Родной человек

***

       Яркие лучи солнца пробираются в центральную комнату квартиры супругов. Сегодня тот самый день торжества — свадьба Ушакова и Родниной. Время близится к вечеру, а значит, нужно торопиться. Подготовка идёт полным ходом. Рыковы были приглашены и на саму церемонию бракосочетания, но решили, что лучше появятся под вечер — Ольга не хочет привлекать внимание, да и большие нагрузки, поездки в разные концы столицы ей сейчас вовсе ни к чему.        Рыков надевает свой праздничный костюм и едва управляется с галстуком, удостоверившись в безупречности своего вида, заглядывает в спальню, в поисках Ольги. Она стоит напротив высокого зеркала, заканчивая с последними фрагментами своего образа, дополняя его матовой помадой. Невозможно прекрасная. Кажется, Паша и не может видеть её другой. На мгновение замирает в дверном проёме, очерчивая взглядом её силуэт.       — Боже мой, Ольга Кирилловна, вы невероятно красивая — действительно, на брюнетке сегодня чёрное платье, которое не так уж сильно и скрывает её интересного положения, чуть ниже колена, пиджак с красиво переливающимися стразами, темные волосы, аккуратно уложенные в красивую прическу, вечерний макияж, и туфли на небольшом каблуке.       — Рыков, подлиза, прекращай — улыбается, всё -таки приятно получать такие комплименты от любимого мужчины, особенно, точно зная, что это искренне. Сама не замечает, как он оказывается рядом и, по обыкновению, нежно обвивает её талию широкими ладонями.       — Лучше скажи, очень заметно? — опустив руку на округлившийся животик, наблюдая за его действиями через зеркало.       — Совсем нет — улыбается он, и целует в щёчку, замечая, как быстро она меняется в эмоциях.       — Ну врешь же, засранец — с усмешкой, на мгновение прикрывая глаза, и наслаждаясь его поцелуями, которые дошли уже до белоснежной шеи. Как же она обожает эти беспечные моменты, полные любви и желанного спокойствия, когда просто можно таять в его объятиях и не думать ни о чем вокруг. В такие моменты, будто весь мир сужается до пространства их спальни, и существуют только он, и она. Паша точно знает, как заставить её сиять, даже если пару минут назад над ней сгущались черные тучи, и казалось, что всё обречено на катастрофу. Через пару секунд Арефьева чувствует лёгкий толчок в низу живота, там, где находится рука мужа.       — Вот видишь, это она папу защищает — улыбается словно чеширский кот, крепче прижимая Ольгу к себе.       — Не волнуйся так, обещаю, буду прикрывать тебя. Да и тот факт, что мы приедем уже на сам банкет сделает всё сам за себя, — намекая на отсутствие трезвых людей среди гостей.       — Ладно, поверю на слова — она поворачивается к нему лицом, и взгляд падает на нелепо заправленный галстук, заставляя Ольгу усмехнуться.       — Паш, кто тебе так галстук завязал? — смеётся она, начиная исправлять эти нелепости, пока его руки снова ползут по её талии, останавливаясь на пояснице.       — Сам, Ольга Кирилловна, всё сам, жена моя свой марафет наводила— получает лёгкий удар в бок, приняв гордый вид, произносит тот, наслаждаясь её улыбкой.       — Оно и видно, что сам— завершив последнюю махинацию с галстуком, она проводит руками по его плечам, отряхивая от оседающей на материал пыли.       — Спасибо — тянется за поцелуем, но она быстро уворачивается.       — Рыков, помада — выбираясь из его объятий, двигаясь по направлению к прихожей. Мужчине остаётся только горько улыбнуться, и последовать за ней, но ничего, вечером он обязательно зацелует любимые губы, и никуда она от него не денется.       — Эх, дочка, не любит мама твоего папу — куда-то в воздух, присаживаясь перед ней на корточки, помогая застегнуть теплые сапоги, которые в дальнейшем станут безупречными туфлями.       — Рыков, — по слогам произносит их фамилию, когда-нибудь он точно дошутится.       — Хватит себе защитницу растить, она тебя не спасет — помогает ей привстать и накидывает пальто на хрупкие плечи.       — Да я давно уже обречён на смерть от твоих рук — поднимая с пола тяжёлый пакет с подарком для молодожен. » — Своей смертью ты точно не умрёшь — Ну если я погибну от твоих рук…»       — Болтун — снова со смехом, его слова возвращают куда-то в далёкое прошлое, в самое начало из истории.       — Приклеила супер клеем? — вспомнив когда-то сказанную им ни в значай фразу, интригующе улыбаясь, пристально заглядывая ему в глаза. '— Она к тебе клеилась? — Она? Клеилась? Да, Я к тебе давно преклеин, супер клеем'       — Ох, ещё каким — всё -таки исхитрившись умудряется коснуться её губ, она, забыв про помаду притягивает мужа к себе.

***