Судьба.

До Дворца мы добрались благополучно, у входа нас встретил истинный Пак Джинёна и проводил в кабинет. У двери я попросил мальчиков всех не входить, а то нас очень много, да там еще совет этот, сколько их не понятно. Чтоб толпу не создавать. Парни решили выделить Чана, Чанбина, Минхо и Хенджина для моего сопровождения. Я повернулся к распределителю. Тот поднял руку, улыбнулся. — Все сделаю как вам нравится маленькая омега, остальные ваши мужья будут в той же комнате в которой ожидали вас в прошлый раз. — Спасибо за заботу и понимание. Я очень признателен вам. — Улыбнулся ему в ответ. Правда классный дядька. Мы с парнями вошли в комнату, да там и без нас был аншлаг, Мать и восемь мужчин, разного возраста, как я понял, это и был совет магов. Мы поприветствовали друг друга. Джинён мне сказал: «Здравствуй». Посреди кабинета стояло кресло, в которое мне и предложили сесть. — Мне сказали, что у тебя есть информация, которая объясняет почему мы вырождаемся. — Начал он. — Ну в моем мире каждый ребенок знает, что жениться на своих братьях нельзя. Странно, что у вас этого не поняли. Я рассказал им то, что говорил своим парням. — Вы же видите, что у вас уже основная масса альф низкого роста, вот посмотрите. Во время отбора я удивился почему так много низеньких мужчин, в обществе обычно бывает наоборот. Посчитайте из 70 человек, участвовавших у меня в отборе только 40 были нормального роста. И то, только потому, что часть я привел с собой. А когда выбор объявляют ваши омеги, какой процент парней с нормальным ростом участвует в отборе? Может ваш истинный сможет помочь определить это. Он же здесь распоряжается. Пригласили его. Задали ему этот вопрос. Он немного подумав сказал: — Обычно на комнату приходится один, два повыше, остальные низенькие. — Вот и посчитайте. По-моему, катастрофа не близка, а уже произошла. Срочно необходимо вливание свежей крови. Первое, что приходит в голову, это настоять, чтоб в отборе у омег из богатых кланов участвовали парни из бедных, и наоборот, произойдет вливание новой крови и там, и там. Еще омеги должны выбирать мужчин повыше, разговор о том, что большого мужчину невозможно принять, бред. Омеги устроены чтоб рожать детей, и я не думаю, что у кого-то из ваших мужчин член размером с новорожденного ребенка. Один из магов скорчил недовольную морду лица. Посмотрел на него. Мелкий, и этим все сказано. Зацепил его самолюбие. — Вам есть что сказать или не нравится моя откровенность. — Вы слишком прямолинейны и не доказательны. — Ответил он мне. — Я думал тут собрались серьезные люди, которые хотят решить проблему. Если мы не будем откровенны, то смысла в этом собрании вообще нет. Тогда я пойду, у меня есть более интересные занятия, чем спасать население этого мира. Мне и моим парням вымирание не грозит, я свежая кровь, а мои парни все высокие и красивые, а своим омегам я мужей тоже подберу по вкусу и возможно из бедных кланов. Там они будут поумнее и попроще. — Джисон не горячись. — Попросил Джинён. — А вы многоуважаемый Крэг, если вас что-то не устраивает, можете покинуть собрание и совет магов заодно. — Отбрил он этого идиота. Он сразу сник, припух и подобострастно глядел в глаза Матери. Фу гадость какая, сразу захотелось помыть руки, а лучше вообще помыться. — Джисон продолжай пожалуйста, ты сообщаешь нам очень интересные вещи и совет магов в основной массе с тобой согласен, мы не рассматривали проблему с этой стороны. — Снова обратился ко мне Джинён. — Я конечно понимаю, что в уже сложившихся кланах сложно что-то поменять, но с образованием новых, можно поэкспериментировать. Можно как-то магически определить близость родства омеги и альфы? — Посмотрел на магов. Они по переглядывались и один из них, довольно симпатичный альфа сказал. — Мы сегодня-же этим займемся, подключим всех магов. — У нас это определяют по составу крови, боюсь, что словосочетание генетический код вам ничего не скажет, а я объяснить не могу я не химик, не биолог и не генетик. А по-простому, берут анализ крови у двух людей и сравнивают. Это все чем я могу вам рассказать об этом. Может это вам поможет. А вы можете определить от кого из мужей ребенок? — Да это возможно. — Ответил он же. — Тогда вам может проще составлять родословную на каждого ребенка. Тогда будет видно кто, кому кем доводиться. Повернулся к Джинёну. — Есть чем писать и на чем, я примерно покажу схему. У нас до того, как развились науки до такого уровня, чтоб выяснять кто-кому кем приходиться в семьях рисовали генеалогическое дерево. Видимо тогда еще знали, что можно, а чего нельзя. Опять распределитель принес мне большой лист бумаги и подобие карандаша. — Чью родословную будем описывать? Давайте мою, очень интересная идея. — Снова тот же маг. Тогда ваше имя? Ким Намджун клан BTS. Имя вашей матери омеги и вашего отца? ..... Имя матери омеги и отца вашей мамы?.... Вы родственник моего Чана. Вы в клане состоите? Нет. (Я хочу чтобы они были родственниками) — Вот теперь смотрите. Если я рожу омегу от Бан Чана, то ей ни в коем случае нельзя брать вас в мужья, или ваших сыновей, или наоборот. Принцип вам понятен? — Да вы доступно все объяснили. — Вот вам и нужно составить такие схемы по каждому ребенку в семье, чтоб не допустить близкородственного скрещивания. Тогда это возможно будет остановить, а так как в небогатых кланах встретить своих родственников меньше шансов, то и создавать кланы лучше с ними. Может тогда ситуация выровняется. — Закончил я. — Спасибо вам за помощь. Вы подарок для нашего мира, а мы сомневались. Кстати Джисон у вас в стае не найдется место для еще одного альфы? — Боюсь, что я свой клан уже набрал, да и моим детям стоит оставить хоть немного нормальных парней. — Ответил я с улыбкой, хороший альфа и достаточно молод, чтоб подождать лет двадцать. От зятя такого не откажусь. Но это подождет. — Ну что я свободен, больше вопросов нет? — Спасибо тебе и от меня, теперь многое стало понятно, даже в моей семье. — Добавил Джинён. — А про больших парней, правда? — Спросил тихо. — Ну ты же видишь Чанбина и меня, Чанбин тебе понравилось? — Лучше всего на свете. — Ответил Чанбин ласково глядя на меня. — Это было бесподобно, ни один мелкий не доставит такого удовольствия, поверь. — Сказал я ему тихо. — Найди себе кого-нибудь большого и тебе не захочется возвращаться к мелочи. — Подмигнул ему и пошёл на выход. Когда мы вышли в коридор, Бан Чан подхватил меня на руки и поцеловал. Потом передал Чанбину, тот проделал то же самое и так далее. Когда все четверо наконец угомонились и поставили меня на пол, спросил. — И что это было? — Ты не стесняешься нас, и говоришь, что тебе с нами хорошо при всех, не пряча и не скрывая. И вообще ты такой умница, вон даже совет магов научил, что делать. — Выдал Минхо. — Ребята я вам уже столько раз говорил, что вы лучшие и что горжусь вами, а вы мне все равно не верите. Не знаю, что еще сделать чтоб до вас дошло. — Прости, теперь окончательно дошло. — Сказал Хенджин. — Да ну, а завтра опять решите, что я чудовище. — Ты нас так и не простил? — Огорченно Бан Чан. — Простил, но неприятный осадок остался, я вам это еще припомню. И вообще я решил оправдать ваши ожидания и сегодня буду одного из вас пытать, а остальных заставлю смотреть. Кого вы мне отдадите выберите сами. — Решил их напугать. — Я пойду добровольно. — Отважно решился Бан Чан. — Хорошо, меня это устроит. — Ответил я и пошёл дальше. Мы забрали остальных и вышли из Дворца. На площади перед Дворцом стояла толпа. — По какому поводу сборище? Митинг, забастовка или казнь? — Спросил я у распределителя, который нас провожал. — Это Рон, одна из омег нашего клана, со своими мужьями. Опять решили скандал устроить. — Как от зубной боли поморщился он. Пойду Джинёна позову он один может с ними справиться. — Не надо, все в порядке я справлюсь. Сынмин вы же выращиваете рис, есть какой-то, мелкий вредитель, который уничтожает посевы? — Есть, дирсы. — Спасибо. Я спустился со ступеней парни за мной, толпа расступилась и вперед вышел, вышло, назвать это омегой, язык не поворачивался, назвать мартышкой, животное обидеть. Удивляло одно, как у такой красивой омеги как Джинён могло родиться вот это. Надо посоветовать того альфу, который ему их сделал кастрировать. Чтоб не дай бог еще нечто подобное не родилось. Оно преградило мне дорогу и голосом работающей пилы по металлу, провизжало: — Это ты новая мать клана Stray kids? — выпятив пузо и поставив руки на то место где предположительно должна быть талия. У меня аж в ушах зазвенело, я воткнул палец в ухо и подергал, пытаясь вернуть себе слух. — А ты наверно вместе с этим уродцем, — кивок в сторону братца.(отсылка на того альфу, который был на отборе) — из одного яйца выкатились? И явно папиного, от омеги тут вообще ничего не досталось, он при вашем зачатии хотя бы присутствовал или ему потом рассказали, как вас лепили и из чего. Судя по вашему виду, руки у папы кривые и обе левые, а лепил он вас из отходов со скотного двора. Больше видимо подходящего материала не нашлось. Он только ртом и глазами хлопал видимо либо ничего не понял, либо заученный текст кончился, а придумать что-то самому и быстро не получается, наконец родил. — Как ты смеешь. Вот блин опять уши заложило, хоть бы на ультразвук не перешла, а то перепонки не выдержат, да и Дворец жалко, окна осыпятся совсем не так величественно выглядеть будет. — Чего тебе нужно от меня бензопила? — Ты обидел моего брата!!! — И, я только что и тебя обидел, ты этого даже не понял. — Ты и меня обидел. — Ага и что делать будешь? Стоит глазами хлопает, рот как у рыбы открывается, а звука слава богу нет. Все, завис. Повернулся к своим парням. — Вот об этом я и говорил, полная деградация, синдром Дауна прослеживается, слабоумие, низкий рост. Истинные представители близкородственной связи. Инцест налицо. Парни начали ржать. — Чего вы смеётесь, грех смеяться над убогими. — Поучительно выдал я. — Видите даже слова запомнить не могут, бедолаги. Я же этому придурку сказал еще вчера, что, если появится возле меня или моих парней, сдохнет. Теперь понимаю погорячился я вчера не знал, что он убогонький и слова-то не все понимает, да и запоминать не может. Его надо в какой-то приют для больных и умственно отсталых сдать вместе с братом омегой. У вас таких нет? Парни еще хлеще чуть на ступени не попадали, распределитель стоит за колонной спрятался ржет, и публика на площади хохочет уже не прячась. — Дяденька распределитель, хватит ржать лучше позаботься об убогоньких, а то пришибет кто незнаючи, что больные они. — Пойдем домой парни. Настоящей дискуссии не вышло, обидно, а я так надеялся на достойного противника, а тут такой облом. Грустно все это. Я обошёл эти два столба, и направился домой, толпа передо мной расступалась, как ледокол мы прошли всю площадь, люди мне улыбались. Еще бы поаплодировали и чувствовал бы себя как актёр после удачного спектакля. Домой пришли все в хорошем настроении, парни всю дорогу вспоминали мой монолог и лица оппонентов. — Есть хочу. Кормить меня сегодня будут? — Задал животрепещущий вопрос. Обедешный супчик уже давно вылетел. — Конечно, будут, проходи в столовую. — А Рыся покормил кто-нибудь, или он тоже голодный. — Рысь слопал целую ногу птицы, нарычал на нас и теперь спит. — А какая птица? — Большая домашняя птица, она сегодня на второе, попробуешь. Меня усадили за стол и стали кормить, был и супчик с грибами и птица жаренная, с приправами, по виду индейка, по вкусу курица. Еще пирожки сладкие и рис. Я налопался, дышал с трудом. Парни клятвенно пообещали кормить меня чаще и все время носить с собой пирожки в пространственных карманах. Мы пошли в гостиную, меня тащили на руках, Феликс. И посадил себе на колени, когда обосновался в кресле, я не сопротивлялся, только попросил мне Рыся принести из спальни. Когда через пол часика съеденное улеглось, я напомнила Чану и парням об обещанной экзекуции. Остальные начали переглядываться. — Вы не рассказали остальным, что их ждет? — Не было возможности. — Ответил Минхо. — Хорошо у вас есть десять минут, чтоб рассказать и подготовится. Через десять минут жду всех раздетыми в спальне. Я слез с коленей Феликса. — Чонин может не участвовать если хочет. Чонин ты мне нужен. Идем со мной поможешь. Мы пошли в спальню. — Чонин ты наверно знаешь, чего я хочу. — Ну я догадываюсь, кровать не соответствует твоим желаниям. — Ага. Мне нужно чтоб она соответствовала. Ты знаешь, что делать. — Ты напугал парней. Сказал, что никогда не причинишь боль, и вдруг экзекуция. — Ничего пусть немного поволнуются. Будут думать в следующий раз прежде чем выводы делать. Я зашёл в гардероб, взял пару чулок, и широкий шелковый шарф. Сложил его в длину в четыре раза, получилась плотная повязка на глаза. Я разделся до белья, красивого черного кружевного. На ноги одел чулки в горошек. Вышел в комнату, осмотрел спинку кровати. — Умница всё сделал как я хотел. — Надеюсь, что скоро сам окажусь здесь связанным. — Сейчас очередь занимай, боюсь после этого показа, парни передерутся за это место. — Да, я что-то не подумал. — Ты останешься? — Конечно. Я это зрелище ни за что не пропущу. — Ну тогда раздевайся и дуй к стене, сам себя ублажать будешь. Надеюсь какое-нибудь маслице припас на этот случай. — Ага, уже. — Ну с богом. Я сел на кровать положил чулки и шарф рядом. Дверь открылась, впуская парней. Они стали расходится вдоль стен. Увидел Сынмина и Феликса, они были несколько скованы. Подошел к ним. — Сынмин, Феликс, подойдите ко мне поближе. Когда они настороженно приблизились тихо им на ушко сказал. — Я же обещал никакой боли, только удовольствие, а пытка потому что вам придется стоять и смотреть как Бан Чан получает удовольствие, а не вы. Если это для вас слишком, вы можете уйти в другую спальню и не участвовать в этом. Только остальным не говорите, пусть поволнуются немного. — Спасибо, что сказал, мы тебе верим, но паника не контролируется. Теперь мы знаем, что ты будешь делать, и нам не страшно. Чмокнул их обоих в щечки. — Люблю вас и не хочу, чтоб вы боялись. Останетесь или уйдете? — Конечно останемся. Интересно же, что ты с ним делать будешь. — Ну вот и хорошо милые идите к стеночке. — Чан, ты готов? — Да, на всё, что ты захочешь, радость моя. Он подошел, я попросил его лечь на кровать поближе к спинке, на которой Чонин сделал мне два металлических кольца, завязал ему глаза шарфом. — Ты достаточно видел. Чулками привязал его запястья к кольцам. Отполз и посмотрел, вид мне нравился. Мой альфа лежал, обнаженный с поднятыми и разведенными в стороны руками и с завязанными глазами. Великолепное зрелище. Я взял заранее приготовленное перышко и стал щекотать его ребра и живот, Чан кричал что ему щекотно, смеялся и извивался всем телом, но сделать ничего не мог. Пощекотал его соски, потом убрал перышко и заменил его руками, тихонько прикасаясь к соскам, потом опустился и стал облизывать и прикусывать. Сполз ниже стал облизывать и целовать его живот, все кубики пресса, низ живота, косточки таза, бедра. Бан Чан тяжело дышал и стонал, член, большой и твердый стоял как скала. Опустившись еще ниже, похлопал, по внутренне стороне бедра, давая понять, что хочу, чтоб он ноги развел. Он тут же выполнил команду. Я улегся между ног и стал облизывать мошонку, втянул одно яичко, покатал во рту, взял второе. Он уже рычал, я приподнялся, встал на четвереньки и начал облизывать его член, я прошлся языком по всей длине, приласкал уздечку, облизал головку и как можно шире открыв рот обхватил головку полностью. Было трудно, но я смог. Я стал посасывать ее, а руками водил вверх и вниз по члену. Чан стонал, рычал, выл и наконец заорал кончая, чуть не захлебнулся, количество спермы было огромным, а струя мощной, я вынул член изо рта и продолжал гладить его руками. Наконец он закончил и лежал неподвижно. Я развязал его руки и снял шарф. Глаза закрыты. Лег рядом, погладил по груди. — Ты как, живой? — Нет. Ты меня убил. — Прохрипел он и с трудом открыл глаза. — Мне так хорошо, я ног не чувствую. Понимаю почему Хенджин так орал. Сам горло сорвал. Ты не представляешь малыш как я тебя люблю. Я даже не думал, что такое удовольствие существует. Я посмотрел на парней, кто сидел у стены, кто лежал, они тоже все кончили, только наблюдая за нами. — Вокруг одни трупы, ох остался я один. Феликс встал и залез к нам, отодвинул меня, положил на спину, снял трусики и стал облизывать и сосать мне дырочку. — Я не труп, хочу в тебя, разрешишь? — О да, хочу тебя. Он поднял мои ноги себе на плечи и вошел и стал вколачиваться в меня, он был на грани, я уже достаточно разогрет, нам не понадобилось много времени, кончили мы вместе. Я вырубился. Всё.