Пластилиновая фигурка, наполненная алкоголем.

Холодный вечер январской пятницы бил по ноздрям холодным воздухом. До полузаложенных ушей доносится смутно знакомый мотив какой-то старой песни. Коренастый мужчина медленно двигался в сторону бара. Ему снова необходимо доставлять домой одно лëгкое, но донельзя пьяное тельце. Дверь захлопнулась прямо за спиной, а толпе пьяных полутрупов было абсолютно всё равно. Чтобы найти знакомые очертания не пришлось приложить много усилий и ума. Хочешь найти Ли Феликса – всегда иди к барной стойке. Чанбин уверенно протолкнулся сквозь всё ещë живых мертвецов, прямо к цели; прямо к барной стойке. Кроме бармена и единственного уснувшего выпивохи рядом никого не было. Со придвинул один из барных стульев поближе и решил немного понаблюдать. "Веснушки" мирно посапывал, уронив голову на красивые руки в прекрасной кожаной куртке. Всë было бы прекрасно, только кожа лица уже стягивалась, даже самый плотный тональный крем не скрывал жуткие морщины и синяки под глазами. Скулы впали, а глаза опухали с новой силой. Больно смотреть на него такого, хотелось видеть того блондинистого мальчишку с припухлыми румяными щеками. –Ты даже не парень.. Ты стухшее мясо. – отвращенно процедлил сквозь плотно сжатые зубы парень. – Отстой. Чанбин рукой призвал к барной стойке бармена. –Бармен, родной, смешай ему ваш самый жестокий коктейль. – Со молча передал карту, чтобы оплатить это алкогольное месиво. –Калифорния. Ваш заказ будет готов через пару минут. Самый жестокий коктейль... Как средство, как цель.