем мадам Стебль, где ты. Гермиона прижала руки к груди и выбежала из Большого зала. — Я ведь ее предупреждал: не зли Риту Скитер! — сказал Рон. — Вот, послушай, что тут пишут. — Он взял одно из писем и прочитал: — «Я прочитала в „Ведьмином досуге“ о том, как ты дурачишь Гарри Поттера, а он уже и так много натерпелся. В следующий раз я найду конверт побольше и пришлю тебе настоящее проклятие». Ну, теперь на нее посыплется! Надо ей быть осторожней. На урок травологии Гермиона так и не пришла. После травологии Гарри, Рон и Аврора вышли из теплицы и направились на уход за волшебными существами, а из замка в это время вышли и стали спускаться по лестнице Пенси со своими подружками. Пэнси заметила Гарри и крикнула: — Поттер, ты что, расстался со своей любовью? То-то она за завтраком расстроилась! Гарри не ответил: незачем ей знать, каких бед наделала статья в «Ведьмином досуге», только позлорадствует. На прошлом уроке Хагрид объявил, что единорогов они уже прошли до конца. Еще издали дети увидели, что он ждет их перед хижиной, а у его ног стоят открытые деревянные ящики. У Роры по телу побежали мурашки от мысли, что это, может быть, новый выводок соплохвостов. Она с опаской подошла, издали заглянула в ящики и вздохнула с облегчением: там сидели совсем не соплохвосты, а черные пушистые длинноносые зверьки. Передние лапы у зверьков были плоские как лопаты; зверьки вежливо глядели на учеников, искренне удивляясь и не понимая, чем они обязаны такому вниманию. — Это нюхлеры, — сказал Хагрид, едва ученики обступили ящики. — А живут они больше в шахтах. Любят разные блестящие штуки… ну вот, полюбуйтесь. Пэнси Паркинсон громко взвизгнула. Один из зверьков ни с того ни с сего подпрыгнул и вцепился бы зубами в наручные часы Пэнси, если бы она вовремя не отпрыгнула. — За версту драгоценности чуют, — радостно сообщил Хагрид. — Давайте-ка устроим маленькое соревнование. Вон там, видите, вскопано? — Хагрид указал на тот самый клочок земли, что он копал, когда Гарри стоял у окна совятника. — Я там зарыл золотые монеты. Чей нюхлер найдет больше всех, тот получит приз. Только все украшения с себя снимите. Выбирайте себе по нюхлеру, сейчас начнем. Аврора сняла часы и спрятал в карман. Часы, правда, не ходили, и она носила их по привычке. Потом она выбрала себе зверька, взяла на руки, и нюхлер тут же сунул длинный нос ей в ухо и с интересом понюхал. До того он был пушистый и мягкий, что походил на игрушку. — А этот чей? — воскликнул Хагрид, глядя в один из ящиков. — Кого у нас нет? Где Гермиона? — Пошла в больничное крыло, — ответил Рон. — Потом расскажем, — тихо прибавила Аврора: Пэнси Паркинсон подслушивала. Такого веселого урока ухода за волшебными существами у них еще не было. Нюхлеры ныряли во вскопанную землю, словно в воду, выныривали, спешили к своим студентам и выплевывали им в руки золотые монеты. Зверек Рона старался усерднее других, и скоро у Рона на коленях выросла хорошая кучка золота. — Хагрид, а можно такого купить и держать дома, как домашнее животное? — восхищенно спросил Рон, когда его нюхлер в очередной раз нырнул в землю, обдав его дождем из комьев земли. — Можно. Только твоя мама этой животине не обрадуется, нюхлер весь дом сроет, — улыбнулся лесничий. — Сдается мне, они нашли все, я сто монет-то всего и зарыл, — прибавил он, обходя взрытую землю. Зверьки, однако, продолжали нырять. — А вот и Гермиона. Гермиона, и правда, шла к ним по лужайке. Руки у нее были забинтованы, и выглядела она неважно. Пэнси Паркинсон сощурилась, глядя на нее. — Ну, поглядим, у кого сколько, — сказал Хагрид. — Сосчитайте-ка монеты. Воровать без толку, Гойл, золото лепреконское, — Хагрид сощурил свои черные глаза. — Все равно исчезнет через пару часов. Гойл с кислой миной вывернул карманы. Оказалось, что больше всех монет нашел нюхлер Роры, и Хагрид подарил ей большую плитку шоколада из «Сладкого королевства». В замке зазвонили в колокол к обеду. Все отправились в замок, а Гарри, Рон и Аврора с Гермионой остались помочь Хагриду посадить нюхлеров в ящики. Аврора заметила, что из окна кареты Шармбатона за ними наблюдает мадам Максим. — Что у тебя с руками-то, Гермиона? — обеспокоенно спросил Хагрид. Гермиона рассказала о полученных утром письмах, об упреках и обвинениях и о последнем письме, полном сока бубонтюбера. — Ну, ничего, ничего, — Хагрид легонько потрепал ее по плечу. — Когда Рита Скитер написала о моей мамаше, мне тоже слали такие письма. «Вы чудовище и вас надо выгнать из школы». «Ваша мать убивала невинных людей, и будь у вас хоть капля совести, вы бы уже давно утопились». — Не может быть! — поразилась Аврора. — Вот-вот. — Хагрид принялся ставить ящики с нюхлерами один на другой у стены хижины. — Не обращай на этих болванов внимания. И письма не открывай, в огонь их — и дело с концом. — Жаль, тебя не было на уроке, — сказала Аврора по пути обратно в замок. — Нюхлеры такие забавные, правда, Рон? Рон хмуро глядел на плитку шоколада, что Авроре подарил Хагрид. — Ты чего? — спросила его Рора. — Почему ты не сказал мне о золоте? — О каком золоте? — не поняла Аврора. — О том, что я тебе отдал на Кубке мира по квиддичу Лепреконское золото, что я тебе отдал за омнинокль. На трибуне для особо важных гостей. Ты мне не сказала, что оно исчезло. С минуту Аврора вспоминала, что за золото Рон имеет ввиду. — А, то золото… — вспомнила она, наконец. — Ну, не знаю… Я даже и не заметила, что оно пропало. Я тогда вообще только о Чемпионате думала. Они поднялись по парадной лестнице, вошли в вестибюль и пошли в Большой зал на обед. В зале они уселись за стол своего колледжа и принялись кто за ростбиф, кто за мясо, запеченное в тесте. — Должно быть, здорово иметь кучу денег и даже не заметить, что целый карман галлеонов исчез, — отрывисто сказал Рон. — Да мне и думать об этом было некогда, — нетерпеливо ответила Аврора. — У меня голова была другим занята, да и у всех, не только у меня, забыл ты, что ли? — Я не знал, что лепреконское золото исчезает, — пробурчал Рон. — Я думал, что отдаю тебе долг. Не надо было на Рождество дарить мне шляпу «Пушек Педдл». — Да забудь ты об этом! Рон ткнул вилкой в картофелину, поднял ее вверх и стал на нее глядеть. — Ненавижу бедность. Аврора с Гермионой переглянулись. Они не знали, что на это ответить. — Глупости, — продолжал Рон, глядя на картофелину. — Правильно Фред с Джорджем хотят достать денег. Вот бы и мне тоже. Вот бы мне нюхлера. — Вот и хорошо, теперь не надо думать, что тебе подарить на следующее Рождество, — весело сказала Аврора, но Рон продолжал мрачно глядеть на картофелину. — Да ладно тебе, Рон, с кем не бывает? У тебя все-таки руки не в гное бубонтюбера. — Гермиона с трудом держала нож и вилку, отек с рук еще не спал, и пальцы гнулись плохо. — Ненавижу эту Скитер! — вдруг выпалила она. — Ну, ничего, мы еще поглядим, кто кого. Всю следующую неделю Гермиона продолжала получать письма от рассерженных читателей «Ведьминого досуга». Она последовала совету Хагрида и писем не вскрывала, но некоторые из ее недоброжелателей нарочно присылали кричащие письма, которые взрывались прямо над столом Гриффиндора и орали ругательства на весь Большой зал. Так что даже те, кто не читал «Ведьминого досуга», знали все подробности любовных отношений Гермионы с Гарри и Виктором Крамом. Гарри до смерти надоело всем объяснять, что они с Гермионой всего лишь друзья. — Скоро они все успокоятся, — заверила Джинни Гермиону. — Только не обращай внимания… Помнишь, как она тогда написала обо мне и всем это в конце концов надоело. — Ну уж нет! Я хочу знать, как она подслушивает чужие разговоры, когда ее в школу не пускают, — недобро сверкая глазами, сказали Аврора с Гермионой. После следующего урока защиты от темных искусств Аврора с Гермионой задержались в классе, чтобы спросить о чем-то Амбридж. Все остальные просто бежали из класса, жаба устроила им такую контрольную по отклонению вредных заклинаний, что почти все покидали поле боя с потерями. У Гарри дергались уши, и он придерживал их ладонями. Гермиона и Аврора догнали Гарри и Рона в коридоре пять минут спустя. — Скитер не надевает мантию-невидимку — отдуваясь, сообщила Аврора, отведя ладонь Гарри от подрагивающего уха, чтобы он ее услышал. — Амбридж мне сказала, что не видела ее у судейского стола и вообще нигде у озера. Слушайте, девочки, бросьте вы эту затею, — посоветовал Рон. — Ни за что, — тряхнули девочки головой. — Я хочу знать, как она подслушала наш с Виктором разговор. — И как она узнала о матери Хагрида. — добавила Аврора — Может, она повесила на тебя жучок, — предположил Гарри. — Какой жучок? — не понял Рон. — Это что, вроде как клопов на нее напустила? Гарри стал рассказывать ему о крохотных микрофончиках и магнитофонах. Рон от таких чудес техники пришел в неописуемый восторг, но Рора перебила Гарри: — Вы что, так никогда и не прочитаете «Историю школы «Хогвартс»? — А зачем? — пожал плечами Рон. — Ты ее наизусть знаешь, если что — тебя и спросим. — Все эти штуки, которыми маглы пользуются вместо волшебства: электричество, компьютеры, радары и все такое прочее, — в Хогвартсе они не работают, здесь для этого слишком много волшебства. Поэтому, Рита Скитер подслушивает с помощью магии, по крайней мере, должна… только бы понять, как… и если это незаконно, уже ее… — У нас что, других забот нет? — с укором спросил Рон. — Мы теперь что, кровную месть начнем? — А мы тебя и не просим нам помочь! — отрезала Гермиона. — Мы и сами прекрасно справляяемся. Подруги развернулисьь на каблуках, даже не взглянув в сторону мальчиков, ушли обратно вверх по мраморной лестнице. Можно было сказать наверняка, что девочки отправились в библиотеку. — Спорим, что на этот раз она вернутся с коробкой значков «Ненавижу Риту Скитер»? — предложил Рон. Однако Гермиона и Аврора так и не попросили друзей помочь им отомстить Рите Скитер, за что они были им благодарны. Накануне пасхальных каникул им стали задавать гораздо больше домашней работы. Гарри искренне удивлялся девушкам: как это можно делать всю домашнюю работу, да еще и успевать читать про методы волшебного подслушивания? Сам он с домашним заданием едва справлялся, не забывая, впрочем, регулярно посылать еду Сириусу в грот на горе. С прошлого лета он еще помнил, что такое постоянный голод. В каждую посылку он вкладывал записку, где писал, что ничего необычного не случается, и Перси ответа на их письмо еще не прислал. Луна вернулась только в один из последних дней пасхальных каникул. Она принесла посылку с пасхальными яйцами и домашними ирисками от миссис Уизли, а еще в посылке оказалось письмо от Перси. Гарри, Авроре и Рону миссис Уизли прислала по яйцу размером с драконье, а Гермионе — крохотное, меньше куриного. Гермиона, когда его увидела, очень расстроилась. — А твоя мама, Рон, случайно, не читает «Ведьмин досуг»? — огорченно спросила Гермиона. — Читает, — ответил Рон с полным ртом ирисок. — Она его ради рецептов выписывает. Гермиона печально поглядела на крохотное яйцо. — Может, почитаем, что пишет Перси? — поспешно предложила Рора. Письмо оказалось коротким, было заметно, как Перси раздражен. Вот что он писал: «Я уже много раз сообщал корреспондентам «Пророка», что мистер Крауч находится в отпуске, который он давно заслужил. Он регулярно присылает мне с совами инструкции. Сам я его не видел, но уж почерк-то его я знаю, можете мне поверить. У меня и без того много забот, чтобы еще пытаться развеять эти глупые слухи. И не беспокойте меня без надобности. Поздравляю с Пасхой.» Обычно после пасхальных каникул Гаррии Аврора начинали усердно тренироваться к последнему в сезоне матчу по квиддичу. Но в этом году турнир по квиддичу отменили, и вместо этого надо было готовиться к третьему, последнему заданию Турнира Трех Волшебников, а что это будет за задание и как к нему готовиться, ребята еще не знали. На последней неделе мая профессор МакГонагалл задержала их в классе после Трансфигурации. — Сегодня в девять часов вечера вам надо будет пойти на площадку для квиддича, — сообщила она. — Там мистер Бэгмен объяснит вам и другим участникам, что вас ждет в третьем туре. В половине девятого Аврора с Гарри пошли к условленному месту, а Рон и Гермиона остались в башне Гриффиндора. В холле ребята нагнали Седрика Диггори, он тоже направлялся на площадку. Они вместе вышли из дверей замка. Вечер был пасмурный. — Как думаешь, что будет в третьем испытании? — спросил Седрик Аврору, когда они стали спускаться по каменной лестнице. — Флер все говорит о подземных ходах, думает, что мы будем искать сокровища. — Ну, это еще полбеды, — ответила Рора и подумала, что на этот случай попросит у Хагрида нюхлера, зверек сокровища и найдет. Они прошли темной лужайкой к стадиону и вошли через арку в трибунах. Седрик увидел площадку и остановился как вкопанный. — Что с ней сделали? — с возмущением воскликнул он. Площадка для квиддича всегда была ровная и гладкая, а теперь на ней выстроили длинные низенькие стены, которые шли во всех направлениях и пересекали друг друга. — Да это живая изгородь, — сказал Гарри, наклонившись поближе. — Эй, идите сюда! — весело окликнул их Людо Бэгмен. Он стоял в самой середине площадки, а с ним Виктор Крам и Флер Делакур. Гарри, Аврора и Седрик пошли к ним, перешагивая через стены живой изгороди. Флер приветливо улыбнулась Гарри. С тех пор, как он достал ее сестру со дна озера, она в Гарри души не чаяла. — Ну, что скажете? — довольный собой, спросил Бэгмен, едва только Гарри и Седрик перебрались через последнюю стену. — Здорово растет? Глядишь, через месяц футов в тридцать вымахает. Молодец Хагрид, это он посадил. Ничего, ничего, — прибавил он, глядя на вытянувшиеся лица Гарри и Седрика, — Турнир кончится, и получите вы свою площадку для квиддича назад, не волнуйтесь. Ну что, поняли, что это такое? Все молчали. — Лабиринт, — догадалась первой Аврора. — Точно, лабиринт! Так что, третье задание простое. Кубок Трех Волшебников поставят в центре, кто первый до него дотронется, тот и выиграл. — Надо просто проходить лабиринт? — удивилась Флер. — Тут будут препятствия, — потер руки Бэгмен, раскачиваясь на пятках. — Хагрид приготовит всяких волшебных существ… и заклятия тоже будут, надо будет и их обойти… ну и все такое прочее… Первыми в лабиринт войдут те, у кого больше очков. — Бэгмен улыбнулся Авроре, Гарри и Седрику. — Потом мистер Крам. Потом мисс Делакур. У каждого из вас будет возможность победить, все зависит оттого, как вы справитесь с препятствиями. Что, здорово? Гарри было хорошо известно, что за существ Хагрид приготовит для такого случая, и он подумал, что будет не до веселья. Однако он вежливо поклонился вместе с другими участниками. — Ну ладно, если нет вопросов, тогда пойдемте в замок, что-то стало холодать… И он поспешил мимо Авроры к выходу со стадиона. Едва успела Рора подумать, что сейчас Бэгмен снова будет предлагать помощь, как Крам взял ее за плечо. — Мы можем поговорить? — Ну… да, — удивленно ответила Аврора. — Давай пройдемся. — Давай. Бэгмен, заметив это, встревожился. — Аврора, тебя подождать? — Нет, мистер Бэгмен, спасибо, — сдерживая улыбку, ответила она. — Я скоро вернусь. Рора и Крам вместе вышли из стадиона, но Крам не пошел, как думала Аврора, к своему паруснику. Вместо того он направился к Запретному лесу. — Зачем мы туда идем? — спросила Аврора, когда они миновали хижину Хагрида и ярко освещенную карету Шармбатона. — Не хочу, чтобы нас слушали, — ответил Крам. Недалеко от загона с лошадьми Шармбатона нашлось тихое укромное местечко. Крам остановился в тени деревьев и обернулся к Роре. — Мне надо знать, — нахмурившись, спросил он, — что у Поттером с Гермионной. Гарри ожидал, что за такими предосторожностями последует что-то посерьезнее, и в недоумении поглядел на Крама. — Ничего, — ответил он, но Крам продолжал хмуро глядеть на него. Аврора вдруг заметила, насколько Крам ее выше, и решила все-таки объяснить. — Они просто друзья, — сказала она. — И ничего больше. Это все Рита Скитер выдумала про них. — Гермивонна слишком часто о нём говорит, — Крам недоверчиво глядел на Гарри. — Ну да, — ответила Аврора, — они же с ней друзья. Аврора сама себе не верила, как это она вот так говорит с Виктором Крамом, знаменитым на весь мир ловцом. Кроме того, Крам был гораздо старше, а выходило, что он принимал Аврору за равную… за настоящего соперника… — И они никогда… между ними не было… — Нет, — твердо ответила Аврора. Лицо Крама прояснилось. Он еще с минуту глядел на Рору и потом сказал: — Ты очень хорошо ладишь с животными. Я видел на первом испытании. А ещё прекрасно летаешь. — Спасибо. — Аврора расплылась в улыбке и сразу почувствовала себя выше ростом. — А я видела, как ты играл на Чемпионате мира. Этот финт Вронского… Вдруг позади Крама, в деревьях, что-то зашевелилось. Аврора не понаслышке знала, кто обитает в Запретном лесу, и тут же, не раздумывая, схватила Крама за руку и оттащила в сторону. — Что такое? Аврора только покачала головой, продолжая напряженно глядеть туда, где, как ей показалось, что-то двигалось. Она достал из кармана волшебную палочку. И тут из-за высокого толстого дуба вышел, покачиваясь, человек. В первую минуту Авроре его не узнала, но потом поняла, что это… мистер Крауч. Мистер Крауч выглядел так, будто провел в дороге несколько дней и все время шел пешком. Брюки на коленях были прорваны и испачканы кровью; он был небрит, лицо исцарапано и от истощения посерело. Волосы на голове и усы были немыты и давно не стрижены. В общем, вид у него был чудной, а вел он себя и того чуднее. Мистер Крауч размахивал руками, бормотал что-то себе под нос, и разговаривал с кем-то, кого видел только он один. — Это судья? — спросил Крам, тоже узнав Крауча. — Он ведь работает в вашем Министерстве. Аврора кивнула, помялась в нерешительности и медленно пошла к мистеру Краучу. Крауч, впрочем, не обратил на неё ни малейшего внимания и продолжал беседовать с деревом: — … а после этого, Уизли, уведомьте Дамблдора письмом о количестве студентов из школы Дурмстранг, которые прибудут на Турнир. Каркаров сообщил, что их будет двенадцать… — Мистер Крауч? — осторожно позвала Аврора. — … и отправьте сову к мадам Максим, возможно, она захочет привезти больше студентов, чем хотела, так как Каркаров решил взять двенадцать… Вот, Уизли. Вы выполните то, о чем я вас прошу? Выполните?.. Выпол… — мистер Крауч выпучил глаза, уставился на дерево и неслышно что-то забормотал, потом вдруг покачнулся и рухнул на колени. — Мистер Крауч, что с вами? — громко спросила Рора. Крауч завращал глазами. Аврора обернулась и поглядела на Крама, Крам стоял неподалеку и с тревогой глядел на Крауча. — Что с ним? — спросил он. — Не знаю, — ответила Авроа. — Приведи, пожалуйста, кого-нибудь… — Дамблдора! — простонал Крауч, схватил Аврору за мантию и подтащил ближе к себе, хотя Рору он как будто и не видел. — Мне надо… увидеть… Дамблдора… — Хорошо, мистер Крауч, — ответила Аврора. — Я вам помогу подняться и мы пойдем… — Я… совершил… ошибку… — прошептал мистер Крауч. Вел он себя как самый настоящий сумасшедший. Глаза у него вылезали из орбит и бегали туда-сюда, а из уголка рта по подбородку струилась слюна. Было заметно, что каждое слово стоит ему огромных усилий. — Должен… сказать… Дамблдору… — Встаньте, мистер Крауч, — громко и ясно сказала Аврора. — Встаньте, я отведу вас к Дамблдору. Мистер Крауч вдруг поглядел прямо на Аврору. — Кто… ты? — прошептал он. — Я учусь здесь, в школе, — ответила Рора, оглянулась на Крама, в надежде на помощь, но Крам пугливо держался поодаль. — Ты не… его? — еле слышно проговорил Крауч, почти не шевеля губами. — Нет, не его, — ответила Аврора, хотя не имела ни малейшего понятия, о чем Крауч говорит. — Ты… Дамблдора? — Да, да. Крауч подтащил её еще ближе к себе. Аврора попыталась высвободить край мантии из руки Крауча, но ничего не вышло. — Предупреди… Дамблдора… — Я приведу его, только отпустите меня, — попросила Рора. — Отпустите, мистер Крауч, и я его вам приведу… — Благодарю вас, Уизли, а когда закончите с этим, принесите мне чашку чая. Скоро приедут жена с сыном, вечером мы идем на концерт с мистером и миссис Фадж, — быстро забормотал Крауч дереву, словно напрочь забыл о существовании Авроры, а Рора просто опешила и даже не сразу заметил, что Крауч выпустил его мантию. — Да, благодарю вас, мой сын получил двенадцать СОВ, да-да, это очень высокая оценка, я очень рад, да. Принесите мне, пожалуйста, записку Министра магии Андорры, думаю, я успею набросать ответ… — Побудь здесь с ним, — велела Рора Краму. — Я приведу Дамблдора, я его быстрее найду, я знаю, где его кабинет… — Он сумасшедший, — ответил Крам, со страхом глядя на Крауча. Крауч все еще беседовал с деревом, как будто это был Перси. — Просто постой здесь с ним — и все! — Аврора встала и хотел было бежать к замку, но Крауч снова встрепенулся, обхватил Рору вокруг колен и притянул обратно к земле. — Не… оставляй… меня… одного, — попросил он, снова тараща глаза. — Я… убежал… должен предупредить… рассказать… увидеть Дамблдора… моя вина… это все моя… Берту убили… все моя вина… сын… я виноват… сказать Дамблдору… Гарри Поттер… Темный Лорд… сильнее… Гарри Поттер… — Отпустите меня, мистер Крауч, я приведу Дамблдора, — взмолилась Аврора и метнула яростный взгляд на Крама. — Да помоги же ты! Крам с опаской приблизился и присел рядом на корточки. — Смотри, чтобы он никуда не ушел, — велела Аврора и вытащила мантию из руки Крауча. — Я приведу Дамблдора. — Только скорее, ладно? — крикнул вдогонку Крам. Аврора выбежала из леса и помчалась по темной поляне к замку. Вокруг было пусто, Бэгмен, Флер, Гарри и Седрик уже ушли. Аврора взлетела по лестнице, распахнула дубовые двери, ворвалась в вестибюль и побежала по мраморной лестнице на третий этаж. Пять минут спустя Аврора уже мчался по коридору к каменному орлу, что торчал в стене в середине коридора. — Лимонный шербет! — отдуваясь, крикнула Аврора. Это был пароль входа на потайную лестницу, что вела к кабинету Дамблдора, по крайней мере, такой пароль был два года назад. Пароль, судя по всему, изменили, потому что орёл не ожил и не отпрыгнул в сторону, а вместо этого продолжал как ни в чем не бывало зло глядеть на Гарри. — Да двигайся ты, ну! — заорала она. В Хогвартсе такие штуки не проходили, ори не ори — все без толку, и Аврора это прекрасно знала. Она глянула направо, налево по коридору. Может, Дамблдор в учительской? Рора что есть духу побежала к лестнице, как вдруг… — Аврора!— раздался голос. Аврора остановилась как вкопанная и обернулась. С потайной лестницы за орлом сошел Снейп, он поманил Рору рукой, а гаргулья позади него вернулась на свое место. — Что ты сдесь делаешь Аврора? Рора помчалась обратно. — Мне надо видеть профессора Дамблдора! — крикнула она, подбежала к Снейпу и остановился. — Там… в лесу… мистер Крауч. Он просит… — Аврора что за чушь ты несёшь? — сверкнул глазами Снейп. — Мистер Крауч, из Министерства! — закричала Аврора. — Он болен, а может… Он в лесу, он хочет увидеть Дамблдора! Скажите пароль… — Директор занят, Рора, — сказал Снейп. — Мне надо сказать Дамблдору! — еще громче закричала Аврора. — Аврора уйди. — Да послушай же ты! — рассердилась Аврора. — Крауч не в своем уме… говорит, что хочет о чем-то предупредить… Потайной ход за спиной Снейпа открылся, и из него показался Дамблдор в длинной зеленой мантии. — Что тут такое? — удивленно спросил он, глядя поочередно то на Аврору, то на Снейпа. — Профессор! — выпалила Аврора и шагнула вперед, чтобы опередить крёстного. — Мистер Крауч здесь… в Запретном Лесу. Он хочет с вами поговорить. Гарри думал, что Дамблдор станет задавать вопросы, но, к счастью, тот и не думал ни о чем спрашивать. — Показывай дорогу, — коротко сказал Дамблдор и поспешил следом за Авророй, а Снейп остался стоять у орла, причем выглядел страшнее раза в два. — Аврора, что говорил мистер Крауч? — спросил Дамблдор, спускаясь по мраморной лестнице. — Что хочет вас предупредить… что сделал что-то ужасное… о своем сыне говорил… и о Берте Джоркинс… и… и о Волан-де-Морте… кажется, что Волан-де-Морт стал сильнее… — Правда? — они вышли из замка, на улице уже стемнело, и Дамблдор прибавил шагу. — Он ведет себя не как нормальный человек, — сказала Аврора, едва поспевая за широким шагом директора. — Он, по-моему, не понимает, где он. Говорит как будто с Перси Уизли, а потом вдруг говорит, что хочет видеть вас… Он там остался с Виктором Крамом. Прийдя на место, и рассказав директору всё происходящее с министром, Аврора пошла в замок. Идя по коридорам освещёнными факелами, девушка наткнулась на Северуса и Драко. — Привет Драко! — воскликнула девочка. — Что ты сдесь делаешь? — Гуляю, а то в комнате сидеть надоело. — ответил парень. — Не скучно самому? — Аврора сделала вид, будто крёстного сдесь нет. Она злилась на Северуса из-за того, что тот не поверил ей когда она чуть ли не в истерике просила пустить её к Дамблдору. Малфой ничего не ответил, а Снейп вопросительно посмотрел на крестницу. — Ладно, я пошла. Надо ещё к крёстной забежать. — поцеловав парня в щёку, Аврора ушла. — Что случилось? — спросил Драко смотря на крёстного. — Я не пустил её к Дамблдору. — холодно дал ответ мужчина. — Почему? — опять задал вопрос Малфой. — А, дай угадаю: Ты не поверил тому что она говорит, и не пустил. Всё правильно? — Да. Но после того как вышел Альбус, я об этом тысячу раз пожалел. Ведь это я мог пойти с Авророй. — Какой же ты идиот, крёстный. — сердито сквозь зубы ответил Драко и пошёл прочь.