Мне другом ты не был, и не был врагом

—И в этот момент выходит Нилу, выполняя свою часть плана. Они даже подумать не успеют,—кивая в сторону девушки, Хайтам скрестил руки на груди, опираясь спиной о стену. Его пронзительный взгляд смотрел на танцовщицу и не обращал никакого внимания на присутствующего в помещении генерала. —Это слишком рискованно. Нужно придумать другой план,—словно отрезал острием кижала, произнес Сайно, недовольно смотря на секретаря. Почему его планы всегда столь рискованы? И почему он столь самоуверен? Это раздражает и создает о стоящем неподалеку не самое лучшее впечатление. Действительно ли он так умен, как говорят? Действительно ли способен продумать план действий до мельчайших деталей? —Риски такие же, как и в любых других стратегических ходах. Да и только так мы сможем добиться нужных результатов. Или ты можешь предложить что-то другое на замену? Буду рад тебя послушать,—взгляд медленно переплывает на обладателя электро глаза Бога, заглядывая тому в недовольное лицо. —Я уже говорил, как именно вижу ситуацию, но ты проигнорировал мою точку зрения, даже не рассмотрел мои предложения, а сейчас ещё и пытаешься выставить меня глупцом. Какой интересный способ самоутверждения,—делая максимально отстраненный вид, матра сдерживал порывы показать свое недовольство. Любопытно, с какой силой нужно въехать придурку по лицу, чтобы он наконец понял, как лучше себя не вести? Или его уже не исправить? Нет, бред. При желании можно исправить кого угодно, даже этого упертого и самодовольного барана. —Стараюсь не обращать внимания на глупые идеи, уж прости,—пожимая плечами ответил мужчина, отталкиваясь от стены и подходя к молчащей все это время девушке. Протягивая ей капсулу мудрости, он почувствовал на себе злобный взгляд, чуть приподнимая брови и непонимающе смотря в сторону напарника. Тот, кажется, готов был взорваться. —Откуда это у тебя? И какого черта ты не предупредил меня о том, что носишь с собой капсулу мудрости?!—сдерживаясь, лишь бы не сорваться на крик, генерал сжал кулаки с такой силы, что заболели костяшки. Взгляд неотрывно буравил чужие глаза, словно пытаясь выжечь всю бирюзу, превратив её в золотистую пустыню. У них ведь был договор, и он не выполнил свою часть! И как с ним вообще можно работать? Как можно доверять? —Без этого у нас ничего не выйдет. Выдохни. В ней нет никаких запретных знаний, можешь проверить на себе. И пора бы тебе запомнить, что ради достижения целей нужно чем-то жертвовать, даже собственными принципами,—все то же безразличие в чужом голосе бесило генерала все сильнее. Неужели этому идиоту было настолько плевать на уговор? Неужели он так спокойно может предать кого угодно ради того, чтобы достичь новых высот? Какой же он мерзкий. Даже смотреть на него не хочется. Он явно не знает, что такое верность и преданность. Не знает и о чести. Такие люди и рядом с махаматрой стоять не должны. —Ты сейчас же отдаешь капсулу мне, иначе тебе лучше научиться телепортироваться,—холодно и спокойно настолько, насколько это возможно в данной ситуации, произносит Сайно, делая шаг вперед и бегло оглядывая Нилу, которая, кажется, начинает волноваться. Переминаясь с ноги на ногу, она нервно сглатывает, чуть отступая. Ну вот, совсем не хотелось бы втягивать её в очередную сцену, но что уж здесь поделаешь. Заимев связи с клоуном, будь готов к его представлениям. —Я не отдам её никому, а использую во благо большинства. Не думай, что сможешь меня остановить, слишком долго я вынашивал этот план, ты не посмеешь,—делая шаг в сторону танцовщицы, мужчина протягивает к ней руку со светящейся зеленым капсулой. Его взгляд излучает уверенность, успокаивающую рыжеволосую представительницу прекрасного пола, именно поэтому она протягивает пальцы в сторону доселе неизвестного предмета. —А ты не посмеешь заставить меня пойти против собственных принципов, отказываясь от установок. Отойди, иначе будешь целовать пол этого Базара. И советую сделать это как можно скорее, ты должен знать—я не шучу,—раздумывая, как обезвредить Хайтама, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания, матра решил не использовать оружие, а положиться лишь на силу элемента, полученного Богами. Он уверенно шагнул вперед, выставляю руку и практически касаясь ею конечности секретаря. Тот, в свою очередь, молча смотрел на все эти действия, неодобрительно насупившись. Он не готов был мириться с происходящим точно также, как и уступать этому низкорослому тирану. —Может, мы спросим у дамы, что она думает по этому поводу?—пытаясь переманить Нилу на свою сторону, обладатель бирюзовых глаз даже не поморщился. Слишком уж привычным для него были не самые приятные и честные методы достижения целей. Некоторые называли таких людей крысами, многие—слизнями. Как жаль, что ему было все равно на то, что думают остальными. Главное—образ самого себе в голове, все остальное—ненужный шум, мешающий идти вперед. —Не делай вид, что ты заинтересован в чужом мнении. Ты—чертов эгоист, думающий лишь о себе. Ты можешь ей наплести много всего о плане, заверить, что рисков почти нет, либо же воодушевить геройствами. Только вот это бесполезно—она получит капсулу только через мой труп, так что отдай запрещенный предмет мне, имей хоть грамм совести,—смотря из-подо лба на ненавистника, матра готовился к рывку, продумывая каждое свое движение. —Не хочу вас прерывать, но я думаю, что…,—слова, словно спусковой крючок, заставили генерала действовать. Он сделал резкий выпад вперед, с силой ударяя руку Хайтама, а после слыша характерный звук упавшего и покатившегося кристалла. Быстро подбегая к нему, мужчина схватил заветный предмет, немедля пропуская сквозь него несколько зарядов электричества. Треснув, зеленый кристалл разлетелся на миллиарды осколков, а металлическая оправа, с силой брошенная в стену, покатилась куда-то в угол. Не сразу поняв, что произошло, секретарь громко выдохнул, со злостью смотря на махамтру. Он готов был придушить того, ведь только что он собственноручно погубил важные знания. И разве имеет он такие полномочия? Стоит потом поискать в архивах Академии информацию об этом. А сейчас нужно срочно придумать план «Б»—времени совсем мало. Настолько, что даже придется стерпеть произошедшее. Только вот мозг отказывается соображать, ведь его накрывает пеленой ярости и ненависти. Он ненавидит. Ненавидит недалекого напарника. Ненавидит судьбу за то, что связала их двоих странными узами. Ненавидит. Отходя в дальний угол, Аль-Хайтам сел на землю, продолжая с укором смотреть на Сайно, который, в свою очередь, хмыкнул, становясь в противоположном углу помещения и сверля взглядом обладателя платиновых волос. Так ему и надо, его ведь предупреждали. Да и вообще, откуда у него столько запрещенных предметов? Кто является поставщиком? И почему никто не знал о подобном роде деятельности столь подозрительного человека? Нужно будет дать матрам наводку. Танцовщица, наблюдающая за всем происходящим словно во сне, начинала чувствовать, как воздух покидает кислород. Этот нужный газ быстро улетучивался, словно пузырьки в кипящей воде. Его место занимало электричество, незримое, но сильное. Оно перебегало от молекулы к молекуле, передаваясь на кожу и слегка щипля ту. Казалось, словно между двумя взглядами вот-вот возникнет молния, а после раздастся оглушительный раскат грома, но ничего не происходило. Атмосфера давила уже не только на легкие, но и на все тело, заставляя прилагать усилия, чтобы стоять. И зачем она вообще согласилась на все это? Зачем решила поучаствовать в этом плане? —Мне кажется, нам всем нужно успокоиться,—наконец выдавила из себя Нилу, пытаясь звучать беззаботно, как и всегда. Получилось не очень. —Я абсолютно спокоен,—одновременно отозвались мужчины, переглядываясь и вмиг отворачиваясь. Обоих просто трясло от испытываемых эмоций и кривило от мерзости происходящего. Хоть что-то у них было взаимное. Столь сильная ненависть и отчужденность друг от друга придавала странные силы, медленно превращающиеся в нездоровое влечение и даже азарт, сыграющий в свое время главную роль. В этот момент последние молекулы кислорода покинули натренированные легкие лучшей участницы театральных постановок. Она рвано выдохнула, идя в сторону торговцев и на ходу оправдывая свои действия: —Поговорим чуть позже, сейчас меня ждет один знакомый. Я уже слышала его голос. Буду с нетерпением ждать детали нового плана, до встречи,—не давая знакомым вставить хоть слово, Нилу быстро выскочила из скверика, направляясь в самое людное место и стараясь отдышаться. Какая же гнетущая, но при этом чарующая атмосфера повисла между этими двоими. Кажется, за их ненавистью таится нечто большее. Может, страсть..? Бред, разве может быть такое?