Тебя сломать я не позволю

- С днем рождения.. Меня – Шепотом пел Антон сидя с большей кружкой зеленого чая в руках - С днем.. Рождения.. – Тяжкий вздох проходится по маленькой одноместной комнатке – Меня. Парень встал со своей кровати и подошёл к окну, открыл его и достал пачку сигарет из заднего кармана стареньких джинс. Подпалив кончик никотиновой палочки он сделал первую затяжку. Она сразу же ударила в голову и парень слегка улыбнулся - сегодня мне 16. Удивительно. Когда же я отсюда выйду? Найдутся ли мне родители? Или я всё же выйду и получу квартиру где-нибудь на окраине Москвы? - слишком, слишком много вопросов, думалось Антону. Докурив сигарету и выбросив бычок в окно, он сёл обратно на кровать. Чувство голода не появлялось уже дней 10? 11? Не помнит. Вес стремительно падает, кошмаров ночью сниться всё больше, страшнее и чаще. Поэтому Антон не спит, поэтому у него такие красные глаза из-за полопавшихся капилляров, поэтому такие синяки под глазами. Когда жизнь покатилась не туда? - думает - когда погибли родители? Или это было ещё до их смерти? А может всё началось когда-то в детском доме? - не знает. Долго сидеть в комнате нельзя, учёбу в детском доме не отменяли, и время поджимает 8:20. Урок через 10 минут, а парнишке нужно в другое здание бежать. Успею - думает - а если и опоздаю плевать. Скинув в потрёпанный рюкзак одну тетрадь, скетчбук и ручку с карандашами, он натягивает на себя безразмерно огромную толстовку, повидавшие жизнь конверсы и выметается прочь из маленькой тесной комнаты. Сложно назвать это здание школой, оно такое же как и жилые корпуса, только вместо кроватей, шкафов и тумбочек тут партыпартыпартыпарты. Ну и стулья, куда без них. Первый урок искусствоведение. Нет, безусловно Антон любил искусство, но не учить всех этих художников, их картины и когда они были изданы. Но когда была практика, а не теория как сегодня, парень обожал эти уроки всем своим сердцем. Или его остатками.

***

День у Антона никогда не проходил спокойно. Подножка с лестницы? Всегда пожалуйста. Опрокинуть весь обед на него? Проще простого. В общем и целом день прошёл как всегда, и это он ещё легко отделался. По окончанию уроков сразу бежать в жилой корпус, в свою комнату, и не смей от туда выходить, это опасно. Могут избить, оскорбить, обидеть. Нет, безусловно он привык за столько лет в детском доме, но гематомы болят настолько сильно, что сил нет даже, чтоб дойти до медпункта. Стук в дверь, два раза, Паша пришёл. Сухое «Войдите» вырвалось из уст парнишки. - Привет, Антош - Паша прошёл до стула и сёл на него - Как ты? - Мг, нормально. - Настроения нет. Да и когда оно было в последний раз? Когда он хоть что-то чувствовал кроме этой пустоты и внешних болячек? Вспоминает. Не помнит. - Ты сегодня ел, Антон? - Павел Алексеевич волнуется. Волнуется, поэтому парень врёт. Врёт, чтобы тому было спокойнее. Паша же с самого начала с ним. Он даже знал его родителей когда-то, поэтому и пристроил его в этот детский дом, чтобы сам мог наблюдать. - Да, Паш, я ел. Не волнуйся - Проговорил парень слегка севшим голосом - немного, но ел - Хорошо. Хорошо, да, это определённо хорошо. Антон слабо улыбнулся. Вымученно так, уставши. Это не осталось не замеченным, но и старший ничего не сказал. - Антошка, - Решил перевести тему, хочет ведь больше общаться с этим ребёнком маленьким, но не получалось. Шастун почти не разговаривал, у него не было ни сил, ни желания. Но ради Паши вымолвить хоть слово пытался, знает как тому это важно - С Днём рождения тебя. Протянул коробочку. В ней браслет и два кольца. Знает же что младший любит эти побрякушки. - Спасибо, Паш, правда спасибо, но не стоило - Слабая улыбка на губах. А в уголках глаз слезы скапливаются. Но паренёк быстро их смаргивает, мальчики не плачут. - Стоило, Антош, стоило. Это же праздник как никак. - Спасибо - Тихо, почти не слышно. Но в этой комнате можно услышать любой шорох, постарался Антон, чтоб тут тихо всегда было. - И ещё, нужно нам поговорить. Парень напрягся. Не любит когда вот так разговор начинают. Обычно хорошим не заканчивалось. Но он кивнул, показывая что готов слушать. - У меня есть друг, он хороший специалист - психолог. Не хочешь..? - Аккуратно, чтоб не напугать, говорит. - Он бы поработал с тобой, и ему практика, и тебе полегче бы стало. Я знаю что тяжело, Антош, но нужно же пережить и идти дальше? Хочет, чтоб у того всё наладилось. Но Антон боится. Боится с людьми общаться. Но всё же кивает, ведь Паша прав. Он плохого специалиста бы не дал, он бы не обидел «своего ребёнка». - Хочешь, сегодня придёт? Его Арсением звать, хороший парень. Молодой правда, но я думаю найдете общий язык. - Паш.. Я.. - Знаю что страшно, Антош. Но я обещаю, он тебя не обидит. - Ладно. - Он придёт часов в 6, хорошо? Будь готов, хорошо? - Да, хорошо. - Я ещё зайду к тебе вечером. Чаю принесу, зелёный, с одной ложкой сахара на большую кружку - Он улыбнулся. Младший скопировал эту улыбку. Помнит какой тот чай любит, Антону приятно. Он знает что нужен хотя бы одному единственному человеку на этой земле. От этого тепло на душе, это радует. - Спасибо - Шёпотом. Но чувство проходит так же быстро как и появляется, стоит Паше покинуть эту комнату. До 6 часов остаётся минут 30. Антон встаёт с кровати и переодевается в клетчатые штаны, походят на пижамные - быстро проносится в голове - висят как на швабре. Спасают завязки. Сверху огромная серая футболка, думает накинуть кофту на молнии, чтоб тощие руки видно не было, но оставляет эту затею. Жарко, зачем так заморачиваться? Ну увидят его худощавые ручонки, ну что поделаешь, главное изрезанных в хлам запястьев не видно под браслетами. Прибирается на столе слегка, заправляет постель.

***

Спустя пару минут в комнату стучатся, опять сухое «войдите». На пороге появляется брюнет, чуть ниже самого Антона. Видимо, тот самый Арсений. - Привет, Антон, верно? - Голос приятный, не режет слух. - Мг - Говорить совсем не хочется. Но его понимают и без слов. - Я Арсений - Глаза красивые, подмечает шатен. Голубые такие, как небо или океан. Да, скорее океан, синие, волны плещут. - как ты себя чувствуешь? - Хорошо. - На автомате говорит, не задумываясь. - Паша мне сказал, что ты не разговорчив, но я не думал что настолько - Тёплая улыбка на губах. Антон приподнял уголки губ в ответ. - Есть такое - Тихо, но Арсений слышал. - Присаживайся, Арсений Брюнет сёл на стул, Шастун напротив на кровать. Так и сидели, молча, минут 10 от силы. - Расскажешь что-нибудь о себе? Мне важно знать хоть какую-то информацию из твоих уст. - Снова эта улыбка, лёгкая такая, добрая, ласковая. - Я.. Я не знаю.. - Запнулся. А что говорить? Что о себе можно рассказать? Вроде ничего. - Хорошо, тогда я просто позадаю вопросы, но ты мне и ответишь на них честно. Разглашать информацию не буду, не беспокойся за это. Антон кивнул, почему бы и нет? Скрывать особо нечего, да и Арсению разглашать информацию по закону нельзя. Запрещено. - Сколько тебе лет? - Начал с простого. Но это даже хорошо. - Сегодня исполнилось 16. - Оу, с Днём рождения тогда - Снова улыбка. Как ему хватает сил так много улыбаться. Арсений задумался. Оглядел паренька с ног до головы и подметил его худобу. Вопрос не заставил себя долго ждать. - Когда ты ел в последний раз? - Врасплох. Говорить правду не хочется, но нужно. Иначе зачем это всё? Да и договаривались вроде. - Пару дней назад - Взгляд отвёл, не хочет смотреть. - Пару, это сколько, Тош? - Возможно волнуется, хотя, это же его работа. Он не может волноваться, Антон ему никто. - Это 10, может, 11, я не считаю. - Ты же знаешь, что нужно поесть? Это важно для твоего организма. Истощение - приводит к смерти. - Я смерти не боюсь. Пашу жалко, он так долго возился со мной.. Я ж в пеленках у него на руках был - Лёгкая улыбка - Мама его очень любила. Всегда сидел со мной, когда родители не могли, втихаря сладости покупал. А сейчас почти не отходит, волнуется.. Молчание. Ему нечего сказать больше, а у Арсения в голове хаос. Парень, мальчишка совсем, жить не хочет. Точнее, просто не боится умереть, его здесь ничто не держит. Работа будет долгая, сложная. - Антон, давай мы договоримся, что ты будешь кушать хотя бы раз в день, хотя бы что-то. А я буду приходить каждый день и ты мне будешь рассказывать как он прошёл? Хорошо? - Я не смогу. - Тихо, болезненно, знает же что не сможет. Голод не появляется совсем, на еду смотреть противно, жевать нет сил, вкус почти не чувствуется. Будто съел кусок ваты. - Расскажешь? - Я.. Я не знаю. Я не могу пересилить отвращение к еде. Не могу смотреть на неё, жевать, чувствовать. Мне от неё тошно. Парень перевёл взгляд на собеседника. Красивый. Нос кнопкой, родинки на щеке, губы в тонкую линию превращаются когда тот слушает парня, потому что не знает, что с этим чудом делать. Брови густые, волосы тёмные - тёмные, как смоль, хочется прям рукой зарыться в них. - Что ты любил есть больше всего на свете - Арсений смотрит в окно, то-ли взгляда не выдерживает, то-ли просто увидел там, что-то более красивое. - Я безумно любил мамины куриные котлеты, они всегда были самыми вкусными, съедал быстрее чем эти макароны или картошку и мама всегда ругалась.. Ещё любил борщ, она его готовила особенно красным, всегда добавляла больше мяса, потому что я так любил. - Младший улыбнулся. Всегда был рад вспомнить её. - Она такой хорошей была, не знаю чем заслужила такой ранний уход. - Шёпотом, слова ранят в самое сердце. Мама, родная, никогда не обнимет больше, не поцелует, сказку на ночь не расскажет. За плохую оценку не наругает, никогда не устанет больше после работы, не будет целоваться папу и говорить как любит своих мальчиков. Никогда. - Расскажешь про неё? Какой она была? Какой ты её запомнил? - Она была потрясающе женщиной. Удивительно доброй, безумно любящей и любимой. Уставшая после работы приходила, а папа ей ужин в кровать приносил, потому что она не хотела идти до кухни. А я всегда рядом с ней сидел, рассказывал как день в школе прошёл. Никогда о плохом не говорил, знал что волноваться будет. Синяки старательно прятал от неё, а когда она видела их, то всегда обрабатывала и говорила какой я неуклюжий, на мои реплики что я упал, ударился. А потом эта автокатастрофа. Не спасли. Смерть на месте. Папа в реанимации несколько дней пролежал, потом выписали его, переложили в обычную палату. Жив остался. Я рад был, что он будет со мной. - Но что произошло? - Инфаркт. Когда ему сказали что Майю не спасли, сердце не выдержало. А я один остался. Плакал много, когда сюда забрали. А Паша рядом был, успокаивал всегда, комнату вот смог мне выпросить. Чтоб я один жил. Знал ведь, что я не люблю контачить с людьми. - Антош, они всегда останутся рядом, они наблюдают за тобой.. Они бы хотели чтоб ты так изводил свой организм? - Нет конечно - Усмехнулся - Мама бы тревогу подняла, начала бы откармливать. - Хочешь, я завтра принесу котлет? Куриных? Он хотел чтоб паренек был счастлив. Наверное. Он хотел помочь. И второй ему доверял, Паша плохого бы к нему не подпустил. - Хочу. - Тихо-тихо, и два кивка головой, в подтверждение своих слов. - Хорошо. - Он улыбнулся.

***

Прошло ещё не мало времени пока двое парней на А разговаривали на отвлечённые темы. Арсений спрашивал что второй любил, рассматривал рисунки которые рисовал младший. Рассказывал истории из жизни и давал мимолётные советы, потому что захочет - воспользуется, не захочет - Арсений заставлять не имеет право. А Антон слушал. Ему рассказать было особо нечего, дни шли одинаково, будто день сурка. Ушёл Арсений в 10 вечера. На замену к нему пришёл Паша. Как и обещал - с двумя кружками чая, для Антона и для себя. Спросил как Антону Арс, поинтересовался о чем те разговаривали. Не заставлял всё ему рассказывать, что решит нужным рассказать, расскажет. Но прообщались они не долго, и вскоре, Паша ушёл проверять всех детей, напоследок пожелав спокойной ночи и поцеловав в макушку. Антон долго лежал в кровати, размышляя. Может Арсений его ключик к спасению из этой вечной тишины? Боится, что всё будет только хуже, но обещает попробовать. Обещает ухватиться за этот канатик спасения. Паше обещает, родителям, себе. Мама бы сказала что он молодец и всё у него получится, а папа бы обнял и сказал «не бойся ничего, ты всё равно для нас самый лучший. я всё равно буду гордиться тобой».

***

Уснул Антон ближе к трём ночи. День тяжёлый, а завтра будет сложнее. Но он старается об этом не думать, когда проваливается в сон. Ведь он сильный мальчик, у него всё получится, он переживёт.