Слава князю и дружине слава!

–Газеф! — окликнул я главу отряда — Да? — спросил меня он; –Прежде чем идти в атаку, давай обсудим тактику — Газеф кивнул мне, мол, излагай: чего ты там накумекал; –Смотри, ты со своим основным отрядом атакуешь и их в лоб, то время я с небольшим количеством людей ударим по их флангу — капитан внимательно выслушал меня, когда я закончил, он сказал — Бить по флангам опасно, так как там много заклинателей, они легко заметят вашу авантюру; –Заклинатели? — спросил я непонимающие. "Как это возможно? Погоди-ка, или здесь подвох?" –Да, заклинатели, в ваших землях разве нет подобного? — спросил он меня. Но не успев ответить, как тут он продолжил — Интересно, такое большое количество заклинателей может быть только у Теократии Слэйн... Скорее всего они явились по мою душу. Я промолчал. Я не мог поверить в подобное. Нет-нет, это не шок для меня, просто – это всё звучит через чур абсурдно. Войско было готово к битве. Газеф строил боевые порядки. Мне выдали коня, и я с отрядом из пятнадцати расположились на левом фланге, отдельно от остальной дружины. Завидев наши действия, ворогъ тоже начал что-то делать – не знаю что именно, в колдовстве не разбираюсь. Наступил важнейший час – капитан отдал команду атаковать: –Вперёд! Убьём их! — прокричал Газеф и тут же вся армия на всём скаку устремилась на врага, кроме моего отряда, который поскакал за мной в строну, дабы обойти противника. Сразу вспомнил это чувство, которое является в бою: "Жизнь в мире мне не дорога: Не любо есть мне, пить и спать. Люблю я крикам «На врага!» И ржанию коней внимать Пред схваткой боевой" – эх, люблю стихи этого франка. Кажется основное войско вступило в бой, я слышал: крики, ругань и чуть слышный стук железа. Мой отряд уже направил свои копья на врага и скакал на него, но противник позаботился о тыле и выставил... Э-э, ангелов? Господи, помилуй. Мы врезались в них копьями, сломав древки, "ангелы" исчесли, не успел я обрадоваться, как тут же появились ещё. Я украдкой взглянул на основой отряд, от него осталось незначительное количество человек – дело запахло греческим огнём. Вдруг по моему щиту прилетел удар от одного из "ангелов", тем самым сломав его, но не это было страшно – действительно было страшно, когда я нашёл себя летящим в сторону. Видимо удар был настолько сильным, что меня с коня сбросили. Я больно упал на землю, доспехи приукрасили падение яркими ощущениями. Подняв голову, я посмотрел на свой отряд: я увидел, как эти отродья насаживают последнего моего вояку на подобие меча, но из света. Потом я посмотрел на Газефа: тот из последних сил отбивается от чертей. Тут у меня закружилась голова, не в силах её больше держать своей шеей – я уронил её. Веки начали закрываться. Снова тьма... –Очнись, воин! — сказал знакомый голос. Перун? — Очнись, Воислав! Я оклемался. Вокруг будто всё замерло, надо мною стоял Перун. –Снова ты? Как неожиданно, — сказал я, с саркастичным тоном; –Я пришёл к тебе, чтобы сообщить о твоей скорой смерти. В очередной раз, — сказал Перун, никак прореагировав на мой сарказм, — Меня очень развлекли твои отважные действия, и я решил дать тебе второй шанс. Я тебе дам моё благословение, чтобы ты победил врагов. Взамен я хочу чтобы ты сделал в этом мире что-то великое; –А если соглашусь, но условия договора выполнять не буду? — спросил я у Перуна –Я лишу тебя твоего достоинства, — меня это очень напрягло, лучше умереть, чем без определённого органа; –Хорошо, я согласен, но что это за благословение? –Увидишь сам. Но эта способность будет незаменимой в этом мире, — ответил мне Перун, и исчез, а я вернулся в реальный мир.