Дано:...; равно:...

Я проснулась из-за возни сбоку под моей шеей. Быстро вспомнила, что сплю дома на диване, а не на улице, и продолжила медленнее и спокойнее выуживать события вчерашнего вечера из ещё не до конца проснувшегося мозга. Рядом со мной что-то отчётливо закряхтело. Я, не желая пропускать представления "выберись из-под Онигири живым, целым и без вмятины на пол-тела," открыла глаза, прогоняя остатки сна. Макгонагалл уже успела уйти, а Кусимир зевал и вылизывался на моих коленях. Мон-Со же... он... он боролся за свою жизнь изо всех сил. Я сочувственно вздохнула, вспоминая свои несколько ночей, проведённые под этой кучей дружелюбного, но тяжеленного меха: они почти всегда заканчивались лёгким удушьем и ощущением, что на тебе черти ночью кан-кан плясали всем шабашем. В это время Мон, уже не церемонясь, пытался растолкать это подобие грелки, но кот спал почти мёртвым сном, растёкшись по всей поверхности туловища неудачливой "подушки" и посапывал. Я всё же сжалилась над бедолагой и встала, потягиваясь и разминая мышцы после ночи, проведённой на диване, и прошествовала на кухню, чтобы достать пакет с кошачьими вкусняшками. Моментально позади меня материализовался весь кошачий батальон. Где-то на диване наконец обрёл возможность двигаться Мон. – Так, щас быстро едим и отправляемся в хижину Бубу с твоей Хотару. А что это кстати, значит? Зная тебя, там наверняка что-то со смыслом, – говорю я, пока насыпаю корм в миски котам и намешиваю смесь для новенькой. – Ничего, что тебе надо знать. Просто имя, – почему-то огрызается он. Я не вижу его лица, но слышу некоторое смятение в голосе, из-за чего решаю не настаивать. Тем более, надо скорее поесть и выдвигаться; мы и так немного проспали. Вместе со Странником готовим простенький завтрак, пока Паймон досыпает на столе. За это время он подналовчился в готовке и теперь иногда готовит вместо меня, а потом с видом победителя слушает наши похвалы. Вот только он не знает, что мне надоело постоянно готовить одной и я так пытаюсь аккуратно переложить часть своих обязанностей на его шею. Это у меня отлично получается! Уже через полчаса я беру его за руку и при помощи своей карты телепортирую нас в место поблизости от врат в Ли Юэ. К телепортам он тоже привык, хотя поначалу чуть мозг не вынес своими попытками научиться ими пользоваться. Но то ли я такая особенная, то ли телепорты настолько непонятные, но он так и не обуздал их, поэтому ему пришлось смириться с, в основном, пешим способом передвижения. И вот мы поднимаемся по этим бесконечным ступенькам в обитель здоровья. Кто только придумал сделать такие к зданию, где принимают больных?! Не иначе как добить хотят. Вконец запыхавшись, мы подходим ко входу и внезапно слышим радостный детский оклик позади. – Мама! Сестричка Паймон! Вы пришли! – необыкновенно эмоционально и громко для себя восклицает Ци Ци. "Ой, я же забыла Мону об этом рассказать. Надеюсь, он ничего такого не подумает," – проносится мысль в моей голове, но мгновенно улетучивается, стоит мне развернуться и увидеть "дочурку". – Привет, Ци Ци, я тоже рада тебя видеть! Иди сюда, обниму моего именинника! – широко и искренне улыбаюсь, расставляя руки в стороны и наклоняясь для удобства. Девочка быстро подходит ко мне и обвивает мою шею своими ручками, вжимаясь головой мне в ключицы. Паймон тоже обнимает, её перед этим громко здороваясь и спрашивая про самочувствие. Я могу спиной почувствовать шокированный и прожигающий взгляд Мона, которым он пытается сделать во мне дырку, судя по всему, уже что-то надумал; надо объясниться поскорей. Из-за этого подхватываю всё ещё обнимающую меня малышку на руки и уже хочу развернуться к нему, как слышу голос владельца хижины, вышедшего посмотреть что за шум поднялся. Окинув меня, держащую на руках Ци Ци, слегка недовольным взглядом, он произнёс спокойным и даже располагающим к себе голосом: – Доброе утро, Путешественница и её спутники. Ты пришла взять мою работницу погулять как и обещала, не так ли? – Доброе. Да, как я и говорила, я пришла провести с ней этот важный день, – отвечаю со слегка заискивающей улыбкой, аккуратно доставая весьма внушительный букет лекарственных трав. Взгляд доктора мгновенно потеплел, как и обычно, когда я "компенсировала" отсутствие его помощницы в лавке по моей вине, – Но кроме этого у нас есть пациент, требующий осмотра, – киваю всё ещё недоумевающему Мону, чтобы тот достал котёнка. Он правильно истолковывает мой взгляд: достаёт сонную Хотару из-за пазухи и откладывает свои вопросы на время, когда мы останемся в месте без лишних ушей. – Хах, вы всё-таки решили брать по коту из каждого посещённого вами региона, как я и предполагал? – Бай Чжу явно доволен своей прозорливостью; решаю не усугублять ситуацию и неловко улыбаюсь. Ци Ци на моих руках со спокойным интересом разглядывает котёнка и держащего его в руках Странника. – А кто этот дяденька с красивой шляпой? – шепчет мне на ухо "дочь". И получает тем же шёпотом, что я их познакомлю на прогулке; она сразу соглашается на такой расклад. Пока Бай Чжу осматривает кошку и собирает какие-то лекарства, пытаясь разговорить моего спутника, поддразнивая Паймон, я отдаю подарок Ци Ци. Она выглядит счастливой: вопрошает, откуда я узнала, что ей нравятся зяблики и что хотела бы одного. Наверное, опять забыла, что она мне уже много раз рассказывала про своих любимых птичек и про отказы Бай Чжу от идеи завести питомца. Но я не обижаюсь, ей ведь сложно запомнить что-либо, а тут такая мелочь. Мне легко хоть ещё сотню раз выслушать её рассказы про птиц. Радостно и умилённо наблюдаю, как она рассматривает со всех сторон сшитого мной круглого и довольно объёмного плюшевого зяблика и легонько улыбается новой любимой игрушке. Я ловлю удивлённый взгляд Мона, наконец отделавшегося от Бай Чжу, ушедшего в хижину, и Паймон, улетевшей в подпространство, который теперь стоит посреди терассы со свертком лекарств в одной руке и проснувшейся Хотару, выглядывающей из его воротника. Улыбаюсь ему и направляюсь к лестнице, ведущей вниз к выходу из Ли Юэ. Я обещала весь сегодняшний день провести с Ци Ци подальше от города, где ей обычно жарко и неуютно. Мон тенью следует за мной до самого выхода. Там мы договариваемся встретиться на Драконьем хребте, где я и познакомлю их основательней, когда он уложит Хотару в своей комнате и разберётся с лекарствами. После чего я телепортируюсь в оговоренную точку. * * * * * – Постой! Спутник Путешественницы! – слышу позади себя голос, и хочу уже проигнорировать его, и просто уйти в Чайник, так как настроение весьма неоднозначное. "Мама". Эта девчушка с оберегами по всему телу называла Люмин матерью, но ведь... у неё нет здесь родных, кроме брата? Она ведь не соврала; я на это очень надеюсь ради её же безопасности, ибо вранья я не потерплю. С такими мыслями я вижу перед собой... цаплю? Большую цаплю бело-синего окраса, которая всплёскивает крыльями, привлекая моё внимание. – Кто ты, и можешь ли ты потом попросить её вернуться сюда для разговора? – требовательно заявляет адепт, а это точно он, потому что цапли обычно не разговаривают, и наклоняет голову, внимательно смотря мне в глаза. – Я – Хранитель Облаков, и требую ответа! – что и требовалось доказать, всё-таки отвертеться не удастся. – Моё имя — Мон-Со. А с чего вам понадобилась Люмин? Насколько я понял, она будет сегодня занята прогулкой со своей дочкой, – отвечаю резче, чем рассчитывал, ещё и лёгкое недовольство скрыть в конце не получилось. Что-то меня расквасило непонятно из-за чего. – Мон-Со, видно ты не долго путешествуешь с Люмин, иначе она бы объяснила бы тебе, что эта "дочка" – просто несчастный ребёнок, увидевший в ней кого-то родного и получивший ответ в виде этого статуса. Если хочешь, я расскажу тебе подробнее про их отношения! Зная Путешественницу, она опустит некоторые детали, – горделиво и словоохотливо отзывается адептка. По ней видно, что ей очень хочется поделиться этой уморительно милой с её стороны историей. А вот это уже интересно, что же там за детали. Немного обдумав это предложение, я киваю ей и она начинает рассказ: – После спасения Ли Юэ Паймон и Люмин были вынужденны остаться здесь на некоторое время для восстановления сил и здоровья. Тогда они сдружились с приглядувающей за ними Ци Ци; малышка успела сильно привязаться к добрым и отзывчивым путникам, не требующим от неё ничего, не опасающимся её неживой природы и даже помогающим ей. А в один из дней, когда они гуляли по городу, она увидела маму и ребёнка, держащихся за руку так же, как и она с Путешественницей, идущих впереди них. Через несколько дней после той прогулки она спросила при мне и Бай Чжу похожа ли она на Люмин. Я ответила, что они одинаково добры и милы, а этот докторишка добавил что-то про пухлые щёки. Но уже в следующую минуту Ци Ци начала спрашивать Путницу любит ли она её. Хоть она и не ожидала подобного вопроса и слегка растерялась, но ответила, что ребёнок ей дорог. После чего дитя тихо заплакала и, обняв её, начала говорить, что она хочет, чтобы Люмин была её мамой. Мы все были шокированы, но я сразу же поняла, что такой расклад пойдёт всем на пользу и убедила их, в том числе этого зазнавшегося владельца хижины, что это хорошо и, если это никому не мешает, то так тому и быть. Путница согласилась с этим! Так что теперь Путешественница часто навещает свою названную дочь, а иногда забирает на несколько дней к себе. Как видишь, история довольно стремительная, но определённо хорошая! – довольно вытянувшись, завершает рассказ Хранитель и ждёт от меня реакции. Всё оказалось куда страннее, чем я думал, хоть и в духе этой ходячей незадачи. Принять роль матери просто потому, что слишком привязалась к ребёнку и не смогла отказать чересчур опекающему адепту. Слегка улыбаюсь, представляя сцену с остолбеневшей Люмин с повиснувшей на ней ревущей Ци Ци и Бай Чжу с глазами навыкате от таких новостей, радостно заткнутым воодушевлённой цаплей. – Надеюсь, ты передашь ей мою просьбу, а теперь мне пора возвращаться к себе домой! – довольная моей реакцией восклицает Хранитель и растворяется в воздухе. Через некоторое время я наконец добираюсь до Драконьего хребта и стою, наблюдая за тем, как Люмин и её "дочь", пересмеиваясь, строят семью снеговиков. Губы невольно расползаются в улыбке; я позволяю этому произойти, пока меня никто не видит. Присоединившись к ним позже, я пожалел, что не остался в стороне. Сначала меня познакомили с девчушкой и рассказали чуть изменённую версию истории об удочерении, где я узнал, что вообще-то Люмин согласилась на роль матери не столько из-за страха получить клювом в макушку, сколько из-за привязанности к малышке. Ци Ци же начала расспрашивать меня про шляпу и как я в ней прохожу в двери. Потом, когда я отказался продолжать эту тему, они меня оперативно закопали в сугроб, а когда выбрался — закидали снежками при помощи крио силы ребёнка. В дураках я не остался, естественно, и при помощи своих анемо способностей сдул на них с ближайшей сосны сугроб. Так мы и завалились домой. Все в снегу, растрёпанные и весёлые. Вместе приготовили деликатесы скалистой гавани и миндальный тофу для окончания праздничного дня, и всё такой же гурьбой шумно поужинали. Ци Ци, судя по всему, очень утомилась за этот день, из-за чего заснула прямо у Люмин на коленях, прижимаясь к её груди. Когда соседка это заметила, она виновато улыбнулась, пожелала мне спокойной ночи и ушла наверх укладываться спать. А я ещё долго сидел, поглаживая Онигири по его пышной шерсти, вслушиваясь в рокот его голоса, обдумывая сегодняшний день и осознавая, что хоть я и рад за Ци Ци, что она нашла кого-то, считающего её родной, но завидую. Завидую, что у меня всё не так удачно сложилось. Криво усмехаюсь этой мысли, ибо никогда бы не подумал, что буду испытывать зависть к мёртвому ребёнку, живущему только из-за "милости" адептов, не способного запомнить даже самую важную информацию без титанических усилий. У нас с ней много общего, если подумать. Дорогие нам люди мертвы, цели в жизни как таковой нет, живыми в полной мере мы не являемся, а ещё как-то так вышло, что мы привязалась к этой ходячей незадаче по имени Люмин. "Что, в принципе, не является проблемой." Подкидывает мне моё подсознание, пока я аккуратно укладываюсь на кровать в своей комнате, пытаясь не разбудить Хотару.