Тихий омут

      Больно. Абсолютно везде. Начиная от кончиков пальцев ног и заканчивая макушкой. Как-то после финальной игры в квиддич, она очнулась ровно от подобных ощущений, но причиной тому было падение с метлы. В самую последнюю минуту решающего матча. Рухнув с высоты шестиэтажного дома, она чудом избежала смерти, отделавшись парочкой переломов ребер, сотрясением мозга и… потерей карьеры.       — Черт…— издав старческое кряхтение, Джинни кое-как оторвала голову от заботливо сложенной куртки. Временная дезориентация сбивала с толку, но чем дольше она фокусировалась на окружающем антураже, тем отчетливей понимала… уж лучше бы она не просыпалась… — Боже…       — Черт, боже… Как быстро ты меняешь свою веру, Джинни.       Свечи. Повсюду. На полу, расставленные полусферой вокруг места, похожего на алтарь, в канделябрах, развешенных по каменным сводам стен, под потолком, парящие в невесомости, как когда-то в Хогвартсе.       — Драко?       Стоя на возвышенности, возле подобия гроба, Малфой под маской волка, неспешно раскладывал белые лилии. Выдергивая стебли из цветочной охапки, он обрамлял ими блеклую стенку короба, выточенного из цельного куска мрамора.       Склеп. Совершенно точно она попала именно в него.       — Моего раннего предупреждения, смотрю, тебе было недостаточно? — голос пронесся раскатистым эхом, теряясь в скальных недрах.       Пещера. Или подземелье. И что-то подсказывало Джинни, что второй вариант был вероятней всего.       — Так тот залп исподтишка был предупреждением? Прости, неверно истолковала, — Уизли неуверенно шагнула вперед.— Где мы?       Она помнила Азкабан. Седьмой ярус и камеру D, окруженную взбешенными дементорами. Помнила потухший взгляд Аластора Джавса. Верней, его головы. А затем, короткое мгновение, когда палач, скрывающийся под личиной зверя решил трансгрессировать, но в одиночку ему это сделать не удалось.       — А ты как думаешь?       Красиво раскрывшийся бутон удобно лег у изголовья гроба.       — Поместье Малфоев? — настороженно следив за темной фигурой, Уизли медленно подбиралась к ней. В отличие от Азкабана или мэнора, здесь атмосфера была хоть и гнетущая, но не… опасная. И столкнувшись с врагом с глазу на глаз, Джинни не чувствовала от него открытой угрозы. Что в лишний раз доказывало, что под маской был не чужой человек.       — Твое начальство может гордиться тобой. Ты и в самом деле отличный мракоборец. С таким пытливым умом можно далеко пойти.       Низкий грудной голос Драко был одновременно знакомым и нет. Видно, мозг еще не мог признать Малфоя среди живых, и от того усиленно сопротивлялся восприятию.       — Мое начальство гордится мной. Но что насчет тебя? — заметно похрабрев, Джинни провела ладонью над горящими свечками, заставляя их пламя колыхнуться. — Драк, Гермиона безумно любит тебя, и пойдет на все ради тебя. Но …— заметив на себе пристальный взгляд красных глаз, Уизли едва не стушевалась. — …но какую бы ты цель не преследовал, это ужасно ранит ее.       Пустой гроб, как вердикт эксгумации, а после ряды жестоких убийств… Джинни прочистила горло.       — Я понимаю твои чувства. Гибель Кая… Вы столько с Гермионой пережили. Но месть. Месть, она ведь…       — Чего ты хочешь? — ее перебили. Настойчиво и бескомпромиссно. Разместив на место последний цветок, Драко вытянулся во весь свой рост. — Если поболтать, то, увы, времени у меня на это нет.       Щелчок пальцев и в воздух взмыли серебряные чаши, наполненные…       Джинни подавила рвотный рефлекс.       — Драко, одумайся. Этими жертвами… — озаряемые желтым свечением сердца и прочие органы убитых вызвали паузу, из-за сдавленного сглатывания слюны. Для поддержания самообладания Уизли крепче сжала кулаки.— Воскресив сына, ты ничего не исправишь. Ты только сделаешь хуже. Вам обоим.       Когда у второй жертвы Корня — Лелуша Мак-Койа вырвали в Азкабане сердце и язык, а из поместий Лендриона Багза и Мирта Финнча были выкрадены редчайшие рукописи черных писаний, Джинни сразу сложила два и два. Было время, когда они с Гермионой часами зависали в запрещенных секциях школьной библиотеки, и сама Грейнджер рассказывала о заклятиях, способных вернуть из царства мертвых. Тогда это звучало сказкой или байкой, а ученицами старших классов руководила лишь нездоровая тяга к знаниям и к приключениям.       Сейчас же…       — Драко, еще есть шанс все исправить. Вы с Гермионой… Вы можете уйти. Вместе. Я прикрою вас. Вы все еще способны обрести семью и родить ребенка. Снова.       Озвучивая словно мантру, Джинни без всякой робости устремилась к замершей на месте фигуре.       — Для всех ты по-прежнему мертв. Возможно, мы сможем придумать какой-нибудь трюк с Гермионой и вы…       Добравшись до украшенного лилиями гроба, Джинни лишь на мгновение скользнула взглядом по телу, покоящегося в нем…       Слова затерялись в горле, а ноги сами споткнулись о ступень.       — Мне льстит твоя забота, Джинн. Честно…       Джинн. Не рыжая.       Джинн.       — Но, уверяю, все что я делаю…       Мужское тело. В безукоризненно сидящем костюме и аккуратно уложенными волосами. Цвета снежной вуали. Драко Малфой. Верней то, что от него осталось. С накрест лежащими на груди костлявыми руками, придерживающими детскую серебряную погремушку. Ее подарок на день рождения Кая.       —… совершенно осознано и обдумано. Многими ночами и днями.       Разглядывая того, кто должен был стоять сейчас перед ней, Джинни не заметила, как фигура волка пропала из виду.       — Джинн, — затылок обдало холодным дыханием, — как только ты удалишь голод своего любопытства, прошу, уходи. Не хочу причинить тебе боль.       Резкая смена голоса, и совершенно точно узнаваемые тембральные ноты разоблачили главного злодея.       — Гермиона? — поджав губы, Джинни зажмурилась, не давая слезам найти выход. — З-зачем?       В руки мягко вложили маску. Теперь уже костяную, и не имеющую ничего общего с живой волчьей головой.       — Маска души. Древний артефакт, позволяющий обнажать истинную суть живого. Собственно благодаря ей, Драко одно время смог являть свое лицо без шрамов и даже какое-то время жить без боли.       Джинни лихорадочно облизнула губы и, наконец ощутив свои конечности, медленно развернулась к вещающей. Грейнджер встретила ее привычно-уставшей улыбкой.       — Наследие Люциуса. Здесь в подвале в свое время собирались все приспешники Волан-де-Морта.       Темный плащ тяжелым каскадом упал с хрупких плеч. Джинни вновь лишилась дара речи.       — Да, дорогая. Блузки с глубоким вырезом и коротким рукавом мне противопоказаны, — заметив на что уставилась Уизли, Гермиона огладила лишенные кожи и мышц плечи и ключицы. По сути голые кости. — Эта маска способна читать тебя изнутри, и по желанию владельца создавать то обличие, на которое способна душа, — бледный палец указал на прижатый к груди Джинни артефакт. — Как видишь, душа Драко — это волк.       — Как патронус…— беззвучно, одними губами.       — Да, именно. Как патронус.       Согласно кивнув, Грейнджер внезапно присела, поднимая с пола свечу.       — После войны, когда бессчетное количество дней, недель, месяцев мы боролись с агонией Драко, и надежда на избавление от его мук уже почти пропала… я совершенно случайно нашла это убежище.       Установив свечу над затылком мужа, Гермиона склонилась оставить поцелуй на его лбу. Джинни сильней стиснула пальцами маску.       — Тринадцатый том Авриэля Сканнинга…       Шестеренки в голове буквально скрипели.       — Ты знала, что династия Сканнингов была именита не только талантливыми писателями, но и архитекторами. И это поместье пару веков назад построил дед Авриэль — Конройд Сканнинг. Предусмотрев даже убежище, на случай военных потрясений. Как иронично.       Хмыкнув, Грейнджер подозвала пальцем висящие в воздухе блюда с потрохами, и без тени сомнений проткнула каждый материализовавшейся иглой.       — Собственно, сам Авриэль, как ты помнишь, был безумно влюблен в мать Драко. И до момента продажи этого особняка семье Люциуса Малфоя, они уединялись здесь с Нарциссой, грезя о прекрасном, но несбыточном совместном будущем. Эх, молодость.       Щелчок пальцев и вокруг пьедестала с гробом вспыхнуло пламя. Джинни шумно перевела дыхание.       — В общем, наш сохнущий по Нарциссе Ромео, специально создал защитное заклинание-шифр, позволяющее скрывать их маленькое убежище от посторонних глаз.       — Так вот для чего Люциус так рьяно жаждал выкупить у Авриэля книгу? — отложив в сторону маску, Уизли незаметно вооружилась палочкой.       — А ты действительно верила в любовный подтекст его поступка? — Грейнджер язвительно ухмыльнулась. — Окстись, Джин, Люциус на тот момент уже был одурманен темной силой.       — Тогда он мог просто подорвать проход в это место. Разве нет?       — Резонно. Но, уточню, что Сканнинг, при всей его романтичной натуре, был крайне сильным волшебником и защитные руны — были его фирменно карточкой.       Откуда-то из дома донесся бой курантов.       — Оу, у нас осталось полчаса, дорогая, — Гермиона сама себе кивнула. — Так на чем мы остановились?       Проследив, как Грейнджер присела возле места возлежания Драко, Джинни поправила указательным пальцем палочку, скрывающуюся в ее рукаве.       — Ты нашла тайник, — напомнила она.       — Верно. Затеяв уборку и наконец выставив в хронологическом порядке книги, я нашла ключ от всех наших проблем, — ладонь Гермионы снова опустилась на иссохшиеся лицо Драко.— Отрыв здесь маску и предложив ее Драко, я знала, что подвергну нас опасности…       — Темная магия никогда не сулит ничего хорошего, — Джинни старалась поймать встречный взгляд подруги.       — Но он страдал! — резко выкрикнув, Гермиона любовно огладила излом челюсти Малфоя.— А ради любимых ты готов пойти на все.       — И к чему это привело? — Уизли намеренно повысила голос, создавая вокруг эхо. Поравнявшись с зависшими блюдами, она замерла.       — Полтора года назад, на званом ужине к нам пришла вся министерская диаспора, — Грейнджер сухо продолжила.— Джавс, Мак-Кой, Лендрион, Финнч и Офрит — на тот момент еще активные служители фемиды делали вид, что озабочены благополучием нашей семьи. Я тогда думала, что это связано с тем, что Драко успешно помог отловить активных шестерок Темного Лорда и весьма недурно спонсировал многие министерские миссии…— на впалых щеках взыграли желваки. — Но все оказалось, куда прозаичней.       — Они что-то вынюхивали? — Джинн переступила с ноги на ногу. Взгляд то и дело метался от Грейнджер к висящим возле потрохам.       — Это, — рука огладила каменный свод гроба.— Воскрешающий камень. Знала бы ты, скольких во время войны, Том Реддл поднял с того света. Маска, алтарь, рукописи, плоть врага и воскрешаемого — все это нужно было тем, кто втайне от всех именовал себя Корнем. Корнем зла, если быть точным.       — Выходит, Джавс, Мак-Кой с остальными и есть истинный корень? Но, постой…       Осмысление всего происходящего Уизли давалось сложней ожидаемого.       — Корень был всегда. Он просто ждал, когда прорасти, — Гермиона брезгливо ощерилась. — На званом ужине, эти твари выпытали у тогда служившего нам домового о подземелье. И, подгадав момент, совершили набег.       Медленно поднявшись, Гермиона наконец обратила на Джинни свой взгляд.       — В ту роковую ночь, Каю плохо спалось в его комнате, — голос едва заметно дрогнул, — и для спокойствия мы перенесли его кроватку в нашу спальню.       Горькая слеза покатилась вниз по щекам обеих подруг.       — Я как всегда страдала от бессонницы, а потому, чтобы не мешать моим мальчикам отдыхать, ушла в кабинет.       Джинни сжала до скрежета зубов челюсти. На затворках памяти всплыл душераздирающий крик Гермионы, от которого до сих пор бросало по ночам в холодный пот.       — Я помню взрыв. Грохот, от которого задребезжали окна, — с каждым словом интонация становилас тверже и уверенней. — И когда я ворвалась в комнату, то…       Глаза налились кровью, высвобождая соленые потоки.       — Они горели черным огнем. Мои мальчики… Мой Кай… А Драко, эти твари его обездвижили… заставляя смотреть как горит единственный сын…       — На тебя обрушили аваду… ты бе не смогла…       — И лучше бы я ее приняла, а не частично отразила! Хотя… я гнию уже год — это и рядом не стоит с теми муками, что испытали они…       Дав себе несколько секунд, чтобы смахнуть слезы, Гермиона вскинула подбородок:       — Тогда, они не смогли добраться до подземелья. Верней, не смог. Лелуш Мак-Кой.       Бывший глава мракоборческого отдела.       — Дерьма кусок… Выкрав маску и, нацепив ее на свою, измененную рожу — он думал, что я не узнала его. Думал, что скрыв свою внешность, он не выдал себя. Но, к несчастью я хорошо знала его палочку. Палочку, которую он сам же при мне расхваливал, кичась ее уникальностью… Кретин!       От чего-то хмыкнув, Грейнджер вскинула бровь.       — Наградив меня авадой, идиот не ожидал, что я ее отзеркалю и заодно подстрелю его трусливый зад. И уж точно, он не знал, что следующей ночью, я нагряну в его особняк. Вернув маску Драко, я чуток отшибла Мак-Кою память. Решив, что убивать его так сразу — было бы слишком гуманно. Ну и, разумеется, напоследок, я уточнила ради чего и с кем он все затеял.       С кем уже было итак ясно.       — Кого они хотели воскресить? — увидев, как в руке Грейнджер возникла палочка, Джинни приняла боевую позу.       — Всех, кого считали достойными воинами, способными свергнуть власть и установить свое господство, — равнодушно дернув плечом, Гермиона шикнула. — Ничего нового. Примитивный сценарий порабощения мира, во имя которого погибла моя семья… Да только из-за этого нужно было дольше заставлять их страдать от поцелуя дементоров.       — Джинни, мы готовы…       В голове раздался голос Невилла, от которого нутро победно заликовало. Ее план сработал.       — Действуем по моей команде, — так же мысленно ответив, Уизли крепче сжала палочку.       — Я понимаю твои мотивы, — приосанившись, Джинни аккуратным жестом поправила выбившийся стебель лилии, — по-человечески. Как женщина, — взглянув на давно сомкнутые в покое веки Драко, она болезненно скривила губы. — Но подскажи мне, как его воскрешение тебе поможет? Ведь потревожив его душу, ты…       — Его душа у меня. Со мной, — словно ожидая от нее подобного вопроса, Гермиона вскинула маску. — Те годы, что Драко ее носил, часть его души поглощалась. И каждый раз, когда я надеваю ее, я оказываюсь с ним. Нет. Я становлюсь им. Во много благодаря нашим брачным клятвам на крови, — огладив багровый вензель на каркасе, Грейнджер улыбнулась: — Разве ты бы не хотела вновь оказаться с Гарри? Ты …       — Хотела бы, — голос предательски дрогнул. — Но не такой ценой.       «Приготовиться».       Озвучив мысленный посыл, Уизли криво улыбнулась:       — И мне жаль, что ты не думаешь так же.       В воздухе застыло время. Глядя друг другу в глаза, обе девушки принимали решение.       — Джинни? — впервые ее имя произнесли мягко и дружелюбно.       Уизли не заметила как шмыгнула носом.       — Спасибо, — в уголках глаз появилась мелкая паутинка морщин.— Ты отличная подруга. И мне жаль, что я так и не заслужила тебя. Арано…       — Остолбеней!       Не успело с губ Грейнджер слететь заклинание, как в нее устремился целый сноп оглушающих чар.       — Гермиона Грейнджер, вы обвиняетесь в нарушении статей девять, семь и тридцать четыре…       Уверенный речитатив Невилла Долгопупса срезонировал с противной тукающей болью в височной доле. Джинни поморщилась, безвольно опустив руки. Молча смотря, как деморализованную Гермиону сковывают в магические наручники, единственное, что приходило на ум…       — Неужели это все?       А еще то, что это она — Джинни Уизли, не заслужила такую подругу. Такую самоотверженную и готовую на все. Будь она более внимательна к Гермионе, окажи она ей большую моральную поддержку, возможно все было иначе…       — Джинни? — на плечо легла ладонь Невилла.— Ты как?       С подбородка упала последняя слезинка.       — Невилл… — губы исказились в кривой улыбке. —… Кажется, мне пора увольняться.

***

Три дня спустя

      Между ними снова была решетка. Но на этот раз ни одна маска не мешала им смотреть друг на друга.       Джинни поправила лацкан рубашки:       — Маску и прочие артефакты уничтожили под моим руководством. А Офрита Кастеля сразу после нашей встречи взяли под стражу. Но, полагаю, ты итак об этом знаешь, — пальцы сами мазнула по холодной жиле металла.— Его приговор озвучат сразу после твоего.       — На завтрашнем слушании? — лязгнув кандалами, Гермиона устало смежила веки, откинувшись затылком к стене.       Худая, изможденная и еще более бледная из-за серой клетчатой робы. Видеть ее такой, Уизли спокойно просто не могла.       — Да. Если хочешь, я потом с тобой поделюсь вердиктом. И заодно попробую выбить у начальства одеяло с подушкой. Дьявол, тут даже кровати нет! — махнув на абсолютно пустую мрачную камеру, Джинни недовольно свела к переносицы брови.       — Зато есть неплохой вид на звездное небо, — усмехнувшись, Гермиона взглядом указала на крошечное окно высоко под потолочным сводом.— Но, в целом, согласна, интерьер здесь немного не продуман.       Обе горько прыснули.       — Не уходи из министерства, — выдержав минутную паузу, Грейнджер прочистила горло, — только с тобой можно будет оттереть оставшуюся гниль.       — В этом я сомневаюсь. Ты ведь знаешь, как я люблю доставлять геморрой… А уборка это не про меня.       И снова пространство разрезал хриплый смех.       — Разве? — склонив на бок голову, Гермиона заставила подпрыгнуть короткую пружинку волос.— Мне казалось ты всегда все делала тщательно. Безукоризненно выполняла все мои просьбы.       Уизли скорчила мину:       — Да? Выходит, когда я нагрянула в ваше с Драко поместье — я не ослушалась тебя?       — Отнюдь.       — То есть? — Джинни упрямо скрестила предплечья.       — Я хотела чтобы ты туда пошла. Не так скоро, но все же, — Грейнджер пожала плечами.       — Вообще-то ты хотела, чтобы я пошла в поместье Джавсов.       Гермиона от встречно проявленной упертости снова издала смешок:       — Милая, я направила тебя к Джавсам, как только поняла, что ты на крючке. Вспомни, о чем до этого указания мы разговаривали.       По затылку Уизли пробежали цепкие мурашки.       — О чем …— спокойный лад беседы начал перерастать в иной. Напряженный и волнительный.— Кажется, о смене тактики Корня…       Неуверенно заключив, Джинни уставилась на абсолютно спокойную все еще подругу.       — Умница. Знаешь, когда ты начинаешь что-то подозревать, у тебя меняется взгляд. И становится таким… как сейчас. Да-да, меня особенно умиляет, как ты едва заметно хмуришься.       — То есть, ты хочешь сказать, что… желала, чтобы я нашла тайный проход в подземелье?       Что, черт возьми происходит?       — Не сразу. Скорей, я хотела, чтобы ты укрепила свои подозрения в мой адрес. Но, ты как всегда превзошла мои ожидания.       — Чушь! — Джинни отмахнулась.— И зачем тебе это?       Проигнорировав сигнал о завершении свидания, Уизли вцепилась в прутья:       — Гермиона?       — Потому, что только так я смогу исполнить задуманное.       Смогу, а не смогла…       — Но, ведь я не позволила тебе воскресить Драко.       Мысли путались, цепляясь друг за друга.       — Джинни, я люблю Драко…       — Ты сама сказала, что хочешь его вернуть.       — Так сказала ты, а не я.       Еще один сигнал. Пять минут и ее телепортируют из Азкабана.       — Но ведь органы, маска, книга… Все было готово для обряда воскрешения.       — Джинн, обряд воскрешения это темная магия. Даже с моей ненавистью и злостью, мне бы не хватило магических сил провести его.       — Тогда зачем так убивать… и потрошить?!       Голос сорвался на крик. Только, что собранный пазл вновь начал распадаться на части.       — Оу, а вот как раз на это мне сил и ненависти хватило. И, плюс, наше с тобой идеально отыгранное шоу помогло мне очутиться здесь.       Гермиону, очевидно забавляло, как каждый новый озвученный факт шокировал Джинни. У той буквально округлялись глаза.       — Шоу? Шоу! Ты перетащила труп Драко из могилы в склеп. И все ради…       — Кто сказал? — лукаво вскинутая бровь Грейнджер буквально била наотмашь.       — Я провела эксгумацию его могилы и тела там не нашли.       Она ведь сама присутствовала на похоронах и лично бросала горсть земли в знак прощания.       — А разве его тело там было? Джинни, тебе не хватает внимательности к деталям.       Тело… крышка гроба всегда была закрыта. И у него, и у Кая…       — Заклинание черного пламени… к моменту, когда я очухалась от авады, от моих мальчиков ничего не осталось…       Третий сигнал. В соседней стене открылся перебрасывающий портал.       — Хорошо, что я сохранила подаренный на Хэллоуин Джорджем и Фредом скелет, так напоминающий Драко. Помнишь? Третий курс?       Уизли в немом звуке открыла рот.       — Джинн, еще раз спасибо. И, прошу, больше здесь не появляйся.       Тело Джинни начало само притягиваться к порталу.       — Гермиона! — вскинув руку, она лишь зачерпнула воздух. Хотелось столько всего спросить, но ступор отнимал у нее эту возможность.       — Я хотела не вернуть, а встретиться. С ними двумя. Прощай, рыжик. И будь счастлива.       Короткое мгновение свободного падения и не успели ноги коснуться пола ее кабинета, как входная дверь раскрылась с характерным хлопком.       — Джинни! Хвала Господу ты тут! — едва переводя дыхание, Невилл испуганно выпалил… — С нами только что связался Азкабан! В камерах погибших от рук Грейнджер, обнаружили взрывные чары, — по бледному лбу Долгопупсу прокатилась бисерина пота…— в том числе и у…       — Кастеля Офрита…       … Будь внимательна к деталям …       — Что нам делать?       Четверо из пятерых были наказаны. Оставался последний.       Нет. Последние…       … Только с тобой можно будет оттерть оставшуюся гниль …       Джинни словно пронзило:       — Немедленно всех эвакуируйте! Нужно обезвредить…       Взрыв! Где-то далеко. Окна озарил огненный столб, виднеющийся у самой кромки горизонта.       Улицу оглушила тревожная сирена.       — Боже…— Невилл застыл в неверии. — Неужели это …— покачнувшись, он осел в кресло.       Джинни лишь молча кивнула. Внутри нее отчего-то стало удивительно легко.       — Вот теперь… все.

***

— Мама! — счастливый вскрик, и маленькие ручки потянулись к ней навстречу.

— Мы тебя уже заждались, любимая …

— Я здесь. Теперь мы будем вместе …