красный тебе к лицу

      стенки трейлера холодные и шершавые. в нем пахнет сыростью. в кромешной тьме слышны только звуки проезжающих мимо них машин и разговоров водителей. дзено пытается рассмотреть, кто находится с ними в одном помещении, но безуспешно. справа слышится чей-то плач, слева — шмыганье носом.       они окружены такими же детьми, как и они сами.       грязный мир.       маленький тэтте уже пришел в себя и спит у него на груди, утомленный. дзено кутает его получше, в то время как сам практически не чувствует холода.       его кровь все еще горяча после случившегося.       слева вновь слышится шорох, а позже чья-то рука ощупывает его плечо. саигику дергается, отчего тэтте на его груди немедленно просыпается.       — как тебя зовут? — голос принадлежит девочке, поэтому дзено отмечает, что тут собраны не только мальчики, а просто все подряд.       те люди забрали всех, кого смогли.       — дзено. — отвечает он, успокаивая тэтте и говоря, что тот может поспать еще немного. — а ты?       — теруко, — отвечает незнакомка. — ты знаешь, куда нас везут?       «теперь ваш дом — это красная комната.»       — нет. — эта фраза ничего не значит для него, дзено понятия не имеет, о чем говорил тот голос из рации. и даже, если предположить, что саигику догадывается, то эта информация никак не поможет остальным.       им вообще никто и ничем не поможет.       больше они с теруко не говорят, да и вообще никто не говорит. движение продолжается, они едут в неизвестность, без всяких надеж на спасение и милостыню.       некоторых из них даже не готовили.       — дзено, — голос тэтте совсем тихий, будто он боится нарушить то мнимое спокойствие, что воцарилось в их старом обшарпанном трейлере. — тебе страшно?       — нет, — дзено треплет кучерявые волосы и вздыхает. ему нестрашно. он просто не может позволить себе бояться. — нет, нестрашно, чудище.       — тогда я тоже не боюсь. — спустя время отвечает младший.       переломный момент, та самая фраза. плечи дзено начинают трястись. он чувствует, как глаза начинает щипать, а в носу свербит. он чувствует, как суэхиро в его руках брыкается, чуть отодвигается от него, чтобы присмотреться в его лицо, но саигику не позволит тому увидеть себя в таком состоянии. он прижимает ребенка к себе — такому же ребенку — и утыкается тому в макушку. маленькие ручки цепляются за него и куда-то в одежду шепчут: «я люблю тебя.», и старший со всей силы пытается заглушить собственный вой.       дорога ощущается бесконечной, ожидание держит всех в напряжении. кто-то обнимает свои любимые игрушки, кто-то поет колыбельные, которые им пели их мамы перед сном.       они не говорят между собой, от теруко больше не слышно ни звука, по-видимому, она заснула.       внезапно они замедляются. кажется, они подъезжают.       мальчики крепче держатся друг за друга.       рывок двери и детские крики. мужчины в масках и с оружием вытаскивают их, крича, чтобы они поторапливались. игрушки брошены и забыты, как и они сами.       грязь и тьма.       — живее, — дзено держит тэтте за руку и следует за бойцами, его толкают в плечо и он чуть ли не падает.       «не стоим.»       «замолчи.»       «быстрее, проходим, проходим.»       эти голоса со всех сторон, дзено замечает девочку, которая пытается прокусить руку схватившему ее человеку, где-то рядом женщина получает по лицу за то, что борется за своего ребенка.       их подводят к стене, саигику видел в фильмах, так вели на расстрел, и ставят в шеренгу. перед ними конвой людей в черном, те самые, что забрали их с тэтте из их дома, нарушили идиллию.       и снова красный огонек рации.       «избавьтесь от дефектных.»       голос их палача раздается вновь и дзено клянется, что он найдет его. неважно, сколько это займет, этот голос не уйдет от него, как не уйдут исао и киоко.       они все заплатят.       «вот та в джинсовке.» — девочку с короткими черными волосами оттаскивают за ближайший фургон.       «тот, что третий справа.» — маленький мальчик возраста тэтте взят за воротник, словно тряпичная кукла.       «и этот.» — мальчика рядом с ними как будто и не было.       «эти двое.» — мужчина в черном с рацией на груди подходит к ним. дзено помнит, что тэтте из особых. они идут к нему. — «в машину их.»       хватка бойцов стальная и у них наверняка останутся синяки. за фургоном, куда отводят «дефектных», слышны выстрелы, позади них остаются крики о помощи и испуганные детские глаза.       голос из рации больше не звучит, только отдает короткий приказ выдвигаться.       «вы едете домой.»

***

      писк мониторов и свет ламп, ослепляющих глаза. белые хрустящие простыни в комнатах на двоих. голубые стены и кафель на полу, винтовые лестницы и решетки на окнах.       старое кирпичное здание с огромной статуей в саду и той самой красной комнатой на цокольном этаже — их новый дом.       соседний корпус для девочек, их — исключительно для мальчиков.       они обучаются грамоте и иностранным языкам. наставники пишут мелом на доске математические задачи и учат определять координаты на местности. по понедельникам у них прием лекарств для укрепления здоровья, по средам — дзено целится в голову очередной картонной мишени.       восьмилетнему тэтте не нравятся громкие звуки, но нравится метать ножи. в его учебной программе намечается анатомия через четыре года.       они здесь навсегда.       этикет и основы маскировки. история и политическое мироустройство. в будущем они должны будут умирать на горячих точках за войны, развязанные корпорациями, и свергать правителей.       выглаженные рубашки и брюки. медсестры с длинными иглами и запах спирта в операционных. тренировки за тренировками, новые дети, неудавшийся эксперимент за экспериментом.       отныне их зовут ищейками, натренированные псы, будущие шпионы и убийцы, модифицированные солдаты.       дзено сносит голову манекену, чувствуя на себе чужие руки, а затем голос из рации, что висит на грудном кармане наставника, говорит лишь одну фразу:       «ты рожден для этого.»       поломанные жизни сотен и больше детей, разбившиеся надежды, сломленный дух и полное забвение. здесь нет личностей, здесь нет места желаниям и инициативам, здесь только стерильная чистота, марш по утрам и награда для тех, кто помладше — им разрешено смотреть обучающие мультики на изучаемых иностранных языках.       буйным мальчикам стирают память, а девочек по достижении определенного возраста — стерилизуют.       на утреннем приеме лекарства раздает девочка с заколкой в виде бабочки. ее мать экспериментирует над контролем сознания ищеек.       из-за ее матери трое друзей дзено мертвы, а тэтте числится в списках испытуемых.       в двенадцать лет саигику — один из лучших учеников и стрелков. для себя он давно решил, что он и будет тем, кто пустит их покровителю пулю в лоб.       в конце концом, он был рожден для этого.       — мы сбежим отсюда. — обещает саигику суэхиро, когда они остаются наедине в общей комнате.       младших не селят со старшими, но дзено у того человека на особом счету.       — я видел, как они увозили еще одного, — говорит тэтте, залезая к дзено на кровать. — меня тоже когда-то увезут?       накрытым белой простыней.       — нет, — дзено берет одну из книг, что им задали прочесть в качестве домашнего задания. — я не позволю им и пальцем тебя тронуть, — тэтте садится рядом с ним, склонив голову на плече саигику и пробегаясь глазами по строчкам из книги. — мы придумаем что-нибудь. я помню, как киоко говорила про то, что они здесь делают.       тэтте ничего не отвечает. он только привыкает к тому, что они с дзено никогда братьями не были, как не было и той семьи, что жила в уютном обжитом домике, ничем не отличающимся от остальных.       — мне сказали, что я должен буду стать супер сильным, — суэхиро тянет дзено за рубашку, тем самым прося отложить книгу, что саигику и делает с вопросительным взглядом.       — я в списках на абсолютную защиту. — тэтте перебирается к дзено на коленки и старший усаживает того спиной к своей груди, вновь беря в руки чтиво.       стратегия и тактика ведения войны.       они совсем дети.       дзено читает, пока тэтте дремлет на нем. прошло уже два года с тех пор, как этот приют стал их постоянным пристанищем, но тэтте продолжает проситься к нему в кровать.       раньше он часто упоминал маму с папой.       раньше дзено ненавидел всех в этом месте в открытую, но сейчас понимает, что послушание — залог успеха. голос из рации продолжает твердить ему, что они рождены для красной комнаты, и они должны соглашаться со всем, что скажет этот человек.       «всех несогласных с политической системой и идеологией граждан подвергают манипулятивной обработке сознания, забирают когнитивную свободу. правые и верные бойцы сохраняют за собой свободу в процессе принятия решений, в то время как неугодные становятся скотом, идущим на убой. практика показывает, что «верные» оруженосцы — гениальные партизаны, в то время как неугодные власти — морально-нравственные глупцы, добровольно подписавшие себе приговор.»       ключ к их свободе — мнимое подчинение.       он заканчивает первую главу и откладывает книгу на тумбу. тэтте потяжелел, но дзено уже начали вкалывать инъекции. саигику поднимает младшего и переносит на свою кровать, после чего, убедившись, что тот по-прежнему спит, выходит из комнаты.       стук ботинок по кафелю звучит оглушающе громко, а коридоры кажутся бесконечно длинными. он проходит мимо комнат — палат — других детей, нигде не слышно ни звука. они не разговаривают и не играют в игры, они лишь учатся, как убивать и быть не тем, кем хочется.       в последствии многие научатся не испытывать вину за те жизни, что они отняли.       он проходит мимо хореографического класса. здесь девочек из соседнего корпуса учат грациозности, и дзено замечает копну красных волос, а затем слышит знакомый голос, что он слышал в тот самый день.       «как тебя зовут?»       саигику останавливается и глядит на деревянные брусья, брошенные пуанты и шпильки для волос. группа девочек по команде наставницы встает на носочки и прогибается.       голос раздается вновь.       — я не могу. — дзено надеется, что память его не подводит, и это действительно та самая девочка из трейлера.       — чтобы я больше не слышала подобных слов от тебя. — отрезает наставница. саигику не видит их, но уверен, что выражение ее лица такое же строгое, как и всех остальных учителей в этом месте.       — я не смогу убить их.       — ты? ты сможешь. ты сдашь. — слова звучат как приговор, но дзено больше неинтересно, поэтому он продолжает путь. ему уже рассказали.       одной практики и умения недостаточно, ты должен быть готов психологически.       убей своих любимых или они придут за тобой.       здесь не заводят друзей.       на стрельбище в это время никого. саигику надевает наушники и выбирает нужный калибр. им дано время на отдых, но отдыхать некогда. первый выстрел, и пуля попадает точно в шею, еще один — дыра во лбу. череда таких — и картонная голова картонного человека повисает на небольшом куске уцелевшего материала.       «как всегда, блестяще.»       двенадцатилетний саигику мечтает, чтобы на месте картонного был настоящий.       он тренируется еще несколько часов и результат каждый раз один и тот же — красная комната ждет его, как никого другого. завершающий этап тренировки ищеек — полное забвение для них всех и остатки инъекций, которые им начинают вливать, начиная с десяти лет.       мальчик снимает шумоподавляющие наушники и осматривает стрельбище. на столе, рядом с канцелярией и списками групп, он замечает набор ножей для метания.       скорее всего, остались после тренировок тэтте и еще нескольких ищеек.       дзено подходит к столу, вынимая одно из лезвий. в руке ощущается непривычно, очень легкое. подойдя к одному из окон, он пробует метнуть, держа нож в том положении, которое однажды ему показывал суэхиро. бросок, глухой удар и нож падает тяжелым грузом на пол. на картонном силуэте ни царапинки.       и как мелкое чудище с этим управляется?       дзено берет еще один, но на этот раз, чтобы проверить теорию. проводя острием по коже на руке, он надеется увидеть красный след, но вместо этого не чувствует даже нажима.       сильнее.       в этот раз ощущения совсем слабые, но остается белая полоса, будто кто-то просто провел по коже ногтем. это и есть та самая абсолютная защита?       кровь выступает только с еще одной попытки и саигику наблюдает за скатывающимися по его руке красными каплями. красными, как та самая комната. дзено ненавидит красный цвет.       он убирает все на место и возвращается в их комнату. тэтте до сих пор спит, но совсем скоро ему нужно идти на немецкий. саигику подходит к суэхиро, чтобы разбудить, как вдруг замечает на тумбочке рядом с кроватью что-то до боли знакомое.       с фотографии на него смотрит он сам и пухлощекое чудище. с фотографии на него смотрит он сам с веселой улыбкой и лучистыми глазами. смотря на себя сейчас, дзено видит лишь тень прошлого себя, выученную дежурную улыбку и глаза будущего убийцы.       и если он согласен остаться тенью и когда-то все же быть поглощенным этой тьмой, что сидит где-то глубоко внутри него с самого начала, то для восьмилетнего суэхиро он такой участи не хочет.       «позаботься о тэтте, ты же старший.»       слова этой женщины с каждым днем звучат одинаково отчетливо и одинаково фальшиво. отвратительная актерская игра с отвратительным актерским составом. об исао и киоко они не слышали с тех самых пор, и дзено надеется, что больше никогда и не услышат. им это больше не нужно.       оторвав взгляд от фотографии, дзено переводит его на спящего суэхиро. сейчас тот будет капризничать.       — тэтте, просыпайся, — дзено трясет того за плечо, но старается делать это не так резко. — просыпайся, тебе скоро на занятия.       в ответ на него глядят сонные и ничего не понимающие глаза, а затем темные брови еще и сходятся на переносице.       сейчас начнется.       — не хочу. — тэтте пытается спрятаться под одеялом, вновь закрывая глаза.       — надо.       — не хочу. — бубнит мальчик в одеяло, которое дзено пытается выдернуть у того из хватки.       какого черта тот такой сильный?       — если ты не встанешь, то я начну разговаривать с тобой на французском.       — ты за все годы выучил только, с каким артиклем употребляется слово «спагетти».       дзено глубоко возмущен.       после долгих уговоров и угроз со стороны саигику, недовольный и взъерошенный суэхиро все же поднимается. он приводит себя в порядок, продолжая твердить, что дзено его не любит, и вообще.       — я попробовал метать твои ножи. — рассказывает дзено, когда они закончили все приготовления и нашли учебники. — не понимаю, как у тебя это так хорошо получается. — признается старший, вспоминая свой позорный бросок.       — дзено дурачок — отвечает тэтте, болтая ногами на кровати. — кто метает ножи сразу после того, как держал в руках эту тяжелую шумную штуку?       — за дурачка сейчас получишь по зубам, мелочь, — опасно улыбается дзено. — и штука называется пистолетом.       — я расту. — дзено на это смеется, получая подушкой от суэхиро.       — вот как будем одного роста, научу тебя стрелять. — саигику перекидывает подушку за спину и опирается на нее. — а ты научишь меня метать свои eine Messer*.       — не тот артикль. — невозмутимо отвечает тэтте.       дзено его сейчас прибьет, а потом и себя.       — все, иди на занятия. — машет он рукой. — и можешь не возвращаться.

***

      тэтте так и не возвращается с занятий, и дзено бежит по этим длинным коридорам и винтовым лестницам, заглядывая от одного класса в другой. в приюте никого, почему-то закрыты все комнаты и не видно ни наставников, ни медсестер.       стук подошвы о плитку кажется до безумия тревожным, как и малоосвещенный лестничный проем, который ведет на цокольный этаж. саигику спускается вниз по ступеням, отвратительно желтый свет мигает, словно предупреждающий знак. перед ним вновь один из коридоров. у стен стоят кушетки, на которых, как видели дзено и тэтте, вывозят неудавшиеся эксперименты.       на которых увозят детей.       он заглядывает в каждое окошко в надежде увидеть свет, но чем дальше он идет, тем сильнее нарастает тревога и тем сильнее он теряет надежду обнаружить хоть кого-то.       поворот направо и вот оно — огромная металлическая дверь, над которой красуется светящаяся надпись «не входить».       дзено так плевать.       он пытается отворить ее, но все четно. он бьет кулаками и бьет ногами, но та не поддается. саигику оглядывается по сторонам, но вокруг никого, и вдруг ему становится трудно дышать.       откуда такой парализующий ужас?       скрипучий звук раздается по всему этажу, и дзено фокусирует все свое внимание на эту самую дверь, которая медленно открывается сама по себе. мальчик не дожидается, когда дверь откроется полностью, он открывает ее сам и проскальзывает внутрь.       все внутри залито ужасающим красным светом.       он осторожно ступает по полу, двигаясь к центру. в этой комнате нет ничего, кроме огромного зеркала на всю стену. дзено всматривается в него и на него в ответ смотрит он сам в отглаженной рубашке, шортах ниже колена, белых носках и ботинках.       он весь покрыт красным.       внезапно раздается крик суэхиро, и дзено вспоминает, зачем он здесь. куда же они все делись?       он пытается найти еще выходы или двери, но в комнате ничего нет. поворот головы, и двенадцатилетний дзено внезапно оказывается в операционной. он знает это место, он был здесь множество раз, в этом стерильном раю из них делают монстров.       перед ним несколько десятков, а то и больше, накрытых простыней тел, и его сердце стучит где-то в горле.       они все мертвы.       он проходит мимо этих рядов и замечает на одной из свисающих и видных из-под простыни рук знакомый браслет, подаренный тэтте одному мальчику, с которым они вместе обучаются метанию ножей. обучались.       он снова слышит крик.       направляясь все глубже, дзено замечает перед собой фиолетовое платье и короткие волосы с заколкой-бабочкой. дочку одной из работниц. та бежит впереди него и виляет между кушетками, не обращая ни на кого внимания. саигику несколько раз окликает ее, но безуспешно, та продолжает его игнорировать и только двигается по направлению к источнику звука.       ускорившись, дзено практически удается поймать ее, как вдруг ткань ее платья исчезает, и на его месте появляется та самая мать этой девочки. ее лицо закрыто медицинской маской, а в руках она держит шприц. один из пациентов сейчас находится перед ней, привязанный к такой же кушетке, что и те, другие.       — эй, что вы делаете? — дзено обращается к ней, но та будто не слышит. женщина выбрасывает шприц в урну и затем скрывает ребенка, что стал еще одной неудачной попыткой. она снимает перчатки, отходя от столика с вакцинами и инструментами, все также не обращая внимания на маленького саигику перед ней.       дзено осторожно подходит к уже мертвому телу, рассматривая кучерявые волосы, что виднеются на макушке. аккуратно убирая ткань, чтобы посмотреть на того, над чьим сознанием пытались взять контроль в который раз, он не чувствует ничего.       пока не видит знакомые золотистые глаза маленького тэтте.

***

      его тело непроизвольно дергается, а осознание случившегося заставляет сомневаться в том, что на самом деле реально. перед глазами пробегают цветные круги, а сердце колотится с бешеной скоростью. он пытается делать глубокие и размеренные вдохи и выдохи.       немного придя в себя, саигику всматривается в интерьер знакомой комнаты, поворачивает голову и смотрит на целого и невредимого суэхиро на соседней кровати.       все вокруг темное и черное, никакого красного.       с этой мыслью, двадцатилетний дзено полностью просыпается все в том же приюте от очередного кошмара.