Судьба.

Меня очень интересовал вопрос, кто из них свободен и я решил его задать. — Парни я должен задать вам вопрос, мне очень неудобно, но я хочу узнать, у вас у всех уже есть омеги или кто-то из вас свободен? — я прикусил нижнюю губу в ожидании ответа. Далее произошло что-то не понятное, некоторые опустили глаза, другие наоборот смотрели прямо мне в глаза, но было понятно, что они все напряглись. И тут Хенджин, который сидел рядом со мной на одеяле тихо сказал: — Мы здесь все отверженные. — Простите, я ничего не понял. Что означает «отверженные»? Не обижайтесь, но я ведь из другого мира и мне ваши законы и правила не понятны. Если вы не хотите об этом говорить, то я не настаиваю. — Да нет это ты нас прости за такую реакцию — произнес Хенджин — «отверженные» — это те альфы, которых не выбирают или от них отказываются. — Бред какой-то, а каких тогда альф выбирают ваши омеги и что их не устраивает в вас. Простите меня. Я не хочу вас обидеть, просто хочу понять. Мужчины смотрели на меня пытаясь понять, издеваюсь я или правда не понимаю. Они видимо опять забыли, что я другой, чужой этому миру и его правилам. Говорить начал Чан, может потому что был главным в этой группе и нёс ответственность за всех. — Мы не красивые и не соответствуем требованиям к претендентам. Наши омеги очень строги в отборе, малейшее отхождение от стандарта считается не допустимым. Мы слишком крупные, а у меня и Минхо шрамы. Феликс — с веснушками. — Я и Чонин сами отказались, проведя месяц в стаи Черён, после этого никто нас больше не выберет, поэтому мы ушли в стражи. — тихо произнес жгучий брюнет с карими глазами, кажется его зовут Чанбин. Я посмотрел на второго брюнета. В его глазах была боль. Что же там в клане делается если они сами ушли, отказавшись от возможности иметь семью и жить дольше. Я потряс головой, пытаясь уложить сказанное мне. Бред. — Знаете парни, по-моему, ваши омеги зажрались. Да за каждого из вас в моем мире омеги бы передрались, душу продали, чтоб хоть один из вас оказался рядом. Я никогда не видел таких красивых мужиков. Если вы считаете себя не красивыми, я даже не знаю кто тогда по-вашему красив. И что вас отбирают только по внешности, а как же чувства, да и характер у всех разный. Нельзя же всех под одну гребенку. А если мужик, красив как бог, но в душе сволочь. Жить с оберткой не глядя внутрь. Мне этого не понять. Я надеялся, что хоть один из них свободен и сможет быть со мной, меня обрадовало, что все свободны, но причина свободы коробила. Такие красивые, сильные, на первый взгляд, уверенные в себе, оказались надломленными внутри. Их выбраковывали как у нас породистых собак. Мне стало жаль этот мир и этих людей. Я уже пожалел, что завел этот разговор. Нужно было сменить тему. — Хорошо, что вы мне посоветуете делать, у меня нет ничего кроме того, что на мне одето. У меня нет стаи. У меня нет мужей, нет поддержки. Далеко ли находится какое-нибудь поселение. Как мне туда добраться. Я понимаю, что вы на службе и не можете меня сопровождать. Я не знаю, что мне делать. — Мы не можем оставить тебя одного, в лесу опасно, если ты не против, мы сопроводим тебя в главный клан и поможем с обустройством. — сурово произнес Чонин. — Если ты не хочешь, чтоб мы тебя сопровождали, можно отправить вестника и вызвать сопровождение для тебя. — Чонин, неужели ты до сих пор не понял или не поверил моим словам о том, что вы мне очень нравитесь. И я рад если вы меня будете сопровождать и не только в главный клан, а по жизни. Если захотите конечно. Но вы же на работе. Или вы можете уйти? Для себя я уже все решил. Я этих парней никому не отдам. Если уж у них тут так заведено, то это будет мой гарем. Я добрый. А им нужно вылечить душу. Восстановить чувство собственного достоинства. Вернуть уверенность в себе. И всем нам в конце концов нужно чтоб нас кто-нибудь любил. Я в своем мире любви не нашел, может здесь удастся. Парни неверяще уставились на меня. Они меня услышали. Минхо встал со своего места и подойдя ко мне опустился передо мной на колени, посмотрел в глаза и произнес: — Я не ослышался, ты предлагаешь нам жизнь с тобой? Ты ведь не видела еще других альф, может ты предпочтешь их, а не нас? Ты хорошо нас рассмотрел? Его голос был зол. Я понимал они решили, что я просто сказал то, что они хотели услышать и не поверили мне. Я встал на колени рядом с ним, протянул руки и взял в ладони его лицо, погладил шрам на левой скуле, прикоснулся к темно-русым волосам, они оказались жесткими и очень густыми, глаза смотрели на меня не отрываясь. Я наклонился к нему и коснулся его губ своими. Потом поцеловал его шрам, краешек левого глаза. Притянул его к себе и обнял руками за шею. Минхо задрожал, закрыл глаза. Не выпуская его из рук, я окинул взглядом остальных и сказал: — Я отлично все рассмотрел, у этого тела сто процентное зрение. — хмыкнул я. — И мне нравиться то, что я вижу. Мне очень нравятся красивые, здоровые и сильные мужчины, которые будут любить и ценить то что им досталось с таким трудом. Я смогу полюбить вас всех. Я может и маленький по сравнению с вами, но сердце у меня большое и вам всем в нем хватит места. Это не жалость и не обман, если вы готовы присоединится ко мне. Если я вам нравлюсь, то буду очень горд тем что вы меня выбрали. Согласились связать со мной свои жизни, не зная меня учитывая, что у меня ничего нет кроме моего тела, моего сердца и моей души. Я не предам и не откажусь. Если захотите уйти, я отпущу. Минхо наконец-то ответил на мое объятие, так сжал меня в своих руках, что мне не чем стало дышать. — Не могу дышать — прошептал я, и он тут-же ослабил тиски своих рук и испугано посмотрел на меня. — Извини, я тебе навредил? Я не хотел. Я отдышался и погладил его по плечу успокаивая. — Все хорошо ты не навредил. Ты очень сильный. Только в другой раз не сжимай меня так. Я улыбнулся ему и посмотрев на остальных сказал: — Вас это тоже касается, а то задавите любя. На их лицах стали появляться робкие улыбки. — Может сядете ко мне поближе и расскажете о себе больше. Нам ведь нужно познакомиться. Знаете я даже рад, что ваши омеги от вас отказались, а то мне бы вы не достались. Это было-бы грустно. Я тут губу раскатал, а может вы не согласны, ответа от вас я не получил? — окинул их взглядом.