Лунный узор

Уэнсдей пришла в себя в больничной палате. Мозг отказывался вспоминать события прошедшей ночи, поэтому девушка решила оставить раздумья на потом. Села на кровати и удивлённо заметила, что в палате есть кто-то ещё. Этим "кем-то" оказался юноша в смешной пижаме с мишками. Его глаза были закрыты, и по размеренному дыханию можно было понять, что он спит. Волосы короткими волнами струились по подушке. - Ксавьер... - с улыбкой прошептала девушка. На цыпочках подошла к кровати и устроилась рядом на стуле. Стала мягко гладить его голову, перебирая светло-каштановые пряди волос. Его ресницы задрожали и вот она уже плыла по течению в его зелёно-сверкающем омуте глаз. - Уэнсдей... - прошептал он. - Всё закончилось. Я убил его. Теперь никто не посмеет обидеть тебя. - Дурачок... Ты же очень-очень рисковал! Он поймал её руку и прижался к ней губами. - Но и ты рисковала тоже! Я вообще не представляю, как ты продержалась столько дней в этой мрачной пещере! - У меня было насыщенное детство - улыбнулась та. Ксавьер вдруг заметил, что от прежней холодной Уэнсдей не осталось и следа. Рядом с ним сидела живая и настоящая Уэнсдей. Такая, какой она всегда была, но не решалась показаться людям. - Знаешь... Я так рад, что ты... со мной. Будь со мной всегда, Уэнс. - Обещаю - она наклонилась и невесомо поцеловала его. - Ты такой смешной в этой нелепой пижаме! - смеясь, проговорила девушка, отстраняясь. - На себя посмотри! - с притворным негодованием воскликнул молодой человек. - У тебя вообще пижама с единорожками! Аддамс оглядела себя. Мда, ну и вид у неё... Заглянувшая проведать больных медсестра стала свидетелем нового взрыва хохота, который заставлял молодых людей корчиться на постели. ... Через две недели академия Неверомор оканчательно вернулась в нормальное, статистическое положение. Все страсти улеглись, и в конце концов сплетницы нашли более интересную тему для обсуждения, чем отношения Ксавьера и Уэнсдей. Торп и Аддамс теперь всегда были вместе - в школьной столовой, на уроках, прогуливаясь по многочисленным дорожкам запущенного сада. Они ощущали, как прочная нить, ранее соединившая их сердца, объединила души. Они были счастливы. Она нашла своё истинное счастье рядом с ним. Рядом с ним она могла не притворяться. Рядом с ним она могла быть настоящей. Она научилась испытывать эмоции и чувства, не пугаясь их проявления. А он... он просто до сих пор не верил в то, что она любит его. Что они вместе. Но одно он знал точно : Она - его судьба.