Было ясно, о чем шумел отдел, думал и жил каждый работник. Страна, все так же была неспокойна. И единственное, до кого никому не стало дела в очередной затяжной битве, — девушка, чуть ли не единственная, кто по должности, был наравне с другими мужчинами.
Все это не ее война даже сейчас. И никто ее за это не осуждает. Война разве что с документами и дома, где спокойствие давно пропало.Молодая Акименко скинула свои документы на стол еще времен Российской империи, который, видимо, достали из катакомб Бреста, и почувствовала удовлетворение.
Во всей суматохе: в отделе, в стране, внутри себя, оказаться хоть и в тесной каморке — но одной — было лучшее, что у нее было.
Но удивительно, как за пару минут, можно перевернуть быт, жизнь и взгляды на сто восемьдесят градусов.— Эх, да что ж за женщины пошли! — сказал он, с грустным придыханием, но все же пожал руку в ответ. — Оставите нас, Товарищ Дронов?
— Да. да… конечно… — сказал растерянно он и покинул кабинет.
Эта растерянность напугала Карину.
— Ну что же, теперь представлюсь более официально… — мужчина достал, кажется самое «красное» удостоверение из всех, которые были в стране.
— Глава третьего отдела Народного комиссариата обороны СМЕРШа Утехин Георгий Валентинович.
И теперь все, что было… словно не имело смысла. Бумаги, муж, детский дом, все это нужно было отринуть, лишь бы справиться с грузом, упавшим на плечи Карины. Вместо кабинета — километровые леса, с пугающей темнотой, запах пороха от автомата и воспоминания о прошлом. О детстве, которое у нее отняла война. И лишь одно желание — вернуть то, что было давно утеряно.Калининский разлом: В степях
26 Февраля