people you know

Каждый день, как одна из попыток выйти из неимоверных страданий и мучений. Проживание одних и тех же бессмысленных дней, которые убивают. Это не жизнь, а простое существование. Факт того, что ты убил себя морально ещё давно, все равно не даёт сил сдаться. Жизнь Хёнджина — это как описание строчки из песни порнофильмов — «в диапазоне между отчаянием и надеждой». Вечные размышления о жизни, своих проблемах и всем прочем, не дают трезво мыслить. Потерянность. Хван всегда боялся не найти себя в этом мире, но, к сожалению, он уже успел себя потерять. Никто не знал настоящего парня, для всех он был весёлым и беззаботным человеком. Хоть со стороны по нему видно, что все не так хорошо, он всегда отшучивался и никогда не говорил о себе. Легче соврать, что все в порядке, нежели показать свою слабость. Хван убивал себя с каждым днём сильнее — то ли от безысходности и потерянности, то ли от того, что он чертовски устал от всего этого дерьма. И не то, чтобы он сам этого хотел, просто он не видел смысла в том, чтобы прикладывать усилия. Он не имел представления о смысле жизни, да на самом деле он его и не видел. Все, чем бы он не занимался в жизни, не приносило ему удовольствие, и даже если начинало, то все желание отбивали слова «у тебя талант». Никто никогда не замечал его усилий в той или иной деятельности, что впоследствии на такие слова отражало гнев и обиду. Все, что на данный момент он имеет — это стабильная работа. Он отдался ей полностью и считал, что она помогает забыться, но не заметил, как все усугубилось. Он испортил своё здоровье из-за постоянного морения себя голодом и недосыпа. Ведь он работал практически каждый день и, если выдавался выходной, он начинал себя винить за то, день не был продуктивным. Все, что его спасало — это прослушивание треков буерак и никотин. О психологе речь даже не шла. На это нужны деньги и время, а это та роскошь, которую он не мог себе позволить. Так что он вполне хорошо справлялся и сам. Насколько бы сильно он не доверял людям, все же был один человек в его жизни, который знал практически все. Феликс. Его лучший друг, опора и яркий лучик солнца в его бренной жизни. Иногда он даже задумывался о том, что это был бы хороший человек, с которым он бы хотел связать свою жизнь, но он не испытывал к кому-либо чувства. Хенджин хотел бы испытать хоть что-то, будь то радость или неимоверная боль, которую можно сравнить с переломом рёбер, но, видимо, потеряв себя, вместе с этим он утратил способность чувствовать. Он жил один в большом городе. Поначалу было страшно, но он уже более и менее привык. Иногда хотелось все бросить и сбежать обратно в свою провинцию, но, к сожалению или счастью, никто не позволил бы это ему сделать. Родители приняли решение о его переезде спонтанно, он долго сопротивлялся, но, взвесив все за и против, все же согласился. Ведь как говорила его мама: «В столице больше возможностей, ты должен стать успешнее нас, и мы даём тебе такой шанс, не упусти его». На самом деле, было неприятно слышать слова о том, что он должен. Он устал добиваться какого-то сраного признания. Почему его вообще надо заслуживать? Почему родители просто не могут любить своего ребёнка? Хван считал, что такая возможность поможет ему начать новую жизнь, но все оказалось не так просто. Это усугубило всю ситуацию вплоть до того, что он стоял на балконе и просто начал наклоняться вниз. К сожалению или к большому счастью, из-за страха высоты и смерти у него произошла паническая атака и он забился в угол в истерике. Хенджин считал себя жалким и слабым из-за того, что даже такой просто шаг не смог сделать. «Столько шансов опустить руки, но ты этого не делаешь. Что с тобой не так?» — мысли, которые сопровождали его на протяжении последних четырех лет. Ответ был прост — много страхов и понимание, что таким образом он разочарует всех тех, кто в него верил, а таких людей было много. Любой другой был бы рад такой поддержке и вере, но не он. Это не давало ему права оступиться, и от этого становилось все в разы сложнее. Единственная вера, которую он желал — только от своей матери, но он так ее и не дождался. Очередной нудный и долгий рабочий день, хоть на стену лезь и пальцами в розетку. Хван берет телефон в руки и на автомате набирает до боли знакомый, но такой родной номер телефона. Пару гудков и на другой стороне трубки раздаётся голос. — Приве-е-ет, как ты? — задаёт вопрос Феликс. — Честно или соврать? Сам же знаешь, — с безразличием в голосе отвечает Хёнджин. — Я чего звоню, ты сегодня занят? — Чанбин устраивает вечеринку, думал сходить, пойдёшь? — Мне с утра на работу, и тем более я ненавижу такого рода мероприятия, — доставая из пачки сигарету, сказал Хван. — Да, это не для тебя. Но тебе надо выпить и расслабиться, возьми выходной на завтра, ибо ночь будет долгой, — в предвкушении говорил Ли. — Ну да, у меня снова нет права голоса. Ненавижу тебя, — парень сбросил трубку. «И я тебя люблю» — подумал Хёнджин. Феликс всегда так отвечал на слова друга о ненависти к нему. Последующие разговоры по телефону не являлись интересными, ведь он просто позвонил начальнику и сказал, что заболел. Недолгая прогулка от работы до дома доставляла наслаждение, по пути он зашёл в магазин, чтобы купить свои излюбленные колу и красный скитлс. Примерно так он питался каждый день. Такие моменты и правда приносили какие-то огласки радости — легкий ветер в лицо, проезжающие мимо машины, люди, которые невесть куда бегут. Быстрое течение жизни здесь ощущалось, как нигде в другом месте, и этим этот город отталкивал. Придя домой, он увидел уже ненавистную себе квартиру, а точнее это можно было назвать свалкой. Как в голове Хёнджина, так и в квартире творился полнейший хаос, будто тут пронёсся ураган и снес все на своём пути. В одном углу лежали вещи, которые стоило бы кинуть в стиральную машину. На столе стояла куча кружек из-под чая и разных напитков. Кровать не заправлена — а для чего на это тратить время и силы, если обратно расправлять? Ему было плевать на порядок, его ведь никто не увидит. Хван достал из шкафа светлые широкие джинсы, белую футболку и скинул аккуратно на кровать, а сам направился в душ. Времени у него было не так много — скоро за ним заедет Феликс. Парень быстро принял душ, сделал укладку и нанёс лёгкий макияж. Во время последних двух действий он не мог отвести взгляда от зеркала. Хван ненавидел себя и свою внешность, потому как все обращали внимание на его красивое личико и никогда не пытались заглянуть ему в душу. Он не хотел бы иметь отношения, но иногда хочется иметь человека, который будет тебя любить просто за то что ты есть, ему от тебя ничего не надо будет в замен, кроме такой же отдачи любви. Но для Хёнджина отношения — это пустая трата времени и сил, так что искать кого-то он не планировал. Все же закончив все свои дела в ванной комнате, он вышел и оделся. Взял телефон в руки, проверил время — на часах было 22:45. «У меня ещё 15 минут, чем бы себя занять?» — подумал Хван и направился на кухню, параллельно захватив с собой одну из кружек со стола. Он поставил чайник на газовую плиту и вымыл кружку. Все время до того, как закипит чайник, он просидел на подоконнике, разглядывая улицу и слушая музыку. И вот тот самый до ужаса раздражающий свист чайника, который прошибает до кончиков пальцев, от чего хочется просто с психами и всей агрессией выкинуть его куда-нибудь подальше. Но все же злачный смысл сегодня на стороне парня, и он просто спокойно поднимается, подходит к плите и выключает конфорку. Заварив себе чай, он так же продолжает сидеть на подоконнике, размышляя обо всем чем можно. Его идиллия продолжалась не так долго, и прервал ее телефонный звонок. «Ёнбок~а» высветилось на экране телефона. Хван не стал брать трубку, просто встал и пошёл к выходу. Натянув свою любимую куртку и обув кроссовки, которые первые попались под руку, вышел из квартиры и направился к выходу из здания. Сев в машину, он был восхищён видом Феликса. Он был одет вполне обычно, но его образ дополняли серьги и цепочка, и ему безумно шёл такой образ, а ещё, по всей видимости, с их последней встречи Феликс проколол губу. — Тебе ужасно идёт этот образ, — недолго думая, выдаёт Хёнджин. — Спасибо, я знал, что тебе понравится. А ты всегда идеал, даже когда не стараешься, — ухмыльнулся Ли. — Не начинай, — закатил глаза старший. Пока они ехали, завязался очень интересный разговор. — Хён, я хочу тебя кое с кем познакомить, это определённо твой типаж, — с воодушевлением начинает Ёнбок. — Нет. Не смей! Это никогда не заканчивается хорошим. — В любом случае, вам придётся познакомится, ибо он будет одним из тех, кто составит нам компанию сегодня ночью. — Феликс улыбнулся, и в его глазах играл то ли азарт, то ли хуй его знает, что это было. Ли выглядел, как тот самый тихий лучезарный мальчик. Но, как говорится, в тихом омуте черти водятся. А он был ещё тем чертёнком, от которого невозможно отвертеться — переиграет все так, что ты и не заметишь, как окажешься в его власти. Дорога была недолгой, и спустя минут двадцать они уже были на месте. Это был большой двухэтажный дом с бассейном. Внутри двора играла городская музыка, которая давила на перепонки, от чего хотелось зарыться головой в землю, как страус. Много уже пьяных людей, красивых девушек в сопровождении парней. На входе их встретил хозяин дома, а, если быть точнее, сын хозяев, которые уехали на пару дней из города. — Я ожидал вас позже, но я рад, что вы уже приехали, — парень жестом показал, чтобы они проходили. — Чанбин, как я рад тебя видеть. Что за новый дом? Вы же жили в квартире, разве нет? — продолжил разговор Феликс, а Хёнджин просто поплёлся за ним. — Родители купили этот дом не так давно, там долгая история. Так что можем считать это новосельем, — парень закрыл калитку и направился в дом. Хван оглядывался и наблюдал за происходящим, он был похож на напуганного котёнка, которого принесли с улицы домой. На самом деле, он просто не любил большое скопление людей — самый настоящий интроверт в своём естественном виде. Его взгляд приковал один парень с безумно красивой улыбкой, который о чем-то очень мило беседовал с одной из девушек. Он будто отличался от всех людей в этом месте, что-то его выделяло. Но Хван не стал спрашивать про него ничего, было бы слишком странно. Войдя в дом, они прошли к бару, где их уже ждало большое количество разнообразных коктейлей. Хенджин не был сторонником алкоголя, но раз он решил, что сегодня он будет расслабляться, то может себе позволить переступить через себя. Один шот за другим, и вот они уже сидят на полу и решают во что будут играть. Хван не заметил, как в их компанию присоединились ещё два парня, и один из тех был тот самый парень, который так его заинтересовал во дворе. Зовут его вроде Минхо, парень не запомнил, на самом деле, но надеялся, что это правильный ответ. Второй парень — это Джисон, его лучший друг. «Похож на очень милую белку» — первое, что он подумал при виде Хана. — Предлагаю сыграть в «7 минут в раю», — сказал Чанбин. — Это что? — с недоумением спросил Хван. — Друг, ты серьезно? — Феликс похлопал того по плечу. — Это я упустил в просвещении тебя таких мероприятий. Объясняю, мы выбираем двух человек, которые проведут семь минут наедине в закрытой комнате. — А можно не играть? — Хёнджин протянул руку за своим стаканом. — Боишься? — Минхо накрыл его руку своей и пристально смотрел в глаза человека напротив. — С чего бы мне бояться? Это про какая-то глупая игра для подростков, — младший отдернул свою руку со стаканом и сделал глоток. — И кто же первая пара? — спросил Хан. — Хёнджин и Минхо, — в один голос выкрикнули Чанбин и Феликс. Хван сразу понял, что об этом парне тогда шла речь в машине. — Но… — не успел ничего ответить светловолосый, как друг начал его толкать, чтоб тот встал и пошёл. Минхо же, напротив, уже стоял возле двери в комнату и просто ждал, не сводя с глаз со своего собеседника на ближайшие семь минут. Спустя много сопротивлений, Хван сдался и пошёл в ту самую комнату. Хёнджин оперся на закрытую дверь и откинул голову назад, пока Ли Ноу сидел на столе и рассматривал черты лица младшего, очерчивая его идеальные линии, не сводя глаз. — Хватит на меня так смотреть, будто насилуешь взглядом. — Хван вернул свою голову в нормальное положение и посмотрел в глаза старшего. Ли Ноу не стал на это ничего отвечать, а просто продолжил сверлить его взглядом. — Извращенец, — Хёнджин закатил глаза. — Боже, нет. О чем ты подумал? — Минхо встал и подошёл к младшему. — Не важно, — замешкался Хван. Им правил алкоголь, а не здравый смысл. Удивительно, что он ещё мог стоять на ногах после выпитого количества спиртного. Все же через пару мгновений он упал прямо в руки напротив стоящего парня и вырубился. Он не умел пить. На утро скорее всего ему будет стыдно за эту ситуацию.