Проклятый рай!

Сначала набралось немного желающих: Лёша, Макс, Артём, Петя, Маша, Света, Лена и Наташа. Кристина, как и многие другие, не хотела участвовать в этом всём. Во-первых, учить тонну текста, во-вторых, нужно мастерить и активно участвовать в постройке декораций и, в-третьих, Настя не участвует. У Ситниковой были свои причины не играть. — Насть, а ты чего сидишь? У ребят там подготовка кипит полным ходом. — обратилась к ней Дворникова. — Ольчик, а кому я там нужна? Да и это задумка Лёши, он по-прежнему не идёт со мной на контакт, не думаю, что обрадуется меня видеть. — Настюша, может, он так хочет загладить свою вину? Подойти стесняется, а спектакль хороший шанс возобновить общение, как будто ничего и не было. — Ладно, уговорила, пойдём посмотрим, чем они там заняты в актовом зале. Любовь Васильевна, можно войти? — спросила она у классного руководителя. — Конечно девочки заходите, мы сейчас как раз о ролях думаем. Поскольку желающих набралось мало, то я думаю, что одним и тем же придётся играть по несколько ролей. — произнесла учительница истории. — Да, мы, делая декорации, часто обсуждали, кто кем будет. И я думаю уже пора роли учить, а то время бежит, уже восьмое число, туда-сюда и Апрель пролетит. — сказал Сорокин. — Так, Лёша, твоя задумка — тебе слово, — обратилась Любовь Васильевна к ученику. — Ну, я хочу сыграть Одиссея! — О, красава, тогда мы с Тёмой будем греческими царями! — заявил Максим. — Ну, я тогда Менелай! — произнёс Иванов. — Замётано, я Гектора играть буду! — подытожил Шелестков. — А я? — возмущённо спросил Петруха. — А ты, — начал отвечать Сорокин, — будешь Парисом, Циклопом, и морским чудищем! Настя ожидала, что роль Пенелопы достанется ей, но тут Лёшка заявил: — Так, Света, Маша и Оля предлагаю вам быть нимфами. Лен, ну а ты тогда саму себя будешь играть. — Кого это? Елену Прекрасную? — Да нет! Калипсо, коварная морская богиня! Наташа, ну, а тебе тогда быть фрейлиной этой богини. В трудах и репетициях прошла эта неделя апреля, ребята доделывали последние декорации и вовсю разучивали роли. Только две основные женские роли были не задействованы. Как-то на одной из репетиций Настя поинтересовалась у Алексея: — Лёш, а про меня ты забыл? У нас вроде самые смачные роли остались. — улыбнулась Анастасия. — Мне кого играть? — девушка надеялась, что он ответит Пенелопу, ведь их общение за эту неделю улучшилось. — Да, ещё Цирцея осталась. Насть, наверное, тебе придётся играть злую ведьму. — Спасибо, Лёша! — Так даже грим не нужно наносить! — засмеялся Пётр. — Да, пошли вы! — выбежала девочка из класса, а за ней и Оля. — Настенька, стой! — крикнула ей подруга. — Оль, ну почему он так со мной? Сам говорит: «люблю». И тут же игнорит и прилюдно унижает. Если этот спектакль для меня, как ты говоришь, тогда я должна играть Пенелопу, жену Одиссея! — Тихо, не плачь, родная! — Эта Ленка, тварь, все карты мне перемешала… Так всё хорошо складывалось… Я то что ему плохого сделала? Всё, достал, не буду больше играть, сами пусть, как хотят! — Ты не вытянешь четверть даже на четвёрки. На второй год хочешь остаться? — Плевать! Завалю экзамены, пойду к мамке работать… — Ты горячку не пали, зачем отказываться от халявных отметок? У актёров много привилегий: и с уроков отпускают, и за поделки пятёрки ставят. Поэтому вживайся в роль Пенелопы, обещаю, ты именно её и сыграешь в спектакле. — Спасибо, Ольчик! — Настя, обняв одноклассницу, вытерла слезы, а после вернулась ко всем. — Насть, мы не хотели тебя обидеть, — начал оправдываться за всех Тёма, — всегда есть хорошие и плохие роли. Вот я буду Менелаем, а он умрёт первым. Петька циклопом будет, в лобешник вообще получит от Одиссея! — Спасибо, ребята! С четырнадцатого апреля Алексей пытался уговорить Кристину участвовать с ними в спектакле, но Поляковой это было неинтересно. Так на две главные женские роли никого не было. Двадцать первого числа, во вторник, произошло неожиданное пополнение. Видя, как на репетициях кипит работа, за которую ставили оценки, Виктор решил тоже участвовать. — Любовь Васильевна, можно к вам? — постучался он в актовый зал. — Да, Витёк, заходи, чего хотел? — спросил Лёха. — Помочь хотел! Вы пытаетесь продемонстрировать эпический эпизод истории тремя людьми? Вот, я ещё коллектив собрал! — Молодец, Блинников! — похвалила его классный руководитель. — Заходите ребята, нам помощь как раз кстати. Так, вместе с Виктором к спектаклю присоединились оставшиеся пять мальчиков и три девочки. Вновь началась делёжка ролей. Хоть пополнение рук помогло в сооружении декораций, девиз парней был: меньше слов — больше дела! Александр захотел играть циклопа Полифема, именно ему пришла идея со стремянкой. Витя предпочёл роль Менелая — фигура важная, половину спектакля он будет на сцене, есть бой на мечах. Артём остался без роли. Поскольку Алексей ценил Иванова больше чем Шелесткова, то предложил другу играть Париса. Тёма со всей скромностью пытался отказаться от роли, ведь нужно было выучить много текста. Но у Алексея получилось на роль Елены Прекрасной уговорить Наташу, узнав это, Иванов сам захотел быть Парисом. Хотя Зудько и не умела нормально танцевать, она очень старалась, тоже самое можно было сказать и о Артёме, парень всячески боролся с заиканием. Вскоре Полякова поняла, что никто ей не поможет с ближайшими контрольными. А поскольку Станислав Михайлович за хорошее завершение года обещал дочери купить ноутбук, он был намного меньше и компактнее, чем компьютер в зале, то Кристине пришлось согласиться участвовать в спектакле. В четверг она присоединилась к спектаклю. Только вопреки всем уговорам Сорокина она не хотела играть Пенелопу. Единственное, на что она согласилась, так это быть фрейлиной Калипсо. Так Полякова соперничала сразу с двумя девушками: с Леной в том, кто лучше выглядит, и с Наташей, кто лучше танцует. Время бежало, начался май, до премьеры оставалось пару недель. Макс видел, что у двух друзей всё хорошо с девушками. Наташа и Артём сблизились, у Лёши получилось втянуть Кристину в свой спектакль. Из-за этого парнем вновь овладели отрицательные качества. Вместо того чтобы поддерживать Артёма в его стараниях Шелестков частенько подшучивал над другом. А когда происходили стычки между Поляковой и Зудько, он был на стороне Кристины, подтверждая, что Наташа плохо танцует. Следующий разговор Максима и Алексея должен был раскрыть истинное лицо юноши, но всё выглядело так, как будто Шелестков хочет помочь. — Тёма, ну блин, три предложения! Так сложно выучить? — вспылил Максим. — Макс, успокойся! Он сделал всего одну запинку. Продолжай Тёма. — заступился Алексей. — Лёх, на пару слов, можно тебя? Ребята отошли в сторону, после слов «чего хотел», Шелестков начал приводить свои доводы. — Братан, ты разве не видишь? Тяжело Тёмке столько текста выучить! Он загубит всю постановку, нужно его менять! — У него уже лучше получается, вспомни первые репетиции. Да и кого мы сейчас найдём? Времени осталось мало! — Ну, если не хочешь, чтобы нас закидали помидорами, то могу я попробовать. — Не уверен, что это понравится Артёму и Наташе. — Лёш, так и Зудько не тянет роль Елены Прекрасной, у неё с танцами проблемы. — Так, из наших девочек хорошо танцуют Кристина и Настя. Но Полякова не станет играть несколько персонажей, а если Настя будет самой красивой девушкой Греции, из-за которой началась великая Троянская война, тогда нас точно закидают помидорами… — Необязательно, чтоб Елену играла девочка с нашего класса, можно и в других классах поспрашивать. Ну, если никого не найдём на эту роль, тогда пускай Тёма с Наташей играют. Из всех классов, единственная с кем Сорокин уже успел познакомиться была Алиса, поэтому он пошёл сразу к ней, чего и хотел Шелестков. — Алиса, привет! — О, Лёша, привет! Тебе опять нужна душа компании? — улыбнулась девушка. — И да и нет. Слышала, мы спектакль играем? — Вся школа, наверное, слышала! — Может ты знаешь кого-нибудь, кто хорошо умеет танцевать? Может в вашем классе или в параллельном. — Знаю! Мы с сестрой несколько лет занимались танцами. Полякова вроде тоже умеет. А тебе зачем? — Нужна девочка на главную роль. Кристина не осилит её, а Настя не подойдёт, там нужно Елену Прекрасную играть. — Ух ты, самую красивую девушку Греции, круто! — Скажу по секрету: Парис, похититель чужих невест, считает тебя самой красивой во всей школе. — Ну, скажи тогда по секрету, кто Парис. Ты? — Не, я — Одиссей. Парис — сюрприз. Вот придёшь к нам на репетицию сама всё увидишь. Ах да, Марину тоже бери с собой, и ей найдется роль. Она будет придворной твоей героини, так вы сможете изобразить парный греческий танец «Сисарку». — Сбор после уроков в актовом зале? — Лёша кивнул. — Хорошо мы придём! Появление сестёр сильно оживило весь класс, вновь начались деления ролей. Сорокин же отвёл в сторону Артёма и Наташу. Парень в мягкой форме уговаривал их уступить свои роли, ссылаясь на то, что у Максима и Алисы это получится лучше. Поскольку Иванов был податливым и не обидчивым, то он согласился играть Гектора. Зудько — нимфа. По сюжету, воин должен был восторгаться красотой, а после чего прыгнул бы в воду в её объятия. На это Артём согласился. Классная руководительница тоже одобрила появление новых лиц для спектакля. — Наташа, Света, Маша — нимфы. Алиса, Марина — жёны Менелая и фрейлина. Лена и Кристина — Калипсо и служанка. Так, девочки, вы сейчас идёте к Тамаре Григорьевне, учите с ней греческий танец, песни нимф и движения фрейлин. Все остальные в спортзал, к вам Елизавета Митрофановна придёт, будете с ней стены Трои рисовать и Троянского коня доделывать, — сказала Любовь Васильевна. — Но, а на роль Пенелопы так и нет никого из желающих? Времени осталось мало. На радостях Настя захотела поднять руку, но Оля перехватила её. — Я могу! Мы с Сорокиным соседи, если что, на выходных порепетируем. Да и я без роли осталась. — Так, Оля, ты у нас нимфой была и свою роль уступила Наташе. Хорошо, играй Пенелопу. Если возражений нет, то все за дело. — произнесла Любовь Васильевна. — Возражений нет! — ответил Лёха и, повернувшись к соседке, продолжил, — тогда в субботу часиков в десять приходи. Лёше пришлось смириться, слишком много усилий, времени было потрачено на это, чтобы сворачивать проект. — Ну, спасибо тебе, подруга! — недовольно стала возмущаться Настя, выходя из класса. — Да успокойся, не собираюсь я к твоему Лёше клеиться, просто сделаем для всех небольшой сюрприз! — Какой? — Увидишь, доверься мне!