Дракон

Они переместились в Мунго и на ватных ногах Драко последовал к стойке регистрации, все еще крепко сжимая руку Дени. Его трясло, казалось он сейчас утонет в собственной панике, ведь никогда еще таким образом целители не вызывали его к себе. Что-то произошло. Возможно что-то ужасное… Он готовился к худшему, поэтому сейчас чувствовал, как отказываются идти ноги, как каменеют и тяжелеют руки… Как заливает горло кислотой, а в глазах темнеет. Он старательно держался, не проваливаясь в панику, не выдавая, какой сумбур творится у него внутри, потому что понимал, что никому этого видеть не стоит. К тому же, рядом была Дени, которая изо всех сил пыталась дышать ровно. Но он знал, что у нее на душе. Они ворвались в коридор, следуя к приемной в полном молчании. Лишь гулкие шаги, отдававшиеся эхом, бередили сознание. Никого на стойке регистрации не оказалось и Малфой громко выругался, стукнув о столешницу кулаком. Он был в панике… Нет… В ужасе. Прохладная ладонь Дени легла сверху на его руку, и он обернулся, встречаясь со встревоженными сиреневыми глазами. — Я рядом. — Сказала она. — Я буду рядом. Дверь в палату была закрыта и, попытавшись повернуть ручку, они так и не смогли войти. Стараясь не думать о плохом, Драко развернулся. Значит они отправятся в кабинет целителя Эдвина, куда должны были явиться для отчета через сорок минут, однако возможно он уже был на месте, раз отправил столь срочное сообщение. Драко поспешил туда, громко постучав в двери, но не услышав ответа, дернул за ручку безо всякого успеха. Его там не было. — Постучи громче. — В голосе Дени послышалась дрожь. Малфой кивнул, сглатывая ставшей вязкой слюну. Однако громко забарабанив в дверь, он так ничего и не добился — никто не вышел из кабинета. — Может отопрем дверь к Нарциссе заклинанием? — Осторожно спросила Дени. — Как можно вот так срочно вызвать и запереть все двери? Она негодовала, руки серебряной девчонки тряслись, а губы дрожали, говоря о том, что она готова заплакать. Заклинание! Почему он раньше не додумался до этого? Подходя к двери и доставая палочку, он осторожно прошептал отпирающее заклинание и дверь с легким щелчком отворилась. В палате творилась полная суматоха. Нарцисса лежала неподвижно на своей кровати, а вокруг нее толпилось порядка десяти медиков, что-то непрерывно комментирующих, записывающих, колдующих. Лица их было сложно прочитать. На них была смесь каких-то совершенно несмешивающихся оттенков эмоций, который Драко Малфою разгадать возможности не выпало. Шок? Ужас? Удивление? Тревога? Они о чем-то переговаривались и судорожно шептали друг другу, создавая неприятный гул, словно над кроватью мамы возник рой пчел. Горло его сковало от сдерживаемых слез так, что он не смог произнести ни слова. Лишь стоял и пытался справиться с дыханием. Спустя целую вечность одна из целительниц наконец-то заметила их с Дени появление в дверях. — Мистер Малфой! Мисс Таргариен! — Она всплеснула руками, затараторив, а затем мгновенно подошла, схватив обоих за руки и втянув их в палату Нарциссы. Драко опешил. Кажется и Дени тоже. — Простите, что вас пришлось вызвать заблаговременно и столь срочно, но нам необходимо задать вам несколько вопросов! Дело не терпит отлагательств! Здесь собралась международная комиссия целителей. Малфой кивнул, но ничего так сказать и не смог. — Кровь какого дракона вы предоставили в последний раз? — Спросил один из колдомедиков на французском языке. Драко повел бровью, понимая, что, если он даст честный ответ, что подвергнет Дени риску. — Это конфиденциальная информация, я поклялся ее не разглашать. — С трудом выговорил он. — Что с моей мамой? Где целитель Эдвин? Драко даже не заметил, что ответил на английском, а не французском. — Что он спросил? — Шепнула Дени. — Вы же понимаете, что нам нужно знать ответ. — Вмешалась другая целительница. — Что с моей мамой? — Повторил Драко, напрягшись. — Мистер Малфой… Собравшаяся комиссия желает получить от вас ответ на свой вопрос. Драко был взбешен, в глаза прилила кровь, а в висках застучало. Если бы не лежащая перед ним неподвижно мама, он взревел бы от негодования, однако он лишь яростно выплюнул. — Я пришел здесь узнать, что с моей мамой! Если вы вызвали меня задавать вопросы, то потрудитесь для начала дать ответ на мой! Я ждал более трех суток и больше уже не могу! Вы скажете мне результат обследования, или нет? Повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием зеленоватого диагностического заклинания, а затем за спиной раздался прохладный голос целителя Эдвина. — Мистер Малфой, простите, что заставил вас ждать, после того, как я отправил вам патронуса, меня срочно вызвали к другому пациенту. Пройдемте со мной. — Сказал он. На лбу целителя залегла глубокая морщинка, выражение лица излучало тревогу. Драко и Дени проследовали за ним в основной кабинет, куда изначально и должны были явиться. Тишина, нарушаемая лишь гулкими шагами по коридору, давила Драко на психику, на языке вертелся всего лишь один вопрос: почему они тянут с ответом? Едва дверь за ними закрылась, целитель нанес заглушающие чары на стены, и устало оперевшись о крышку стола, с тяжелым вздохом сказал. — Мистер Малфой, мы все здесь собрались ради блага вашей матери. Однако, для вашей же безопасности мне необходимо знать правду на счет крови дракона, которую вы собрали. Этот последний флакон, который был вами доставлен в Рождество… Кровь какого дракона вы использовали? Повисла тишина. Он знал, что не может ответить. Понимал, что это будет опасно для Дени. — Почему это так важно знать? — Напряженно спросил он. Целитель откинулся на спинку кресла, внимательно прожигая Драко взглядом. — Дело в том, что зелье, сваренное из этой крови… Оно дало результат… Сердце Драко ухнуло в пятки и сжалось от радости. — Какой результат? — Непонимающе переспросила Дени. — Намечена положительная динамика. Мозг вашей матери восстанавливается с феноменальными темпами. — Сказал целитель. — Однако теперь вся комиссия заинтересована в том, кровь какого дракона вы собрали для зелья. Он принадлежит вашему заповеднику? Драко прикусил губу, чтобы вернуть себе самообладание. У него не было времени продумать ответы. Он совершенно не предполагал, что такие вопросы вообще возникнут. Внутри все никак не поднималось радостное чувство за маму, тревога за то, что Дени может оказаться в опасности, душила все попытки счастья вырваться наружу. — Нет, этот дракон не принадлежит моему заповеднику. — Ровно ответил Драко. — Тогда кто же предоставил вам дракона? — В голове Эдвина сквозило сомнение. Дени вытянулась в струну, сидя в кресле по правую сторону от Малфоя. Кажется она тоже осознавала, что это может навредить ей. — Простите. — Уверено сказала она. — Мы не можем разглашать эту информацию. Мы дали непреложный обет. Лицо Эдвина вытянулось в удивлении. — Вы собрали кровь незаконным путем? — Спросил он. — Она была отдана добровольно. — Гордо ответила Дени. Она лгала. Так уверенно и четко. — Вы можете отследить на мне присутствие обета? — Спросила она, протягивая ему руку. Целитель сокрушенно покачал головой. — Нет, это невозможно… Вы понимаете, что это зелье могло спасти множество других людей от гибели? Он начал давить на нее, вглядываясь в сиреневые глаза и Драко боялся, что она сдастся. Но он забыл, кем была Дейенерис Таргариен. — Однако вы тоже должны понимать, что этот единственный в своем роде дракон пострадает и даже погибнет, если из него будут брать столько крови для каждого нуждающегося пациента. — Она нарочито выделила словами слово «единственный» и дерзко посмотрела в глаза Эдвину. — То есть, вы не можете рассказать нам? — С сомнением спросил он. Дени покачала головой. — Вы же знаете, что влечет за собой нарушение непреложного обета? Мы не в силах рассказать это. — Если бы не усиленные свойства крови, которые действительно подтверждают тот факт, что она была отдана добровольно, я бы подумал, что в этом замешано нарушение многих правил. — Теперь вы расскажете, что с моей мамой? — Вмешался Драко, переводя тему и вдруг осознавая, что угроза Дени миновала. Целитель взмахнул палочкой, снимая барьер, а затем призвал несколько листов пергамента на свой стол, которые вплыли из-под щели закрытой двери. Он раскрыл листы, пробегаясь по ним глазами, а потом перевел сосредоточенный взгляд на Драко. — Мозг миссис Малфой значительно пострадал от болезни. Ей оставались считанные недели до полного беспамятства и месяцы до смерти. Однако зелье, сваренное на основе предоставленной вами крови дракона, повлекло за собой запуск феноменального восстановления. Точнее говоря… Произошло чудо. — Он отложил один из листов и принялся за другой. — Однако она все еще в тяжелом состоянии, но такими темпами, через несколько месяцев функционирование всех отделов головного мозга придет в норму. Сваренного зелья будет достаточно для приема в течение трех месяцев и по прогнозам колдомедиков, его хватит для почти полного выздоровления Нарциссы Малфой. Возможно понадобится повторный сбор крови, либо же подойдет в качестве замены ингредиента кровь предыдущего дракона, так как она тоже дала сдвиги, хоть и не смогла остановить регресс. Эдвин все говорил и говорил, а Драко не заметил, как по щекам полились слезы…

***

Встреча с целителем закончилась обнадеживающе, однако Нарцисса так и не пришла в сознание, так как колдомедики, задействованные со всех уголков мира, каких можно, поспешили провести свои обследования и дать свои заключения. — Это феноменально! — Только и выдал французский целитель. — Произошло настоящее чудо! — Рождественское чудо. — Подтвердил Драко, не скрывая широкой улыбки. А потом они отправились домой. Трансгрессировав прямо в гостиную Мэнора, Малфой обхватил лицо Дени руками и едва сдерживая распирающие изнутри эмоции, спросил первое, что пришло в голову. — Непреложный обет? — Он почти смеялся, чувствуя всю комичность ситуации. Дени счастливо улыбалась, положив свои ладони сверху на его руки. — Это первое, что пришло мне в голову. К тому же, для сбора крови он действительно был применен, так что я не сильно соврала. Малфой расхохотался, обнимая Дейенерис, и она обняла его в ответ. Здесь, в Мэноре, где можно было не бояться показать свои эмоции, где чувствовали себя в безопасности, они смогли, наконец крепко обнять друг друга. — Я так счастлива! — Призналась Дени. — О большем я и не могла мечтать! — Этого не произошло бы без тебя! — Прошептал Драко ей в макушку. — Спасибо тебе за все. Он закружил ее, чуть приподняв и крепче сжав в руках и она рассмеялась, чувствуя, что словно растворяется в этом моменте. Сейчас внутри нее сияло солнце. Яркое, теплое, распирающее изнутри. Она была настолько счастлива, что едва ноги снова коснулись пола, чуть отстранилась от Драко и поцеловала его. Пылко и одновременно безумно нежно. Замерев от удовольствия, она ощутила, что все в ее жизни складывается именно так, как и должно было. Она действительно все сделала правильно. А еще она вновь доказала самой себе, что Дейенерис Таргариен — истинный дракон. Снова отстранившись и разрывая поцелуй, она впилась взглядом в глаза Драко, стараясь запомнить его именно таким: счастливым, сияющим, настоящим. Не несшим тяжелый груз проблем и переживаний. Наверное, таким он был тогда, когда они летали на метле, только сейчас он в сотни тысяч раз счастливее. Возможно, и в ее жизни не было момента счастливее этого. И возможно уже не будет… В один миг она помрачнела. — Когда я начну сходить с ума, я хочу, чтобы именно этот твой образ сдерживал меня от ужасных поступков. — Попросила она. Улыбка Драко тут же стерлась с лица, придавая ему серьезность. — Мы снимем твое проклятье. Найдем целителей, пусть для этого придется объехать весь мир. — Пообещал ей он. — Мне все равно на мое проклятье, Драко. — Ответила Дени. — Если сейчас все настолько прекрасно, мне все равно на то, что меня ждет через два, или три года… Он напрягся. Кажется, она испортила своей просьбой самый счастливый момент в жизни… Возможно в жизнях их обоих… — А мне не все равно! — В глазах Малфоя вдруг жидкой ртутью заплескалась тревога. — Я хочу, чтобы это не заканчивалось. Чтобы ты была рядом со мной до самого конца. — Я буду. Она останется с ним и Нарциссой, проживет счастливо остаток своей жизни, словно прошлого и не было вовсе. Драко чуть прищурил глаза, осознав, что она не совсем поняла, что он имеет в виду. — До конца моих дней, Дени. — Отрезал он. По ее спине пробежался холодок, вперемешку с жаром. Она понимала, что это значит — быть рядом до конца дней. Это клятва, даваемая перед Семерыми, когда заключался божественный союз. Она воспринимала Драко, как часть своей семьи, как брата, которому когда-то была предназначена. И она готова была стать его. Однако, ее страшило проклятье и сомнения, что у них больше нет будущего. Но даже два-три года, отведенные ей, могли бы стать для нее счастьем… Она колебалась… — Я уже не смогу прожить без тебя, Дейенерис. — Признался Драко. Ей больше не нужно было других слов. Если есть в этом мире другие способы снять ее проклятье и Драко готов потратить все на его поиски… Если он нуждался в ней… И открыто признавался в этом… Ведь она тоже нуждалась в нем. — Тогда давай найдем способ снять его. — Кивнула она. Драко прижал ее к себе и поцеловал в висок. — Не сдавайся. Как не сдалась в поисках лекарства для мамы… — Шепнул он. — И тогда возможно и для нас с тобой тоже произойдет чудо.

***

На следующее утро Драко проснулся в невероятно хорошем настроении, однако довольно поздно, ведь почти всю ночь они с Дени не смыкали глаз, наслаждаясь друг другом. Он все еще обнимал ее во сне и никак не мог отпустить. Разбудив ее нежным поцелуем, Малфой прижал ее к себе еще крепче и улыбнулся, почувствовав, как заворочалась серебряная девчонка в его руках. Впервые после получения метки, сегодня он проснулся по-настоящему счастливым, словно его распирало изнутри. Жизнь действительно налаживалась и теперь он это отчетливо осознавал. Единственное, что беспокоило его — это проклятье Дени, которое все еще сводило ее с ума и отмеряло ей от силы два-три года. Но он найдет решение. Его серебряная девчонка не сойдет с ума. Вспомнив, что ее проклятье делает ее огонь нестабильным, он вдруг вернулся к мысли о ее желании сжечь гостевую, где проходил сбор ее крови. — Помнишь, ты хотела переделать ту комнату. — Шепнул он. — Хочешь сжечь ее дотла перед тем, как заняться ее обустройством? Возможно, это было довольно странным предложением с утра пораньше, однако именно сейчас он вспомнил про это. — Только если ты при этом дашь мне урок по заклинаниям. — Остановимся на люмосе. В прошлый раз ты так и не смогла совладать с ним. — Драко расплылся в улыбке. — Тебе понадобится огнеупорный барьер. — Не переживай, я в этом силен. — Ухмыльнулся он. Дени ловко откинула одеяло и совершенно не смущаясь наготы, соскочила с кровати, накидывая домашнее платье и пряча свою волшебную палочку в складках мантии. Драко отметил про себя, что его серебряная девчонка все-таки научилась везде брать с собой палочку. Это было правильно в волшебном мире, но не особо действенно в ее случае, ведь она так и не смогла овладеть большинством заклинаний. — Ты идешь? — Обернулась она, глядя на все еще лежавшего в кровати Малфоя. Он откинул одеяло и неспешно поднялся, призывая к себе одежду и облачаясь в нее одним взмахом палочки. Удивление Дени не заставило себя ждать. — Хочешь сказать, что даже для того, чтобы одеться у волшебников есть свое заклинание? — С легким неверием спросила она. — Как и раздевающее. — Кивнул Малфой с хищной улыбкой. — Тогда я хочу, чтобы ты меня им научил! — Сегодня ночью. — Пообещал он. Умывшись, они не направились вниз в гостиную, а пошли прямиком в ту самую комнату, что Дени так желала переделать. — С чего начнем? — Спросила она, входя в остро пропахшую кровевосполняющим зельем комнату. — С защитных барьеров, конечно же. — Невозмутимо проговорил Драко. А потом, взмахом палочки очертил границы распространения ее бесконтрольного огня, не забыв ни про одежду, ни про волосы Дени, ну и конечно же про себя. — Какое все-таки заклинание мне использовать? — Люмоса будет достаточно. — Мягко ответил Драко. — Уверен, ты даже им разнесешь тут все. — Хорошо. — Улыбка тронула губы Дени. Она вытянула руку вверх и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Возможно она вспоминала наставления, какие давал ей Драко в прошлый раз, возможно просто волновалась. — Люмос Максима! — Властно произнесла она, распахивая глаза и сосредотачиваясь на кончике палочки. Однако вместо буйствующего пламени, которое обычно мгновенно вырывалось из магического артефакта, на самом кончике, словно яркая звезда в небе, загорелся свет…