Milles voies conduisent en erreur, mais seul induit à vérité.

Йор приходилось врать практически каждый день с тех пор, как Лавочник нашёл её и предложил ей вступить в ряды Сада. Сначала она врала Юрию, когда её братишка спрашивал, где она так поздно работала и почему каждый раз, когда она возвращалась домой, её одежда пестрила кровавыми пятнами. К счастью, Юрий верил абсолютно каждому её оправданию, даже самому абсурдному, поскольку он очень сильно любил её. Временами Йор было ужасно тошно от этого. Ведь ей приходилось врать своему единственному близкому человеку, но она знала, что так надо, что она должна сделать это ради него же. Иногда приходилось врать ещё и любопытным соседям, которые спрашивали, как она умудрялась содержать себя и брата, при этом ещё продолжая жить в родительском доме, за которым тоже приходилось ухаживать. (Некоторые соседи и вовсе докладывали о ней сотрудникам тайной полиции, однако Сад всегда защищал её, за что Йор была благодарна) С каждым днём, который незаметно перерастал в месяц, а затем и в года, врать становилось всё легче, это стало некой рутиной, которую Йор уже выполняла, не задумываясь. Когда же Йор по чистой случайности встретилась с Лойдом, а затем и вовсе вышла замуж за него, то лжи в её жизни стало лишь больше, поскольку ей приходилось скрывать ото всех, включая Юрия, что их брак был фиктивным, а от всей новообретенной семьи приходилось скрывать свою вторую работу и оправдывать свою необычную силу, которая явно вызывала вопросы у Лойда и Ани. Теперь же секретов, которые необходимо было скрывать, стало ещё больше с тех пор, как правда вышла наружу, и Йор узнала, что Лойд был Сумраком, шпионом из Весталиса, а Аня была его приёмной дочерью. Её жизнь полностью была пропитана обманом. И от этого уже было невозможно избавиться. Никогда. Однако Йор, честно говоря, нисколько это не волновало, поскольку она и не хотела ничего менять. Ведь именно благодаря обману она нашла свою семью. Если бы она не искала кандидата на роль парня, чтобы успокоить Юрия, то она никогда бы не сошлась с Лойдом и не стала частью семьи Форджер. Даже думать об этом сейчас было, честно говоря, страшно. Если бы она не встретила Аню и Лойда тогда… Её жизнь была бы совсем не такой яркой, как сейчас. Она бы продолжила возвращаться в свою почти пустую однокомнатную квартиру, где некому было её встречать. Она бы продолжила давиться своими ужасными блюдами или лапшой быстрого приготовления. Она бы продолжала жить своей серой скучной жизнью, не зная, что может быть по-настоящему счастливой. Её семья, Лойд и Аня, спасли её, вытащили из её многолетнего кокона и показали, какой может быть жизнь, доказали, что даже наёмные убийцы заслуживают счастья. К своим неполным двадцати восьми годам Йор уяснила одну простую, но очень важную истину — её главным источником силы была её семья. И Йор поклялась сделать всё возможное, чтобы защитить эту семью.

***

Сумрак знал, что рано или поздно он завершит операцию Неясыть, как это происходило с любой миссией, за которую он брался, и тогда WISE отправят его в другой город на очередную миссию, заставив создать новую личность и раз и навсегда забыть о Лойде Форджере. Так было всегда. Такой была его жизнь уже более десяти лет. Это, казалось, было единственной истиной в его жизни. Каждый раз он успешно справлялся с миссиями, затем забывал о личности, которую он создавал, чтобы после придумать очередной образ, который был лишь пустой оболочкой. Однако впервые за долгие годы работы он понял, что не может содрать с себя маску. Или, точнее сказать, образ Лойда Форджера в какой-то момент перестал быть всего лишь маской, а переплелся с самим Сумраком. Он столько раз повторял, что женитьба, семья и прочее не для него, что он никогда не сможет жить спокойной жизнью «нормальных людей», но оказалось, что он глубоко заблуждался и лишь обманывал самого себя. На самом деле, семья была именно тем, в чём он нуждался, даже если он чертовски долго отрицал это. Даже если он сильно уставал после кучи побочных миссий, которые WISE с любезностью подкидывали ему, стоило только ему увидеть улыбки Ани и Йор, как на душе становилось легче. Впервые за долгие десять лет кто-то искренне любил его и заботился о нём. Впервые он сам позволил себе любить кого-то в ответ. Впервые он выбрал не работу, а себя и желания собственного сердца. Впервые он захотел остаться навсегда. Это было глупо и опасно, конечно, он прекрасно знал об этом. Он знал, что ему никогда не дадут уйти из WISE. Его заставят покинуть квартиру на Парк-авеню 128, хочет он того или нет. Он знал, что в ближайшие месяцы, если вовсе не недели, он обнаружит себя на вокзале. Как обычно он сядет в поезд, который увезёт его в следующий город, подальше от Берлинта, где он наденет очередную маску. Он ведь никогда не оставался в одном и том же городе после завершения продолжительной миссии, а сейчас WISE уж точно не позволят ему остаться в Берлинте. Однако он старался не думать об этом слишком много. Зачем зацикливаться на будущем и расстраиваться раньше времени, когда можно наслаждаться драгоценными моментами настоящего? Он же был Сумраком, лучшим шпионом, о котором ходили легенды. Он мог придумать, как выйти из любой ситуации. Он мог остановить ядерную бомбу за секунду до взрыва, мог втереться в доверие к террористической группировке, мог менять личности и соответственно облик несколько раз за день. Это было истиной, о которой знали абсолютно все в WISE. Он точно что-то сможет придумать, но сейчас… Сейчас он хотел насладиться времяпровождением со своей семьёй. — Ты сегодня какой-то излишне задумчивый. Что-то случилось? — уже давно знакомый голос вырвал его из размышлений. Лойд взглянул на Йор и чуть улыбнулся. Он знал, что его улыбка была едва ли заметна, но он также знал, что Йор точно видела её. — Всё хорошо, просто мысли всякие в голову лезут, не переживай, — покачав головой, ответил он. Его ладонь, которая ранее лежала у Йор за плече, аккуратно погладила её по руке. Они сейчас вдвоём лежали в постели, собираясь уже в скором времени уснуть, поскольку было довольно поздно. Йор была единственной девушкой, с которой он разделял кровать по собственному желанию, а не ради очередной миссии. И это было приятно. (Всё, что было связано с Йор для него, честно говоря, было приятно) Кто бы мог подумать несколько месяцев назад, когда они с Йор только встретились, что они в конце концов полюбят друг друга? — Как я могу не переживать? — ответила Йор, аккуратно выводя пальцами круги на его футболке в районе груди, пока её брови немного нахмурились. Лойд почувствовал, как его улыбка становится немного шире. Он прекрасно знал, что Йор всегда беспокоилась о людях, которые были дороги ей. Иногда она даже забывала о себе, отдавая предпочтение заботе о близких. И он так сильно ценил эту заботу, даже если пытался убедить Йор не переживать о нём настолько сильно. — А о чём ты думал? — застенчиво спросила Йор. Её щёки вновь слегка покраснели. — Е-если ты, конечно, хочешь рассказать, я совсем не настаиваю. Он притянул её к себе поближе, заставив Йор чуть вздрогнуть от неожиданности. Мог ли он год назад предположить, что у него будет жена, которая будет любить его и которую он сам будет любить в ответ? Конечно же нет. Абсолютно нет. Старый Сумрак посмеялся бы, услышав об этом. Старый Сумрак не умел или не хотел любить. Однако сейчас он лежал рядом с самой удивительной девушкой, которую он когда-либо встречал. С девушкой, которая сочетала в себе нежность к близким и жесткость к врагам, внешнюю хрупкость и невероятную силу, личность обычной работницы мэрии и личность лучшей наёмницы Сада. — Думал, как сильно изменилась моя жизнь с тех пор, как я встретил тебя и Аню. Всё, что раньше мне казалось истиной, теперь кажется такой глупостью, — ответил он. — Понимаю, — кивнула Йор. — Я раньше и предположить не могла, что у меня когда-нибудь будет семья, кроме Юрия. Это казалось чем-то недостижимым. — Я тоже думал, что это не для меня. Я был так уверен, что мне это и не нужно, но, как оказалось, я избегал того, что на самом деле так отчаянно хотел. — Я… За день до того, как мы познакомились, я порвала платье на заказе, тогда я расстроилась, поскольку незадолго до этого, оно тоже рвалось, но теперь я очень рада этому. Иначе я бы не встретила вас, — взглянув ему в глаза, улыбнулась Йор. Его рука легла ей на щёку, касаясь мягкой кожи. Он осторожно убрал прядь её черных волос, которые могли в скором времени помешать ей. Щеки Йор стали чуть более красными, как это всегда случилось, когда он как-то касался её. Однако, несмотря на то, что она всё ещё смущалась, она с каждым днём всё больше привыкала к его прикосновениям. И Лойд был рад, что ей с каждым днём становится спокойнее и комфортнее рядом с ним. — Я… — начал он, поглаживая большим пальцем её щеку. Он вновь хотел сказать, что любит её. Однако всё ещё это было несколько тяжело для него. Всё ещё было непривычно думать, что он так сильно любит кого-то. Вдруг он подумал о том, что будет если WISE заставит его завести отношения для очередной миссии. Он знал, что не сможет. Как он мог признаваться в любви кому-то ещё? Как он мог теперь врать об этом? Как он мог целовать кого-то другого, не думая о Йор, не думая, что он изменяет ей? При одной мысли об этом словно сжался желудок, а в горле встал неприятный ком. — Я… Я очень счастлив, что встретил тебя, и чертовски благодарен Ане, что она не позволила мне упустить тебя, — тихо сказал он. Йор нежно улыбнулась ему. Её рука легла ему на грудь, где билось его сердце. Он знал, что у неё было достаточно силы, чтобы просто напросто раздавить ему грудную клетку, однако сейчас её прикосновение было таким нежным, что он в очередной раз удивился тому, как его жена сочетала, казалось бы, несочетаемое. — Я люблю тебя, — уверенно произнесла она. Её глаза при этом красиво сверкнули. Лойд не мог сдерживать себя дольше и аккуратно поцеловал Йор. Она сразу ответила, даже если несколько неуверенно. Её рука поднялась к его волосам, чуть сжимая пряди. — Я тоже… Тоже люблю тебя, — отстранившись всего на дюйм, сказал Лойд прежде, чем вновь поцеловать Йор. Да, всё, во что он раньше верил, казалось теперь сомнительным, однако в одном он был уверен полностью. Пока рядом с ним будет его семья, он будет в порядке. И он сделает всё возможное, чтобы его семья была в безопасности, а над их головой было мирное небо. Даже если он будет далеко от них. Истина, с которой пришлось смириться Сумраку, заключалась в том, что Лойд Форджер был частью его, а не маской, о которой он мог забыть.

***

Аня всегда знала истину, даже если человек пытался обмануть её. При помощи своих способностей она могла узнать, что происходило в голове другого человека, а в большинстве случаев люди были честны с собой в своих мыслях. (Её папа, конечно, был некоторого рода исключением из этого правила, поскольку даже в своих мыслях он долгое время пытался убедить себя, что делает всё исключительно ради миссии, а не потому что любит их с мамой. К счастью, в последнее время он перестал заниматься подобной ерундой) Однако иногда мысли были слишком запутанными, поэтому Ане не всегда удавалось узнать истинные мотивы других даже при помощи своих способностей. И если раньше все истины, которые знала Аня, принадлежали кому-то другому, поскольку в её жизни не было ничего постоянного, не было ничего истинного, то теперь у неё появились свои собственные истины. Одна из них заключалась в том, что её родители очень любили её, а теперь ещё и друг друга. И Аня была так рада, узнав об этом. Ещё одной истиной для Ани стало то, что она доверяет своим родителям. Она знала, что рано или поздно она наберётся смелости и расскажет им свой самый большой секрет, ведь Аня была уверена, что её мама и папа поймут её. Конечно, было страшно, но она знала, что так будет лучше. Может, так папа точно останется и перестанет думать, что скоро уйдёт? Потому что, честно говоря, Аня уже терпеть не могла вокзалы. Они теперь ассоциировались с чем-то плохим и негативным. Бонд же не показывал ничего чёткого. Просто счастливая семья Форджеров. Но они могли быть счастливы и за час, может быть, до ухода Лойда. Так что будущее было всё ещё очень туманным, и это несколько пугало Аню. Она так надеялась, чтобы к истинам, которые она уже знала, добавилась ещё одна, которая бы заключалась в том, что её семья всегда будет вместе. Аня не хотела, чтобы злые главные шпионы забирали папу, поскольку Аня очень любила своего отца, она не хотела терять его. Поэтому Аня собиралась рассказать родителям свой секрет. Она так сильно надеялась, что это остановит папу, и тогда он никуда не уедет. Однако для этого нужно ещё некоторое время, чтобы подготовиться. А до этого времени пусть для Ани ещё не будет истиной, что её семья всегда будет неразлучна, однако правдой будет то, что её семья любит её. И этого было достаточно. Она была уверена, что с помощью её способностей, семья Форджеров будет в безопасности. И Аня была готова сделать всё, что в её силах, для этого.

***

Разве не забавно, что семья, построенная, казалось бы, полностью на лжи и ради выгоды каждого, стала единственной важной истиной для всех них, и что каждый член семьи был готов защищать других любыми возможными способами? Разве не забавно, что шпион и убийца из разных стран стали лучшими родителями, чем «нормальные люди», которые усыновляли Аню раньше, а затем возвращали её обратно, не заботясь, как Ане больно из-за этого? И разве не забавно, что даже лучший шпион, который всегда рассчитывает каждый свой шаг; наёмница, которая может убить толпу крупных мужчин; телепат и собака, которая видит будущее; оказываются не в силах заранее изменить будущее. Но такова жизнь. Такова истина жизни. Milles voies conduisent en erreur, mais seul induit à vérité. Тысячи путей ведут к заблуждению, к истине — только один.