Грязная суббота Уэнсдей

      Уэнсдей встала с кровати Энид, подняла ранее брошенные на пол трусики и надела их. Лифчик остался на полу, вместо него она нацепила майку. — Сладких снов, — сказала она подруге и отправилась в свою кровать, заперев дверь, погасив свечи и выключив свет.       — Доброй ночи, Уэнс, — с небольшой грустью в голосе ответила Энид. ***       Услышав тихие приближающиеся шаги, Уэнсдей резко открыла глаза и секундный страх развеялся, когда она увидела возле своей кровати знакомый силуэт Эн. — Ты не против, если я лягу с тобой? Мне немного не хватает объятий.       Без лишних слов, Уэнсдей подвинулась на кровати и, приоткрыв одеяло, запустила под него Энид. Положив голову на грудь Уэнс и обняв её левой рукой, она довольно быстро заснула, в то время как Аддамс немного растеряла сон.       Когда они играли в игры, Уэнсдей должна была ненадолго отвлечь свою соседку, чтобы Ксавьер незаметно написал на печатной машинке: "Энид Синклер безумно хочет Уэнсдей Аддамс", после чего ему оставалось уйти и оставить наедине развлекающихся девушек. Сперва Уэнс хотела просто заполучить Эн. Завладеть её телом. Но при каждой встрече она ощущала себя другой рядом с ней. Лишь подойдя к этапу, где она могла ей воспользоваться, Уэнс осознала, что это будет предательством её чувств. К ней пришло осознание, что её оболочка привлекает её гараздо меньше того, что внутри неё, поэтому она просто решила узнать– это взаимно? Если бы Ксавьер написал то, что она хотела, всё встало бы на свои места. Она бы либо сблизилась с Уэнс, либо вернулась к Аяксу. Несмотря на его ничтожность, она имела к нему чувства, но только ли к нему? Пока Энид лежала на её груди, Уэнсдей слегка поглаживала её, чтобы немного успокоить, несмотря на то, что она уже уснула. Уютные касания пройдут и сквозь сон, была уверена Уэнс. ***       Открыв глаза, Энид закрыла их от солнечного света и обнаружила, что осталась одна в кровати. Заснула она лёжа на Уэнсдей, а проснулась на подушке, которая каким-то чудом оказалась под ней. Немного осмотревшись, девушка заметила, что на кровати лежала записка.       "Пойду прогуляюсь, постараюсь вернуться к твоему пробуждению. Уэнсдей". Взяв с тумбочки маленькую бутылку воды, Энид опустошила её полностью и только после этого заметила лежащую рядом с ней таблетку. Она была похожа на ту, которую ей принёс Вещь, когда она плохо себя чувствовала после того, как они напились с Уэнс.       Энид нашла свой телефон, который валялся возле кровати, разблокировала его и увидела несколько сообщений от Аякса.       — Привет, прости что вчера не пришёл, просто твоя чудоковатая подруга превратила меня в статую с помощью зеркала. Можем встретиться?       Энид нахмурила брови. Её мирок начал слегка трястись. Что. Чёрт. Возьми. Происходит?! — Уэнсдей не хотела, чтобы Аякс пришёл на вечеринку, потому что они обо всём договорились с Ксавьером? — придя к этому простому логическому заключению, Энид не на шутку разозлилась. Ни одного разумного варианта больше не могло прийти ей в голову.       — Мне нужно закончить некторые дела, потом поговорим, — не взирая на произошедшее, Энид ощутила резкий негатив в сторону Аякса. Его нелепость, слабость, нерешительность... сперва она думала, что сможет изменить в нём эти вещи, или он сам изменится ради неё, но сейчас к ней начало приходить осознание, что её недо-парень полностью состоит из этого нелепого набора качеств лузера. Уэнсдей же, в свою очередь, занимает роль альфы, и просто пытается заполучить то, что ей понравилось, невзирая ни на что. Ни на её желание, мнение, право выбора... Пока неясным остаётся только одно. — Если она хочет заполучить меня... на кой чёрт ей нужен Ксавьер, и какого хрена вообще произошло вчера вечером.       В дверном проёме появилась весьма злая Уэнсдей. Её платье было слегка заляпано ещё свежей грязью, а в руке её был керамбит. Она молча прошла до своей кровати, агрессивно воткнула нож в тумбочку и легла на кровать, не снимая грязной обуви. Со взглядом кровожадного и чем-то недовольного убийцы, она смотрела в потолок, и по ощущениям, перебирала миллион вариантов дальнейших событий.       Весьма неожиданная картина частично отвлекла Энид от агрессивных размышлений. Она решила пока не говорить о том, что узнала от Аякса, чтобы лучше разобраться в том, что движет её Уэнсдей. Чего она желает.       — Уэнс? — окликнула её подруга.       — Слушаю, — не отводя взгляда от потолка и не моргая, ответила девушка.       — В записке было сказано, что ты пошла прогуляться...что пошло не так? — Энид подошла к кровати Уэнсдей, но садиться на кровать или касаться своей соседки у неё не было ни малейшего желания. Из чувств, которые у неё к ней остались, были только непонимание и пассивная злость.       — Он сбежал, — не многословно, но в целом довольно ясно ответила Уэнсдей.       — Ксавьер? Расскажи подробнее.       — Я не могла заснуть. Мне не давало покоя, что он позволил себе воспользоваться тобой. Я вышла из комнаты примерно через час после того, как ты заснула, взяла нож и пошла отрезать ему яйца. Вместо него я нашла небольшую записку с извинениями, — Уэнсдей достала из кармана небольшую бумажку и протянула подруге.       "Я не знаю, что на меня нашло, просто... ты знаешь, я люблю тебя, Уэнс. Я разозлился на тебя после того разговора и решил, что если ты позволяешь себе играть против правил, то почему не могу я, ведь всё равно мы не будем вместе. Я видел, как ты смотрела на Энид... примерно также, как я смотрю на тебя. Не буду себя оправдывать, я поступил ужасно, и я ненавижу себя за это. Я покидаю Nevermore. Я не считаю, что такое возможно простить, поэтому мы больше никогда не встретимся. never. more. иронично, правда?"       — Всё конечно не плохо написано, но как часто, когда тебе нравится девушка, ты трахаешь её подругу? — Подметила Уэнсдей и продолжила рассказ.       — Так как я выдвинулась ночью, я понимала, что он написал эту записку и собрал свои вещи сразу после того, как ушёл от нас. В противном случае, я бы застала его спящим в кровати, и проснулся бы он от собственного же крика. На тот момент прошло не так много времени, поэтому я допускала, что он ещё не не успел уехать. Вещей в комнате не было, но возможно ещё были в его лесном сарае с картинами. Я побежала туда. Картины были на месте, поэтому, решив, что вскоре он за ними придёт, я поставила стул напротив входа и ждала. Но он не пришёл. Через час пришло осознание, что здесь мы с ним не встретимся. Я вышла от туда и пересеклась с Юджином. Он зачем-то шёл на свою пасеку. Я попросила проверить расписание поездов с помощью телефона. Ближайший поезд за эти сутки отправлялся через час. Он должен был быть на нём. Но я опоздала. Поезд уехал. Посещали мысли перехватить его на следующей станции, но... почему бы не осчастливить его? Мне не составит труда узнать, где он живёт. Через месяц, когда он и думать забудет о этой школе, он получит письмо, где будет написан его адрес. Я запугаю его тем, что расскажу всем в его школе, что он сделал. Я хочу, чтобы он думал, что всё, что ему грозит – это публичный позор, который он, по его мнению, с лёгкостью сможет оправдать. Кто поверит случайной девушке, которая выглядит так, словно с ней что-то не так? Я хочу, чтобы он боялся, но не так сильно, чтобы начал бежать. Когда он будет готов принять репутационный удар, я докажу ему, что он не был готов. Помимо рассказа о содеянном, я отрежу его яйца на глазах у всей школы. Тогда мы будем квиты. А пока... пусть готовится. Он должен быть расслаблен, чтобы удар завершал партию.       — Да уж, — весьма удивлённая и поглощённая новой информацией Энид вышла из комнаты. ***       Она не хотела сейчас разговаривать с Уэнс. Она хотела разобраться во всём сама, но понять даже малую часть от произошедшего было невероятно тяжело. Энид знала одно. Сейчас Уэнсдей говорила чистую правду. Она не была в её отношении милой, она даже ни разу не посмотрела в её сторону с момента, как вошла. Всё, что ей двигало – злость, праведный гнев. Она чувствовала её энергию и вместе с этим приходило осознание, что всё в этой ситуации не так просто. Решив немного побыть одной, Энид вышла во двор и села на лавочку в небольшом школьном сквере.       Мимо неё проходило много её одноклассников, которые смеялись и обсуждали предстоящее событие. Грязная суббота уже завтра. В настоящую секунду Энид было достаточно грязи, поэтому она и не думала посещать данное событие. Её забавляло, что только неделю назад она была готова пойти на эту встречу, чтобы поставить Уэнсдей на место и дать ей понять, что у неё есть парень. Возможно в ту секунду она больше пыталась убедить себя, нежели Уэнс в том, что он тот человек, рядом с которым она хотела бы быть.       — Привет, — на лавочку рядом с девушкой сел Аякс, — ты не отвечала на мои сообщения, я немного заволновался, у тебя всё хорошо? — не получив ответа, Аякс неуверенно потянулся к Энид, чтобы её поцеловать, но девушка немного отклонила голову, давая понять, что у неё нет желания целоваться. Или целоваться с ним?       — Что произошло вчера? — она уже слышала от него, что случилось, но её интересовали подробности, которые, скорее всего, ничего бы не изменили.       — Пока мы с тобой вчера переписывались, ко мне зашла Уэнсдей, это было буквально после того, как ты меня пригласила. Она принесла здоровую чёрную коробку, перевязанную бантиком, и сказала, что это от тебя. Она настояла на том, чтобы я сразу же открыл её. Как только я снял крышку с коробки – я окаменел. Помню лишь обрывком свой слегка потерянный взгляд в зеркале на дне коробки. Когда я пришёл в себя, ни её, ни коробки уже не было. К слову, сообщение с тем, что я задержусь, видимо, отправила она сама.       — Понятно, — без какого-либо намёка на заинтересованность ответила Энид.       — Ты не злишься, что я не пришёл вчера, — Аякс смотрел на неё немного потерянным взглядом, — ты же понимаешь, что я не виноват в этом, это всё Уэнсдей.       — Ага, — всё также сухо, даже не поворачивая на него голову, ответила девушка.       — Так что, пойдём завтра на грязную субботу? Думаю, должно быть весело, — с небольшим проблеском надежды произнес Аякс, стараясь заглянуть в глаза Энид.       — А что, если тебя снова обратит в камень Уэнсдей?       — Я этого не допущу, — с наигранной уверенностью в голосе сказал парень, — обещаю.       — Знаешь, почему она сделала это? Потому что она любит меня, и скорее я пойду на эту субботу с ней, нежели с тобой, хотя меня тошнит от вас обоих.       — Но что я сделал не так?       — Всё. Не желая продолжать диалог, девушка встала с лавки и уверенно направилась в сторону женского кампуса.       — Бьянка? Стой, — Энид увидела проходящую Сирену и решила уточнить у неё, почему она передела силы Ксавьеру.       — Чего тебе? — с явно выраженным высокомерием произнесла Бьянка. Она не была сильно заинтересована в этом диалоге, поэтому хотела закончить его как можно скорее.       — Зачем ты передала свои силы Ксавьеру? — в голосе ощущалось напряжение и претенцио́зный тон.       — Это тебя не касается, — сухо ответила девушка.       — Не касается? Вчера с помощью этих сил он заставил меня раздеться и выполнять его грязные желания. Против моей воли. Если ты считаешь, что это меня не касается, я сейчас же пойду к директрисе и уточню, насколько корректно передавать свои силы для таких целей! — Солнце скрылось за тучами и позитивный настрой Энид, видимо, тоже.       — Да как же я вас ненавижу! Твою психованная соседка заставила меня сделать это. Они угрожали, что....не важно чем. Если бы я этого не сделала, она уничтожила бы мою жизнь.       — Уэнсдей попросила передать силы Ксавьеру?       — Да. Я хотела, чтобы она бросила его, а она пришла вместе с ним и начала меня шантажировать. Все претензии этой ненормальной, я не имею к этому никакого отношения.       Желая получить ответы, Энид направилась в свою комнату, в надежде застать там Уэнсдей. — Если она соврёт....я выпущу ей кишки.       — Где Ксавьер? — крикнула Бьянка в спину уходящей девушки, но ответной реакции не последовало. ***       — Уэнсдей, какого хрена вчера произошло? — ворвавшись в комнату прокричала Энид.       Из-за пасмурной погоды в комнате уже было слегка темно, но она видела, что её соседка по прежнему лежала на своей кровати.       Уэнсдей слегка повернула голову на подругу. Она не часто слышала её крики, поэтому, в настоящую секунду она не на шутку заинтересовалась.        — Мы с тобой там вместе были, ты опять всё забыла?       — Я всё помню, и что было вчера, и что было тем вечером! Сейчас меня интересует, почему вчера случилось то, что случилось. Только не строй из себя невинную овечку, я разговаривала с Бьянкой и Аяксом. Я хочу знать всю правду!       Уэнсдей отвернулась от подруги и вновь уставилась в потолок. Энид включила свет, от чего Уэнс немного поморщилась.       — Хочешь правды? Хорошо. Начнём с вечера, который выпал из твоей памяти, а затем чудесным образом вернулся. Бьянка видела нас и угрожала рассказать всё директору, если я не порву с Ксавьером. А я не встречалась с Ксавьером, он мне и за даром не нужен. Но ему была нужна Я, что мне было прекрасно известно. И Бьянке. Всем. Пока ты встречалась со своим Аяксом, я решила немного поиграть. Я дала Ксавьеру то, что он хочет, взамен на кое-какую услугу. Он должен был прийти со мной к Бьянке, чтобы поставить эту зазнавшуюся сучку на место. Она хотела, чтобы он был с ней, но для неё – он был со мной. При чём она знала, что он мне не нужен, и это только добивало её.       Унизив её этим, я пошла дальше. Я хотела тебя. Любой ценой. Дар Ксавьера в купе с силой сирен мог заставить тебя сделать что-то таким образом, чтобы ты об этом ничего и не узнала. Он должен был написать текст, который заставил бы тебя полюбить меня и отдаться. Но каждый раз, когда мы с тобой встречались, оставались наедине... я понимала, что меня тянут вовсе не животные инстинкты. Я просто влюбилась в тебя.       Когда ты выбежала в коридор, мы остались с Ксавьером вдвоём, и я сказала, что передумала, ибо... в тот момент это показалось мне предательством чувств. Я попросила написать его что-то в стиле: Пусть Энид Синклер проявит свои чувства к тому, кого она действительно любит. После этого он должен был уйти. Я была готова к тому, что ты оденешься, и, не смотря ни на что, уйдёшь к Аяксу. Я не знала, что ты ко мне чувствуешь, и в ту секунду, как мне показалось, это было единственным способом узнать правду. Вместо того, чтобы написать, что необходимо, Ксавьер подумал, что между мной и им больше ничего не будет из-за моей неосторожной фразы, и решил воспользоваться положением.       Без лишних слов Энид подошла к печатной машинке, которую никто не трогал с того вечера, и увидела следующий текст:       "Уэнсдей и Эннид – разденьтесь до гола и займитесь со мной страстной любовью".       "Ласкайте друг дружку до утра".       Прочитав напечатанный текст, Энид молча вышла из комнаты.