Неперелетные

            Этап в Сочи идет по пизде. Это не фигурное катание, а фигурное полирование льда под красивую музыку. Огромная, давящая, полупустая арена подавляет, какому гению вообще пришло в голову проводить этап в Сочи, фигурнокатательная, блин, столица.       Пете так по-детски обидно, хотели с наскока в сезон с зубодробительным контентом, а получилась только пафосная заявка, и больше ничего. Только одно, конечно, радует (табличка «сарказм» поднята), про мужское одиночное на этом этапе подробно не пишет ни один ресурс, ни один полудохлый паблик в телеге.       Потому что, ну, в самом деле, какое фигурное катание, когда важнее всего, то, кто на кого на трибуне сколько раз посмотрел, не правда ли. Петю бесит роль статиста во второсортном сериале, бесит, что ну ладно фанаты, девочки/мальчики школьного возраста, но официальные люди, вас то куда несет. Они с парнями даже немного жестковато ерничают, что для того, чтобы им досталось хоть какое-то внимание, надо тоже упасть в публичные отношения. Без негатива к Саше и Марку, скорее по отношению к сложившейся ситуации в целом.       Потом в номере Петя думает, а смог ли он вот так тоже, чтобы под камерами и на публику. Это же, безусловно, смело, и как будто вызов всем. Вот смотрите, да, нам нечего скрывать, мы не боимся и не стесняемся. Петя несмело пытается представить себя с кем-нибудь из девчонок. Никаких сантиментов, просто в шутку, мысленный эксперимент так сказать. Получается откровенная фигня. Во-первых, он не представляет себя в романтическом флере вот совершенно никак. Вся эта конфетно-букетная атрибутика публичных отношений типа совместных селфи, парной одежды, хождений за ручку и прочей сладостно-приторной лабуды — настолько не его, что даже в мыслях визуализировать это все не получается никак.        Во-вторых, даже вот если теоретически, если в стиле разговоров комнаты мальчиков в спортивном лагере в 13 лет. А с кем бы он мог представить себя в паре? Понятное дело, выбираем из сборной, из-за, так сказать, очень сильной урезанности социальных связей на этом жизненном этапе. Петя смелеет и начинает подставлять в свои мысли девичьи лица. И опять происходит абсолютный провал и какая-то нелепица. Он представляет себя на трибуне под ручку поочередно с Настей, с Сашей, с Аней и, не выдерживая, смеется. Он когда-то в учебнике географии видел границы двух морей с разной соленостью, которые не смешиваются и разделены визуальной границей. Вот примерно так это все ощущается.       В общем, получается, что по всем фронтам первым делом, первом делом фигурное катание, ну а девушки, а девушки как-то очень сильно потом. «А если не девушки?»       Громкий голос в голове возникает совершенно ниоткуда. Петю этого откровенно пугается, даже головой трясет, не только мысленно, но и физически прогоняя бредовые последствия своего «мозгового штурма», будь он не ладен. Ему немного стыдно, как будто кто-то мог его подслушать, как будто голос прозвучал не внутри его черепной коробки, а откуда-то из-за угла. Петя быстро хватает валяющиеся на полу кроссовки. Если есть время много думать о ерунде, значит, мало тренируешься, закон жизни, закон Петра Гуменника.

***

      Надвигающийся этап в Москве Петя ждет с каким-то непонятно откуда взявшимся нетерпением, как когда-то давно в начальной школе ждал первое сентября или экскурсию в область с классом. Ему кажется, что он в боевой (зачеркнуто) полной готовности, и сочинскую неудачу готов перекрыть. Компания у него в Москве подбирается, что надо: Миша, Макар и свалившийся в последний момент в заявочные списки Женя. Петя видел, что тот снялся с этапа в Казани, и, честно говоря, думал, что в этом сезоне Женя уже из-за травмы не появится, но тот объявляется в стартовых списках карточным джокером, а теперь, как ни в чем не бывало, жует тосты с маслом на завтраке в гостинице.       Прокат короткой идет как будто неплохо. Не все задуманное получается, как задумывалось, но и бороться с чистым Мишей, нет, с эталонным, идеальным и чистым Мишей — это что-то из области фэнтези и фантастики одновременно. Прокат рабочий. Он так и говорит журналистам. Журналисты в ответ спрашивают, каково это, кататься при полупустых трибунах, когда все звезды сейчас на дне рождения Плющенко. Да бля. Петя выдает что-то идеально вежливое и дипломатичное, внутренне грязно матерясь. В автобусе он открывает новостную ленту и натыкается на какую-то написанную на коленке статью-сравнение московского этапа с шоу Плющенко. Да бля-2. Этап же даже еще не кончился. Видимо матерился он вслух, так как через проход на него вопросительно смотрят два светло-зеленых жениных глаза. Блин.        — вот, знакомлюсь со свежей прессой — Петя протягивает Жене телефон. Женя наклоняется ближе, сам телефон не забирает, только аккуратно придерживает, чтобы читать было удобнее. Петя очень надеется, что ему сейчас не придет какое-нибудь позорное сообщение из какого-нибудь позорного чата.       Женя презрительно фыркает и телефон возвращает:       — ну а чего ты хотел? Побочный эффект нашего спорта, ну или нежелательное явление, как тебе больше нравится        — душнишь на-медицинском       Женя теперь смеется в голос и довольный отползает в сторону своего окна. Петя промежуточные результаты, конечно, видел, но подробностей жениного проката не знает. Вроде не расстроен, значит, наверное, не так уж и плохо откатал.       У гостиницы их караулят фанатки. Пете вручают огромного белого гуся, сопровождая это традиционными гусефамильными каламбурами. Петя на каламбуры вежливо улыбается, птицу вежливо принимает, и со всеми девочками вежливо фотографируется. Рядом вручают точно такого же огромного гуся Жене. Их просят сфотографироваться вдвоем вместе с игрушками.       — Жень, какого это, держать Петю в руках — какая-то девушка выкрикивает из толпы вроде бы безобидную шутку.        — Мягко       Занавес. Отлично, Женя, просто отлично.       После соблюдения положенного политеса они все-таки добираются до гостиницы.       — Придется назвать этого гуся Петей, банально, конечно, но куда деваться.       Женя видимо так пытается поддерживать светскую беседу, пока ищет карточку от номера в рюкзаке. Пете по коридору дальше, он немного притормаживает, наблюдая за жениными страданиями       — Только никому меня не передаривай, пожалуйста       — Какого, однако, плохого ты обо мне мнения.       Женя справляется наконец-то с рюкзаком, весело машет Пете на прощание и скрывается в своем номере.

***

      Произвольная программа катится хорошо, Петя собой очень доволен. По сравнению с прошлым этапом контент перекроили в сторону удобности, и, загадывать, конечно, не хочется, но вроде бы нащупали золотую середину. Он идет в какое-то стихийно образовавшееся подобие зоны ожидания к ерзающему на лавке Жене. Тот расстроенным своим промежуточным вторым местом не выглядит абсолютно. Интересно, а эта белая краска с волос быстро отмывается? Женя подскакивает со своего места, тянет ладонь в перчатке для рукопожатия и вновь падает, наблюдая за выходящим на лед Мишей и Профессором. Петя устраивается рядом, операторы с камерами в лицо тут как тут, фиг расслабишься после проката.       У Миши не получается практически ничего, они с Женей почти синхронно жмурятся и отворачиваются на особо жутких падениях. Но с результатами короткой на пьедестал Миша все равно забирается. А у Пети наконец-то первое место и золото. И неожиданная похвала и рукопожатие от Профессора. И счастливая Вероника Анатольевна у бортика.       Дальше начинается организаторская круговерть, их тащат в подрибунку, долго объясняют как, когда и за кем выходить, но это приятные хлопоты. Награждение, фотографии, круг почета. Как будто он еще на этап, на шаг ближе к своему максимуму и пику. Он, оказывается, до конца сам не осознавал, как, на самом деле, ему было нужна эта победа       Поэтому по дороге в гостиницу автобусе он опять тянется к новостной ленте. Петя малодушно хочет посмотреть фотки с награждения. Фотосессия на пьедестале его порядком забавляет.       — Смотри — он, как и вчера протягивает телефон к опять сидящему через проход Жене — ты на этих кадрах счастливей меня выглядишь       Женя пытается посмотреть фотки из рук, но автобус заносит на поворотах, и он пересаживается на ряд к Пете, сдвигая его к окну.       — ну конечно, я вообще не рассчитывал, что на этот этап доеду, вот и радуюсь       — наша доблестная пресса сказала бы, что только неудачники радуются второму месту       — я бы посмотрел на нашу доблестную прессу, если бы у них колено на ниточке болталось       Женя говорит о травме и диагнозе так буднично, и неожиданно, что Петя теряется с ответом       — что все настолько серьезно?       — забей, уже все нормально       Женя копается в приложении с музыкой, а Пете внезапно хочется поболтать еще:       — ну, то есть на соперников, тебя обошедших ты никогда не злишься?       Петя провокационно улыбается, как бы подчеркивая и несерьезность и шуточность вопроса, но кажется, Женя в сарказм не умеет.        — я всегда злюсь на себя, при чем тут соперники вообще. Вот как на чээре прошлом или на Европе, вот там очень злился и если бы только злился. А так, ну если я на косячил, как я могу злиться на того же Мишу, или на … на тебя       Петя спотыкание в женькиной речи замечает, ему почему-то кажется, что там должно было быть чье-то другое четырехбуквенное имя.       Они продолжают болтать всю оставшуюся дорогу до гостиницы. Обратно на свое сидение Женя уже не перелезает