Страшно прекрасен

Только я расслабился, что никто, как и раньше, не обращает на меня внимания, как вдруг… — Пойдём вместе в столовку. Я окинул взглядом Оскара, посчитав его сумасшедшим. Но опустил глаза как можно скорее, чтобы поберечь своё психическое здоровье. К сожалению, он не смог оценить этот взгляд. Сидевший рядом Костя заёрзал на стуле. Кажется, ему стало неловко. — Ну? – настаивал принц. Поняв, что нормальных слов из моих уст не выйдет, я нашёл новый способ коммуникации. Я наклонился к уху Кости и прошептал ему свой ответ. Тот покосился на меня, затем вздохнул и сказал: — Он отказывается. — Почему? – незамедлительно прозвучал новый вопрос. Я повторил сие действие. Костя закатил глаза. — Потому что не хочет. — Почему ты прямо мне не скажешь? Что за ребячество? Я задумался над ответом. Не подозревал, что говорить через кого-то так просто. Можно высказать все, что думаешь, ведь не тебе потом это произносить. И вот собрался снова передать ответ через своего драгоценнейшего друга, как тот оттолкнул меня и вскочил. — Так, знаете что? Разбирайтесь сами! И ушёл, оставив меня наедине с принцем университета. Смотря вслед Косте, я поставил крест на нашей дружбе. Как он мог так со мной поступить? Ведь я знал, что сейчас будет. А будет очень и очень плохо. Не потому, что теперь придётся напрямую говорить Оскару о своих далеко не льстивых мыслях. Медленно подступала паническая атака. Пульс учащался, дышать становилось тяжелее. Оставались считанные секунды до того, как я забуду, как вдыхать и выдыхать кислород. Я встал на ноги, чтобы выйти на свежий воздух. К тому же, не хотелось привлекать к своей персоне внимание. Если люди меня окружат, так и помереть недолго. И вот оставалось всего чуть-чуть до заветной двери из душной аудитории, как меня схватили за руку и потянули назад. Такую оплошность совершил сам виновник моих страхов. Паника усугубилась. Всё. Позор мне на всю оставшуюся жизнь. Можно забирать документы и возвращаться в родной город. Я не мог дышать. Начал задыхаться, махал руками, но это, конечно же, не помогало. Требовался пакет, желательно бумажный, который лежал у меня в рюкзаке. Для этого надо было вернуться на свое место, а я сильно сомневался, что был способен что-либо сделать. Голова кружилась, руки тряслись, и я ничего не мог сообразить. Судя по тому, что меня никто не трогал, Оскар, скорее всего, остолбенел. Раз уж всё равно всё пошло к чертям, я посмотрел ему в лицо. О да. Синие глаза округлились, губы приоткрылись. Он был, мягко говоря, растерян. Одногруппники подбежали к нам. Они мигом окружили меня, но никто ничего не делал. Ни один из них не понимал, что со мной происходило. Если бы мог, усмехнулся бы. Мое лицо они не видели, зато хорошо было слышно мои попытки сделать вдох. — Вызовите скорую! – закричал кто-то. Ребята засуетились. Глупцы. О гипервентиляции, я так полагал, они не слышали. Решили, что я сейчас откину тут коньки. Я попытался попросить пакет. Уже неважно, какой они отыщут. Только из моих уст ничего не выходило. — Отошли все! Да дайте пройти! Толпа расступилась, и ко мне подошел самый строгий юноша из моей группы – Дима. Кстати, на мой взгляд, он был не просто утонченный, а прекрасный. Восхититься я не мог в силу своей фобии, потому страх мой усилился, когда я сообразил, что он подошел помочь. В руке у него был бумажный пакет. Юноша протянул руку, чтобы убрать мои волосы, однако остатки разума у меня ещё сохранялись. Без тени благодарности я вырвал у него пакет и скрыл его под своими волосами. Жадно начал дышать, зная, что это затянется как минимум минут на пятнадцать. Поэтому, не убирая от лица пакет, я вышел из аудитории. В коридоре меня сопровождали взгляды студентов. Некоторые подходили и предлагали помощь, но я проявлял грубость и отталкивал их. Хотелось одного – выйти на свежий воздух. И через несколько грёбаных минут, показавшихся мне адом, я оказался на крыльце. На улице мне стало значительно лучше. Сердцебиение нормализировалось, самостоятельно дышать тоже начало получаться. Вскоре я убрал пакет. Зажмурил глаза и вновь открыл их. И чуть не подскочил от испуга. Передо мной стоял Костя. — Эй, дружище, - встревожено произнес он, - ты в порядке? Я кивнул. — Что это было? — Гипервентиляция, - мрачно ответил я. — Ну, да, Дима тоже так сказал. Он говорит, возможно, ты социофоб. Хотя сам я тоже об этом догадывался. — Социофоб? — Ну, знаешь, те, кто боятся людей… — Святые угодники, я знаю, кто такой социофоб! – раздраженно воскликнул я. – Но дело в том, что я не боюсь людей. Почти. — В смысле? Я окинул взглядом Костю. Наверное, он имел право знать о моей фобии. А не то так и будет неправильно меня понимать. — Я боюсь красивых людей. — А? Да, я никогда не сомневался в интеллектуальных способностях моего друга. Особенно убедился в этом сейчас, когда он изобразил такое дурацкое лицо. Ему, кстати, шло. Злиться после этого на него не хотелось. Поэтому, сдерживая смех, я повторил ранее сказанное. — Боишься красивых? Это вообще как? — То, что ты сейчас видел – один из симптомов. Костя почесал голову. Затем поправил очки и, нахмурившись, уставился на меня. — Оскара, что ли, испугался? Мне не понравилась такая формулировка. Но, по сути, он был прав. Принц пугал меня своей красотой. — И… - продолжал Костя, - получается, я урод? Ой, неловко вышло. Хотя, я знал, как выкрутиться. Лица же моего он до сих пор не видел. По сравнению со мной он мог бы выиграть конкурс красоты. Поэтому, тяжко вздохнув, я убрал волосы с лица. Как и ожидалось, Костя уставился на меня огромными выпученными глазами. — Кажется, я всё понял, - произнес он. — Вот-вот, - вздохнул я и обратно опустил волосы, чтобы не пугать его ещё сильнее. — Покажи ещё раз. — Нет, хватит с тебя. Не хочу разрушать твою психику. — Да брось! Я вздохнул ещё раз и убрал патлы. Стало некомфортно, когда Костя внимательно начал изучать моё лицо. — У тебя глаза интересные, - задумчиво произнес он. – Такие огромные и чёрные. Жутковато, конечно, особенно если увидеть такое ночью. Ты больше походишь на труп, чем на человека. Тебе бы призраком в фильмах сниматься. Второй человек предлагает мне в ужастик податься. Как же это мило! Надо бы выслать фото в различные кастинги на подбор актёров в ужастик, авось повезёт. Хоть где-то использую свое лицо, а то так и останется под волосами. — Посмотрели и хватит, - вновь скрыл свою рожу. — Не повезло тебе с внешностью. — Я привык. — Вернемся к твоей фобии. Как давно?.. — Не знаю, возможно, пару лет назад она проявилась. Точно не помню. Как вижу, так всё. Хорошо, что сейчас хоть не блеванул. — А лечиться не пробовал? — Ну нахуй. Пойдём, свернём, курить хочу. Сигареты взял? — Ага. Мы обошли университет, и пошли к курилке. Там я встретил нежеланную личность – Богдана. Он стоял один и тоже курил. Пара, скорее всего, уже началась, а он не торопился грызть гранит науки. Увидев его, я почти что передумал курить, но, к моему несчастью, он уже заметил нас. На его лице появилась довольная лыба. Он помахал нам. Костя направился к нему. У меня не оставалось выбора. Надеялся лишь, что он за выходные забыл о том, как выглядит моя морда. Ведь тогда он ещё и был пьян. — О, Авелюшка, сколько лет, сколько зим, - приветствовал он меня. Я не стал ему отвечать. Взял сигарету у Кости, а прикурить дал Богдан. Хотя я его об этом не просил. — Я видел тебя во снах. В кошмарных снах. Костя удивленно посмотрел на меня. Я вздохнул, сам уже не зная, в который раз. Богдан помнил. К великому сожалению. Я убрал свои волосы. Парни с непривычки вздрогнули. Но быстро взяли себя в руки. — Жуть, - хихикнул Богдан. – Знаешь, тебе бы пакет на голову надеть. Волосы твои тоже пугают. Я знал, что в этой ситуации лучше промолчать. Физически я не был силен, хотя с Богданом мы были одного роста. Только вот он был шире и крупнее меня. С одного его удара я могу впасть в кому. Поэтому лучше не провоцировать конфликт. Я попытался быстрее докурить. Понятия не имел, как вернусь обратно в аудиторию. В первый день свалился в обморок, а сейчас, с их точки зрения, чуть не умер. Все сложат одно с другим и придут к выводу, что я смертельно болен. От этого они окружат меня своим вниманием. И тогда я точно свалю отсюда. Желательно, в другую Галактику. — А вы почему сейчас вышли курить? Пара то уже началась. — Да Авелю плохо стало. Вот и вышли подышать воздухом. — Что это с тобой? — Голова закружилась, - бросил я, надеясь, что ему не расскажут о случившемся. Чую, что после этого он начнет активно стебаться надо мной. А если, упаси Господь, узнает о моей фобии, то пиши пропало. Тут уже другая Галактика не спасет. Лучше пусть бьют и оскорбляют, чем ежедневно стебут мою внешность и страх. — Могу дать таблетку, - любезно предложил он. — О, нет, спасибо. Мне уже намного лучше. — Вот вы где! Мы втроём подскочили от неожиданности. Тяжело дыша, к нам подходил Оскар. Я хотел скрыть своё лицо, но мои руки перехватил Богдан. На его лице сияла улыбка. Нехорошая такая улыбка. Он явно задумал напугать принца, только вот не знал, что с моим лицом Оскар уже был знаком. Тут уже не получится того эффекта неожиданности, который был в первый раз. К моему лицу можно и привыкнуть, между прочим. Соседи же мои как-то до сих пор живут со мной. Однако Оскар все равно отреагировал также, как в первый раз. Он замер и во все глаза смотрел на моё лицо. Я же пытался не смотреть на него, а то и так уже становилось хреново. Пульс, к примеру, участился. Богдан, всё ещё державший мои руки, удивленно посмотрел на них. Кажется, он понял, что мое спокойствие рушилось. — Т-ты как? – спросил меня Оскар. Я умоляюще посмотрел на Костю. Мой безмолвный зов он понял. Значит, не такой уж и тупой, как я думал ранее. — Он в порядке. Оскар посмотрел на Богдана и его лапища, которыми тот держал мои руки. — Что тут у вас происходит? Богдан внимательно смотрел в лицо Оскара. Кажется, он не увидел то, чего хотел. Парень отпустил меня и разочарованно вздохнул. — Пойду-ка я на пару. А ты, Авель, подумай над моим предложением. Ну, насчет пакетика. Хихикнув, он ушел. Костя встал рядом со мной. Видимо, боялся, что сцена в аудитории повторится. — О каком предложении говорил Богдан? – полюбопытствовал принц. Я посмотрел на Костю, мол, объясняй. — А, он сказал, что Авелю лучше ходить с пакетом на голове. Оскар принял задумчивую позу. — Хоть я его и недолюбливаю, но мысль неплохая. Злость часто помогала мне справляться с фобией. Вот и сейчас я смог смело сказать то, что хотел. — Да идите вы к чёрту! Скрыл свое лицо под патлами и собрался уйти восвояси. Костя собрался идти следом, но меня уже перехватила рука Оскара. Костя надолго рядом не задержался. Он прошептал мне: «Буду ждать на паре», и был таков. Мы с Оскаром остались одни в курилке. В принципе, было бы неплохо, если бы я его облевал. С ног до головы. А потом вспомнил, что не завтракал, и на голодный желудок вряд ли что-то подобное выйдет. Опечалился. — Хочу поговорить с тобой. Принц отпустил меня. Я стоял с опущенной головой. Всё, что мне нужно делать - это не смотреть на него. И хоть я старался, сердце всё равно бешено билось, а дыхание снова участилось. Чёрт подери! — Ты социофоб? Может признать этот диагноз? Кивнуть головой, и пусть считают меня социофобом. Там, глядишь, и приставать не будут. Это они уж точно легче воспримут, чем информацию о том, чего я боюсь на самом деле. Боязнь людей – достаточно распространенная фобия. А вот боязнь красивых людей будет восприниматься скорее как какое-то извращение. Но, неожиданно для самого себя, я отрицательно помотал головой. — А что тогда? Действительно, что? Как сказать ему, что он чертовски прекрасен, и это пагубно влияет на мою психику? — Авель? Дьявол, он всерьёз ждал от меня ответа. Но сказать что-либо я так и не смог. Мысли путались, я начинал потеть. Я больше не мог так долго стоять возле этого красавца. Надо было бежать. Так, принц больше не держал меня за руку. Значит, надо оттолкнуть его и сваливать. Далеко и надолго. — Тебе опять плохо? – Оскар схватил меня за плечи и встряхнул. — Пусти! – в ужасе воскликнул я. — Нет уж! Пока не дашь мне ответа, не пущу! А затем он сделал кое-что похуже. Обнял меня, при этом сказав: — Бог ты мой, обнимаю страхолюдину. Не выдержав всего этого, мой мозг отключился. Очередной проклятый обморок.