Milles voies conduisent en erreur, mais seul induit à vérité.

Йор с мольбой в глазах смотрела на него, пока Сумрак готов был застрелиться или, как минимум, удариться о что-нибудь да посильнее. Брайары были, наверное, единственными (кроме Ани) людьми за всю его десятилетнюю карьеру, которые могли вызвать у него настолько сильное чувство безнадёжности. Потому что сейчас он был абсолютно без понятия, что говорить. Если он скажет, что они с Йор планируют детей в будущем, поэтому потихоньку начали готовиться, то может, он и успокоит Юрия на данный момент, но Сумрак был без понятия, сколько ещё будет длиться операция Неясыть. Если она затянется надолго, а ребёнок так и не появится, то Юрий начнёт подозревать что-то неладное. Сказать, что они в принципе не планируют детей, было бы опасно. Потому что Юрий с большей вероятностью начал бы возмущаться из-за этого. — Йор не беременна, — начал он с самого нейтрального. Девушка едва заметно облегчённо выдохнула. Неужели она действительно думала, что после вчерашнего у них мог появиться ребёнок? Он даже не… А, точно, она ведь не помнила то, что вчера было. — Но тогда почему вы такие странные сегодня? Вы явно что-то скрываете от меня, — прищурился Юрий. — Не переживай, братишка. У нас действительно всё хорошо, — улыбнулась ему Йор, попытавшись успокоить брата. Хоть она и не знала, какой план был у Лойда, но она хотела помочь. — Сестрёнка, будь осторожнее со своим муженьком. Он же примерно твой ровесник, а уже у него есть шестилетняя дочь. Представь, у него родился ребёнок, когда ему было примерно столько же, сколько и мне. Меня пугает одна только эта мысль. Наверняка, он даже не хотел. — Юрий, прекрати оскорблять Лойда, — прервала его Йор. — Я не оскорбляю его, сестрёнка! Я всего лишь констатирую факты, — ответил Юрий. — Лойдушка, вот сколько тебе лет? Йор неожиданно почувствовала, как ужас сковывает её тело. За несколько месяцев совместной жизни она забыла спросить у Лойда его дату рождения! А вдруг у него недавно был день рождения? Какой же всё-таки бестолковой женой она была. — Мне двадцать девять, — со вздохом ответил Лойд. — Ужас, ну ты и старый. Сестрёнка, я боюсь, у него скоро кризис среднего возраста начнётся. — По крайней мере у меня подростковый кризис закончился в отличие от некоторых. — Это ты ещё на что намекаешь? — разозлился Юрий. — Вы можете хоть раз поговорить нормально? — попросила Йор. Ей было действительно больно видеть, как два самых близких для неё человека не могли поладить друг с другом. — Извини, Йор, мне не стоило вестись на провокацию, — сказал Лойд, слегка улыбнувшись ей. — Извини, сестрёнка, я не хотел обидеть тебя, — добавил Юрий. Затем он вновь злобно взглянул на Лойда. Похоже шутка про подростковый кризис задела его сильнее, чем Сумрак мог предположить. «Поскорей бы он домой уже ушёл. Я уже устал», — подумал он, но вслух он конечно же ничего не сказал. — Юрий, прости, если обидел тебя. Я, честно, не хотел. Я никогда, наверное, не смогу полностью понять тебя, потому что никогда не был на твоём месте, но я знаю, что тебе сейчас непросто. Конечно, твоя сестра — единственный родной человек для тебя — вышла замуж за какого-то незнакомца и ещё скрывала это. То, что тебе грустно или обидно из-за этого, это нормально. Ты боишься, что я сделаю ей больно, но, клянусь, тебе не надо беспокоиться, потому что я буду пытаться изо всех сил сделать Йор счастливой, потому что я люблю её, — сказал Сумрак и почему-то смутился. Неожиданно даже для себя он почувствовал, как слегка краснеет. Он столько раз за эти десять лет говорил эти три слова, но раньше они не значили ровным счётом ничего, они были пустышкой, но теперь, когда он ночью осознал, как сильно он влип, эти слова больше не казались всего лишь упаковкой, в которой ничего не было, теперь они имели вес. И хоть Сумраку это не нравилось, но сейчас это было не особо важно. Юрий некоторое время молчал, словно обдумывая его слова. — Я не нуждаюсь в твоих навыках психолога, Лойдушка. Но я рад, что ты понимаешь, насколько тебе повезло, что моя сестрёнка любит тебя, — наконец ответил он. Краем глаза Лойд заметил, что Йор покраснела и опустила голову. В голове мгновенно пронеслось вчерашнее признание Йор и не только оно. Честно говоря, всё, что произошло вчера указывало на то, что Йор была влюблена в него и, видимо, уже достаточно давно. И хоть Сумраку было очень тяжело признаваться в этом даже самому себе, но этот факт немного грел его душу. Всё-таки Лойд Форджер был, наверное, его наиболее правдивой маской. Так что знать, что хоть какая-то часть его настоящего нравилась Йор, было действительно приятно. Им придётся поговорить об этом после ухода Юрия. Потому что Сумрак не хотел обманывать Йор. Он ведь и так вчера украл и её первый поцелуй, и первый раз. Она заслуживала знать правду. А ещё он хотел поговорить с ней о её многочисленных шрамах, потому что они действительно волновали его, ведь они выглядели совсем свежими. Если кто-то ей угрожал или всё ещё угрожает, что ж… Даже шпион мирового уровня может сдвинуть расписание миссий, чтобы найти обидчиков своей жены, даже если она была фиктивной женой. — Я знаю, что мне повезло, — ответил Лойд, чуть кивнув головой. — Так что позаботься о моей сестрёнке, — сказал Юрий, а после залпом выпил оставшееся в бокале вино. Затем он встал и направился к выходу. — Юрий, ты куда? Рано ведь ещё, — спросила Йор, удивлённо смотря на брата. — Не хочу мешать вам с Лойдушкой, — объяснил он. — Вы такие влюбленные, что смотреть уже невозможно. Йор, услышавшая его, густо покраснела и быстро отвела взгляд. Влюблённые… Слишком хорошо, чтобы быть правдой. И, конечно, это не так. К сожалению, братик, который продолжал считать, что они с Лойдом были безумно влюблены, не должен был узнать то, что это всё было неправдой, всего лишь фальшивкой. Когда дверь за Юрием захлопнулась, Лойд хотел уйти к Ане, чтобы поговорить с ней о произошедшем в школе. Ему было даже страшно представить, что она могла наговорить в школе. Если его вызовут в школу и начнут отчитывать за вчерашний вечер, это будет сущим кошмаром. Он же просил её не рассказывать. Ну почему дети были такими непослушными? Но затем Лойд заметил, что Йор чуть нахмурилась и сжала губы, словно в попытке сдержать слёзы. — Всё хорошо? — спросил он. — Как… Как у тебя получается так легко врать и делать вид, что ты влюблён в меня? — нерешительно взглянув на него, спросила Йор. У него был ответ на этот вопрос, честно. Даже два. Но оба нельзя было сказать вслух. Признаваться в том, что он был шпионом и именно поэтому привык говорить неправду, было бы очень глупо. Признаваться в том, что он, оказывается, на самом деле был влюблён в неё, было страшно. Потому что он сам всё ещё не был до конца уверен в своих чувствах. Да и тем более он не знал, как на это заявление отреагирует Йор. С учётом того, что сегодня она сказала, что вчерашние её решения были вызваны лишь алкоголем… Могло ли это также означать, что она не любила его? Он не знал, ведь, к сожалению, не мог залезть в голову к Йор и прочитать её мысли. — Практика, я привык говорить людям то, что им нужно услышать. Такова работа психолога, — наконец ответил Лойд. — Но я не врал сегодня, Йор. Мне действительно очень повезло с тобой. И я буду стараться сделать тебя счастливой, пока ты помогаешь мне, потому что я в долгу у тебя. Йор кивнула и молча направилась в свою комнату. Лойд удивлённо посмотрел на девушку. Что он сказал не так? — Как часто ты говорил мне то, что я хотела услышать? — вдруг остановившись и развернувшись, спросила Йор. Он молчал, не зная, что сказать. Почему её волновало это? — Понятно, — тихо сказала она. Затем она окончательно ушла в свою комнату, оставив Лойда в растерянности. Что это сейчас чёрт побери было?

***

Аня сидела за столом, пытаясь сделать уроки. Она прекрасно знала, что папа будет очень недоволен, поэтому она надеялась, что это хоть как-то смягчит его гнев. Наконец дверь открылась, и Аня чуть сжалась. — Итак, что ты натворила? — спросил Лойд, проходя в её комнату. Аня сначала поджала губы, не зная с чего начать, но затем вздохнула. Хоть из них двоих именно она была телепатом, папа по какой-то причине всегда знал, когда она врёт. — Прости меня, папа. Я знаю, что ты говорил мне не рассказывать. Но Бекки спросила меня, почему я сонная, поэтому я рассказала, что мама кричала. А рядом проходил мистер Хендерсон и… Аня заметила, что Лойд словно не слушал её. Попытавшись разобрать его мысли, Аня сразу запуталась в них. Их было слишком много и они опять были такими громкими. — Папа, всё хорошо? — спросила Аня. — Ты выглядишь уставшим. — М? Да, я в порядке. В следующий раз просто следи за тем, что ты говоришь, а то можешь попасть в очень неприятную ситуацию, — кивнул Лойд. — Папа, ты от меня устал? — решилась спросить Аня. — Что? Нет. Аня, ты не виновата. Я не устал от тебя, честно, — покачал головой он. — Папа, всё будет хорошо, не переживай, — вскочив со стула и подбежав к Лойду, сказала Аня и обняла его за ногу. — Спасибо, — погладив её по голове, улыбнулся Лойд.

***

Йор и Лойд вместе готовили ужин, как и договорились. Но они почти не разговаривали. Пока Йор нарезала мясо, Лойд управлялся с овощами. Сумрак то и дело смотрел боковым зрением на свою фиктивную жену, но она была слишком сосредоточена, чтобы заметить это. — Ты сказал, что привык говорить людям то, что они хотят услышать, — неожиданно заговорила Йор. — Тогда ты можешь сказать мне, что любишь меня и что вчерашний вечер действительно что-то значил для тебя? Потому что это то, что я хочу услышать. Если бы не десять лет работы шпионом, Лойд бы остался без пальца, потому что слова Йор настолько шокировали его, что он чуть не ударил себя ножом по пальцу. — Ты серьёзно? — отложив нож и повернувшись к Йор, спросил Лойд. Может, ему послышалось? — Более чем. Тебе же не привыкать, наверное, — сказала Йор. Сумрак вздохнул, не зная, как поступить правильно. — То, что произошло вчера, очень много значит для меня, Йор. Можешь мне не верить, но это так. Ты правда дорога мне. И вчерашний вечер был одним из лучших в моей жизни. Я клянусь. — Скажи, что любишь меня, — словно не слыша, вновь попросила Йор. Это же должно было быть пустяком для Сумрака. Он говорил это тысячи раз разным женщинам. Но сейчас, когда он смотрел на столь непривычно серьезную Йор, всё в нём сжалось. — Я… — начал Лойд, смотря в такие большие и доверчивые глаза Йор. «Ну же скажи это!» — подумал Сумрак. Он столько раз с лёгкостью говорил эти слова, когда за ними скрывалась только ложь, но теперь, когда они были хоть немного правдивы, он не мог ничего сказать. — Я лю… — вновь попытался он. Лойд вспомнил их вчерашние поцелуи, то, как Йор обнимала его, то, как она металась на его простынях, то, как она сжимала ткань от переизбытка чувств, то, как мило она спала в его объятиях. «В следующий раз?» — пронеслось в его голове. Когда Йор задала этот вопрос, она выглядела такой удивленной. Он хотел, чтобы это не было одноразово. Он хотел целовать её, хотел обнимать её, хотел засыпать рядом с ней, хотел показать ей, что даже со шрамами, она всё ещё очень красива. Но… Он знал, что он был не в праве говорить об этом. Потому что ему рано или поздно придётся уйти. И если они будут продолжать развивать свои отношения, то в конце концов им будет больно, гораздо больнее, чем может быть, если он будет держать себя в руках. — Я не могу, извини, — наконец сдался он, покачав головой. — Не надо, — тихо ответила Йор, отвернувшись. Больше за всё приготовление они так и не заговорили.