Сын Синего Алмаза: Будущее

— Так значит, ты так просто спросил, что Розовая думает о Яшме? Ей точно было неловко, — рассуждала Гранат. Сейчас они с Орионом были у водопада в лесу, её любимого места. — Не мог не спросить. От Яшмы прямо так и веяло чувством того, что она должна быть идеальной, и что только так имеет ценность. Так же с ума сойти можно, если всегда стараться быть лучшим и выкладываться на полную! — негодовал мальчик, свисая вниз головой с ветки дерева. — Да, пожалуй. И я рада, что хотя бы Розовая стала понимать это в последнее время. Быть может поймёт и Яшма, не стоит торопить событий, — Орион смиренно вздохнул, всё же он знал, что ничто не меняется за день. — Ладно, перед тем как заниматься сегодня, я бы хотела узнать побольше о твоих способностях. Можешь перечислить их все? — Да. Так, ну, управление водой, снегом, льдом, паром. Я чувствую эмоции других, если захочу, могу слышать их лучше, или наоборот закрыться от них. Но если они сильные, то даже так чувствую их. Ну и ещё я, вроде как, могу читать мысли... — Вроде как? — Да.. — не был он уверен, как лучше сказать. — Но это скорее наборы образов и ассоциаций, я чувствую не сами слова, а то что с ними связано, то что в них вложено в эмоциональном плане, и там уже додумываю сам. Но чаще всего угадываю правильно, хотя не то чтобы я много это делал. Думаю если бы был кто-то без эмоций или кто умеет их путать, я бы не смог понять о чем он думает. Да и... — его лицо стало немного понурым, он использовал воду чтобы слезть с дерева. — Я помню свой разговор с Белой, когда она хотела вернуть маму. Я не мог понять, что у неё на уме. Только то, что она сильно хочет её вернуть, любой ценой. Вот, так что мои силы могут не всё... — Ясно. А что насчет других способностей? С крыльями нет сподвижек? — захотела та поговорить с ним о чем-то не столь грустном. — Нет, с крыльями ничего... А что я ещё умею? Меньше замерзать, но по понятным причинам это у меня слабенько развито. Я умею создавать синюю ауру вокруг, и передавать свои эмоции на других, прям как мама на картинках, — вспомнил он фрески, которыми были украшены многие самоцветные сооружения. А потом вспомнил как последний раз создал синюю ауру не специально, и от того покраснел. — Кхм... А, точно! В слиянии Ларион я могу создавать твердую белую энергию, что ли.. как световые тела. Она может взрываться, а может быть твердой и острой, так что легко порежет толстое бревно. — Да, это похоже на силы, что применяла Синий Алмаз. Белые шары или лучи энергии, что могли разрушать. Но также могли создавать что угодно, вплоть до построек... — Гранат, невольно вернулась мыслями в тот день, когда Рубин и Сапфир впервые слились. В день, когда Сапфир едва не завалило. А Алмаз мало того что не побеспокоилась об этом, а всего лишь сидела на своем месте, пока остальные останавливали обломки, так ещё и назвала её мерзостью. И даже не подумала спасти Сапфир, хотя могла хотя бы попытаться, но была безразлична к ней... И тут Гранат вспомнила, что Орион буквально только что рассказал, что умеет читать мысли. Этого она не предвидела. — Орион, а.. ты уловил мои мысли? — Да, — было неловко тому. — Но знаешь, все меняются. Уверен, сейчас мама точно бы тебя спасла! — сиял он уверенностью. — Действительно, — она давно не видела Синего Алмаза, и ей сложно было представить, что эта холодная правительница смогла так измениться. Но доказательство было перед ней. Орион ведь не был результатом эксперимента или политической игры, он был результатом любви. Любви Алмаза и человека. Это было по своему безумно, и всё ещё переворачивало мир Гранат. — Извини меня, таковы мои чувства. Рубин и Сапфир очень дорожат друг другом, потому и я могу смотреть на мир через призму эмоций, и быть к возможным обидчикам недоброжелательной. Мягко говоря, — старалась та быть сдержанной и негрубой. — Понимаю, Гранат, это ведь нормально, беспокоиться за своих близких. Да и я немного обижаюсь на Желтую и Белую, что они так забрали папу, ну и.. ещё больше, сказать честно, моя обида за то, что они пленили ляписов, и что не давали нам спокойно жить. Но мне кажется, Алмазы не могли по другому, потому что никто им не показывал, как надо жить по другому. Маме показал папа. А им никто. Вот они и были такими странными, со своей абсолютностью, властью и ещё всяким. Но я хочу верить, что они могут измениться. — Как и я, Орион, как и я, — хоть Гранат не строила предсказаний на этот счет, её взгляд здесь был весьма пессимистичен, не смотря на примеры Синей и Розовой. — Так что я надеюсь у Алмазов всё будет хорошо. Ну, и у родственников папы тоже. Они просто такие, какие есть, но меняться могут все. — Да, и это пожалуй лучшая наша суперспособность, — похлопала она человека по голове. — Так, Орион, а ты сам можешь создавать ту белую материю? — Мм, не знаю. Страшно немного, вдруг мне руку оторвёт взрывом? — опасался тот. — Хм, понимаю, твоё тело более уязвимо, — кивнула она. — Но не использовать это, значит ограничить свой потенциал. Я не предлагаю тебе пытаться прямо сейчас, скорее опробовать одну мою идею. Слушай. Слияния сложны и пока не до конца изучены, а уж слияния гибрида и самоцвета так тем более. Мне кажется, твоя способность к обучению с помощью слияний должна быть выше, чем у простых самоцветов. Подумай сам, когда ты впервые надел крылья, ты довольно быстро научился с ними обращаться, всё благодаря слияниям с ляписами. Также может быть и здесь. Ты можешь создать слияние Ларион, после чего спокойно изучить белую материю в лаборатории, научиться ей управлять, что поможет тебе использовать её и без слияния. И, если она схожа с нашими телами, то по сути... Ты должен уметь управлять и ими? — развела та руками. — Что? — Орион был немного в шоке от осознания такой теории. Управлять телами самоцветов? Это было слишком. Хотя Белая умела так делать, когда брала всех под контроль и окрашивала в белый цвет. Но он? — Ну, если это правда так. Синий Алмаз использовала эти силы, чтобы веселиться с Розовой или когда сама посещала не терраформированные планеты, создавая мосты и платформы, перемещая их. У неё не было нужды делать то же со слугами, так что я не знаю, могла ли она это. Но Розовая говорит, что она постоянно открывает в себе новые способности, когда экспериментирует. Также может быть и с тобой. Может Синий Алмаз не знала всех своих сил. — Но это же... это прям офигеть что. Разве кто-то должен вообще такое уметь? Это как-то неправильно. Я не хочу быть каким-то кукловодом, — ему не нравилась мысль, что он может кого-то заставлять что-то делать против их воли. — Тебе и не обязательно им быть. И это пока только теория... — Так пошли проверим её! — достал он крылья и полетел к порталу. Гранат стояла на месте, удивленная его инициативностью. Вздохнув, она взяла корзинку с едой. Было жалко, что её любование природой придется отложить, но ничего не поделать, ведь она предполагала такой исход.

***

Не откладывая в долгий ящик, слияние Ларион уже проводило испытания на полигоне. Для начала они просто создали белый шар и положили его под сканер. Здесь собралось с десяток ляписов, что были сейчас не заняты, а также Гранат. Все наблюдали, находясь за защитным барьером. И вот, спустя время, сканер выдал результат. Эта белая материя действительно была в неком роде световым телом, но скорее его основой, что могла менять форму куда легче, чем настоящее световое тело. Она была похожа на энергические снаряды и оружие, что использовали многие боевые самоцветы. — Так, теперь я думаю, стоит проверить, можешь ли ты управлять чужими телами, Ларион, — подошла к слиянию Четвертая. — Не беспокойся, всё будет в порядке, — погладила она слияние по руке. Даже в сейчас, смотря в глаза Ларион, она словно видела в них Ориона и Пятнадцатую. — Если что, полигон поглотит взрыв, я об этом позаботилась. Ничего страшного не случится. — Ну, хорошо, — собралась Ларион, и попыталась применить силу на руку Четвертой. Она ожидала, что это будет тяжело, что не получится. Но нет, это было очень легко. Рука четвертой в точности повторяла движения, какие представляла Ларион. И она словно.. чувствовала руку Четвертой. И могла чувствовать ею. Это уже было выше всяких ожиданий. — Ого, вот это да! В руку словно кто-то вселился! — была восхищена Четвертая, другой рукой записывая данные. — Я чувствую её, но я не отдаю ей команд, рука словно действует сама. И никаких взрывов. Эксперимент продолжался ещё несколько минут, и согласно показаниям приборов, всё было в порядке. А после того как Ларион продемонстрировала взрывающиеся шары, удалось выяснить, что взорвать тело самоцвета, управляя им, не выйдет. Просто потому, что с этими шарами энергия-заготовка превращается во взрывную энергию, а с уже готовым телом самоцвета такое сделать нельзя. Ларион распалась, и Орион выдохнул. Он был немного уставший и понурый. — Эй, Орри, что случилось? — наклонилась к нему Пяца. — Просто.. не знаю. Это глупо, что мне не очень нравится такая сила? В смысле, ещё одна сила что позволяет управлять кем-то. Я уже знал что могу управлять эмоциями, а теперь ещё и телами. Это жутко... — немного боялся он того, на что способен. — Ты найдешь этой силе благое применение, Орион, — сказала Гранат, с поддерживающей улыбкой. — Верно! Кроме того, хэй, Орион, — обняла его Четвертая, садясь на пол. — Всё зависит только от тебя, а я знаю, что ты не применишь силу во зло. Твоя сила это не только контроль, это и созидание, и возможность чувствовать то, что чувствуют другие. Также, как и с эмоциональными способностями. — Да, знаю, я всё знаю. Просто блин, это жутко, когда вы двигаетесь так, как я хочу. Вы же не роботы. — ..два, один... пришло мне время ретироваться, ещё увидимся, — тихо попрощалась Гранат, так что её услышали лишь ближайшие Ляписы. Она пришла сюда, чтобы точно убедиться, что с Орионом всё будет в порядке и что его способность не опасна. А что будет дальше... Ну, её присутствие здесь уже не потребуется. — Да, в отличии от роботов, тут скорее мы захотим чтобы ты управлял нами. — Эй, Пятнадцатая! Я серьёзно! — толкнула её Четвертая. — Я тоже, — присоединилась она к обнимашкам. — Это было вау, чувствовать твоей рукой... Хехе, а что если так сделать со всем твоим телом... — Пяца! — смутилась Четвертая. Тем временем, к ним подошла Девятая. — Эм, Орион, я тут подумала. Да, это про то.. про твою способность... что она не только жуткая... эм... В общем, я думала так ты смог бы почувствовать наши крылья, какие они и как работают, и так тебе было бы легче потом призвать или создать свои, — закончила она говорить, и вызвала свои крылья. — Хм, а это мысль. Вот и попрактикуемся без слияния. Что думаешь? — спросила Четвертая. — Это, звучит довольно хорошо... Ах, спасибо вам. Сказать честно, я, как бы сказать, просто не слишком расположен ко всяким управляющим силам, я больше хочу создавать и радовать, чем контролировать. Поэтому было так отстойно, когда я узнал об особенностях этой силы. Но она многосторонняя, и это классно! Я наконец-то продвинусь в призыве крыльев! — Ах, — улыбнулась Пяца. — Ты милый, люблю тебя.. ух, ладно! Чур я следующая на попытку пощупать крылья! — И я, — немного неуверенно обняла его Четвертая. — Хихи, — волнения испарились, когда с ним были дорогие люди. — Наверно тогда мы тут надолго. А то остальные тоже хотят, — немного хитро посмотрел он на тех, кто был за барьером. Он был так воодушевлен и уверен, что послал им воздушный поцелуй, после чего притянул к себе Девятую и стал рассматривать её крылья, пытаясь вызвать свои силы. Пусть власть и контроль это не его, но проявлять инициативу в том, чтобы радовать других, он очень даже любил. И он будет делать это чаще. Его занятие затянулось до вечера, так что их экспериментаторский кружок был перенесён в большой зал, где все отдыхали, болтали, ну и конечно же давали Ориону потрогать крылья. Да, спустя часы и пару слияний, ему это всё таки удалось. Один раз он даже подвигал немного крыльями Тринадцатой, но это было куда сложнее, чем в слиянии. В целом, ему нравилась новая сила. Она давала ему почувствовать своих девушек по новому, и конечно узнать секрет, почему они могут летать. Крылья каждой были разными, но в основе похожи. Они были сложнее любой электросхемы, что показывала ему Четвертая, и он до сих пор просто смотрел и щупал их, даже не надеясь понять что там и как, пока лишь привыкая. Но это были первые шаги, и ему нравилось. А уж как нравилось лазуритам. И потому, что Орион потрогает их даже внутри, и потому, что так они смогут хоть немного помочь ему понять их крылья, раз уж словами они передать это не могут. А когда человек наконец устал и уснул, ляписы не удержались от того, чтобы поподробнее обсудить друг с другом свои впечатления и новые желания.