Деяния богини любви

Утро для Моракса началось достаточно непривычно. В некотором плане. Как и во все последнее время, он собрался в ритуальное бюро, до которого его проводил Чайльд. До обеда они не смогут увидеться, а если Тарталью еще и нагрузят работой, то и до самого вечера придется подождать. Только и в ритуальном бюро делать было нечего — сама госпожа Ху Тао отмахнулась от Чжун Ли и велела тому занимать себя любыми делами, но не торчать лишний раз под крышей «Ваншэн» и не наводить «порядок» в и без того упорядоченных, по ее мнению, томах с отчетной документацией. Так он и оказался вместе с приставленной ему паромщицей на улицах гавани. И, как честно он признавался самому себе, он был не против такого расклада. Паромщица держала при себе чековую книжку, куда должны будут вписываться расходы, произведенные за сегодняшний день — Ху Тао строго наказала Мораксу учиться пользоваться деньгами с умом, без опоры на то, что он сможет создавать мору самостоятельно, и для первого раза готова была пожертвовать частью состояния ритуального бюро. Появилась возможность в компании кого-то выбрать подарок для Чайльда. Тенью девушка следовала за архонтом, прижимая к груди книжечку. Средь торговых рядов гуляло по своему обыкновению множество людей. Взгляд Моракса цеплялся то к одной вещичке, то к другой, но ни одна не нравилась ему самому, хоть паромщица над некоторыми безделушками и вздыхала. У очередного прилавка напыщенный продавец гордо оглядывал свои товары, всем видом будто говоря, что к нему должны были вытраиваться очереди людей и умолять продать им хоть что-то. — Ну же, господин Чжун Ли, посмотрите только на это, — мягко говорила паромщица, раскладывая у себя на ладони длинные серьги. — Кто бы не хотел иметь у себя в коллекции такую красоту? Господину Предвестнику такой подарок точно понравится. Украшение состояло из золотых цветов, больших рубинов и изумрудов, переливалось на солнце и отбрасывало яркие блики на кожу. Девушка широко улыбалась, вертя изделие в своих руках. То было сделано по-настоящему искусно. Казалось, будто цветы были настоящими, только сорванными из тенька под деревом, тоненькими и достаточно хрупкими. — Нет, — тяжело вздохнул Моракс, — это прекрасный подарок, но точно не для него. Какими бы они ни были красивыми, они точно не подходят характеру и особенностям внешности Аякса. Больше они бы подошли госпоже Ху Тао. Торговец закатил глаза, забрал протянутое обратно украшение и что-то явно недоброе пробормотал себе под нос. Чжун Ли поплелся дальше бродить меж торговых рядов и высматривать что-то, что придется ему по душе. Еще несколько раз паромщица предлагала ему купить те или иные безделицы: то парные шпильки для волос, одна из которых точно не пригодилась бы Чайльду, то ожерелье с россыпью драгоценных камней, то золотые браслеты невиданной формы… Все было совершенно не тем. Девушка уже успела отчаяться за прошедшее время. Казалось, будто ничто не могло угодить Чжун Ли. Несколько раз он останавливался возле лавок, где предлагали купить ручной работы расписные клинки, но то его не устраивало качество стали, то баланс у оружия был нарушен — он не хотел, чтобы его подарок просто пылился на полке. Паромщица уж предлагала и перчатки, и расшитые золотом шелковые шарфы, и кольца — все не то. В конце концов, им удалось зайти в лавку, где дружелюбный продавец торговал антиквариатом, и там, средь множества, казалось бы, мусора, Моракс смог приметить пару мерцавших камней. — Я бы хотел приобрести их, — с улыбкой произнес он, разглядывая камни на мягкой подушечке. — Их?.. — потерялась паромщица. — Господин Чжун Ли, Вы серьезно? Вы готовы приобрести не готовое изделие, а сырье? — В природе нельзя найти двух настолько похожих образцов кор ляписа, — кивнул Моракс. Он взял камни в свои руки, осмотрел со всех сторон. Они были идеальны для него, да еще и стоили практически бесценок. — Я даже знаю, что я смогу с ними сделать. Девушка вскинула брови в вопросе, еще раз оглядела кор ляпис. Камни как камни, и ничего особенного в них она не видела. Сразу же рядом с Мораксом появился дружелюбный продавец, прислушался к его словам и начал активно кивать головой, радуясь, что кто-то все же решился на покупку давно лежащих камней. И в этом же магазинчике, будто бы он был создан для того, чтобы Чжун Ли мог подыскать в нем все, чего желало его сердце, был куплен еще один подарок, но только не на деньги ритуального бюро. Пока торговец их рассчитывал, паромщица присмотрелась к своему спутнику. Тот выглядел так, будто нашел что-то давно искомое. Глаза лучились мягким светом, пальцы поглаживали коробочки с упакованными подарками. Он не отдавал ей приобретенное, а лишь прижимал к груди и задумчиво кивал на слова продавца о том, что у всего купленного есть гарантия, и в подсобке находится мастерская, если она пригодится когда-нибудь посетителям. Уже после они вместе вернулись к «Ваншэн» и разошлись по своим делам — паромщица направилась к Ху Тао предоставлять отчет о расходах, а Моракс в «свой» кабинет. До обеда оставалось еще немного времени, но этого архонту должно было хватить. Щепетильно и осторожно он обрабатывал попавший к нему в руки камень, заперевшись на внутренний замок. Ему пришлось приложить все имевшиеся силы, чтобы получилось что-то складное и достаточно красивое — что могло зваться настоящим подарком для Тартальи. Осколки от камней сияли, вставлялись древней магией в лунки в металле и незаметно закреплялись в изделии. Часы на стене пробили обеденное время, отвлекая Моракса от работы — благо, осталось совсем чуть-чуть. Скоро должен был явиться Чайльд и пригласить Чжун Ли вместе пообедать перед тем, как убежать дальше по делам и расстаться до наступления сумерек. И так и произошло — послышался ритмичный стук в дверь. *** Чайльду было откровенно все равно, где обедать. Главное — чтобы рядом находился Моракс и чувствовал себя хорошо. Когда тот предложил вместо привычных дорогих ресторанов посетить самый обычный уличный, Тарталья в ответ лишь пожал плечами и согласился. По словам Чжун Ли, в этот день в «Народном выборе» работала некая Сян Лин, и Чайльду необходимо было попробовать ее стряпню. Так они и оказались за уличным столиком в укромном уголке. Погода радовала, и было не так уж жарко. Сделав заказ, они принялись обсуждать успевшее произойти за день. — …Ну и говорит он мне: — «Да правда, опоздал, потому что вечером споткнулся о камень и сознание потерял», — а у самого помада по лицу размазана, да еще с такой точностью, — засмеялся Чайльд, подперев голову рукой. — Ну а что я могу сделать? В угол его поставить? Пришлось брать расписку, что при следующем подобном разе вернется на родину и будет там в стройбате картошку чистить. — Ты смягчился, — улыбнулся Моракс. — Его оплошность могла и тебе боком выйти, а ты его в этот раз даже никак не наказал. — Пф-ф-ф, — закатил глаза Тарталья. Он и сам замечал, что с каждым днем становился все мягче. — Ну, блин, я ж не могу его наказать по-настоящему… Я как-то… сдружиться с ним немного успел. — И из-за этой дружбы он может сесть тебе на шею, — развел руками Чжун Ли, — дело, конечно, твое, дорогой, но смотри на это с точки зрения начальника. Потому что в итоге спросят с тебя. — Ругаешь меня, — пробормотал Предвестник, надув губы совершенно по-детски. — Даже с таким невинным выражением лица и без явных упреков, а ругаешь. — Да, — не стал отрицать Моракс. — Потому что волнуюсь за тебя. Ты отвечаешь за своих подчиненных головой. И, раз уж ты решил взять их под свое крыло, спрос всегда в итоге будет только с тебя. Чем больше ты даешь им послаблений и чем больше привязываешься, тем сложнее тебе же будет в дальнейшем. Прошу тебя, Аякс, разделяй работу и личную жизнь. И не забывай, что всегда найдутся те, кто захотят тебя подсидеть, скрываясь за дружелюбной улыбкой. — Хорошо, мам, — будто обиженно ответил Чайльд, и его за это ощутимо толкнули коленом под столом. — Ладно-ладно, не дерись. Я понял тебя. Постараюсь быть с работниками построже. Вскоре подоспела Сян Лин с множеством блюд на подносе. Те заставили чуть ли не весь небольшой стол, и Чайльд сомневался, что они смогут съесть хотя бы половину. Моракс временами не следовал логике и накупал еды столько, сколько в обычного человека не могло бы влезть. И делал он это даже не для того, чтобы они чувствовали себя сытыми, а чтобы удивить Тарталью разнообразием кухни Ли Юэ. Видимо, в этот раз им снова придется попросить некоторые блюда попросту завернуть с собой. Когда шеф поставила на стол последнее блюдо и потянулась за столовыми приборами, Моракс остановил ее. Он вытянул будто из ниоткуда перевязанную красной летной коробочку и протянул ее Чайльду. Тот немало удивился, забрал подарок. Лента легла рядом с тарелкой на стол, свернувшись кольцами, приподнялась крышка от темной коробки. Глаза Сян Лин будто зажглись изнутри, она приложила ладонь ко рту, поняв, в чем дело. — Они… Такие красивые… — произнес Тарталья, повернув подарок к свету. На бархатной подушечке лежала пара парочек из темного дерева. На самом верху они были украшены золотом, и на нем переливались выведенные тонкие рисунки волшебных созданий, в которых отчетливо угадывались дракон и феникс. — Это подарок от Царицы, — с улыбкой сказал Моракс. — Она хотела, чтобы я вручил их тебе. Сян Лин, будто опомнившись, тут же скрылась на своей кухне, и по ее виду Предвестнику не составило труда понять, что подарок был не самым обычным. Он повертел палочки в руках, поднял взгляд на Чжун Ли. — Они ведь несут в себе какой-то особый смысл? — уточнил он, чуть прищурившись. — Да, — тихо засмеялся архонт, прикрыв рот ладонью. — Это свадебные палочки, Аякс. По традиции, в Ли Юэ с их помощью делают предложение, и Царица решила этому поспособствовать, но… — Чжун Ли потянулся к внутреннему карману своего плаща, и сердце Чайльда застучало быстрее, стоило только взгляду наткнуться на еще одну коробочку. — Я бы хотел немного отойти от традиций моих земель и сделать все так, как принято у тебя дома. Тарталья сжал палочки в своих пальцах, сердце застучало в ушах. Он знал Моракса уже достаточно долго для того, чтобы замечать, как тот нервничал. Пусть на лице его была улыбка, но в глазах плескалось волнение. Дыхание его было чаще, и неосведомленный человек не заметил бы, как у архонта легонько подрагивали руки. В небольшой квадратной коробочке лежала пара одинаковых колец с инкрустированным кор ляписом. — Аякс, мое золото, извини, что я не смог выбрать лучшего момента. Моя вина в том, что мне уже не терпелось сделать это. Я хотел бы устроить тебе незабываемый день, и только в самом его конце попросить твоей руки, но я уже не могу противиться самому себе. С первого взгляда на тебя в тот день я понял, что я уже не смогу тебя отпустить. Ты — именно тот, кого мое сердце ждало на протяжении тысяч лет. Каждый день, проведенный рядом с тобой — настоящее счастье для меня, и мне хотелось бы видеть тебя рядом столько времени, сколько отмерила мне прожить вселенная. Нет… Даже намного дольше. Мне хочется сопровождать тебя всегда и везде, оберегать тебя от всех горестей этого непростого мира. Я хочу всецело принадлежать тебе, Аякс. Это все звучит слишком эгоистично… — Моракс отвел взгляд, по его щекам разлился красивый румянец. Чайльд слушал его, не желая перебивать, и в животе у него будто разом вспорхнули все бабочки. Шум улицы для Тартальи полностью пропал, и все внимание было приковано только к одному единственному человеку. — Ты изменил мою жизнь. Я не представляю, как бы я дальше жил, не встреть я тебя. Уже слишком долгое время моя жизнь была похожа на простое бесцветное существование и выполнение обязательств. Ты понимаешь меня без слов, ты даришь мне тепло. Я никогда не испытывал таких чувств. Ты — самый прекрасный человек в этом мире, единственный и неповторимый. Я люблю тебя, Аякс, сильнее всего на свете. И я хочу делать счастливым и тебя, хочу выполнять все твои прихоти, хочу быть опорой для тебя, хочу быть твоим извечным спутником. Аякс… — Чжун Ли посмотрел прямо ему в глаза, широко улыбнулся. — Могу ли я стать твоим супругом? — Да, — легко ответил Тарталья. — Я… — Он усмехнулся, потер переносицу. — Уф, я был не готов… В смысле… — Чайльд глубоко вздохнул, поднялся со своего места и потянул Чжун Ли тоже, и было видно, как тот еле стоял на ногах от нервов. Их стол располагался так, что никто с улицы не мог видеть происходящее. Чайльд крепко обнял Моракса, зарылся одной рукой в темные волосы на затылке. Он не мог говорить, смотря в янтарные глаза, просто потому что все мысли в голове смешивались в густую кашу от пронзительного взволнованного взгляда. Ласковые ладони легли на лопатки, Чжун Ли ткнулся носом в плечо Тартальи. — Моракс… Мое сокровище. Тебе не следует ни за что извиняться. Твои желания — это и мои желания тоже. И мне тоже хочется быть для тебя опорой и поддержкой, я тоже хочу быть твоим спутником на жизненном пути. Ты уже делаешь меня счастливым просто тем, что ты у меня есть. Ты говоришь, что я стал мягче — да, стал, потому что мое сердце неспокойно от любви, которую я испытываю. Я не мастер красивых речей, и ты это знаешь. Я просто хочу сказать, что ты — лучшее, что со мной случалось, и я тоже теперь не представляю, как бы я жил без тебя. Конечно, ты можешь стать моим супругом. А я стану твоим. И я приложу все усилия, чтобы ты чувствовал себя хорошо, чтобы больше не думал о судьбе своих земель и всего Тейвата. Я хочу делить с тобой любую ношу, Моракс, и ты всегда можешь на меня положиться. Я из кожи вон вылезу, лишь бы на твоем лице чаще присутствовала улыбка, лишь бы ты спокойно спал и отдыхал. Ты говоришь об эгоизме, но при этом… Я сам-… Я сам желаю быть всем для тебя. Драконья жадность, видимо, заразна, — Предвестник засмеялся, прикрыл глаза. — Нет ничего на этом свете, чего бы я жаждал так сильно, как тебя Моракс. И, если ты себя предлагаешь, я заберу всего тебя. Каждую клеточку твоего тела, каждый волос с твоей головы. Извини, это звучит жутко. — Не бойся, Аякс, ты просто говоришь то, о чем я предпочитал умалчивать, — утробно ответил Чжун Ли. Он чуть отстранился, заглянул в синеву веселых глаз. — Забирай. Я весь твой. Мои тело, сердце, душа, бери все и никому не отдавай. А я взамен заберу всего тебя. Чайльд стянул с их рук перчатки, взял кольца из коробочки. Один золотой ободок скользнул по безымянному пальцу Моракса, блеснул на солнце. Совершенно такой же холодил кожу Тартальи. В отличие от всех остальных колец, эти были угловатыми, с множеством граней и осколками камней. — Я пытался сделать их обычными, но… — Чжун Ли улыбнулся, опустил ресницы. — У меня с этим некоторые проблемы. — Ты их еще и сам делал? — прошептал Тарталья, будто не веря. — О, мой бог, ну что же ты… — Чайльд обнял лицо архонта ладонями, припал к его губам поцелуем на несколько мгновений, и Моракс охотно поцеловал его в ответ. — Я без ума от тебя, дорогой. — В этих кольцах одинаковая пара кор ляписов, — продолжил Чжун Ли. — У этих камней необычайная связь, Аякс. Даже если случится так, что мы будем далеко друг от друга, мы всегда сможем связаться. Я смогу найти тебя где угодно. — Архонт ласково взял ладонь Предвестника, поцеловал кольцо, и на его пальце в том же месте блеснули камни. Еще несколько, казалось бы, долгих минут они не могли разорвать объятий, то и дело оставляя поцелуи на щеках и руках друг друга. Чайльд боялся внезапно проснуться — до того все было хорошо. Но «сон» все не кончался. Моракс выглядел таким счастливым, что у Тартальи замирало сердце. — Извините! — издалека послышался голос Сян Лин. — Я надеюсь, что я вам не помешаю! — весело говорила она. Объятия пришлось все же разорвать, чтобы не смущать юную девушку. Она появилась с подносом, на котором стояло что-то, чего они точно не заказывали. С широкой улыбкой она подошла к столу, показала содержимое подноса. — Я стала свидетельницей знаменательного события в вашей жизни, и на правах шефа я просто обязана преподнести вам подарок, — она поставила еду на стол, прижала поднос к себе. — Сладкий красный бобовый суп и сладкие булочки за наш счет. «Народный выбор» желает вам сладкой семейной жизни, — Сян Лин слегка склонила голову, улыбка не пропадала с ее лица. — Благодарим вас, — мягко ответил Моракс, склонив голову в ответ. — Но, пожалуйста, не распространяйтесь о нашей помолвке, госпожа Сян Лин. — Будем держать в строжайшем секрете, — засмеялась она. — Приятного аппетита! Архонт и Предвестник проводили ее взглядом, переглянулись. Велика была вероятность, что девушка расскажет все хотя бы своей семье и своим друзьям, но это было не так важно. Со временем это не должно было стать тайной для окружающих, и не было в гавани людей, которые бы не видели консультанта похоронного бюро и работника Фатуи вместе, но не хотелось, чтобы скорый гость Ли Юэ узнал об их связи раньше времени. А пока следовало озаботиться остывающей едой. И во время обеда Моракс узнает, что до конца дня у Чайльда не осталось совершенно никаких дел, и в Банке его уже не ждут, так что можно будет отправиться на долгую прогулку до самого заката.