Аврора х Авалон: Закат Северной Звезды

Я затаилась за дверью. Любопытство снедало узнать, заметил ли кто-то выходящего из моих покоев Авалона. Конечно, стражницы заметили. Вот только говорить об этом арктические феи могли только между собой, но никак не выносить новость об этом за пределы Башни. Впрочем, начало было положено, а значит, если регентесса будет допрашивать их о том, бывает ли профессор в моей компании, ответ моих стражниц будет самым утвердительным. В таких мелочах обманывать арктических фей мне претило, но на кону стояло слишком многое: возможность раз и навсегда расквитаться с Огроном. И пока от Авалона не было никаких вестей, я с усилием начала готовиться к обороне Земли. Одно было плюсом, если Огрон привёл своих шавок в Гардению или другой город на планете, отсюда ему выхода уже не будет, как только я создам магический барьер. Никто не сможет покинуть или посетить Землю без моего позволения, и я смогу помогать Авалону ходить между моим миром и Магиксом, не отчитываясь об этом перед Небулой. Мы несколько суток к ряду корпели над сферой магической энергии. Она требовала питания мощной магией. Барьер не был чем-то вроде частокола или каменной стены, которые ты ставишь и довольствуешься чувством защищённости. Магию такого уровня нужно было подпитывать ежечасно, а мне требовалось отсутствовать сутками. Кассия и Люпина были двумя феями, которые мне ассистировали в плане побега. Я посвящала девушек в планы по одной, чтобы не допустить утечки информации. Нет, я верила всем моим арктическим феями, но объяснить всё в деталях и убедить пойти против приказал регентессы было опасным делом в первую очередь для них. Каждая, кого я выбирала, могла быть казнена за измену, пойди что-то не так. Двух фей-стражниц, конечно, было недостаточно для того, чтобы давать барьеру стабильно столько энергии, сколько требовалось, но мы имели резервный энергетический блок, который я наполнила магией сразу после, как закончила с ядром магической сферы. Феям оставалось только понемногу расходовать резервную энергию для подпитки ядра, а мне — вовремя вернуться, чтобы пополнить в нём запас магии. Я не сказала Кассии и Люпине, что роман между мной и Авалоном, о котором уже судачили все феи Севера, также был частью плана по поимке Огрона. В вечер, когда у нас была назначена встреча с паладином после, как я уже закончила работу с барьером и теперь видела плоды наших трудов над Землёй, профессор Авалон подлетел ко мне на золотых сверкающих крыльях. Их свет был настолько яркий, что почти вызывающий. Он опустился на ледяную платформу рядом и вперёд приветствий стал отыгрывать горячо влюблённого мужчину. Он обнял меня за талию и прижался губами к губам. Всё, что бы не оставить фей-стражниц, которые пристально следили за нами из укрытий, равнодушными. — Вы хорошо вошли в образ, — я шепнула ему на ухо. — Не приходить притворяться. — Вы что-то нашли? — К сожалению, нет, — он прижался ближе. — Если маг не использовал особые техники, чтобы сбить меня со следу, присутствия ни его, ни других магических существ в логовах на Земле я не обнаружил. Я положила ему голову на грудь и позволила меня крепко обнять. С Палладиумом мы никогда не выставляли наши чувства на показ. Ни на Земле, ни в Магиксе, ни, тем более, на Тир На Ног. Среди островных фей ходили слухи, даже не только слухи, все в конечном счёте узнали о нашем романе, но чтобы видеть, как мы нежимся в объятиях друг друга, — это казалось слишком личным, чтобы представлять на всеобщее обозрение. Авалон же был чем-то вроде живого щита. А своё оружие мне нравилось демонстрировать. Ореол обманчивой нежности заставлял всех думать, что нам было хорошо друг с другом, но то, что позволяло нам вести себя так естественно, я полагала, были не выдающиеся актёрские способности. А желание. Горячее тело мужчины манило. Меня словно обнимала раскалённая сталь. Мягкая, податливая, готовая принять любую желаемою мной форму. Он сцепил ладони за моей спиной, нежно пройдясь пальцами по разрезам на платье. — Вы закончили с барьером? — спросил он, поглаживая меня по волосам. — Всё уже сделано. Нам осталось только тайно уйти. Все должны думать, что я не покидаю башню надолго. Нас прикроют. Он кивнул в ответ. Я провела мужчину к себе в покои, запечатала двери, и оттуда с помощью телепорта Авалона мы попали на свободу. Я и не мыслила, что когда-нибудь буду так отзываться о своём собственном доме, как о тюрьме, как о клетке и цепи, на которую меня посадили. После всего, что мы пережили, после заточения Небула ещё смела снова подобное со мной повторят. Заснеженные горы Исландии приветствовали нас морозным очарованием. Ветер выл над полями, раздувал плащ и волосы, призывая сотворить безумство. — Мы отправимся на Дитрос, — заключила я. — Место, где ни вас, ни меня никто не узнает. Старайтесь скрывать вашу истинную магию, но имейте ввиду, что, несмотря на то, что маги Дитроса не отличаются магическим потенциалом, выживают они преимущественно за счёт грабежа. — Поверьте, — мужчина выудил с виду совершенно обыкновенный меч, — я во всеоружии. Лезвие вспыхнуло пламенем, разбрасывая алые искры по снегу, и тут же погасло. Пока меч находился в покое, я бы не могла подумать, что в нём скрывалась мощная магия. И всё же выброс его поколебал поле вокруг нас, и Вьюга с недоверием сжалась под рёбрами. — Пусть будет так, — я сложила крылья, заставляя их раствориться, и по взмаху руки сменила платье на объёмный балахон, под-которым скрывалась одежда, подготовленная в дорогу. Кивнув, профессор Авалон проделал тоже самое, и вот мы уже больше походили на двух путешественников, ищущих неприятностей, чем на королеву Севера и профессора лучшей школы для фей в Магиксе. С моего позволения мужчина смог открыть портал и мы переместились в иной, чуждый всему моему существу мир. Дитрос. Дитрос был ни с чем не сравним. Дыра, какая только может быть. Обшарпанные переулки чередовались пустырями и кварталами, погружённые в настоящие руины. Заросли поднимались из-за полуразрушенных заборов, где кишели насекомые и паразиты. Наша поступь по убитой грунтовой дороге была не слышна, но чем ближе мы становились к оживлённым торговым улицам чёрного рынка, тем больше глаз замечало наше появление. И не потому, что я или Авалон чем-то выдавали свою природу, магию, происхождение, а потому, что для каждого на Дитросе было критически важно понимать, с кем он имеет дело: какую цену предложить, какой товар утаить, и стоит ли пытаться убить и ограбить. Я сгорбилась, лишая походку привычной элегантности, что за мной повторил Авалон, и что едва помогло ему стать хотя бы немного ниже, худее и незаметнее. Широкими плечами мужчина пробивал нам путь через столпотворённый квартал, пропахший кровью, смрадом и запрещенным колдовством. Где только профессор нашёл актуальные карты планеты, мне приходилось догадываться, но я предпочитала не забивать себе голову лишними размышлениями и сосредоточилась на чувствах. Магия на Дитросе была слабой. Само магическое ядро еле билось, едва способное обеспечить существование своего населения. Солнце Дитроса почти никогда не всходило, и только благодаря близости к нему планета не страдала от вечной зимы. Напротив, все жители были одеты в объёмные одежды, призванные скрыть фигуру, крылья, лица. Из-под масок и капюшонов на нас смотрели неприветливые глаза всевозможных оттенков и форм. Этот рынок был эпицентром грязи, слухов и товаров, за оборот которых в любом другом месте Магикса непременно бы казнили. Тир На Ног оставил Дитрос против воли его королевы на многие сотни лет, и вот, во что он превратился. Вот, во что его обратила природа магов Чёрного Круга. На прилавках я заметила тёмный блеск. Он манил меня знакомым, до удушения знакомым цветом, и я шагнула в сторону от Авалона по направлению к его источнику, почти что готова сорвать злосчастные колечки, подвешенные на металлические проволоки. Миниатюры чёрного круга. — Госпожа, — Авалон остановил меня, сжав запястье ближайшей к нему руки. — Вам что-то приглянулось? — Здесь один мусор. В глубине прилавка зажглись два огненных глаза. — Мусор, и всё же любезная девушка заглядывается на мои товары, — прошипел по-змеиному мужчина, и глаза сменились с пламенеющего красного на глубокий успокаивающий фиолетовый. — Что вам приглянулось? Он уже знал. Уже видел, как я смотрела на миниатюры чёрного круга, и как жаждала сорвать их и растоптать. — Мы ищем сонную траву. — Этого в достатке у любого дитросианина, — торговец щёлкнул языком, — что вы на самом деле ищете? — Я недостаточно чётко выразилась для твоего ума, наг? Змей бросился на меня через прилавок, вынуждая Авалона кинуться заслонить меня, пока я не пошевелилась. Клинок профессора был готов вырваться из ножен, пока когтистая лапа торговца зависла в полуметре от нас. Фиолетовый в глазах сменился на белый, а затем миролюбивый голубой. — Что вы, что вы? — он расплылся в невозможно для человека широкой улыбке, что заставило чешуйки на его лице сложиться веером. — Если сонная трава, то сонная трава. Эй, принеси даме пучок самой крепкой. Кого хотите усыпить, милая? Он растянулся на прилавке, махая змеиным хвостом. Я заставляла себя смотреть нагу прямо в глаза, игнорируя сверкающие передо мной миниатюры. Что могла бы я найти в них необычного? И вот, однако, если я не объясню для торговца свой интерес, он будет волен сам интерпретировать его, как заблагорассудиться. — Что это? — я подняла палец и ткнула на миниатюры, заставляя из звенеть и светиться. — А вы не знаете? — Отвечай, — отрезал Авалон, снова демонстрируя рукоять меча. Наг фыркнул и сложил руки на груди: — Аксессуар. Безделушка. Вы можете взять два, и третьи я отдам в подарок. — Плохо идут? — я сорвала одно колечко, заставив мужчину поморщиться. — Насколько они настоящие? Торговец разразился смехом, обращая на себя и нас внимание мимо проходящих зевак. — На абсолютный ноль, милая. Если бы я мог изобразить нечто из настоящего Чёрного Круга, я бы не стоял на этот рынке. Это реплика. Самая лучшая на рынке, если вас интересует. — Предложение в силе? — я сорвала второе, действуя торговцу на нервы. — Д-да. Тогда я сорвала третье и бросила на прилавок перед ним. — Упакуй вместе с сонной травой. Наг заскрежетал зубами. — Должно быть, вы благородной крови, — он выудил бумагу из-под прилавка и уложил в неё кольца, свернул, а затем и сонную траву, поданную ему крохотной ручкой, точно принадлежавшему детенышу наги. — Хочу дать вам совет, миледи, будьте на Дитросе осторожнее и не спешите заводить врагов. Ваш рыцарь может быть хорош, но едва ли так хорош, как местные наёмники. — Обнадёживает, — к товару полетели золотые монеты без гербов и с одним только обозначением веса. Наг подхватил одну и попробовал на зуб, всё ещё не уверенный, как трактовать мои последние слова. — Где я могу нанять этих ваших талантливых наёмников? Протягивая свёрток, наг кивнул позади меня, но я не повернулась, чтобы посмотреть, и взяла купленное. Торговец усилил хватку на бумаге, когтём пытаясь зацепить мою руку, но я увернулась и наконец получила товар. — У гостиницы ближе к храму можно найти парочку, — договорил наг, и я бросила ему серебряк. — С вами приятно иметь дело, леди. Свёрток скрылся под плащом. Я первая отступила от прилавка и в темпе потока пошла вперёд, позволяя Авалону напоследок угрожающе посмотреть на нага. Давно я не видела подобных ему, но это было только началом. Место, изначально заселённое исключительно ведьмами и магами, теперь изобиловало многообразием рас: ифриты, гадающие глупцам на будущее, гнолья стража, циклоп, зазывающих к себе в лавку ядовитых сладостей. Мы вырвались на просторную площадь, где после душных торговых улочек народу казалось не так и много, заприметив сразу же и храм, о котором говорил наг и отель. В тенистом переулке возле толпились тени. — Вы правда намереваетесь нанять наёмника? — Теперь придётся. — Госпожа, — мужчина прервал меня. — Что мы ищем? — Вы знаете. — Тогда что вы делаете? — Представление. Я выступила из его тени и направилась прямиком туда, откуда тянуло смертью. Огрона и его приспешников не могло было быть среди них, как и глупо было рассчитывать, что кто-то из здешних мог бы знать или видеть мага чёрного круга и остаться в живых. Всё было бы слишком просто, приди я на Дитрос и получи все ответы легко. А когда неизвестно, откуда начинать, порой проще всё обратить в пепел.