Сказание о Потном Гарри

      Свин-экспресс. Великое достижение волшебной мысли. Его котлы питались свежим драконьим навозом, извлекая из того магическую энергию. Его купе были полны первосортный вшей, тараканов, клопов и ещё нескольких аналогичных, но волшебных видов насекомых. Этим тёплым деньком первого сентября тысяча девятьсот девяносто первого года машинист Дуглас из старинного, но обнищавшего светлого рода Пованивающих, выполнял свою обычную работу — доставлял надежду магического мира в великолепную школу грязи и волшебства Хрюквартс. Дуглас старался не думать о нескольких последних вагончиках, отличавшихся омерзительным чистым блеском и отсутствием характерного благоухания свежего навоза. И напрасно, ведь именно в них сейчас творилась история — Гарри Потный, заняв себе цельное купе, предварительно выкинув оттуда каких-то мелких ничтожеств, решил сходить на разведку в стан врага.       — Узрите явление своего Героя! — пафосно завопил Гарри сразу после того, как очутился в вызывающем омерзение чистеньком купе проклятых любителей пасты и мыла.       Ответом ему была звенящая тишина, что вызвало соответствующую реакцию Избранного:       — Мерзкие чистомаги! Совсем не чтят великого меня! Да они все пособники проклятого пастофила Чистоморта! У-у, время набить пару чистеньких рож… За дело Света! — пафосно воскликнул Гарри, вскинув руку в жесте, за который в магловском мире можно угодить на разговор с полицией, и отправился искать наиболее мерзко пахнущих одеколоном и стиральным порошком выблядков Пожирателей Пасты.       Таковые, а, точнее, таковой, нашёлся в ближайшем купе — наследник старинного рода Малфой, юный Драко, чей отец чуть не угодил в Азкабан за хранение особо мощного запрещённого чистящего средства. Кто-то вякал о его связи с Чистомортом, но расследование ничего не смогло доказать; единственное, что они нашли — то самое чистящее средство.       Впрочем, даже так семейство Малфой не было любимо в магическом мире — в конце концов, они не были добропорядочными грязнулями, чистили зубы и принимали душ каждый день! В чём прямо с порога и не пременул обвинить ввалившийся в чистенькой купе Гарри:       — Мерзкий выблядок Пожирателя Пасты! Что, начистил свою омерзительно белую рубашку, надушился одеколоном и думаешь, что сможешь избежать правосудия? Не тут-то было! Получай! — произнеся пафосную, как ему казалось, речь, Гарри атаковал ошарашенного Драко прямым неуклюжим ударом кулака, сопровождаемым потоком грязи, взметнувшимся с его, с позволения сказать, одежды. Впрочем, и то, и другое было поглощено на миг вспыхнувшим белым сиянием личного защитного барьера. Грязь же, упавшая на пол, мгновенно исчезла под воздействием наложенных на весь вагон чистящих чар.       — Чистомагия... — злобно проскрежетал Избранный. Его глаза с ненавистью уставились на юного наследника рода с крайне бесящим большую часть волшебного мира девизом «Чистота всегда одержит победу». Не раз и не два Малфоев требовали изменить столь отвратительный девиз на что-то более нейтральное, но законным путём надавить не могли и, злобно плюясь, отступали.       — Да вы все тут преступники и пособники злобного шампунелюба Чистоморта! Вас всех надо кинуть за решётку, а лучше казнить! — продолжил мысль Герой-с-помойки.       — Так… я полагаю, мистер Потный? — наконец, отойдя от подобного неслыханного хамства, снизошёл до ответа юный Малфой, — Мистер Потный, крайне невежливо вот так врываться в купе и сходу нападать, разбрасываясь голословными обвинениями! У вас есть какие-либо доказательства? — холодно поитересовался мальчик. Голос юного мага был полон достоинства и нескрываемого презрения, на лице играла снисходительная усмешка. Драко и не пытался скрыть своего отношения, что немедленно ещё больше выбесило самопровозглашенного Спасителя Мира:       — Доказательства? Какие, в жопу, доказательства? Только что моя великолепная грязь исчезла с этого мерзкого чистенького пола! Это чистомагия! Это...       — Абсолютно законно, мистер Потный, — холодно перебил самоназванного «великого волшебника» юный маг, — К вашему сведению, мистер Потный, запрещенными являются всего три заклинания, называемые «непростительным», а именно: Авокадо Клензин, сильнейшее из известных очищающих на данный момент; Куруциос — заклинание медленной чистки, считающееся в среде так называемых «добропорядочных магов» худшей возможной пыткой и, наконец, Империус, в России более известный как Проклятие Мойдодыра — ментальное заклинание, заставляющее соблюдать правила гигиены. Обычные чистящие заклинания, в том числе автоматические, вроде тех что наложены на этот и иные аристократические вагоны, не запрещены, хотя и «не одобряются». Но лично мне глубоко безразлично осуждение какого-то грязного плебса. Я люблю чистоту и не собираюсь этого стыдиться! — после этих слов Драко высокомерно улыбнулся, обнажив ряд омерзительно белых, здоровых и так и воняющий пастой зубов. — Надеюсь, я в полной мере развеял ваши заблуждения, мистер Потный, и впредь вы не будете кидаться беспочвенными обвинениями. А сейчас прошу удалиться из данного купе — для подобных вам и так отведена большая часть состава, — холодно хмыкнув, юный наследник демонстративно отвернулся от шокированного Избранного, давая понять, что диалог окончен.       Тем временем Гарри слушал поганого выкормыша Пожирателя Пасты и глаза его наполнялись всё большим и большим ужасом. Мало того, что три непростительных были воистину кошмарны — до сего момента он и предположить не мог, насколько ужасны эти заклятия, так ещё и оказалось, что вся остальная чистомагия вполне законна. Мальчика настиг катарсис, он понял: время взять власть в свои руки и спасти добропорядочных грязнуль от гнёта проклятых любителей мыла! Преисполнившись вдохновения, Гарри, не прощаясь, стремительно удалился в своё купе, предаваться тяжёлым думам о свержении некомпетентного правительства.