Новый контракт

      В эту ночь на главной площади Ли Юэ находились лишь двое, стоя друг к другу до трепета близко. На их губах теплился след первого поцелуя.       Подавив страх перед неопределённым будущим, Чжун Ли и Итэр могли сейчас полностью отдаться счастью зародившихся отношений. Они были ошеломлены силой ощущений лишь от одного лёгкого прикосновения губами: причина, конечно, была даже не в самом действии, а в столь многом, что лежало за ним. Но будучи по природе крайне любознательными существами, оба не хотели на этом останавливаться. Совершенно новый опыт манил их.       — Господин Чжун Ли, — на выдохе прошептал Итэр, сжимая пальцы на его талии, — как вы смотрите на то, чтобы посетить мою Обитель?       — Между нами больше нет места формальностям, зови меня просто по имени, если хочешь. Я был бы счастлив провести с тобой остаток ночи в любом месте, — лаская взглядом мягкие черты лица обретённой пары, завороженно ответил он.       Итэр кивнул и, немного дрожа то ли от похолодевшего ветра, то ли от нахлынувших чувств, вызвал Чайник безмятежности.       Обитель встретила гостей… Беспорядком. Пространство Изумрудного пика было завалено предметами быта разного назначения, форм, размеров… Путешественник, краснея, поспешил извиниться перед своим педантичным спутником за открывшуюся картину, на что тот, оглядевшись, лишь позабавлено улыбнулся.       — Строительство — хорошее начинание, не стоит стесняться небольшого творческого хаоса, — воодушевлённо произнёс Чжун Ли, наблюдая за смущённым партнёром, который после прозвучавшей реплики ярко рассмеялся. — Замечу, что мне крайне приятен твой выбор формы Обители.       — Мой выбор не мог пасть на то-то другое. Горы Ли Юэ напоминают о вас… Тебе, и они прекрасны.       — Итэр… — Чжун Ли почувствовал, как кровь снова приливает к щекам.       За разговором добравшись до главного здания и поприветствовав довольного жизнью пернатого духа, пара зашла в главное здание. Здесь обстановка, как и снаружи, не сильно отличалась порядком, но Итэр не прокомментировал это, вновь начиная нервничать. Чжун Ли поспешил взять его за руку, поддерживая и успокаивая. Вместе они поднялись на уже аккуратно и со вкусом оформленный второй этаж и, наконец, зашли в спальню. Это была минималистичная, погружённая во мрак из-за занавешенных плотными портьерами окон комната. Итэр включил стоящий рядом ночник, освещая пространство вокруг мягким голубым светом.       Происходящее между двумя бессмертными существами сложно охарактеризовать словом «обычно». Итэра и Чжун Ли, несомненно, связывала любовь, но в основе её лежала не страсть, а глубокое взаимоуважение. Сейчас, оказавшись в спальне, они не упали сразу в объятия друга друга, а замерли. Их неопытность порождала сомнения о том, что будет уместно в данный момент.       Тем не менее любопытство давало о себе знать, и оно искало выход. Чжун Ли чуть слышно вздохнул, поза его немного расслабилась. Первое, что он намеревался сделать, — снять перчатки. Итэр, заметив движение, полностью развернулся к партнёру, и зрелище заставило его сердце биться чаще: уже оголённый участок изящной кисти… Светился. А от постепенно открывающейся полной картины становилось нечем дышать: руки Властелина Камня излучали золотое сияние, казалось, что вместо мышц и сухожилий под кожей течёт, переливаясь, магма, а просвечивающаяся сеть сосудов венчала это произведение искусства. Чжун Ли с удовлетворением отметил абсолютный восторг и восхищение в чужом взгляде и медленно протянул свою руку к Итэру, нежным словно крыло бабочки прикосновением оглаживая драгоценное лицо.       Путешественник прикрыл глаза, обостряя свои чувства. Он наслаждался шершавостью ласкающей его руки: мозоли, ощущавшиеся нежной кожей, свидетельствовали о владельце, как об опытном воине и любителе частого музицирования на струнных инструментах.       — Итэр… — первым прервал тишину глубокий немного хриплый голос Чжун Ли. — Ты готов двигаться дальше? — от собственных слов по телу у него пробежала чуть заметная дрожь.       Мягко улыбнувшись и зарывшись в покоящуюся на щеке ладонь Путешественник кивнул и приоткрыл губы. Его глаза всё ещё были закрыты, поэтому он не увидел расширившихся вертикальных зрачков в янтарных глазах, но почувствовал, как воздух вокруг словно стал гуще.       Сердцебиение Чжун Ли участилось, он медленно наклонился к чужим губам и, прошептав «ты прекрасен», увлёк их в горячий плен. Оба не спешили, не углубляли поцелуй, просто наслаждались тесным контактом: сейчас им было достаточно лишь разделять дыхание друг друга.       — Я рад, что мы встретились… — прошептал Чжун Ли в мягкие губы спустя какое-то время.       Итэр, открыв слезящиеся глаза, мягко ответил:       — Я тоже.       За прозвучавшими словами последовали судорожные объятия, а после, не до конца размыкая их, пара добралась до кровати в глубине комнаты.       Разувшись, Чжун Ли и Итэр устроились на постели рядом, глядя друг другу в глаза. В их движениях не было присущей смертным импульсивности. Каждое прикосновение одного — как поклонение второму. В трепетных объятьях, наполненных изучающими неторопливыми прикосновениями, они провели долгое время, не обмолвившись и парой слов: они всё ещё привыкали к своим чувствам, к новым ощущениям.       Наконец, Чжун Ли решил немного расширить их опыт. Он крепче обнял пребывающего в неге Итэра и, подтянув его лицо за подбородок, завладел губами, проникая длинным языком во влажный плен. Так как у обоих абсолютно не было опыта в чём-то подобном, ощущения оказались странными. Оторвавшись от чужих губ, Итэр с улыбкой прокомментировал:       — Мне пока сложно сопоставить свои ощущения с тем, что я знаю о глубоких поцелуях.       — Твоя правда, но мы с тобой способны на большее, верно? — со смеющимися глазами ответил Чжун Ли.       — Верно.       Они придвинулись ближе, хотя, казалось, до этого уже лежали, полностью соприкасаясь телами, и снова поцеловались.       На этот раз они не бездумно сталкивались языками, а экспериментировали с темпом их движения, давлением, глубиной. Очень скоро практика принесла свои плоды, обоих происходящее стало пробирать до мурашек.       — Мы очень быстро учимся, — вымолвил Итэр, когда они остановились, чтобы вдохнуть воздуха, — я чувствую так много всего. Ты тоже?       — Кхм, да... — голос явно подводил носителя.       Взгляд Итэра затуманился из-за прозвучавшего хриплого ответа, ему потребовалось несколько секунд, чтобы немного прийти в себя: для обсуждения назревшего вопроса требовалась концентрация. Он немного отодвинулся, чтобы полностью видеть лицо любовника, и спросил:       — Моракс, насколько далеко ты готов зайти со мной? Я люблю тебя и хочу многое попробовать вместе. Если для тебя что-то неприемлемо, я хочу знать об этом заранее чтобы не перейти случайно границы.       Гео Архонт в рамках свой Вселенной был всеведущ и, конечно, в теории знал обо всех аспектах сексуальной жизни, но она его абсолютно до этого момента не привлекала. С Итэром же, казалось, он был готов испытать всё. Но решив немного повременить с ответом, Чжун Ли сначала захотел испытать более интимный физический контакт, проверяя себя: его ладонь, до этого ласкающая лицо Путешественника, двинулась вниз, скользя по белой шее, оглаживая ключицы и крепкое плечо; далее уже тыльной частью руки он прошёлся по оголенному животу, ощущая под ней судорожно сжавшиеся мышцы пресса. Итэр, неотрывно следивший за блуждающим взглядом партнёра, тихо вздыхал на каждое его новое движение.       Чжун Ли ясно мог видеть, что его действия ярко отзываются в чужом теле, собственное же просыпалось неохотно. Но если раньше он был категоричен в оценках своей сексуальности, то сейчас понимал, что ошибался: его сердце билось всё чаще, а жар, который до этого бесцельно блуждал по телу, устремился вниз. Итэр сразу же уловил происходившие изменения и задрожал сильнее, желая вернуть максимально тесный контакт.       — Ты не ответишь? — вопрос прозвучал с придыханием, потому что говоривший всё ещё подвергался чувственному изучению.       Остановив движение руки, Чжун Ли поднял взгляд и прошептал:       — С тобой, что угодно.       Итэру этого было достаточно: он незамедлительно потянулся к застёжкам чужой одежды. Щелчок за щелчком — и вот он просит помочь ему стянуть ткань с широких плеч. Прежнюю сдержанность Властелина Камня потеснило нарастающее возбуждение, поэтому быстро высвободив руки из плаща, он сам принялся раздевать партнёра. Путешественник носил открытые лёгкие вещи с минимальным количеством металла: освободить его тело от ткани казалось делом минуты. Тем не менее Чжун Ли растягивал момент, часто останавливаясь и любуясь светящейся под его руками обнажённой молочной кожей. Данный процесс крайне смущал Итэра, но он успешно боролся с этим, видя искреннее желание в янтарных глазах. Вскоре нагота одного стала резко контрастировать с почти полным облачением второго. Поэтому, попросив любовника лечь на спину, Итэр также не спеша начал стягивать с него слои сложного наряда. Однако дойдя до пуговиц нижней рубашки, он поражённо застыл: скрытые до этого момента ключицы Чжун Ли начинали чернеть ближе к плечам. Наконец, снятая с крепкого торса последняя деталь одежды открыла чёрную кожу рук и золотые светящиеся узоры Гео элемента на них. Было совершенно очевидно, что на шёлковых простынях сейчас раскинулось великолепное божество. Итэр не мог оставаться безучастным к подобной красоте: он благоговейно склонился к телу и очертил губами и языком открытые участки.       Чжун Ли всё это время неотрывно следил за действом сияющими в полумраке хищными глазами, и в его голове становилось всё меньше барьеров: наслаждение смывало их.       Итэр в своих ласках уже спустился к чужому животу, прикусывая выступающие тазовые косточки. Оставалось, пожалуй, последнее препятствие: брюки, плотно обхватывающие стройные рельефные ноги и заметно потяжелевший пах…       Перед тем, как продолжить своё небольшое приключение по телу любовника, Итэр ещё раз оглядел представшую перед ним картину. Чжун Ли был совершенен: его янтарные глаза под пеленой страсти нестерпимо ярко по-звериному сверкали; светящиеся пальцы рук сжимали простыни; волосы, до событий этой ночи всегда собранные в аккуратный хвост, разметались по подушке вокруг головы; а кожа в местах старательных ласк сильно покраснела… Весь его образ, казалось, излучал тёплый свет.       Собственное же тело Итэра выделялось изяществом и драгоценной белизной, привлекая жадное внимание Гео Архонта и пробуждая в нём незнакомый голод.       Наконец, Итэр решил двигаться дальше: он стал аккуратно высвобождать напряжённые бёдра и ноги любовника от брюк, а после, отложив вещь в сторону, всё своё внимание обратил на состедоточение окутавшей Чжун Ли страсти… Во рту стало заметно больше слюны. Для того, кто никогда не задумывался о применении на практике знаний о сексе, Путешественник проявлял крайне высокую адаптивность: не долго думая он склонился и заполнил свой рот твёрдой плотью, погружая её на максимально возможную глубину. Чжун Ли подкинуло от неожиданно сильного импульса, пронёсшегося по всему телу, из губ его вырвался глубокий стон:       — М-м! — рука, до этого комкающая простынь, почти моментально угнездилась в золотых волосах, мягко их поглаживая и лишь на особо острых моментах небольно сжимая.       Итэр проявлял в своих ласках крайнюю настойчивость, которая компенсировала недостаток опыта: он не зацикливался на нехватке воздуха и других неудобствах, а концентрировался на удовольствии от ощущения горячей бархатной и терпкой плоти на языке; а также от осознания, что он делает и кому.       В какой-то момент, почувствовав бо́льшую уверенность в своих силах, Итэр оторвался от чужих бёдер и хрипло предложил:       — Направь меня, используй силу, если пожелаешь, — пробормотав это, он взял руку Чжун Ли, что ещё не покоилась в его волосах, и также разместил её на своей голове. — Сожми.       Уже ощутив контроль над ситуацией, Итэру хотелось полностью его потерять, подчинившись чужой воле. Ему было любопытно.       Чжун Ли не смел отказать, хищник внутри него возликовал: неуверенность первых толчков в чужой тёплый рот очень скоро сменилась необузданностью.       Тишина вокруг, до этого прерываемая лишь глубокими стонами, уступила место непрерывному шуму. Итэру теперь приходилось справляться с бешенным ритмом, от которого немели губы и побаливала челюсть, и слюной, скапливавшейся во рту и при судорожных вдохах попадавшей не в то горло, вызывая приступы громкого кашля. Но весь физический дискомфорт нивелировался для него крайним удовлетворением на уровне инстинктов.       Чжун Ли же, выпустив на волю темперамент своей драконьей сути, всё ещё оставался чутким и внимательным: пару раз он останавливался, чтобы удостовериться в комфорте любовника, отслеживал все невербальные реакции, корректировал степень и интенсивность своего контроля. Внезапно он почувствовал, как тело прострелило разрядом, а в низ живота хлынул жар, понимая, что приближается к пику, Чжун Ли прохрипел:       — Итэр…       Глаза, покрасневшие от непроизвольно льющихся слёз, посмотрели в ответ на этот призыв, безвольное до сих пор тело напряглось, сопротивляясь отталкивающим его рукам.       Вспышка.       Чжун Ли из-за закатившихся глаз от острого удовольствия не мог увидеть, каким довольным в этот момент выглядел его партнёр. Тот, с трудом сглотнув, наконец-то смог выпрямиться, улыбаясь. Приходя в себя, Итэр постепенно осознавал, что его спину и челюсть ощутимо ломит, вся нижняя часть лица до неприличия мокрая и скользкая, а во рту явно ощущается солоноватый привкус. Это… возбуждало.       Чжун Ли, переждав судорогу, открыл глаза. Во время процесса он мог видеть только золотую макушку и иногда медовый взгляд с поволокой, сейчас же любовник перед ним сидел во всей своей порочной красе, которого незамедлительно хотелось приласкать. Итэр застонал: он так и не получил разрядку, поэтому сейчас, когда его наконец-то уверенно, но мягко обхватили внизу, почувствовал острое удовольствие. Чжун Ли с вожделением наблюдал, как мышцы чужого живота напряглись, сокращаясь; сжимающей Итэра рукой он ощущал каждую пульсацию горячей плоти… После пережитого оргазма Путешественник упал на кровать.       — Это было прекрасно, — хрипло прошептал он.       — Бесспорно. Но я считаю, что сделал для тебя недостаточно, — Чжун Ли, использовав чистую руку, немного пригладил беспорядок на золотой макушке.       — Нет… — Итэр также дотянулся до чужих прядей и начал пропускать чёрный шёлк через пальцы, — всё замечательно, правда. Тем более у нас ещё очень много ночей впереди, — на этих словах его губы тронул мечтательная улыбка.       — Я рад это слышать, — Чжун Ли улыбнулся в ответ, — позволь, я отлучусь, чтобы подготовить нам ванну, она же обустроена? Примешь её со мной?       — Конечно. Но пойдём вместе. Они поднялись на неокрепшие после пережитого ноги, в каждом их шаге сквозила усталость. Тем не менее привести себя в порядок перед сном было для них необходимостью.