Party like a Russian

— Мерлинова борода, что здесь произошло?! — воскликнул профессор Люпин, оглядывая общую комнату гостей. Тут и там валялись бутылки от шампанского, огневиски, и какого-то маггловского напитка тёмного цвета. На столах стояли полупустые стаканы и тарелки с едой, какие-то странные маленькие цветные цилиндры буквально усыпали пол. В камине валялись сгоревшие бенгальские огни. На двух разложенных диванах как-то уместились двенадцать человек, парни и девушки буквально спали друг на друге. — Подъём! Несколько студентов заворочались. Один парень поднял голову с подушки и пробормотал: — Ну первое января же, ради Бога, дайте поспать… Тэдди Люпин поблагодарил себя за предусмотрительное наложение чар перевода, иначе бы не понял сонных возмущений студента. Вообще, он пришёл в гостиную Колдовстворца потому, что ни один из приезжих студентов не явился на завтрак, а после и на обед. Сегодня, и правда, было первое января, но… ах да, их гости ведь из России. Решив оставить студентов отсыпаться, профессор вышел из гостиной. Маркус Кинг проснулся от звука закрывающегося прохода. Кое-как продрав глаза, он обнаружил, что лежит в обнимку с Дариной — студенткой по обмену. Воспоминания о прошедшем дне возвращались с трудом, а последние несколько часов и вовсе будто стёрлись.

***

Последние несколько лет в магическом мире процветала политика международной дружбы, и, помимо Турнира Трёх Волшебников, стали проводить обмен студентов между школами. В этом году восемь студентов Хогвартса отправились в Колдовстворец, и из российской школы также приехало 8 человек: четыре девушки и четыре парня. Ребят распределили по факультетам Хогвартса по схожести отделений с факультетами. Маркус Кинг был старостой Слизерина, и за Слизерином закрепили Дарину Новикову и Бортникова Михаила. Несмотря на выделенные спальные места в помещениях факультетов, российским магам также выделили отдельную общую гостиную со спальнями. Некоторые ребята присоединились к факультетским командам по квиддичу. Дарина оказалась довольно агрессивным загонщиком, из-за её тяжёлой руки пришлось заменить пару бит. Ещё один парень — Игорь, оказавшийся на Гриффиндоре, — стал новым вратарём. Несмотря на грузное телосложение, в игре он ловко управлялся с метлой, уворачиваясь от бладжеров, и пропускал мало голов. В команде Когтеврана тоже был новый ловец — Ирина, с первого взгляда высокая и нескладная, но в небе она смотрелась словно аист. Особое впечатление Колдовстворцы произвели, когда только появились в Большом Зале. Стоило директору МакГонагалл закончить приветственную речь, как тяжёлые двери с грохотом распахнулись, а по залу прокатился мороз. В зал вошли восемь молодых людей в чёрных одеждах. Их обувь тяжело стучала по полу. Они подошли к преподавательскому столу и развернулись лицами в зал: четыре парня выглядели как настоящие русские богатыри из сказок: высокие, широкоплечие, и девушки им под стать — фигуристые, крепкие. Их суровые лица немного напрягали, и друг Маркуса — Эндрю, прошептал ему на ухо: — Видимо, русские и правда не улыбаются. Несмотря на такие суровые образы, они оказались довольно смешливыми и добрыми, и быстро влились в школьную жизнь британских магов, и им было, чем удивить. На приветственном ужине многие ученики Хогвартса посчитали, что все приезжие владеют беспалочковой магией: Дарина тогда сидела рядом с Маркусом и рассказывала об отделениях Колдовстворца, как вдруг взмахнула рукой, и её кубок сам полетел к чаше с пуншем, половник налил в него напиток, и кубок вернулся обратно. Маркус лишь заметил на её руке массивный черный перстень с красным камнем, но палочки не было. Заметив его очень удивлённое лицо, Дарина пояснила, что колдуют они с помощью колец. Со следующего дня началась учёба, и на многих занятиях Маркус пересекался с Дариной и Мишей. Поначалу ученики Хогвартса сторонились приезжих, да и сами гости не спешили заводить друзей, но как-то раз после урока Травологии, Маркусу пришлось вернуться в теплицу за забытым учебником, где он застал забавную картину: Игорь, который оказался на Гриффиндоре, обсуждал с профессором Люпином горные травы, а в руках держал кассету с несколькими ростками. — Это горная лаванда, я подумал, будет круто привезти вам несколько ростков. — Это действительно круто, моя супруга обожает её, но на нашем участке она почему-то не приживается. Где ты приобрёл их? — Я… — кажется, парень немного покраснел. — Я сам их вырастил из семян. Я могу расписать вам рекомендации по взращиванию лаванды, если вам нужно. — Я буду очень благодарен. — профессор тепло улыбнулся. Маркус постарался уйти, пока его не заметили. Он усмехнулся про себя: такому громиле мечом махать раз плюнуть, а он оказался очень чутким и аккуратным человеком, ведь с растениями нужно нежно. У входа в замок он обнаружил свою кузину Марлин, тоже семикурсницу с Гриффиндора. — Игорь сейчас в теплице? — шёпотом спросила она. — Да. А что, влюбилась? — не упустил случая подразнить девушку Маркус. Марлин лишь буркнула что-то, зарделась и побежала к теплице. Но по-настоящему прочувствовать тёплую атмосферу Кингу довелось одним промозглым октябрьским вечером. Он сидел в библиотеке и читал о создании магических колец и их преимуществах. Вдруг книга вылетела у него из рук и приземлилась в руки Дарины. — Чего читаешь? — девушка посмотрела на обложку и улыбнулась. — Приятно, что ты заинтересовался, многие европейские маги предвзято относятся к магии через кольца. Но у меня есть более интересное предложение. Хочешь увидеть, как русские играют на балалайке? — А это разве не стереотип? — усмехнулся Маркус. Девушка лишь пожала плечами и кивнула головой в сторону выхода. — А ты умеешь заинтриговать. — Маркус подошёл к девушке, забрал книгу и поставил на место. — Куда идём? — В нашу гостиную. Ну, я имею ввиду ту, которую выделили нам. Кинг ещё не бывал там, и ему было банально интересно, как она выглядит. Дарина привела его в гостиную на среднем уровне замка, и, войдя, Маркус услышал громкий смех и речь, но не понимал, о чём говорят. — Ой, минутку. Ребят, кто-нить наложите на Маркуса чары перевода, я пока не оч хорошо их освоила. На диванах и креслах сидели ребята из Колдовстворца, и среди них он с удивлением обнаружил Марлин. Она сидела рядом с Игорем, который настраивал гитару. К Маркусу подошла Мария, которая по распределению попала на Когтевран. Она что-то прошептала, а потом подмигнула ему и щёлкнула по лбу. Парень тут же начал понимать, о чём говорят ребята: кто-то обсуждал новинки кино, кто-то спорт, а Миша и Эдик, который тоже попал на Когтевран, горячо спорили, чем лучше разбавлять огневиски — колой или яблочным соком. Все были в разнообразной яркой одежде: кто-то уже в пижаме, кто-то в длинной кофте с капюшоном. Дарина тоже скинула мантию, а под ней оказалась милая розова толстовка с уточкой. Она потянула его к диванам и усадила рядом с собой. Маркус глядел на кузину, которая смотрела на сосредоточенного Игоря глазами-сердечками. — А где же балалайка? — спросил он, и все замолчали. — Дарина обещала мне игру на балалайке. Ребята разразились хохотом. — Я, конечно, умею, и она у меня с собой, — отсмеявшись, сказал Игорь. — но на ней что не играй — получатся частушки. Так, всё, я настроил. — он протянул руку к шапке на столе, и достал оттуда бумажку. — Итак, первая песня — батарейка! Он начал перебирать струны, а Дарина сунула в руки Маркуса открытую тетрадь. — Это текст песни. — шепнула она, а по шее парня побежали мурашки. Ребята пели, и Маркус подхватывал лишь на припеве, и постоянно прислушивался к голосу Дарины. Она пела спокойно, кто-то пел комично-надрывно, и басовитые голоса парней накладывались друг на друга так идеально. Дарина достала из кармана пижамных штанов какой-то зелёный цилиндр. Втянула воздух через него и выпустила в лицо Маркуса на первых строчках новой композиции. Тебе не нравится дым — чёрт с ним, Он убивает слова, кругом голова. Уже разносит молва по дворам Что между нами чиуауа… После песни Маркус спросил, что это за штука. — Это одноразка. — увидев непонимающее лицо парня, она пояснила. — Есть вот сигареты, а есть одноразовые испарители. В них тоже содержится никотин, но ты вдыхаешь не дым, а пар. Мы чутка поколдовали, и теперь каждая затяжка с разным вкусом. Хочешь попробовать? — Маркус взял протянутый цилиндр, затянулся и тут же закашлялся. — Эй, эй, осторожнее! — девушка похлопала его по спине. — Не затягивайся так много сразу, по чуть-чуть. Слизеринец сделал небольшую затяжку, выдохнул, и почувствовал, что голова немного закружилась. Ребята пели песню про какое-то такси, и улыбающаяся в дымке пара Дарина была такой красивой. Рыжие волосы отдавали медью в свете камина, а светло-карие глаза лучились таким теплом, что в сердце что-то ёкнуло. Вдруг девушка, сидящая рядом с ним, сказала: — Хочется чая. Маркус, не знаешь где его сейчас найти можно? — Эм… — парень прокашлялся. — Думаю, на кухне. Можно попросить домовиков его принести сюда. — Сможешь сходить? — спросил Игорь. — Да, конечно. — Маркус встал. — О, я с тобой сгоняю. — с пола поднялся Миша. — Нужно ведь знать на будущее, где надыбать чего съестного. Парни вышли из гостиной. Молча они шли по коридорам, но вскоре Михаил подал голос. — Запал на Даришку? — и улыбался при этом так хитро. — Не считаешь, что это слишком личный вопрос? — Да брось, я же вижу, как ты смотришь на неё. Но я — могила, никому не разболтаю! По секрету скажу, что за ней половина Колдовстворца бегает, но, кажется, ей вообще не интересно это всё. Она крутая. Я слышал, что она с кем-то встречалась на среднем отделении, но там как-то некрасиво всё закончилось. — И зачем ты мне это рассказываешь? — Чуйка, что вы подходите друг другу. У меня в роду были ведуньи-пророчицы, и что-то у меня есть от них. На святки девочки будут гадать, и можно кое-что устроить. — Миша поиграл бровями. — Если решишься, подойди ко мне после Нового года. Они тем временем уже подошли к картине, на который был изображён натюрморт фруктовой тарелки. Маркус пощекотал грушу, и на её месте появилась ручка. Позже, когда все напились чая и решили расходиться спать, Маркус решил проводить свою кузину до башни. — Тебе правда нравится этот Игорь? — спросил он. Девушка кивнула и зарделась. — Думаю пригласить его на Рождественский Бал. Не помню, что такие были раньше, только в год Турнира Трёх Волшебников. — Решили устроить из-за студентов по обмену. В России ведь не празднуют Рождество, только Новый год. — Ну ладно, спокойной ночи. — они уже были у портрета Полной Дамы. — Надеюсь, он примет приглашение. И что у него нет девушки… Маркус вернулся в свою комнату. Дарина ему и правда нравилась, но неужели он успел влюбиться? Они ведь не так много общались друг с другом, он не знал о ней практически ничего. Такие гитарные вечера, оказалось, были очень частыми, и Маркус старался приходить на них всегда. Иногда они угадывали песню по мелодии, иногда Игорь просто наигрывал что-то неопределённое, а все остальные болтали. Кинг ближе познакомился со студентами из России, и узнал больше о Дарине, например то, что она собиралась стать Мастером по изготовлению колец, и что сама она из немагической семьи, но её младшая сестра тоже обладает способностями, и учится в Колдовстворце на младшем отделении. Ирина собиралась стать врачом, Эд — мастером тату, а у семьи Игоря своя сеть цветочных магазинов. При близком общении все они оказались довольно душевными людьми, хоть и со своеобразным чувством юмора. Когда наступила зима, и замёрзло Чёрное озеро, гости предложили сыграть в хоккей. Оказалось, что в Колдовстворце эта маггловская игра популярнее, чем квиддич. И в числе студентов Хогвартса оказалось несколько человек из маггловских семей, которые им занимались. Преподаватели поддержали инициативу, помогли расчистить озеро от снега и выровнять лёд, а также возвести ледяные барьеры, ворота и трибуны. Удалось собрать только две полноценные команды по шесть человек, один из которых — вратарь. Экипировку трансформировали из обычной одежды, клюшки — из палок, а коньки — из обуви. С шайбой пришлось повозиться, но в итоге всё получилось. Посмотреть на игру вышла большая часть школы. Оказалось, что на время игры ребята надевают специальные кольца, которые блокируют магию, чтобы всё было честно. Комментировать матч вызвался один парень из Когтеврана, который был из маггловской семьи и был фанатом этой игры. Игроки летали по льду с бешеной скоростью, сшибали друг друга, шайба отлетала от барьеров с таким звуком, будто кто-то выстрелил. Хоккей оказался очень зрелищной игрой, толпа болельщиков гудела, игроки в запале иногда начинали драться, но их быстро разнимали и успокаивали. По итогу выиграла команда, в которой был Миша, Эд, Ира, Мария и два ученика с Пуффендуя. По этому поводу обычный ужин стал праздничным, и проигравшая команда вообще не расстроилась и веселилась с остальными. Приближалось Рождество, а значит, и бал. Маркус всё же решил пригласить Дарину, и, узнав у Миши, что сейчас она в гостиной Колдовстворца помогает Игорю с чем-то, направился туда. Там он застал интересное действо: Дарина пыталась научить Игоря вальсировать. Парень в очередной раз сбился с ритма, когда Маркуса наконец, заметили. — Маркус, ты умеешь танцевать вальс? — спросила Дарина. — Может, проблема в том, что тебя должен учить парень, Игорь? Всё-таки в вальсе ведёт мужчина. — Могу показать пример. — Маркус подал руку Дарине. Они передвигались по комнате простейшей четвёркой, и в один момент Маркус подхватил девушку за талию и поднял в воздух, и после они остановились. — Я, вообще-то, пришёл не просто так. — Кинг замялся, всё не убирая рук с талии Дарины. — Не хотела бы ты, эм… пойти на Рождественский бал со мной? — Оу, неожиданно… — девушка занервничала. — Думаю, да. Можно. — Прекрасно! — слизеринец просиял. — Тогда, встретимся в гостиной Слизерина? Я буду в фиолетовой мантии. — Дарина лишь улыбнулась. — Кхм, я вам не мешаю? — Игорь еле сдерживал улыбку. — Маркус, не мог бы ты мне помочь с танцами? Не хочется как-то отдавить ноги девушке… — Да, конечно. — он наконец опустил руки. — Можем попробовать сейчас, если ты не устал. Дарина быстро ушла в спальную комнату, а Маркус остался с Игорем. Дело, и правда, пошло легче, и вскоре Игорь перестал сбиваться с ритма шага, и даже смог сносно повальсировать в паре с пришедшей Ирой. — Надеюсь, я не запутаюсь в собственных ногах на балу. — хохотнул он. — А с кем ты идёшь, если не секрет? — спросил Маркус. — Меня пригласила девушка с Гриффиндора, Марлин Уотсон. Подошла сегодня за завтраком, это было неловко, принято ведь что парни приглашают девушек. — кажется, этот здоровяк засмущался. По случаю бала отъезд на каникулы немного отсрочили. Решено было устроить празднество за два дня до Рождества. Маркус был горд собой: он научил Игоря прекрасно вальсировать, и сейчас сидел у камина и ждал Дарину. Вскоре она вышла, и парень немного оторопел: на ней было тёмно-синее, почти чёрное струящееся платье, контрастирующее со светлой кожей. — Леди, разрешите сопроводить вас. — Кинг чуть склонил голову и подал руку. Девушка ухватила его за локоть рукой. Даже сквозь пару слоёв одежды Маркус чувствовал жар её кожи. Уже у входа он пересёкся взглядом с Михаилом, и он показал ему большой палец. — У вас каждый год проводится такой бал? — шёпотом спросила Дарина, поднявшись на носочки. — Вообще-то нет, его решили устроить для вас. Обычно такое мероприятие проводится в школе, принимающей Турнир Трёх Волшебников. В России ведь нет Рождества? — Вообще-то есть. — возмутилась девушка. — Просто у нас оно седьмого января, но его особо не празднуют. Мы празднуем Новый год с огромным размахом: куча еды, алкоголя, подарки, салюты… В Колдовстворце он выглядит очень помпезно. — Хотел бы я как-нибудь попасть на празднование Нового года по-русски. В Большом зале стоял гомон сотен голосов, и вскоре заиграла музыка. Пары вальсировали по залу, и Маркус увидел танцующих Игоря и Марлин. Девушка светилась от счастья так, что глазам было больно. Хотя, может, дело было в блёстках, которыми было усыпано её платье. Внезапно вальс сменился танцевальной музыкой, и стало по-настоящему весело. Устав, ребята сели у небольшого столика. — Дарина, мой вопрос может показаться очень невежественным, но я не могу не спросить. — Маркус говорил прямо в ухо из-за грохочущей музыки. — У тебя есть парень? — Нет. — лицо девушки вмиг потемнело. — Был, но я не хочу об этом говорить, это испортит настроение. — парень поджал губы. Кажется, он всё попортил. Заиграла новая мелодия, и Дарина оживилась, схватила парня за руку и потащила в центр зала, где образовался пустой круг. Они выбились вперёд и увидели Эда и Машу. — Я и не сомневалась, что они решат чуть-чуть показать себя полностью. — сказала Дарина. — В нашей школе они руководят кружком народных танцев. Пара начала танцевать затейливый танец, похожий на какое-то заигрывание. Потом к ним присоединились Ира с Мишей, и Дарина тоже потянула Маркуса в круг. Вскоре к ним подключились и другие ребята, пары кружились, взяв друг друга под локти, менялись партнёрами, а в какой-то момент в середине один из приезжих — Илья — подхватил двух девушек за талии и начал кружить. В финале все резко вскрикнули и замерли. Отовсюду послышались аплодисменты. Бал закончился поздно ночью, Маркус проводил Дарину к спальне девочек в подземелье Слизерина. — Слушай, а ты уезжаешь на рождественские каникулы? — спросила она. — Думаю, нет. Я ведь староста школы, считаю своим долгом остаться и следить за порядком в школе. — Ну… тогда спокойной ночи. — девушка улыбнулась и вошла в комнату. Настало Рождество. За завтраком те студенты, что остались, получили подарки от своих семей. Ребята из Колдовстворца же сели все вместе и что-то шумно обсуждали на русском языке. Проходя мимо них, он услышал только одно знакомое слово — водка, и лишь усмехнулся. Утром 31 декабря всем им пришло по несколько посылок. Лишь тогда Маркус заметил, что почту им приносят или голуби, или вóроны. Что-то было упаковано в красивую праздничную бумагу. Эти, как оказалось, подарки, ребята раскрыли тут же. Доставали из коробок тёплые носки, свечи разных размеров, и другие непонятные штуки. Обычные картонные коробки так и остались нераскрытыми. Весь день ни одного ученика Колдовстворца не было видно. Но часов так в 9 вечера Маркус встретил Игоря и Марлин в коридоре, ведущем на кухню. — Чего это вы здесь гуляете? — спросил он. — Сегодня же Новый год. — с горящими глазами сообщила ему кузина. — Мы просили домовиков сделать кое-какую еду. Приходи в гостиную Колдовстворца, там сейчас такое начнётся! Маркус вернулся в свою спальную, и через час раздумий всё же решил идти. Сегодня всё равно не его очередь патрулировать коридоры. Уже у входа в гостиную он обнаружил Эндрю. — А ты здесь какими судьбами? — спросил староста. — Меня пригласила Ирина. — друг пожал плечами. — Если бы ты был чуть внимательнее, а не смотрел постоянно на Дарину, заметил бы, что мы с ней неплохо поладили. Они вошли в гостиную. Помимо русских и Марлин, там была ещё девушка с Пуффендуя, о чём-то говорящая с Ильёй. К Маркусу и Эндрю тут же подошла Мария и наложила чары перевода. Над камином висела странная квадратная коробка, в которой танцевали и пели люди. На столе стояли разнообразные угощения: бутерброды с красной рыбой, маленькие песочные корзиночки с икрой, необычные салаты. В центре стояло несколько свечей. — О-о-о, а вот и они! — воскликнула Ира. — Будете огневиски с колой? Или какой другой коктейль? — Давай огневиски с колой, чем бы это ни было. — улыбнулся Эндрю. Девушка подошла к подоконнику и взяла бутылку с каким-то черным напитком. Смешала его и огневиски в стаканах и подала слизеринцам. Маркус попробовал. Мелкие пузырьки газа приятно щекотали рот, и вкус алкоголя был не таким резким. Там же, на подоконнике, стояло несколько тёмных стеклянных бутылок, коробки сока и бутылки огневиски. Дарина вышла из спальной комнаты с одноразкой в руке. Маркус заметил, что почти у всех были похожие штучки, но разных форм и размеров. — Ну, теперь садимся кушать! — прогремел голос Миши. Все собрались у стола и начали есть. Студенты Хогвартса с недоверием поглядывали на салаты, и кто-то из русских объяснил, что красное нечто — селёдка под шубой, другой слоёный салат — мимоза, а тот, что в огромном блюде — оливье. На пробу салаты оказались не так уж плохи, хотя и вкус у них был непривычный. Все о чём-то болтали, обсуждали подарки, кто-то обновлял напитки, общая атмосфера была такая уютная, что складывалось ощущение, что все они — одна большая семья. За десять минут до полуночи все замолчали. Вместо стаканов на стол были поставлены высокие бокалы, а парни принесли те тёмные бутылки. Все смотрели в магическую коробку, где к волшебникам обращался с поздравлением Министр Магии Российской Федерации. После фразы «С Новым всех Годом» картинка сменилась на огромные часы, зазвонил колокол. Дарина, сидевшая рядом с Маркусом, всучила ему в руки бумажку и карандаш. На непонимающий взгляд она, торопясь, объяснила: — Пиши своё желание, потом его нужно будет сжечь и бросить в бокал с шампанским, и выпить до дна. — Маркус коряво начеркал несколько слов на обрывке. — Двенадцать! — хором крикнули ребята и взяли в руки бокалы. — Одиннадцать! — раздались хлопки открывшихся бутылок, пробки полетели в разные стороны, одна из них угодила в люстру. — Десять! — все стали подставлять бокалы под льющийся из бутылок напиток. — Девять! — кто-то поджёг бумажки о свечи, Дарина подпалила свою и Маркуса заклинанием. Восемь. Пепел от бумаги полетел в бокал. Семь. — Пей быстрее, а то не сбудется! — воскликнула Маша рядом, и сама опрокинула бокал с игристым в себя. Шесть. Пять. Маркус старался пить быстрее, но холодное шампанское тяжело шло. Четыре. Три. Два. Он всё же успел допить и обернулся на Дарину. Она тоже уже допила и светила улыбкой, словно маленькое солнышко. Один. — С Новым Годом! Ура-а-а! — наперебой закричали все и стали улыбаться и обниматься. Дальше всё понеслось как ураган: один стакан за другим, кто-то из парней уже пил огневиски без колы, В один момент кто-то достал бенгальские огни и колдофотоаппарат, они сделали несколько фото. Примерно через час Игорь громким шёпотом сообщил, что у него есть трын-трава. Самокрутка пошла по кругу. — Знаешь, что такое цыганочка? — спросила Дарина у Маркуса, её глаза пьяно блестели. Маркус отрицательно покачал головой. — Хочешь, покажу? — он кивнул. — Тебе нужно будет вдохнуть, когда я выдохну. Дарина глубоко затянулась и приблизилась к лицу Кинга. Между их губами были миллиметры. Она выдохнула облако дымки прямо в приоткрытый рот Маркуса, и он вдохнул, задерживая дым внутри. — Выдыхай давай, а то станет плохо, а не хорошо. — Дарина улыбнулась и передала косяк Маше. Маркус выдохнул, и голова закружилась.

***

Маркус лежал, практически не дыша. Спящая Дарина была слишком милой. Её волосы растрепались, а рот был немного приоткрыт. Маркус попытался встать, но провалил попытку: едва сев, он почувствовал такую боль в голове, будто её сдавило тисками, и упал обратно. Вскоре остальные начали просыпаться, тут и там слышались болезненные стоны. Дарина тоже проснулась и потянулась. — Как себя чувствуешь? — спросила она. — Голова болит. — простонал Маркус. — И я не помню ничего. Ну, точнее, последнее, что я помню — как ты показала мне цыганочку. Дальше будто пустота. — Я помню чуть больше. — усмехнулась она. — Если хочешь всё вспомнить, могу предложить антипохмельное зелье, оно и похмелье устраняет, и память возвращает. — Хорошо. — девушка встала, а вскоре вернулась с баночкой с белёсой жидкостью. Кинг выпил его. Вкус был солоноватым, и вдруг боль усилилась, а потом резко отпустила, и память стала возвращаться.

***

Маркус оглянулся по сторонам. Никто будто и не заметил их недопоцелуя, лишь Миша усмехнулся и подмигнул ему. Один коктейль за другим, пара затяжек, и вот Ира и Маша пытаются научить его играть в дурака, Марлин сидит на плечах у Игоря и пускает мини-фейерверки из палочки, Илья и девушка с Пуффендуя и вовсе пропали из гостиной. Дарина, кажется, просто поймала дзен и лежала на диване, выдувая разноцветный пар. Бросив попытки научиться хоть чему-нибудь у пьяных объяснятелей, Маркус упал рядом с рыжеволосой. — Ты как? — Я в своем познании настолько преисполась, что я как будто бы уже сто триллионов миллиардов лет проживаю на триллионах и триллионах таких же планет, как эта Земля, мне этот мир абсолютно понятен, и я здесь ищу только одного — покоя, умиротворения и вот этой гармонии, от слияния с бесконечно вечным, от созерцания великого фрактального подобия и от вот этого замечательного всеединства существа, бесконечно вечного, куда ни посмотри, хоть вглубь — бесконечно малое, хоть ввысь — бесконечное большое, понимаешь? — выдала она. — Чего? — Кинг вообще не понял происходящего. — Бля, забей… — хихикнула Дарина. — Это прикол такой. Сейчас я чутка подзаряжу свою социальную батарейку и пойду дальше веселиться.— и передала ему одноразку. Маркус затянулся и выдул розовый пар, а затем зелёный. Передал цилиндр девушке, и она выдохнула облако фиолетового цвета. На пьяную голову занятие оказалось довольно забавным, и минут пятнадцать они развлекались тем, что выдували разноцветные пары и хихикали с этого. В один момент Дарина вскочила с дивана и пошла танцевать, и Маркус пошёл следом. Вскоре вернулись Илья и девушка с Пуффендуя. Через пару часов половина присутствующих клевала носом. Каким-то образом им удалось разложить диваны, хотя Маркус подозревал, что они не должны раскладываться. Оставшиеся «выжившие» сели на пол у камина, расстелив пледы. Игорь достал гитару и стал наигрывать мелодию, Дарина, привалившаяся головой к плечу Кинга, тихонько напевала. Такого снегопада, такого снегопада Давно не помнят здешние места. А снег не знал и падал, а снег не знал и падал Земля была прекрасна, прекрасна и чиста. Снег кружится, летает, летает И поземкою клубя, Заметает, зима заметает Все, что было до тебя. Маркус повернул голову, носом зарываясь в копну медных волос, вдохнул смешавшийся запах одноразки и шампуня. Дарина подняла голову. Парень чуть наклонился и поцеловал её. Губы девушки отдавали сладкой колой и немного алкоголем. Она разомкнула губы и вдруг повалилась. Слизеринец успел подхватить её, чтобы она не ударилась головой. Не без помощи он перетащил её на ещё пустой диван и лёг рядом, быстро провалившись в сон.

***

Полностью ожили все только к вечеру. На вопрос будет ли Дарина пить антипохмельное зелье, Маркус услышал, что то, что забыто — должно оставаться забытым, это её жизненная позиция. И никто из тех, кто видел их поцелуй, ни слова не сказали, хотя Кинг ожидал подколов и усмешек. На ужин они спустились в Большой зал, где профессор Люпин поинтересовался их состоянием. На чистом глазу все заявили, что всё в полном порядке, хотя некоторые всё ещё выглядели довольно помято. Кажется, сама Дарина не помнила поцелуя. Что ж, с одной стороны — Маркусу это было на руку, но с другой… хотелось бы, чтобы она помнила о нём.