Аврора х Авалон: Закат Северной Звезды

Стояла безлунная ночь. Студентки давно разошлись по комнатам в общежитии, и только в кабинете профессорского совета, горел незримый для окружающих свет. Стены поглотило бледное изумрудное свечение магии Фарагонды, и пока шёл совет ни единое слово не покинет комнату без разрешения директрисы. Я сидел напротив голограммы короля Оритела и королевы Марион, занявших угол восьмигранного стола между своими дочерьми. Насколько же легендарными были их деяния, ловил себя на мысли я, что мисс Фарагонда пригласила королевскую чету на совещание, к типу которого никогда не допускались посторонние лица. Инспектриса Гризельда докладывала об улучшениях в защитном барьере. Пока ещё оставалось непонятным, как Медиусу Дорну удалось проникнуть под купол Алфеи незамеченным. — Мы усовершенствуем барьер, — строго повторила завуч свои отнюдь не громкие обещания. — Профессор Палладиум любезно согласился провести сонастройку магических лизн с новым программным обеспечением, которое мы приобрели у Зенита. — Так ли стоит полагаться на технологии закрытого государства?  — Отец, то есть… король Орител, пожалуйста, — прошептала Блум, но в полупустой комнате её голос прозвучал громче, чем хотела девушка.  — Я говорю по сущесту, — Орител повел бровью, ослабляя хватку на золотой рукояти меча в форме головы дракона. — Зенит никогда не отличался преданностью. В этом вопросе лучшее решение — магия.  Я выпрямился, отходя от сонной дрёмы, невольно накатывающей в разной степени сильно на всех присутствовавших в столь поздний час. Время было далеко заполночь, а наши разговоры ни к чему серьёзному не приводили.  — Как бы там ни было, на любой замок найдется свой взломщик, — я поймал на себе возмущённяй взгляд инспектрисы. — Дело не в вас, мисс Гризельда, а в том, как устроен мир. Мы создаём защиту, её рушат, мы создаём новую — цикл бесконечен.  — Что же тогда предлагаете вы, профессор Авалон?  — Отправиться на Тир На Ног, чтобы из первый уст получить ответы, —  я небрежно бросил в центр стола письмо, полученное парой часов ранее от феи Дианы. Мы передавали его по кругу, и я оказался последним, кто его прочёл. — В депеше сказано, что Дорн умер ещё до того, как его извлекли из тюрьмы. Я предполагаю, что он был кем-то вроде смертника. Чтобы не выдать имя своего мастера, он убил себя. Или был убит, если мы разовьём эту теорию дальше. В любом случае, — подался вперёд, привлекая к себе пристальное внимание собравшихся, — без личного визита мы мало на что можем рассчитывать. Если не хотим повторения случившегося, мы должны узнать нашего врага в лицо. — Ваше прошлое даёт о себе знать, — не без укора подметила завуч, поправляя оправу на тонкой переносице. — Полагаю, вы и хотите возглавить эту, если можно сказать, делегацию? — С разрешения мисс Фарагонды. Я искоса взглянул на директрису, до сих пор сохранявшую нейтралитет в вопросе. Удивительно, как ей хорошо удавалось скрывать волнение под непроницаемой маской спокойствия. Но она держалась сдержаннее обычно и сцепила тонкие пальца в замок, следка поглаживая себя большими пальцами рук, — и столь мелкий, ускользающий из внимания жест, выдавал её неуверенность. На совете директриса была удивительно немногословна, впрочем, как и завсегдатай споров и экспрессивного выражения мыслей профессор Уизгис, на которого я перевёл взгляд следом, стоило на лице Фарагонды расцвести намерению вступить в диалог. — Нанести везит Тир На Ног будет верным решением, — также твёрдо, как и должна была, заговорила директриса. — Однако это не умаляет важности произведения работ по улучшению системы безопасности школы. На территорию Алфеи проникли в момент, когда стены её были под защитными чарами. Хорошо, что наши феи и специалисты Красного Фонтана достаточно подготовлены, чтобы не растеряться даже в минуту опасности. Но мы больше не можем допускать подобных инцидентов, — она говорила, отчеканивая слова, выделяя их с большей интенсивностью в речи, хоть и сдержанно, но заметно, будто вырезая их в камне. — Мисс Гризельда, профессор Палладиум, я полагаюсь на ваши совместные усилия в этом вопросе. В стенах школы проживают ученицы, не готовые к бою, хранятся древние фолианты и скрижали, которые ни в коем случае не должны попадать не в те руки, — Барбатея глубоко кивнула, будто последние слова адресовались лично ей. — Что до визита на Тир На Ног…  — Позвольте, — я прервал директрису, чувствуя, что ей уже не хватает дыхания, и встал из-за стола. — Я отправлюсь для личной беседы с феями Острова и доложу обо всём, что смогу узнать, и к чему мне будет предоставлен доступ, лично мисс Фарагонде. На усмотрение директрисы и нашего преподавательского совета будет решено, что делать с полученной информацией.  — Почему вы так уверены, что Тир На Ног изъявит желание чем-то с вами делиться? — резонно возмутился король Орител, поднимаясь вслед за мной своим строгим взглядом.  — Позвольте встречный вопрос, — парировал я, — что вас заставляет думать, что они не пойдут? Король усмехнулся, и указал на письмо от Тир На Ног.  — У них была возможность доложить обо всём в письме. И что мы получили? Молчание. Не знаю, чему вас учили в академии Паладинов, но на Домино дела ведутся иначе. — И мы не в академии Паладиной, — с полуулыбклй перебил я, — и не на Домино. Давайте всё же оставим решение вопроса на усмотрение директрисы школы, в которой произошёл инцидент. — В этой школе находятся обе мои дочери. Принцессы, если кто-то из вас забыл. С моей стороны это итак невиданная щедрость позволить Дафне преподавать в Алфее, — я отчётливо видел, как профессорка сжалась от этих слов.  — Прошу вас не переходить на личности, — вступился я. — Алфея в состоянии обеспечить защиту-... Он вздёрнул бровь и шумно усмехнулся, одним только этим перебивая меня. Я получил от Фарагонды невербальный сигнал замолчать и сразу же повиновался. — Фарагонда, — мягко вступила Марион, — мне не нравится такое говорить, но Тир На Ног не вызывает доверия. — Я понимаю, о чём вы говорите, королева Марион, однако месть фей Острова Земле считается закрытым делом, что может подтвердить Блум.  — Насколько ты сама веришь своим словами? — вставил Орител безапелляционным тоном командующего, будто именно ему, как впрочем я не сомневался, что он думает, предстояло решать данный вопрос в стенах чужой школы, на чужой планете. — Мне запомнился случай, — снова начал Орител, — что одна из старших фей острова чуть не заморозила Землю, а другая, которая, к слову, заняла трон, сражалась с моей дочерью на дуэли и, проиграв, сбросила ледяной валун прямо на жилой город. — Который я смогла уничтожить, отец, то есть… король Орител, — попросила Блум, склоняя голову, когда запнулась. — Небула хорошая королева. Я видела, как она преображает Тир На Ног, и как она помогла нам с палочками Мификса… — Одно другого не отменяет. Фада, — ещё чётче произнёс монарх, — особенно в свете катастрофы на Диких Землях. Инцидент привлечёт внимание Крепости, и тогда вопрос о маленьком проникновении станет общественным достоянием.  — Уверен, — подал голос Палладиум, — что госпожа Аврора сможет исправить ситуацию и вернуть отнятые силы Диким Землям. Не стоит переживать, король Орител. Фарагонда обдумала слова эльфа, хотя я был уверен, она и без него уже подумала об этом. На лицах всех, а в особенности Барбатеи, Палладиума и Фарагонды, читалось общее сожаление пригласить за стол обсуждения королевскую чету Домино, которые мало того, что не имели прямого отношения к вопросу, так ещё и косвенно давали понять намерение отослать дочерей домой.  — Профессор Авалон направится на Тир На Ног с дружеским визитом, — заключила Фарагонда, пресекая конфликт со стороны Оритела, — вперёд этого мы известим фею Аврору о последствиях, причинённых её заклинанием, и будем надеяться на содействие в решении этого вопроса. Что же до сложившейся ситуации, я прошу мисс Барбатею провести анализ библиотеки и попробовать определить, не был ли один из томов целью Медиуса Дорна. Блум, я бы хотела, чтобы ты задержалась в школе для защиты учениц. — Конечно, директриса, — кивнула юная фея, но на лице огненного монарха читалось несогласие, которое, я был уверен, он выскажет Фарагонде наедине. Марион взяла супруга за руку, утихомиривая его пыл, за что всей ей негласно были благодарны. — Если ни у кого нет новый замечаний, я объявляю заседание закрытым.  У профессора Уизгиса были, но лепрекон со скучающим видом, напускным, разумеется, ловил взглядом мух, которых сам же и наколдовал, и которые в беззвучном полёте досаждали боковому зрению мисс Барбатеи. Все согласно кивнули в ответ на речь Фарагонды, и директриса двумя хлопками развеяла чары скрытности. Вокруг восьмигранного стола снова проявились стены учительской. Через приоткрытое окно потянуло свежим ночным воздухом, и только тогда я понял, как сильно раскалилась обстановка на совете. Все начали собираться на выход. Голограмма Оритела и Марион исчезла, как кристалл-прожектор потерял связь с их стороны. Блум ещё несколько секунд неподвижно просидела на своём месте, заметно обдумывая слова своего кровного отца, в то время, как принцесса Дафна, положив руку на плечо сестры, спешно отправилась к себе. Следом за феей с Домино комнату покинул профессор Уизгис, которому я и слово не успел сказать, Палладиум, Гризельда, оскорблённая моим замечанием, и, наконец, настроенная на работу Барбатея и Блум. Мы остались с мисс Фарагондой вдвоём, и я пока не смел разбавлять установившееся между нами молчание. Директриса перевела дыхание, глубоко втянув свежий воздух в легкие, и ослабила лавандовый платок на шее, ставший тугим за время совещания.  — Вы хотели ещё что-то обсудить? — не поднимая глаз, спросила она. — Мисс Фарагонда, я думаю, что ваш бывший брат по батальону просто волнуется за своих дочерей. Пыл сойдёт, когда прояснится ситуация. Вы же видели отчёт госпожи Авроры, фея полагает, что целью Медиуса Дорна могла быть не Алфея, а она. Возможно, — я откинулся на спинку стула, показательно небрежно, чтобы Фарагонда начала немного расслабляться, — что проблему решать нужно будет на их стороне конфликта, и то, что школа оказалась втянута в происходящее, чистое совпадение. Мои слова и невербальные сигналы, казалось, доходили до Фарагонды слабо. Я дал ей время обдумать сказанное, но когда ответ не последовал через несколько томительных минут тишины, я задал вопрос: — Профессор Уизгис вам что-то рассказал? Она едва заметно вздрогнула, выдавая, что я был прав. — Логично. Ему больше тысячи лет. Как я сам не догадался расспросить его о Тир На Ног. — У профессора Уизгиса миллениум за плечами, но это всё ещё не значит, что он имеет ответы на все важные для нас вопросы. — Что же он вам поведал тогда? — я взглянул в глаза Фарагонде, борясь с её нежеланием посвящать меня в детали. — Если я возглавлю делегацию на Тир На Ног, и вероятнее, буду её единственным участником, я бы хотел знать больше, директриса.  Лёд тронулся. Фарагонда стянула платок с шеи, укладывая его аккуратно перед собой, и медленно стала перебирать его кайму в пальцах. Это действие успокаивало её. — Профессор Уизгис поведал мне легенду.  — Легенды иногда бывают правдивы, — я приготовился слушать. — Как магифилософ вы, бесспорно, слышали о старой гипотезе, что до того, как Дракон создал наше измерение, существовало иное, и было оно уничтожено Тёмным Фениксом, лордом Даркаром, в его истинном воплощении, — я низко кивнул. — Согласно легенде, пока Дракон сотворял наше Измерение на руинах иного, Феникс вступил с ним в битву. Бесконечное сражение Созидания и Разрушения.  — Легенда мне очень хорошо знакома, директриса. Дракон одержал верх и его сила наделила Феникса плотью и кровью, заставив его скитаться по просторам Магикса, да, я знаю об этом. История вызывает вопросы, особенно первая часть про руины. Ни одной исследовательской группой не были найдены хоть сколько-нибудь вразумительные доказательства этому. Но в любом случае, я слышал об этом... — Но слышали ли вы о том, что где-то на краю Магикса, там, где наше измерение касается края мироздания, по другую сторону которого находится Земное измерение, бесконечная борьба двух равных сил нашла свой конец, порвав ткань космического пространства и создав новое, крошечное измерение в образовавшемся кармане.  — Тир На Ног…  — Именно. Мы не знаем, насколько правдивы эти истории, но то, что я пытаюсь вам сказать, и что, по моему мнению, не является пустой догадкой… Это может идти вразрез с тем, что проповедует Крепость, но часть истинно-магии, первородной энергии Феникса, может всё ещё покоиться в недрах Острова Тир На Ног. Вы сами знаете, "Остров" это только название. На самом деле Тир На Ног полноценное, хоть и крохотное в сравнении с Магиксом, измерение.  Я снова кивнул, как она закончила говорить. В продолжении этот рассказ не нуждался. Я был в плену у лорда Даркара, и знал не понаслышке о его планах, о жажде власти и о, в некотором смысле нелогичном для нас бессмертии. Идея о его возрождении прошлась по позвоночнику дрожью. Истинно-магия разрушения, если и существовала, могла стать ключом к его возвращению. — Осада Тир На Ног армией Тьмы лорда Даркара, — мне вспомнился наш короткий разговор с Авророй на эту тему. — Думаю, это точно не является домыслом. Даркар искал источник своей силы, первозданной, чтобы вернуть свой истинный облик. Фарагонда, вздохнув, устало кивнула.  — Завершая одну битву, мы вступаем в новую, — косвенно процитировала меня она, прикрывая глаза. — Баланс сил в Магиксе может пошатнуться, профессор Авалон, и тогда Дракон знает, что за этим последует. Во время противостояния с Ведьмами-Прародительницами королевства не смогли сражаться в мире, сейчас нас могут ждать не менее тяжелые времена. Нельзя допустить раскол.  — Мы не допустим, — заключил я. — Скажите, что нужно делать, если это то, чего вы опасаетесь.  — Я знаю, что вам небезразличная старшая фея Авроры, профессор, но я всё равно вынуждена вас об этом простить. Проследите за тем, что происходит на Острове. Я оторопел. — Дважды просить меня навестить Тир На Ног не придётся, но слежка… я не буду упираться в кодекс паладинов, я уже нарушал его устои, но как мужчина… — Если что-то угрожает Волшебному Измерению, профессор Авалон, мы с вами знаем, что личное отходит на второй план. Мне самой не в удовольствие просить вас о таком, вы мой дорогой друг и коллега, — она поправила выбившуюся прядку волос, — но если есть риск, что кто-то может попытаться вернуть Даркара к жизни, мы должны это предотвратить.  Её пламенная речь, хоть и произнесённая слабым, усталым голосом, как прежде играла на струнах моего сознания. Мой долг, как паладина, был защищать Магикс, как профессора Алфеи — сохранить тонкий баланс энергии между добром и злом. Слишком много свалилось на Фарагонду, подумалось мне мимолётно.  — Я доложу вам о том, директриса, что сочту подозрительным, — пообещал я со всей искренностью и решимостью. — Будьте осторожны, профессор, — сказала она напоследок, — мы и правда не знаем, что можно ждать от Тир На Ног. Я вышел за дверь и поспешил в свои апартаменты. Истинно-магия, первородное колдовство. Как магифилософ, я сталкивался с этими понятиями, но на практике никогда не видел ни того, ни другого. Считалось, что то, чем является волшебство хранительницы Огня Дракона, опосредованное колдовство, не его чистая форма. Правда, упёртое нежелание Домино изучать природу их собственной магии и в конечном счете заморозка планеты приостановили любые исследования в этом поле. Вопросы без ответа, подумал я, и где-то на Тир На Ног я мог найти объяснение всему. Оставалось надеяться, — лёг в постель, сложив одежду на полку, — что у нас с Фарагондой разыгралось воображение, на фоне всего, что я и она пережили за нашу недолгую жизнь, и то, что привело Дорна в Алфею не собиралось выливаться в кровопролитные сражения. Несколько последующих дней мы всем педагогическим составом тестировали новый защитный барьер, которые закончили конструировать и настраивать Гризельда и Палладиум. Аврора незаметно для меня успела исполнить просьбу Фарагонды, отправленную на утро после заседания, и привела в порядок климат и магический фон Диких Земель, лишая меня вразумительной причины нанести визит непосредственно ей, чтобы не казаться навязчивым. Для той, кто совсем недавно рисковала если не жизнью, то здоровьем, она оправилась поразительно быстро. Тем не менее, с подачи директрисы у меня всё же оставался повод для визита на Тир На Ног, — диалог насчёт произошедшего в библиотеке Алфеи.  Это должна была быть моя первая поездка на Остров и, честно говоря, я не знал, чего мог ожидать. На месте иллюстрации Тир На Ног в книгах были лишь блёклые пятна, а те, к которым мне дала доступ Фарагонда из её личной коллекции, давали слабое представление. В день моего отправления я прошёл сквозь портал и оказался в густом лесу. Стрекот и щебетание птиц разносились из глубин ночной темноты, обрисованной пока ещё слабо различимыми силуэтами вечнозелёных растений. Птицы насвистывали чудные и ни с чем не сравнимые мелодии, гармонично переходя от мажорных аккордов к минорным, меняя настроение целой ночи вслед за собой. Светлячки крохотными яркими жемчужно-золотыми огоньками парили над папоротниками и плодовыми кустами. Ветви тянулись к земле под тяжестью спелых ягод. Я сорвал пару и убрал в свой ларец. Указателей не было, ровно как и дороги под ногами, только густые джунгли вокруг, а над головой в объятиях лёгкой дымки облаков сияла полная Луна. Я раскрыл крылья и взмыл в небо. Вдалеке над густой чащей леса возвышался дворец. Могучее дерево со стволом и листвой лилового цвета оплетало его этажи, становясь частью фундамента, стен и крыши. Лунный блеск играл переливами на его листве. Я на мгновение замер и позволил себе полной грудью вдохнуть воздух Тир На Ног. Он был иным, не таким, к какому я привык в Магиксе. Он был чистым, словно родниковая вода, и пьянящим, напитанным магией, будто бы каждая его молекула состояла из энергии волшебства. Воздух Магикса в сравнении с этим ароматом показался мне блёклым и пустым. В быстром полёте я устремился ко дворцу, но стоило мне немного приблизиться, как путь преградили феи-стражницы. Золотые копья блеснули в их руках, и девушки наставили на меня светящиеся наконечники. Пришлось повиноваться. — Профессор Авалон из Алфеи, с дружеским визитом. Я просил мисс Фарагонду отправить королеве Небуле весть о моём скором прибытии. Стражницы переглянулись. Одна из них подняла копьё, и с кончика сорвалась яркая вспышка. Неосязаемый огонёк прошёл сквозь меня, снимая маскировку с доспеха, в который я был облачён, и погас за моей спиной. — Дружеский? — иронизировала фея.  — Тяжёлые времена, — оправдался я, возвращая костюм. — Следуйте за нами, профессор Авалон, надеюсь, от вас на Острове не будет проблем.  Я сглотнул, намеренно делая вид, что остался впечатлен их строгостью. Стражницы привели меня на смотровую площадку почти под крышей дворца. В высоких стеклянных дверях нас ждала женщина. Её волосы цвета индиго беспорядочно вились, отражая в густых локонах блики холодных лучей полной Луны, а её голову украшала корона. Не трудно было догадаться, что это и есть королева Острова, та, что бросила вызов фее Огня дракона и, почти обезумев, проиграла ей. Я поклонился, не медля. — Благодарю, что прибыли. — Это мне стоит благодарить, что вы оказали мне такую честь, — ответил я. — На дворе ночь. Прошу простить за столь поздний визит.  — Сейчас мало кто спит ночами, — отмахнулась королева Небула, и пригласила меня пройти. Внутреннее убранство дворца не уступало по стати его внешнему облику. На удивление было достаточно людно. Феи не спали, бесшумно передвигаясь по коридорам и к чему-то готовясь. Я старался не отставать от Небулы, которая, хоть и была на две головы ниже меня, но шла достаточно быстро. Я ожидал холодного приветствия после рассказов о битве с Земными Феями и общения с Авророй, но на деле Небулу окружала совсем иная энергетика. Она не выглядела бесконечно далёкой, отстранённой или жесткой. В ней, как и в Фарагонде, читалась усталость, хотя кому сейчас было легко. Мы оказались в королевском зале, но фея не стала подниматься на трон. Она предложила мне место за столом в зале совета, находившемся в соседнем помещении. Нас оставили одних. — Медиус Дорн доставил вам много неприятностей, — начала королева, как бы извиняясь. — Дитрос хоть и является частью Магикса, но достаточно многие выходцы оттуда имеют предков с Острова. Это делает их особенными, и считаю, что бóльшая часть ответственности за планету лежит всё-таки на Тир На Ног. — Что вы имеете в виду? Мой скромный опыт, скажем, взаимодействия с Дитросом не указал на что-то выдающееся. Фея присела и зажгла искру молнии на кончике своего пальца. — Маги это ключ, профессор Авалон, ключ к большому запасу тёмной энергии. Любой маг, даже такой бесполезный и бездарный, каким был Дорн.  — Этого я о народе Дитроса не знал, — опасения Фарагонды начали подтверждаться неожиданно быстро. Фея откинулась на спинку стула: — Они этого сами не знают. Долгая история, как понимаете, профессор. Появление Дорна в Алфее не может быть случайным. — Полагаю, что дело в Авроре? — Неформально, однако, вы к ней обращаетесь, — не без доли подозрения отметила женщина. — Впрочем, я не хочу быть поспешна с выводами насчёт целей покойника. Мы проведём своё расследование, вы со своей стороны можете провести своё. Тир На Ног нечего скрывать, профессор, в отличие от Магикса. Королева недвусмысленно намекала на то, как факт существования Тир На Ног долгие годы пытались буквально стереть из истории Магического Измерения. Я натянуто улыбнулся. При внешнем бунтарстве, протесте и могуществе, мне казалось, я мог разглядеть усталость и хрупкость. Маска, которую королева одевала для общения со мной, шла ей не в полную меру. Я подался ближе. — Мы также приложим все усилия, королева Небула. Фарагонда сообщила вам, что я имел желание нанести визит госпоже… или мне лучше стоит сказать, Королеве Авроре? Она с прищуром взглянула на меня. — Да. Я уведомила об этом Аврору. Вас проводят, как мы закончим.  — Надеюсь, что королева Севера не изобретёт повод, чтобы избежать нашей встречи, — бросил я мимоходом. — Неужели анализ фей-амазонок и правда ни к чему не привёл? Я бы мог предположить, что не всё можно доверить бумаге, поэтому… — Сожалею, — моя вставка про Аврору немного выбила её, но женщина быстро собралась. — Нам нечего скрывать, я вам уже говорила. Диана и её феи ничего не нашли. Думаю, логичный вывод о том, что Дорн являлся всего лишь пешкой в чьих-то руках, не нуждается в дополнительном пояснении. Осталось дождаться ответа феи Справедливости, Сибиллы, и если с её стороны также ничего не будет, значит, кто бы за этим ни стояли, они подготовились со знанием дела.  — Достойно восхищения.  Фея ответила на мою фразу резким пренебрежением, однако быстро смогла усмирить возникшее в груди напряжение, и, хоть и натянуто, но располагающе улыбнулась: — Так или иначе, если у вас есть вопросы к Авроре, вы можете ей их задать, хотя я сомневаюсь, что она пришла к каким-то выводам, о которых уже не успела уведомить меня. К тому же, я отстранила фею Севера от этого дела. Ей нужно восстановить силы. — Кстати, об этом, — я сложил руки перед собой на столе, — Аврора упоминала некоего Огрона.  Я намеренно сделал паузу, чтобы оценить, как Небула отреагирует на имя. Глава Чёрного Круга, посеявший хаос и раздор на Тир На Ног, и считавшийся ныне мёртвым, был достаточно заметной фигурой сразу в двух измерениях. Фея с полминуты молчала. Лазурные глаза расширились, словно её наводнили воспоминания. Брешь в броне её королевского облика была найдена удивительно быстро.  — Не скажу, — я продолжил, прерывая её раздумья, — что совсем не слышал этого имени до освобождения Тир На Ног. Чёрный Круг относительно известен в Магиксе, особенно в узких кругах, и отнюдь не благочестивыми поступками. — И не говорите, — на выдохе протянула женщина, приходя в себя. — Я и Винкс убили Огрона и двух его прихвостней. С другим расправилась группа специалистов и героически пожертвовавший своей жизнью ради спасения Острова маг Набу с Андроса. Если разве что мертвецы умеют промышлять злодеяниями.  Речь была настораживающе отточеной, будто бы каждым сказанным словом фея сама себя пыталась убедить в их правдивости. Я мельком вспомнил рассказ Фарагонды о битве Винкс с магами Чёрного Круга. Если королева хотела верить в победу, я был не намерен ей в этом мешать, и просто кивнул. Небула продолжила. — Пока не будет веских доказательств, мы не рассматриваем эту версию. Куда вероятнее, что появился новый маг, новая угроза. И мы задавим её на корню.  Я снова кивнул и на сей раз ниже.  — Рад видеть, что Магикс и Тир На Ног на одной стороне. Могу тогда узнать, какие лично ваши соображения о целях покойного господина Дорна? — Отбросьте формальности в его сторону. Дорн был частью чёрного круга, когда тот ещё возглавлял Иллидис.  — Иллидис?  Она глухо усмехнулась. — Не в укор, профессор, но вы мало знаете о нашем народе, чтобы я могла вам быстро объяснять.  — Я не тороплюсь, если вы готовы посвятить этому время. И для краткости, я задам более конкретный вопрос, кому служил этот Иллидис?  Она приподняла брови и на мгновение задумалась. — Насколько я знаю, никому. Маги Чёрного Круга выходцы с Тир На Ног — дальние родственники, которых никто не жалует.  — Зачем же они вернулись домой, если когда-то эмигрировали в Магикс? Измерение большое — места хватит всем талантам. — Видите ли, — я чувствовал, что мы подбираемся к сути, — на Тир На Ног есть то, что нужно тёмным магам. Это энергия заключённая в наших землях. Только маги Острова и самые сильные феи могут подчинять эту стихию. Там бесконечно много сил, профессор, любой маг такое захочет. — Как лорд Даркар?  Феникс единственное, что пока на моей памяти объединяло Остров и Магикс. Войны и битвы, истребление целых наций будь то ради поиска скрижалей, Реликса или источника истинно-магии разрушения. Усталое сознание королевы явно не хотело возвращаться в те времена, но я ловил её на слове, — Тир На Ног нечего скрывать.  — Да, как лорд Даркар. Который, я слышала, что был уничтожен.  — Приспешники верны мертвецам. Мы вместе натянуто усмехнулись. — Это всё догадки, профессор, — переключилась Небула. — Даркар, ведьмы, маги… Кто бы ни стояли за этим, мы выясним, и мы открыты к содействию. Но прежде, чем выдвигать гипотезы, подумайте, насколько они реалистичны. Можно всю жизнь гонятся за призраками и посмотреть реальную угрозу под самым носом.  — Непременно учту это, королева Небула. Фея Мира щёлкнула пальцами, и передо мной появилась папка в диковинном переплёте. С позволения я открыл её и посмотрел. Удивительно хаотичным почерком в подробностях было описано вскрытие Дорна и сделано развёрнутое заключение. Я проглядел его. Вырванный зуб. Капсула с нераспознаваемым ядом.  — Могу я передать образец крови и тканей умершего нашему эксперту? — Пожалуйста! — она развела руками. — Можете хоть лично сюда привести вашего эксперта, профессор. Единственное что, это я не могу передать вам само тело Дорна. Останки находятся под охраной Острова.  — Разумеется. Я сообщу директрисе Фарагонде ваш ответ.  Я коротко улыбнулся в знак признательности, и между нами с королевой повисла минутная пауза.  — Вижу, что Остров в надёжных руках, королева Небула.  Она изогнула губы в кривом подобии доброй ухмылки, но была слишком изнурена затянувшейся ночью, чтобы лучше скрыть свои истинные чувства. Видя это, я поспешил ретироваться: — Могу тогда просить сопроводить меня к королеве Севера? Время позднее, не хотел бы лишать сна ни вас, ни вашу коллегу.  Она подняла одну бровь, изучающе осматривая меня. Оставалось только принять позу поувереннее, чтобы внушить ей расположение. И казалось, мне это удалось. Небула взмахнула рукой. Дубовая дверь, почти в два этажа высотой, позади меня распахнулась, и на пороге показалась фея. Она была облачена в наряд, отдалённо напоминавший трансформацию Авроры, но более скромный в размахе и деталях.  — Инесс вас проводит.  Я кивнул, встал и собирался уже уходить, как Небула остановила меня: — Профессор, вы заинтересованы в Авроре? Я поразился прямолинейности вопроса, и ещё больше тому, что королева поднимала эту тему на глазах у одной из арктических фей. Между Севером и Дворцом определённо были натянутые отношения. Я повернулся и со всей вежливостью ответил: — В некотором роде. Боюсь, правда, мой интерес не взаимен.  — Постарайтесь позаботиться о ней раз так, — она сложила руки на груди. — Вы выглядите достаточно разумным, чтобы помочь…, — она подбирала слова, — придерживаться верному пути. Я низко поклонился, оставляя просьбу Небулы без ответа, и последовал за арктической феей.