Аврора х Авалон: Закат Северной Звезды

Я решил никого к ней не пускать. Хоть лазарет Алфеи находился под покровительством мисс Офелии, мне легко было взять шефством над больничным крылом тогда, когда единственной его пациенткой была Аврора. Она долго не приходила в себя, и Фарагонда уже договорилась с королевой Небулой о том, когда феи Тир На Ног прибудут за ней. Я сидел подле её кровати и держал её за руку. Пока сознание феи дремало, она не понимала, что я рядом, а значит Вьюга бездействовала. Мне хотелось, чтобы моя фея скорее открыла глаза, улыбнулась мне и позволила себя поцеловать. Когда я узнал, что это она сражается там во тьме в одиночестве, я был готов всё бросить в ту же секунду, но знал, что не мог так поступить. Возводить барьер, защищать Адквистикс, каждое мгновение думая только о том, что я не могу защищать её! — я давно не подвергался такой муке. Теперь мгновения наедине с пусть и дремлющей, но моей самой любимой феей дарили мне толики спокойствия, которые были так необходимы моему смятенному сердцу. Ей что-то снилось. Целебные настойки не унимали этих снов. На миг уходя, они возвращались, заставляли её хмурить брови и протяжно тихо стонать. Только одной Авроре было известно, почему она так долго не приходит в себя. Я оставил поцелуй на холодной коже её кисти и тихо вышел за дверь. Там меня ожидал Авалон. — Посетителей сегодня не будет, друг. Мисс Офелия присмотрит за Авророй. — Ты понял, почему она ещё не в сознании? Какое право он имел так о ней беспокоиться!? Говорить об Авроре, будто они близки! — Палладиум, — он тряхнул меня за плечи. — Я задал вопрос. Аврора всегда говорит о своём могуществе, но, если она после каждой атаки будет оставаться в коме по нескольку дней, рано или поздно рядом не окажется кого-то, чтобы доставить её в безопасное место. — О чём ты говоришь, "после каждой атаки"? — у меня округлились глаза. — Что с ней произошло!? Друг отступил: — Я не вправе говорить. Дай знать, как Аврора очнётся. Он развернулся и собрался уходить, но я бросил ему вслед: — Кем ты ей приходишься, Авалон, чтобы лезть в её дела? В последний раз, когда я проверял, вы были едва знакомы. Не думай, что, если ты дважды сводил её в ресторан, Аврора твоя. Он остановился на полушаге. И сжал кулаки. Его плечи заметно напряглись. Дремавшая в нём ярость могла выйти наружу. Я ждал нападения, острого слова, спора, который давно между нами назрел. Но друг, выдохнув, остудил пыл. Авалон обернулся и встретил меня не столько враждебным, сколько усталым и встревоженным взглядом: — Этот Огрон расставил ловушки для Авроры по всему Магиксу, а её тянет к нему, как мотылька на огонь. Меньшее, что я хочу, это чтобы она пострадала, и в этом наши цели похожи. Так что давай не устраивать сцены, а вместе позаботимся о фее, которой дорожим. Я хотел, но не мог найти чем ему возразить, и просто остался молча стоять, пока он уходил победителем. Тáк он отнимет её у меня? Тáк он займёт моё место рядом с Авророй, пока я даже не могу рассказать ей, что я задумал! Я ударил кулаком по стене. В груди пылал огонь такой силы, что ему под силу было сжечь весь Запретный Лес. Я должен оставаться спокоен. Я должен придерживаться выбранного пути. Конец триместра близился. Мисс Дафна не отказалась мне помогать, и я мог рассчитывать, что она найдёт способ попасть на планеты пояса Афероны. И пока паладин обвивал мою фею лозами сладких речей и тонкой пеленой обмана, я должен был побороть Вьюгу. Аврора сказала, что сила дарует ей вечную жизнь, но однажды её сознание рискует стать слишком слабым, и ей придётся, захочет она того или нет, передать Вьюгу своей преемнице. Тогда её жизнь если не оборвётся, то потеряет все краски, и ей повезёт, если удасться сохранить рассудок. Аврора говорила, что её мать, Инария, впала в безумие, передав Вьюгу ей, и что с тех пор никто и никогда больше о ней не слышал. Инария может быть мертва, а может скитаться в горячечном бреду по улицам неизвестного города. Найти след бывшей хранительницы Вьюги после стольких лет уже невозможно, и Аврора может никогда не узнать, что с ней на самом деле произошло. Как Аврора не знает, какая точно участь постигла остальных её предшественниц. Я не мог представить, какого ей переживать это всё одно, и хотел поделиться тем малым, что у меня для неё было. Я заглянул в последний раз в комнату, где она под снежным покрывалом мирно дремала. Мы пришли к выводу, что она скоро должна сама восстановиться, а значит, я не мог откладывать отъезд дальше. Я оставил цветы на окне, совсем едва заметные под солнцем за шёлковой занавеской, и ушёл, напоследок запечатлев её безмятежный образ в памяти. Завтрашним ранним утром Мисс Дафна ждала меня во внутреннем дворе. Космолёт до Домино был припаркован снаружи. Алфея дремала, окутанная полупрозрачной предрассветной дымкой. Я затянул пояс на рюкзаке и поспешил к моей попутчице, проводнице и спасительнице, надеясь, что никто и, лучше если не Авалон, не увидит мой отлёт. Хотя и скрыть от глаз королевский шаттл, сверкающий в свете первых бледных лучей, было тяжело. — Я не могу передать, как вам благодарен. — Не стоит! — она улыбнулась искренне и ясно. — Король и Королева, по правде говоря, очень обрадовались, что я хочу навестить пояс Афероны. Особенно, министр торговли. Христалия и Айрон закрытые державы, и только визит кронпринцессы может растопить преграды и даст старым обидам забыться. — У нас настолько официальный приём? — я был обескуражен, но девушка выглядела так смущённо и виновато, что мне тут же пришлось смягчиться. — Не в смысле, что в этом есть что-то плохое. Я только надеюсь, нам хватит времени навестить все библиотеки. — Для этого я пригласила Торена с нами, если вы не возражаете! Пришлось всё решать в последний момент, я надеюсь, я ничего не испортила? Я столько лет провела в заточении, что этот мир, даже то, что я о нём знала, кажется таким чужим… — Вы спасаете меня, мисс Дафна. И если бы не вы, я не знаю, привели ли бы меня мои поиски хоть к чему-то. Она мягкой улыбкой встретила мои слова, и в этот момент с трапа к нам спустился высокий паладин. Во всём хорош, он излучал силу и здоровье, и рядом с ним хрупкая фигура мисс Дафны казалась ещё прекраснее. Они дополняли друг друга, как меч и цветок, как пламя и ветер. Я не хотел выглядеть слишком мрачным, зная, что влюблённые давно не виделись, поэтому с позволения первым поднялся в космолёт. Сходство их пары с Авророй и Авалоном застряло где-то меж рёбер. Королевский шаттл Домино с гулом покинул Алфею, оставляя позади мою единственную, мою неповторимую женщину в объятиях другого мужчины.