С ног до головы

— Что я хочу сказать… это было очень неосмотрительно с их стороны, — сказал Рейген, когда он и Экубо перешли дорогу. — В каком-то смысле, грубо. — Но разве мы не должны радоваться, что они разобрались сами? — спросил Экубо. — Никто не пострадал. Да и работы меньше… Им оставалось пройти один небольшой квартал до раменной, где они обычно проводили обеденный перерыв. И Рейген выбрал путь — через заснеженный сквер. Самый короткий, но кроме этого — самый мокрый, потому что сегодня снег начал таять под дурным влиянием внезапно нагрянувшей оттепели. — Да, они молодцы, просто гении, и всё такое… — проворчал Рейген и пнул комок снега, который разлетелся грязным фонтаном. Экубо отряхнул полу пальто. — Но должны же нам и платить, в конце концов! — Не сомневаюсь, что очень скоро кто-нибудь найдёт способ вляпаться в неприятности, — сказал Экубо. — И прибежит к тебе за решением. Когда такое было, чтобы люди обходились без неприятностей… Рейген задумчиво потёр подбородок: слова Экубо пробудили какую-то хитрую мысль. — Может, подкинуть им проклятие… Ну так, для профилактики от лишнего ума. Экубо застыл на месте. Рейген, не заметив этого, шёл дальше: кажется, беспроигрышная бизнес-идея начинала захватывать его. Экубо прищурился. Комок липкого талого снега поднялся в воздух, подгоняемый силой телекинеза, и скрутился в безупречно округлый снежок. Спустя мгновение он рванулся вперёд и звонко врезался Рейгену в затылок. — Эй! — вскрикнул Рейген. — Это был не я. Взгляд — нет-нет, лазерный луч — вонзился в Экубо: сердитый, проницательный. — А кто? — спросил Рейген, шагая к нему. Хмурый — но Экубо заметил, что в его глазах мелькнул азарт. Огненный, игривый. — Вон там пацан за деревом спрятался. — Какой ещё пацан? — Это не я! Смотри, у меня руки сухие! — воскликнул Экубо, выставляя вперёд ладони. Рейген взялся за них — даже сквозь мягкие перчатки его пальцы хватались крепко. И жглись. Он подошёл совсем близко — ближе, чем требовалось, чтобы просто взглянуть на ладони. И рассматривал их пристально, цепко, пылко. Всё внимание примагнитил к ним и никак не мог заметить, что прямо у него за спиной второй снежок взмыл в воздух. Звучный хлопок — и затылок в снегу, а Рейген от толчка чуть не ткнулся лбом Экубо в грудь. На секунду, на мгновение он поднял взгляд — яркий, горячий, озорной, как солнечный проблеск в зимних облаках. — Ах ты!.. — закричал Рейген и вдарил локтем Экубо под дых. Навалился всем телом. Экубо пошатнулся, отпрянул. Принял удар плечом, и они сцепились руками. А потом — и ногами. Рейген пытался повалить его, бил по бокам и в грудь, руками и даже головой. Экубо уклонялся, отмахивался, резко, бойко, хлёстко. Вправо, влево, кулак — живот, локоть — шея, пальцы — губы… Пока не пришло время сдаться. Это всё, конечно, не всерьёз… Ноги подкосились — Экубо рухнул в сугроб, снег забился ему за шиворот и в рукава и мокро щекотал кожу, до мурашек. Но он смеялся и смотрел вверх, на Рейгена, который стоял над ним — ликующий, весёлый, возбуждённый. — Ладно, тайм-аут! — сказал он и протянул Экубо руку. Поднявшись, тот отряхнул от снега пальто, волосы: свои и Рейгена, и оба, смешливо переговариваясь, пошли к выходу из сквера. Есть захотелось только сильнее.