Наследство и предрассудки

«Вы говорите мне, что все в порядке Что всё в порядке Но я вижу, что есть что-то ещё Что вы не хотите говорить.»

Song: Forever & Always - Written By Wolves

Смерть родителей оказалась непосильной ношей на душе Ким Тэхена. Ком обиды и горечи скопился в грудной клетке, заставляя юношу сходить буквально с ума. Он не был готов к таким событиям, его жизнь к такому не готовила. Не готовила и к новым эмоциям, которые засели внутри молодого герцога. И если бы ему выдался шанс, скинуть эту невыносимую тяжесть, он бы с радостью её убрал из глубины своей души. Обида раздирала грудную клетку, потому что родители оставили его одного в этом мире. Он юн для такого, жарок сердцем и мягок на человеческие судьбы. Присущий Кимам характер остался, но честность и открытость, как малая неопытность проявлялась в нём, скоро достигнувшем своего восемнадцатилетия. На похоронах родителей собралось достаточно народу, чтобы почтить память ушедших герцогов семьи Ким. Трагедия оказалась столь быстрой, и столь непонятной для Тэхена, что показалось намеренной. По рассказам возниц, помощников и свидетелей - их погубили выстрелы. Отец бы никогда не позволил подобного, как и папа, которые хватались за каждый шанс побыть рядом со своим дорогим сыном. Богатство вскружило чью-то голову, поэтому в тот вечер Ким мог попрощаться с жизнью по воле незнакомца. Явно что-то пошло не по плану, раз омега стоял перед надгробием родителей, погребенных под землёй, и слышал шептания господ за спиной. Юный наследник, омега, чьей красоте позавидовали бы многие. Имеющий худощавое телосложение с достойной статностью. Поднимающий голову вверх, поражая своими чарующими манерами, вежливостью и аристократичностью. Мечта для альфы, пытающегося найти бриллиант. Вот он, отполированный и желанный. Ещё и богатство в придачу. В данный момент он — ходячая мишень для всего окружения. От этого и создается впечатление, что единственный, кто искренне дорожил родителями, их статусом, человечностью - был Ким Тэхён. Господа, стоящие позади в темных костюмах, бросали легкие взгляды, вздыхали, но не проливали слез. Единственный, кто лил в данный момент слезы - это Ким Тэхён. Их верный сын, любящий своих родителей всей душой и сердцем, что и сейчас болят сильнее от осознания одиночества в этом дрянном мире.

***

После похорон родителей прошло около недели, он оплакивал их каждый день, пытался справиться с внутренним волнением и включиться в дела отца. Под конец недели, Ким всё же понял, что управлять поместьем и прилагающимися к нему землями становится интересным, если бы не тревожность, которая преследует днями напролет. Каждую ночь он засыпал с чувством страха, понимая, что усилить охрану или же довериться кому-то крайне сложно. Тэхён как на ладони для каждого, чьё желание разбогатеть на лаврах герцога. Молодые альфы, как и мужчины в возрасте, уже охотились на его компанию, в попытках привлечь внимание, пригласить на конную прогулку, либо же угостить чашечкой чая где-нибудь в поле. Многие и вовсе, пытались подставить своё плечо, словно в знак того, что омега не одинок и ему нужно быстрее оправиться. И хотелось бы Ким Тэхену верить в это, но, увы, внутри каждых глаз он видел блеск золота, а не интерес к себе. Первый раз показаться из поместья стало пыткой для молодого господина. В сопровождении своей правой руки О Гёдже решил проведать конюшню. Прокатиться на своей лошади, подаренной отцом, освежить воспоминания, пройти этот злосчастный период скорби. И буквально за поворотом его сразу встретили два сына графа Нама. — Я тороплюсь, господа, освободите путь. — достаточно строго говорит омега, но в душе все поджилки сжались. Решения дальнейших действий сами вбивались в голову, если альфы будут столь настойчивы. — Вы выглядите лучше, можем ли мы пойти с вами? — начинает один из сыновей, а Тэхену становится противно от такого внимания со стороны. — Мне хочется побыть в одиночестве, поэтому, вынужден вам отказать, свидимся в следующий раз, — Ким всё же проходит между двух мужчин, в надежде, что его никто не тронет, и когда это увенчалось успехом, выдохнул, чувствуя как от страха по телу бегут мурашки. Ещё никогда он не чувствовал себя куском мяса на ринге со львами. Юные альфы готовы буквально растерзать невинного мальчишку и даже глазом не моргнут. Так совсем не пойдет. Киму всё же удалось прокатиться на своём коне, которого ласково называл Камелот. Этот шоколадный жеребец как отражение его души. В самые тяжелые моменты именно он не требовал от него ничего, кроме, разве что, вкусного угощения в виде морковки. Тэхён с улыбкой на лице вспоминает их первую встречу, когда молодого коня подарили на день рождения. Тогда улыбки на лице родителей были в сто раз ярче от понимания, что их омега становится счастливее. В иной мир уходят самые искренние, а вся грязь остается на земле в надежде избавить себя от грехов. Ещё одно событие произошло по возвращению, когда к Киму привязался юный музыкант, пытающийся привлечь внимание мелодией, песнопением и просто заболтать его до поместья. Благо конюшня находилась не так далеко от дома, Тэхён словил бы панику в ту же секунду, не будь поблизости О Гёдже. Его помощник не проявлял особой увлеченности в защите юного господина, но галатно мог отстранить надоедливых персон. Ощущение было, что сам О переживал о судьбе омеги, поэтому и не вмешивался лишний раз, если ситуация того не требует. — Я просто мишень! — заходя в поместье, Ким не выдерживает и буквально восклицает, стягивая со своих плеч бежевый пиджак, — Что же мне делать, О? Я живу в страхе, не могу спокойно спать по ночам. К переживаниям о смерти родителей добавилась ещё и тревожность. Тэхён подходит к картине с изображением родителей, висевшей в большом холле, смотрит на тех с мольбой, в попытке найти ответ. Но его внутренние ощущения открыто заявляют ему — ответа он не найдет. Их просто нет. И, кажется, Киму придется смириться с этим. — Попросить слуг, заварить вам чаю перед сном? — ответ О Гёдже следует весьма спокойно, что и требовалось от правой руки. Но даже тут он не может найти ответа. — Да, пожалуй, чай — это отличная идея, — выдыхая, Ким поднимается по лестнице вверх, оставляя О думать о том, язвил ли юный герцог или вправду так желал вкусного чая.

***

Беготня за омегой длится уже месяц и альфы буквально караулят его около двери, пытаясь завладеть вниманием юного господина. Ким не в восторге от происходящего. Он не может спокойно спать, не может хорошо есть, не может просто прийти в себя и жить своей жизнью. На каждом шагу ему говорят о браке, о преданной любви, о семейных ценностях и комфортной обстановке. Но Тэхен знает, к чему это его приведет. Это не даст ему ни крепких чувств, скрепленных небесами, ни личностного развития и даже о семейных ценностях мечтать не стоит. Настолько его поражает человеческая желчь, что верить в искренность становится равно сказке. Где же его спаситель, которого не волнуют монеты в кармане омеги? Где тот герой, породивший бы в нем чувство под названием «любовь»? Зарываясь в подушки ночью и рыдая всю ночь напролет, он не мог поверить в то, что люди вмиг стали для него врагами. Ополчение против омеги, который остался без защиты. Карие глаза устали плакать, сердце сжиматься устало от бесконечной борьбы над собственной свободой. Оставалось только молиться всевышним, в попытках обрести покой, чтоб послали тот самый шанс на свободу. Какие ещё круги ада ему надо пройти, чтобы почувствовать себя живым? А не жертвой, которую пытаются поймать охотники. Одним небесам известно, что должно произойти дальше, поэтому Ким Тэхён не был совершенно готов к событиям ночи конца весны. Его предал последний человек, который казался ещё родным. О Гёдже был всегда холоден, но Ким не думал, что омега в сговоре с тремя графами. Видимо, тому пообещали отсыпать земель или мешок золота, ибо тот пошел на предательство. Либо угрозы для омеги стали куда сильнее, поэтому пришлось сдаться. Осуждать было некогда, потому что двери поместья распахнулись и взгляду явились мужчины в дорогих костюмах ручного пошива. Их лица отражали злость и тщеславие. В них горел огонь власти, превосходства и любви к тирании. Тэхён слышал эти истории, где графы издевались над простыми людьми, пытались показать свою власть с помощью насилия. Вот и настало время юного господина. В холл проходят трое мужчин, во главе которых был граф Ши Бенсо. Жестокий человек, которого избегали все, кто боялся смотреть смерти в глаза. — Вот он, наш юный герцог, который не позволяет коснуться своего сердца никому, — Бенсон медленно вышагивает в сторону Тэхёна, которого держали двое здоровых приспешников, — Мы посоветовались с графами и пришли к выводу, что омега, который столь богат, имеет право на счастливую семейную жизнь, поэтому ты, милый мой, выйдешь замуж и понесешь гордо фамилию Ши, а я понесу все твои богатства и дела. — Я не даю согласие, разве слово герцога для графа не закон? — дергает руками омега, пытаясь хоть как-то вырваться из хватки державших его мужчин. Белая рубашка вот-вот порвется от напряжения, а руки явно будут в синяках от сильного сжатия. — Юный герцог, вашего мнения спрашивал каждый альфа государства, просил вашей руки, мечтал прикоснуться к вам с особым удовольствием, но вы посчитали, что отказать всем, для вас приемлемо, — граф двигался настойчиво, пальцами прикасаясь к лицу омеги и когда тот вырывался, схватил его за шею, сжимая до минимального доступа кислорода, — Вы так не правы, юный господин. Видимо, ваши покойные родители не учили манерам и не говорили вам о правильности выбора. Мы за вас приняли решение, негоже такому цветку пропадать. Воздуха действительно становилось всё меньше, что Тэхён стал задыхаться и раскрывать рот в отчаянной попытке сделать ещё один вдох. Ещё бы чуть-чуть и он бы мог потерять сознание, но Ши чувствовал когда нужно отпустить, поэтому когда завершил действо, Ким громко начал кашлять и ловить ртом воздух. Горло нещадно щипало и болело, скорее всего красные пятна от пальцев ещё долго остануться на его белоснежной коже. — Я в праве отказать каждому, кому не могу доверить свою жизнь, — омега говорит хрипло, через легкую боль в горле, пытаясь хоть как-то донести мысли до настойчивого графа. Ким Тэхёну прилетает звонкая пощечина от мужчины, не дав ему договорить. Он снова бьет его, пытаясь показать превосходство и власть. — Ким Тэхён, ты не в том положении, чтобы показывать характер, — хмыкнув, Бенсон пересекается взглядом с омегой, — Ты никому не нужен, побитый и в синяках, а я буду любить тебя вечно, поэтому завтра нас обвенчают в церкви и твоё богатство станет моим и моих братьев единомышленников. В ту ночь Ким Тэхён осознал, что против троих графов, ему идти вовсе нет смысла. У него никого нет, никто его не спасет, никто не протянет руку помощи. От него отвернулись все, кто мнимо пытался поддержать. Остается принять свою участь, не пытаясь вырываться, и постоянно получать всё новые и новые удары по телу.

***

Его венчание как смертная казнь. Омегу по главной улице волочили двое крупных альф, и если на протяжении нескольких часов, Ким Тэхён пытался вырываться, то сейчас у него закончились силы. Избитый, покалеченный не только физически, но и душевно. Его тащили по дороге, заставляя народ лицезреть юного герцога. И взгляд младшего устремлялся на тех самых альф, что отчаянно пытались завладеть его сердцем, сейчас же они поджали свои хвосты и просто отворачивались от всей картины. Тэхену больно. Очень больно, слезы просто не перестают лить ручьем, они будто прожигают на щеках большие реки, пытаясь донести до людей, что нуждается в спасении. Но этого спасения не будет, когда Ши Бенсон берется за дело. — Жаль юного герцога… — Он слишком молод для такого… — Слава небесам, что я не на его месте… И все как один издавали фразы, приводящие Ким Тэхёна в ужас. Ещё чуть-чуть и он точно станет сумасшедшим, его голова откажется работать и тогда ни один доктор ему не поможет. Священное место будет осквернено браком по расчету. Герцог перестанет верить в любовь и замкнется глубоко в себе, в надежде умереть в ближайшее время, а не испытывать это унижение. Звон колоколов врезается в барабанные перепонки. Это звук свободы, которую он потеряет в этот миг. Последний глоток воздуха, который он может себе позволить, а дальше вечные оковы и скитания по бескрайнему миру в поисках нового себя. Ким Тэхён поднимает голову к небу, видит яркое солнце, белоснежные облака и последнее, что он делает, буквально немо проговаривает губами: «помоги». А после принимает свою участь во всей её красе. Бежать уже некуда. Стоило только Тэхену почти согласиться с этим, как мужчины останавливаются и внимание Ши Бенсона привлекает стоящий в дверях церкви. Уложенные аккуратно волосы, белая рубашка, брюки с высокой посадкой и темные сапоги. На руках его были перчатки, а в самих руках револьвер. Тэхен невольно наблюдает за происходящим, потому что незнакомец был настроен решительно и выставил руку вперед, снимая с предохранителя оружие. — Ещё шаг и это священное место станет для тебя могилой, Ши Бенсон, — хмыкнул Чон Чонгук, граф из соседнего государства, приехавший на прием к королевской особе по просьбе его величества.