Тебя сломать я не позволю

Будильник. Антон выключает его с протяжным стоном. Время 7:30, кто придумал вставать в такую рань? Тело ломит от неудобной позы, глаза слипаются и веки не поднять. Засыпать так поздно никогда не было хорошим решением, но когда это волновало бессонницу? Она всегда сама распоряжается во сколько кому заснуть. Быстро умывшись и нацепив первую попавшуюся толстовку на худощавое тело, Антон выходит из комнаты, закрыв её на ключ, спускается в столовую. Еда-еда-еда, везде одна еда, тошно, противно. Кусок в горло не лезет, поэтому обходится одним чаем. Паши не видно на горизонте, возможно спит, может уехал по делам, возможно носится с бумагами - неизвестно. Перед лицом приземляется кусок колбасы с бутербродов, да начнётся шоу. - Эй, Шастик, че не едим? - Макс, главный задира. Ему лишь бы докопаться до кого-либо. Ну и отпиздить кого-нибудь, он это любит. - Че молчим? Сел на стул рядом. Вокруг ещё пару человек, все смотрят. Всем интересно, что будет дальше. - Макс, отъебись - Безразлично, даже не глядя в его сторону. Уже не страшно, уже абсолютно плевать, что тот сделает, лишь бы отстал. В эту же секунду на волосах появляется отвратительная жижа. Кто-то из ребят вылил кашу на голову. Шаст поморщился, но с места не сдвинулся. Смешки прошлись по всей столовой. - Ты пришёл чтоб вылить мне кашу на голову? Знаем, проходили, нового ничего придумать не сумел? - Взгляд поднимается на парня. Антон устал от его выходок, он хочет чтоб всё закончилось. - Так, что здесь происходит? Макс, к директору, остальные разошлись по местам, поели и на уроки марш! - Воля как всегда вовремя. - Павел Алексейч, да ладно вам, весело же - Ох, Макс, Макс, с Пашей шутки плохи, запомнить бы тебе. - Я сказал марш к директору - Голос строгий, пугающий. Павлюков сразу же замолкает. - Хорошо - Уходит. Но за это Антон ещё поплатится, где нибудь возле жилого корпуса, или школы. - Антон, всё нормально? - Переживает, знает что это Шастуна задевает, но тот эмоций никаких не показывает, не зачем. - Да, Паш, всё нормально. Я в комнату, голову помою.. Отпросишь с урока? - Не слишком громко, чтоб остальные не подслушивали. Воля кивает и парень уходит к себе в «каморку». Горячая вода расслабляет, всё мысли уходят на второй план. Капли стекают по телу, проходясь по каждой выпирающей косточке. Вся комната наполняется запахом карамели, стоит Антону вылить свой шампунь на голову. Он любит этот запах, да и в принцепи карамель. Спустя минут пятнадцать выходит из душевой, смотрит в зеркало. Зрелище не из приятных. Все кости выпирают, словно на скелет натянули кожу. Где-то не зажившие гематомы, на запястьях, что обычно закрыты множеством браслетов, и ляжках нет живого места. Всё в шрамах, не заживших порезах. Знает, что глупо резать своё тело, увидит кто, засмеют ещё больше. Но так легче, правда легче. Хочет прекратить, но снова и снова возвращается к этому. Выйдя из ванной, встал на весы. За последнюю неделю ушло ещё 5 килограммов, все штаны стали велики, но всё же он натягивает чёрные спортивки, в которых он в одну штанину целиком поместиться может, завязывает на завязки и сверху бежевая толстовка. Волосы сушит полуживым феном, те, как только высыхают, превращаются в «баранью жопу» как любит шутить Паша. До начала второго урока ещё почти час, можно заняться своими делами. Думает вообще в школу не идти, но потом же от Пашки получит. Решает порисовать. Достаёт листы, карандаши, краски. В голове сразу же всплывает образ Арсения Сергеевича. Хочется его нарисовать. Он придёт вечером, и Антон решает что подарит ему рисунок, если тот будет удачным. Паше, всё же, пишет сообщение что на уроки не пойдёт, тот в свою очередь возмущается, но вскоре, смирившись, передаёт учителям, что «Шастун на уроках не появится, здоровье подводит». Медленно, но верно на листе появляются очертания человека, позже уже можно понять кто же нарисован. В ушах играет музыка и когда на плечо падает рука, Антон подпрыгивает от испуга. - Антош, прости - Паша пришёл - Я хотел узнать как ты, но вижу ты хорошо себя чувствуешь, раз рисуешь. - Да, я.. Я решил нарисовать Арсения - Неуверенно так, слегка смущённо. - Очень похож, я сразу его узнал - Улыбается и запускает руку в волосы, пуша их ещё больше - Я люблю твою баранью жопу. - Смеётся. - Он сегодня придёт? - Не смотря на старшего, продолжая водить карандашом по бумаге. - Сказал что да. Молчание. Тишина. С Пашей всегда было комфортно молчать. Он никогда не давил, не просил, чтобы с ним разговаривали. Не хочешь - не надо, главное чтоб живой был. - Паш, а если я ему подарю этот рисунок, как думаешь.. Он оценит? - Конечно, Тош, конечно. Кто бы не оценил такого подарка? Мальчишка пожал плечами. Паша всё так же перебирал волосы на голове младшего, стоя позади и наблюдая как на портрете появляется всё больше деталей. - Всегда удивлялся твоим способностям рисовать. - Мужчина тихо усмехается, по доброму так - Я пойду, там ещё столько бумаг. - Конечно - Он улыбнулся уголками губ Воле, который ещё раз встряхнул его кучеряшки рукой и вышел из помещения. Больно. Это ведь Андрей, его отец научил рисовать. Антон влюбился в это дело и утонул в нём с головой. А после смерти боялся карандаш в руки взять, но пересилил это. Каждый раз накатывают воспоминания и в уголках глаз слёзы. Старается сморгнуть, но не выходит, слеза течёт по щеке. Стирает тыльной стороной ладони, закрывает лицо руками. Нужно успокоится, мальчики не плачут. Встаёт с места, нужно попить воды. Пару глубоких вдохов - успокаивается. Смотрит на часы, время два, Арсений придёт как вчера. Значит времени много, должен успеть дорисовать его портрет.

***

Время летит быстро, на «холсте» уже законченная работа. Стук в дверь. - Войдите - Говорит, лёжа на кровати лицом к стене. Устал. И вроде ничего не делал, но устал, сил нет даже повернуться. - Привет, Антош, как твое самочувствие? - Рука Арсения ложится на плечо, а матрац прогибается под его весом. - Нормально - Старается развернуться к психологу лицом, получается не с первого раза. - Расскажи, что ты сейчас ощущаешь? - Усталость, разбитое состояние.. - Тихим шёпотом. Но старший его слышит. - Почему тогда ты считаешь, что ты чувствуешь себя нормально? - Потому что.. - Антон садится на кровати. А правда, почему? Почему он считает что всё, что происходит в его жизни, это нормально? - Потому что я всегда себя чувствую так. Слова срываются вместе с мыслями. - Знаешь, уставать это нормально. Но не нормально изводить себя, понимаешь? Лёгкий кивок головы. Конечно понимает, но что поделать если сил нет на то, чтобы даже моргать? - Тебе нужен крепкий, здоровый сон. А ещё покушать - Старший встаёт с кровати и подходит к столу - Я принёс тебе куриных котлет. - Арсений.. - Мм? - Я нарисовал тебя. - Антон встаёт с кровати и подходит к окну, где лежала картина, перевёрнутая вниз. - Я.. Я надеюсь тебе понравится. Протягивает лист в руки напротив и наблюдает. Арсений улыбается. - Это очень красиво, Антош. Спасибо большое. - Он приобнимает своего «пациента» рукой. Младший не дёргается. - Давай поедим, за одно ты мне расскажешь как прошёл твой день. В руки попадает вилка, а в горле встаёт ком. Кажется, что если он проглотит хоть кусочек, то его вывернет наизнанку, вместе со внутренностями. - Я не голоден. - Отворачивается, не хочет смотреть Арсению в глаза. Стыдно за своё поведение. - Ты понимаешь, что тебе нужно поесть? Я не прошу съесть всё, я прошу съесть пару кусочков. А остальное, если захочешь, съешь завтра. Или выкинешь. Он аккуратно разворачивает мальчишку к себе лицом и усаживает на кровать. - Арсений, я правда не хочу. - Недолгая пауза - Я не могу.. - Но ты даже не пробовал. Вилка с кусочком котлеты упирается в губы. Младший их приоткрывает и в рот попадает еда. - Теперь жуй - Арсений садится на против на стул и поглядывает на пацана. Вроде жуёт. - Это.. Вкусно - Антон поднимает взгляд на старшего и улыбается краешком губ - Но я боюсь, что меня может стошнить.. - Если есть по чучуть и каждый день, ты приучишь свой организм к еде. И снова сможешь нормально питаться. Так что давай ещё кусочек съешь, а там посмотрим. По твоему самочувствию. Ко рту подносят ещё один кусок котлеты. И вправду, вкусно. Как у мамы - думает - Жаль что еë нет рядом. - Вот, молодец - Арсений улыбается. Рад что мальчишка кушает. А Антон думает что с ним как с маленьким возятся. Ну и ладно, он давно не ощущал себя ребёнком, а рядом со своим психологом хочется быть маленьким мальчиком, который требует внимания. - Так как твой день? - Ничего нового. С утра каша на голове, потом попросил Пашу отпроситься с уроков и рисовал. - Каша? - Недоумевает старший. - Ну да. - Антон поворачивает голову к окну - Меня тут.. - Не долгая пауза. Что, скажешь что тебя обижают? Бьют? Ты хочешь чтоб над тобой посмеялись? Ты же парень. Ты не должен такого говорить. Стыд. - Думает Антон. - А что ещё сказать, если это всё так? - Меня тут не сильно любят - Ну да, это звучит намного лучше. Тебя в принципе не любят. Никто, нигде и никогда. Ты не заслуживаешь - Кричит сознание. Мальчишка морщится от правды в своей голове. - Хм, а как ты думаешь, почему к тебе относятся иначе? - Задаёт вопрос психолог. - Потому что я слабый, потому что я урод, потому что я толстый, потому что я не такой как остальные, потому что мне нравятся парни, потому что.. Да это всё звучит так глупо! Это стыд, такой стыд! Ты.. Ты не должен был это слушать. А я не должен был так говорить. Вот по этому и не любят. Потому что я парень, а веду себя как девчонка малолетняя - Слезы непроизвольно начинают скатываться по щекам. - Прости, прости, мальчики не плачут - Уже шёпотом проговорил парень и быстро стал стирать слезы руками. - Антон, послушай - Арсений пересаживается на кровать к мальчику. Повернув его голову к себе и заставив парня смотреть на него, он проводит большим пальцем по щеке, тем самым стирая слезу. - Ты не «не такой, как всё». Ты обычный. Единственное, ты губишь себя из-за чужих слов и поступков. Мальчики тоже плачут, знаешь? Ты же человек, обычный парень у которого случилась такая трагедия. И плакать это нормально, это даже хорошо. Ты должен плакать, чтоб твои эмоции выходили наружу, а не сидели где-то там, глубоко внутри - Старший тычет указательным пальцем в грудь Антону, тем самым указывая на то самое «глубоко внутри» - Тогда тебе проще будет. Все твои эмоции должны выходить, ты можешь плакать на взрыд, бить подушки, сметать всё со стола, а потом убирать всё это, приводя и себя в порядок, и свои мысли, и обстановку вокруг. Ты можешь смеяться так громко, как тебе этого хочется, ты должен говорить то, что хочешь ты, а не что требуют другие. Должен учится слушать себя. И слышать. - Спасибо - Единственное, что говорит парень прежде, чем истерика доходит до еë пика. Он слишком долго не давал волю эмоциям. Слезы начинают лить рекой, а в горле такой ком, что даже слова сказать невозможно. Дыхание сбивается, руки трясутся, но рядом есть человек. Человек который готов видеть такое состояние мальчишки, который просто обнимает его и разрешает плакать в его плечо. Человек который не оскорбляет его за слезы, а который шепчет слова, от которых теплеет в душе. Человек, который просто его психолог, но по ощущениям что самый близкий на данный момент. Потому что он просто человек. Человек у которого просто есть душа. А возможно, просто выполняющий свою работу. Но Антону плевать на это, главное что рядом есть хоть кто-то.