Последнее желание

Нина вышла из дверей Склифа и вздохнула полной грудью. Казалось удивительным, что все вернулось на круги своя, будто не было ни проблем, ни страданий, ни боли. Весенний ветерок приятно обволакивал своим теплом и запахом приближающегося лета. И даже мчавшаяся к подъезду института скорая казалась неотъемлемым и очень важным элементом этого самого момента. - Нина, привет! - из скорой выскочил знакомый фельдшер и распахнул задние двери скорой помощи. - Принимайте, ваша! - Что значит, наша? - испугалась Дубровская. Все приподнятое настроение Нины вмиг улетучилось, а от страха почти затрясло, когда женщина увидела знакомый образ заведующей. Не веря своим глазам, Нина пыталась понять смысл доносившихся уже от регистратуры слов. - Павлова Ирина Алексеевна. 59 лет. ДТП. Была потеря сознания. Нет чувствительности нижних конечностей. Обезболили. Возможно повреждение внутренних органов. Нина подбежала к каталке и видя, что Павлова ее узнает, мягко сжала ладонь начальницы. - На МРТ! - скомандовал хирург Волошин, забирая анамнез у фельдшера и удаляясь в сторону лифта. - Мне нужен Брагин, - обращаясь к Нине, тихо сказала Ирина Алексеевна. - Он мне нужен. Только Брагин, - Павловой тяжело давалось каждое слово, но она все повторяла фамилию Брагина, будто Нина могла ее не услышать. - Я все поняла, Ирина Алексеевна, будет Брагин. Он приедет. - Нина, я пропала! Я ног не чувствую! Мне нужен Брагин, - задыхаясь и плача, Павлова в отчаянии умоляла медсестру. Двое санитаров увезли заведующую по направлению к кабинету МРТ. Нина судорожно нащупала в кармане куртки мобильный и через секунду услышала гудки, соединяющие ее с лучшим другом. - Ну давай же, Михалыч, где ты! - вторила Дубровская на каждый неотвеченный гудок. - Нина, - сзади позвал мужской голос, и блондинка обернулась. - Нет никакой надобности вызывать Брагина. Вы же ему звоните? - Да, ему, - краткий кивок в сторону Пирогова. - Оперировать Ирину Алексеевну будет Волошин, - бескомпромиссно отрезал Ника. - Даже если так, Олег Михайлович имеет право знать, что с ней случилось! И он должен быть здесь. - В этом нет необходимости. У нас полно других, не менее талантливых хирургов. Не беспокойтесь! - Ирина Алексеевна сама просила вызвать Брагина! Что еще Вы от меня хотите! - Дубровская развернулась и направилась к выходу из НИИ Склифосовского. В руке хирурга снова завибрировал мобильный. "НИНА" высветилось на экране. - Но это жестоко, - смахивая одинокую слезу, прошептала Сперанская. - Ты не можешь просто так оставить меня после всего, что было... - Том, да ничего между нами не было. Мы работали вместе. Но это все, пойми. Какой из меня Онегин? Да и ты не Татьяна. - Но даже мой Николай заподозрил, что между нами что-то есть! - Неслучайно он лечится у психиатра. - Это слишком... - Тамар, я вернулся на работу в больницу. У меня есть семья, жена, дочь. Я не могу тебе быть никем кроме как другом. - Значит, дружить мы можем? - с надеждой в голосе спросила шатенка. - Дружить можем, - мягко улыбнулся Олег, но тут же почему-то пожалел о своих словах. - Прости, - Брагин взглянул на без устали звонивший телефон. - Да, Нин. Слушаю. - Михалыч, наконец-то! Павлову сбила машина. Очень серьезно. Она в тяжелом состоянии. Просто ее на операцию берет новый хирург... ну этот... Волошин. Но Павловой нужен ты. - Я понял, - Брагин закрыл глаза рукой и устало потер лицо, собираясь с мыслями. - Еду. Не давай Волошину приближаться к Павловой! - Михалыч, ты не успеешь. Он забрал ее на МРТ несколько минут назад. - Сейчас буду! - крикнул Олег, нажимая кнопку отбоя. - Что-то случилось? - вклинилась в разговор Сперанская. - Мне надо бежать, у меня неприятности на работе. Все, пока. Брагин коротко вздохнул и с извиняющимся видом удалился в сторону метро. - Вот так, осторожно, - Нина поправила пеленку, укрывающую Павлову. Медперсонал готовился к операции под непрерывное пищание датчиков медицинских приборов. - Олег здесь? - тихо, из последних сил проговорила заведующая. - Брагин едет. Не волнуйтесь. Эта операция… - Ничего не говорите. Я все знаю наизусть. Спасибо. - Ирина Алексеевна, сейчас подышим, - Ханина мягко дотронулась до головы Павловой. - Маску. Через несколько секунд заведующая погрузилась в глубокий сон наркоза. Аня переглянулась с Ниной, пытаясь расслышать, о чем конкретно спорит Волошин с Эльчином за дверью операционной. - Они почти полчаса были на МРТ. Думаешь, все так плохо? - с тревогой в голосе спросила Ханина. Дубровская не успела ответить, в раздвижные двери зашли оба хирурга. Нина надела перчатки на Волошина и бросила взгляд на обездвиженную Павлову. Дверь снова открылась, на пороге показался Брагин, и Нина с облегчением вздохнула. - Андрей Яковлевич, если не возражаете, оперировать буду я. По виду Брагина было понятно, что мужчина не на шутку переживает за пациентку. Волошин просканировал взглядом хирурга. - Олег Михайлович, в этом нет никакой необходимости. В операционной повисла затянувшаяся пауза. Врачи бескомпромиссно изучали друг друга, пока Брагин не нарушил тишину. - Почему она у вас на животе? Я считаю, что нужно начинать с лапаротомии. Останавливать кровотечение. - Поддерживаю Олега Михайловича, - Эльчин обратился к Волошину. - Гемодинамика прыгает, давление не держит, - подтвердила Ханина. - Давайте Олег Михайлович начнет, пожалуйста, - чуть ли не умоляющим тоном попросила Нина. - Ну хорошо, - Андрей Яковлевич поднял руки в уступающем жесте и отошел от стола, занимая место ассистирующего хирурга. Врачи несколько часов провели у стола. Геннадий Ильич, все это время игнорировавший звонки коллег, мчался в Склиф, молясь об успешном исходе операции. Последний разговор Кривицкого с Павловой закончился не на самой приятной ноте. Вследствие несчастного случая, который повлек смерть Аленикова, Ирина Алексеевна была не в силах снова начинать романтические отношения с кем бы то ни было. Тем более, с тем, кто уже дважды предавал и бросал свою любимую женщину. Несмотря на трагедию, Кривицкий был уверен в том, что у Иры есть и другие причины. Но какие именно, пока оставалось только догадываться. Брагин ворвался в ординаторскую и упал в кресло. В общей комнате его уже дожидался Куликов. - Ну что, как прошло? - Сергей Анатольевич встал из-за стола. - Прооперировали, - только и сказал Олег. - И все? - удивился Куликов. Обычно хирург описывал все в самых ярких красках, и его было не унять. - Какие прогнозы? - Не знаю, - выдохнул мужчина, закрывая глаза. - Будем ждать, пока отойдет от наркоза. - Казалось, что Олег чуть ли не плакал, сжимая скулы и останавливая тем самым себя. - Брагин, что-то случилось? - Куликов был обеспокоен таким состоянием своего коллеги и друга. - Облажался я. И именно на этой операции! - Ну немудрено. Не зря же существует правило, что супруги не могут оперировать друг друга, - Куликов попытался хоть немного поднять дух Брагина. - Прости, Серег, мне сейчас не до шуток. - Может и лучше было бы, если бы Волошин провел операцию. - Да она тогда бы умерла, понимаешь?! - закричал Олег. - Он собирался заниматься позвоночником в то время, как она истекала изнутри кровью! - Добрый день, - в ординаторскую зашел Андрей Яковлевич. - Вся ваша смена приехала? - издевательским тоном спросил хирург. - И зачем Вы влезли в мою операцию? - уже обращаясь к Брагину. - Зачем вы вообще приехали? Это Ваше волнение чуть не привело к большим проблемам! Куликов видел, что Брагин как будто первый раз в жизни не в себе. На его лице читался стыд и испуг, а сам он отводил взгляд от коллег. - Ирина Алексеевна не просто наш начальник. Она наш друг, - попытался разрядить обстановку Сергей Анатольевич. - А, теперь это так называется, - Волошин нервно кинул чайную ложку из кофе в мойку. - Что же у вас за дружба такая, что руки тряслись как у школьника на экзамене?! - Каждый имеет право на ошибку, - Куликов больше не нашел, что ответить. Брагин не хотел и дальше слушать ни одного, ни второго и тихо удалился в раздумьях из ординаторской. Вот уже несколько лет между ним и Павловой складывались непростые отношения. Ирина Алексеевна с первых дней была против романа Олега с Нарочинской, всячески могла подставить самого Брагина и только последние два года коллеги действительно поддерживали друг друга. Их рабочий тандем всегда приводил к успеху даже самую сложную операцию, а их взаимопонимание помогало выстраивать дружеские отношения. Олег один из немногих знал про домашнее насилие со стороны Аленикова, а Павлова одна из первых узнала про его онкодиагноз. Брагин сам не понимал, почему так перенервничал. Почему полчаса, проведенные в дороге от дома до Склифосовского показались вечностью. Почему руки дрожали так, будто он не проходил реабилитацию после своей операции. И почему так хотелось скорее увидеть Ирину и пообещать ей невозможное - что все будет хорошо. Олег подошел к автомату с кофе и достал из кармана несколько десятирублевых монет. - Завтра? - мягко спросила Павлова, хотя знала ответ. - Я загадала, все будет хорошо, - ее переживания выдавало только то, как она перебирала свои пальцы. - Может быть... - со вздохом проговорил уставший Брагин. - Я загадала, - произнесла Ирина Алексеевна настойчивее. - Монетка есть? Олег из кармана достал горстку монет, которые он собирал для автомата с кофе, и протянул бывшей начальнице. - На, загадай, - Брагин протянул ладонь Павловой. - Орел, решка? - улыбнулась Ирина, не противясь такому естественному переходу на "ты". - Орел! - гордо и так же с улыбкой ответил Олег, прогоняя с лица страх и боль. - Чего я спрашиваю... Ирина покачала головой и подкинула монетку в воздух. Олег замер в ожидании, задержав дыхание и опустив голову. Павлова попыталась поймать монету, но та звонко приземлилась где-то за диваном. - Интересно, - протянул Брагин. - Что же там... - Ну вот, когда вернетесь, отодвинем диван и посмотрим... - снова короткая пауза. - Вместе. - Михалыч, - голос Нины вернул Олега из воспоминаний в реальность. - Ирина Алексеевна приходит в себя. Волошин уже у нее в палате. - Иду, - кивнул мужчина и убрал деньги в карман. Войдя в палату, Брагин почувствовал, как по спине прошла легкая нервная дрожь. Андрей осматривал оголенные стопы заведующей. - Признаков двигательной активности нет, - Волошин с искренним сожалением покачал головой. Брагин поджал губы и сглотнул ком в горле. Он взял со стола ручку и фонарик и подошел к заведующей. Натянув хоть какое-то подобие улыбки, Олег медленно водил ручкой перед глазами Ирины Алексеевны, проверяя ее реакцию. - Доброе утро, - кивнул Олег, все так же склоняясь над женщиной. - Привет, - прошептала Ирина, облизывая пересохшие губы. - Попить? Сейчас, - Брагин обошел койку и взял стакан. - Воды, - кивнула Павлова. - Приподнимемся, - хирург осторожно подхватил голову блондинки и медленно начал ее поить. - Пока достаточно. - Спасибо, - Ирина Алексеевна прикрыла глаза. - Что с ногами? - Так, - сразу же вмешался Брагин, не давая возможности ответить коллеге и расставить все точки над i, - давай уменьшим обезболивающее. Посмотрим. - Давай уменьшим, - согласился Андрей и тут же провел манипуляции с капельницей. - Ну минут пятнадцать надо подождать, - Волошин взглянул на часы и вышел из палаты. - Минут пятнадцать... - в неком трансе повторил Брагин, - подождем. Олег сел на стул рядом с больничной кроватью, а Павлова не отводила от него взгляд полный страха. Прикрыв рот ладонью, Брагин сдерживал себя, сам не зная от чего. Ему хотелось уверить заведующую, что все непременно будет хорошо. Хотелось обнять и утешить. Хотелось узнать, что случилось на том несчастном переходе. - Мне так страшно, - Павлова повела головой, вжимаясь в подушку. Олег придвинул стул ближе и взял Ирину за руку, поглаживая костяшки ее пальцев. Сколько длился этот миг, было сложно понять. Из забытья обоих вытащил звук приближающихся шагов. В дверь зашел Геннадий Ильич в уличной одежде и белом халате в сопровождении Андрея Яковлевича. - Ир! - Кривицкий бросился к Павловой, пытаясь ее приобнять. - Я примчался, как только узнал. Ты как? Как прошла операция? Волошин взглянул на Брагина и снова покачал головой после пальпации и краткого осмотра. Олег в безысходности закатил глаза и встал с места. - Все хорошо. Пока ждем результатов, - ответил за Павлову Брагин. - Но что с ней? - не понял Кривицкий и снова посмотрел на возлюбленную. - Ира, что с тобой? - Что со мной, а? - Павлова отвернулась от Гены в сторону Олега и схватила второго за руку. - Как прошла операция? - из глаз заведующей потекли слезы, а рука сильнее сжимала предплечье врача. Брагин медленно и нежно поглаживал схватившую его, как спасительную соломинку, руку Ирины Алексеевны, пока Кривицкий держал ее за плечи и пытался сфокусировать внимание заведующей на себе. - Ну скажи ему, - губы женщины задрожали, и ее снова забила дрожь, как после ДТП. Павлова не отрывала взгляд от Брагина, ища в его глазах хоть какие-то ответы. - Ир, успокойся, - Геннадий Ильич попытался утешить Ирину, но та лишь дернулась, отстраняясь. - Скажи ему! - снова повторила она со злостью и отчаянием. - Как все прошло! Ну ответь! - Ир, Ира! Успокойся, милая! - Гена обеспокоено дотронулся до волос блондинки, но та снова увернулась. - Уходи! Уходите! - почти что закричала заведующая, смотря то на Кривицкого, то на Волошина и все так же крепко сжимая запястье Брагина. - Уходите! Уходите... Олег аккуратно высвободился из хватки и подошел за шприцом с мелатонином. Волошин вышел из палаты. - Ир, успокойся... Только не волнуйся... - Кривицкий пытался подобрать слова, но Павлова закрыла глаза и заметалась по кровати. - Геннадий Ильич, - вмешался Олег, - уходите. Кривицкий в непонимании распрямился и попятился к двери, наблюдая за тем, как Брагин осторожно вводит успокоительное в катетер. Ирина Алексеевна в панике продолжала повторять те же слова, истерика накрывала ее с головой. - Тихо, тихо, тихо... - Олег отложил пустой шприц и занял свое место. - Сейчас, сейчас, - врач ждал, когда подействует препарат. - Пожалуйста, - бормотала Павлова уже в частичном забытьи, обратившись к Олегу, - пожалуйста, не уходи. - Взор Ирины помутнел, и она закрыла глаза все еще в сознании. - Спокойно, - мягко произнес Олег. Павлова почувствовала тепло его ладони у себя на щеке и на шее. И снова прикосновение к щеке. Брагин осторожно гладил Ирину, шепча что-то едва различимое. Наблюдавший за происходящим Геннадий Ильич почувствовал сильный укол ревности.