Be the light

Шел десятый день, а Феникс все не просыпался. Обитатели форта смотрели на него с возрастающей тревогой, и когда к вечеру, когда солнечный камень погас, веки Сонхва затрепетали, все выдохнули с облегчением. Омега сел на лежанке, потирая висок, и сонно произнес: -Такая тяжелая голова... Сколько я спал? -Десять дней, - ответил Юнхо, на что Сонхва удивленно к нему повернулся. -Серьёзно? Такое возможно? -Оказалось, что да, - Уен принес ему воды, и омега принялся жадно ее пить. - Мы беспокоились. -Но ты хоть выспался? - не без иронии поинтересовался Чонхо. -Кажется, да, - задумчиво ответил Феникс и поднялся на ноги, пошатнувшись. - Только, кажется, мне нужно поесть. -Садись за стол, - сразу захлопотал Хонджун. Сонхва посмотрел на загороженный проход в коридор, ведущий к другому крылу, и спросил: -А это зачем? -Меры предосторожности, - пояснил Есан. - Бездна совсем рядом. Феникс понимающе кивнул. -Я помню, что слышал ваше обсуждение нападения на развалинах. Я могу сделать завесу на всех проходах. -К сожалению, мы не уверены в том, что даже первородный огонь будет для них препятствием. Но идея все равно хорошая, - согласился с Фениксом Юнхо. - Мы ничего не теряем, а если огонь их остановит, то мы по крайней мере знаем, как нейтрализовать их. -Я не владею мечом, - сгорбился омега. -Значит, если что, будешь держаться за мной или Чонхо, - ответил Есан. Сонхва кивнул, прикрыл глаза и взмахнул рукой - теперь перед перегороженным коридором полыхал огонь. -А вы сможете научить меня? - попросил Феникс. - У меня когда-то был кинжал, но... - его лицо исказилось страданием. - Но я отдал его одному человеку. Давно. -Кинжал я тебе могу дать уже сейчас, - Чонхо подошел к полке, куда они сложили принесенное оружие. - Не идеальный, но рабочий. Вот, - он положил его на стол перед омегой, а затем уселся возле Минги, что уже лежал и казалось, скоро заснет. Сонхва вытащил кинжал из ножен. -Знаете, думаю, сегодня немного вина нам не помешает, - заявил Хонджун и поднялся на ноги. - Уен, пойдем, осветишь мне путь. Есан переглянулся с Чонхо и усмехнулся. А Хонджун, тем временем, тащил Уена в подвал, так, что альфа едва поспевал за ним. -Джунни, ты чего? - спросил альфа, и тот остановился так резко, что Уен врезался в него. Тот огонек, который летел над их головами, дернулся и потух, оставляя их в практически полной темноте. -Молчи, - развернулся тот и повис у альфы на шее, неловко прикасаясь губами к губам. Уен обнял Хонджуна за талию, прижимаясь ближе, и судорожно вдыхая запах душистого табака, такой ясный, яркий, как и сам омега. Целоваться не умел никто из них, но это не умаляло их обоюдного энтузиазма. Альфа оглаживал спину Хонджуна, пытаясь действовать максимально нежно, а вот омега проявлял нетерпение. Он закинул ногу на бедро альфе, заставляя подхватить себя и прислонить к стене, углубляя поцелуй и пытаясь неловко расстегнуть рубаху, что получалось плохо - пальцы от волнения не слушались. Хонджун задыхался, полностью поглощенный тем жаром, что исходил от альфы. Когда омега забрался на него совсем, обнимая ногами за пояс, Уен громко простонал ему в рот, вслед за чем в комнате стало очень светло - десятки маленьких огоньков возникли под потолком. Хонджун прервал поцелуй, шало глядя на альфу. -Джунни, что это ты? - опьяненно спросил Уен, прижимаясь окрепшим пахом к возбуждению омеги, который раскраснелся и опустил взгляд. - Я ни в коем случае не жалуюсь, просто хочу понять. -Я просто... - он облизнул губы, - Я так рад, что тебе теперь не нужно идти на это проклятое испытание, - он обвил Уена руками за шею. Уен снова поцеловал его и потерся пахом о пах, пытаясь расстегнуть штаны. Хонджун скорее помогал, чем мешал, извиваясь змеей в его руках, и замер, стоило альфе провести пальцами между ягодиц. -Хорошо, - быстро кивнул Уен и опустил его на ноги, стаскивая и свои штаны тоже, чтобы обхватить оба возбуждения в кулак. Хонджун стонал ему прямо в ухо, повиснув на шее, и когда омега нашёл его губы и подался бедрами вперед, кончая, Уен излился сам, не в силах сдерживаться. Он обнял едва держащегося на ногах омегу и прислонился к одной из бочек, пытаясь перевести дух. Когда он поднял голову, то увидел, что огоньки под потолком рассыпались искрами, словно фейерверки.