The way I feel inside

Сегодня она опять засиделась допоздна, придумывая новые способы укрепления школы, что оказалось не таким простым, как казалось вначале. На пути в ее комнату, Клементина растирала плечо, пытаясь избавиться от нарастающей боли, последние две недели были просто невыносимыми, мягко выражаясь. Другие дети все больше начинали волноваться, Лили и другие рейдеры должны были уже давно напасть. Почему они так долго медлят? Пытаются посеять панику? Что ж, их план постепенно приходит в действие. — Клем. Несмотря на его спокойный голос, девушку слова застали врасплох. — Почему ты еще не спишь, растяпа? Эй Джей перебирал тонкие нити одеяла, сидя на кровати в углу. — Я не мог заснуть. Клементина знала, что мальчик о чем-то переживает, так как обычно в это время он уже мирно спал. — Что-то случилось, Эй Джей? Она села на колени рядом с кроватью, пытаясь поймать его взгляд. — Тебе приснился плохой сон? Эй Джей медленно перевел взгляд на девушку, он не был грустным, больше обеспокоенном или что-то такое. — Просто…рейдеры уже должны были напасть. Что, если они нападут на нас ночью, пока все будут спать? Кто-то должен стоять на стреме, защищать всех. Клементина приподняла бровь. — И этот кто-то ты? Малыш невольно поежился. Девушку будто что-то кольнуло в глубине души, услышав какие страхи хранятся в подсознании мальчика. Когда она была его возраста, все, о чем она переживала, это не выйти за линию, раскрашивая рисунок, а не за группу людей, готовившихся напасть и убить каждого из них. — Тебе не о чем волноваться, Эй Джей, я знаю, тебе страшно, но ты всегда можешь положиться на меня. Мы все тут помогаем друг другу. И я обещаю, что ни с тобой, ни с кем-то другим, ничего плохого не случиться. Мальчику нужно было услышать эти слова. От его милой улыбки, Клементине сразу стало тепло и спокойно на душе. Она всеми силами пыталась сделать так, чтобы растяпа был счастлив и невредим. — Клем…можешь мне спеть песню на ночь? Как ты делала, когда я был маленький. Клементина помнила ночи, когда малыш не мог уснуть из-за зомби, разгуливающих снаружи, или огнестрельных выстрелов, и начинал плакать. Пением девушка успокаивала его, поначалу это было просто напевание, но затем она начала петь песни, которые слышала когда-то в детстве или из магнитолы в машине. — Конечно. — Эй Джей мигом вытянулся на кровати и накрылся одеялом. — Я слышала эту песню несколько раз, надеюсь еще смогу вспомнить текст. ˜ ˜ ˜ Его тихое напевание составляло ему компанию, пока парень шел по темному коридору, на стенах которого, лунный свет рисовал причудливые тени. Луис дорабатывал песню, которую писал всю прошедшую неделю, это помогало ему отвлечься от…от всего. Рейдеров, постоянных перепалок, Марлона. Черт Казалось, он все еще слышал его голос в голове, от этого не было покоя. После того, что совершил Эй Джей. Луис винил себя за негативные мысли о поступке этого парнишы, которые беспрестанно возникали в подсознании, между его разумом и сердцем шел спор. Его разум кричал: «Он убил твоего лучшего друга! Клементина сумасшедшая, раз доверила малышу с пистолетом!» Но его сердце шептало: «Он подумал, что Клем в опасности, тем более поступок Марлона непростительный. Она не говорила ему стрелять…» Это был очень напряженный спор, откровенно говоря. Он почти дошел до двери девушки, когда услышал тихий звук, исходящий из комнаты. Он развернул голову, пытаясь собрать воедино отрывки звука. — Она никогда не будет одна, Теперь у нее есть семья. О Боже… — И когда на улице будет зима, Скажет она… …Клементина…поет? — Мир не безупречен, но не так и плох, Пока мы есть друг у друга, будем двигаться вперед Я буду твоей мамой, держа тебя за руку Знай, я помогу в любую минуту. Это было неидеально, но и совершенно безупречно одновременно. Она пела сопрано, что стало для Луиса сюрпризом, так как у девушки был довольно низкий голос. Парень медленно подошел к двери, его разум уже стал зависимым от ее голоса. — Когда мир не идеален Когда мир не добр Пока мы есть друг у друга, нам все нипочём Я буду твоей мамой, держа тебя за руку Знай, я помогу в любую минуту. Луис наклонил голову к холодной двери, наслаждаясь моментом. В мыслях он понимал, что не стоит подслушивать. Если бы Клем знала, что парень слушает ее пение, то ему бы ой как не поздоровилось. Но кто знает, когда ему выпадет шанс услышать это вновь, а так она ни за что не согласится петь кому-то, кроме Эй Джея. Эй Джей. — Твою мать, — прошептал Луис. Удушающие чувство вины снова накрыло его, все эти язвительные взгляды и вспыльчивые фразы прокручивались снова и снова в его разуме. Эй Джей просто ребенок, растущий в мире, где постоянно быть готовым защищаться — это норма. В другом случае — значит быть обреченным на смерть. — Им было 90 и они доживали свой век На западе города, где пошли под венец На стенах фотографии минувших дней висят Хоть жизнь не была проста, они рады, что остались здесь. На лице Луиса растянулась улыбка. Слова песни пересекались с ним, он был рад, что Клем вернулась. Честно, он думал, что она умерла, после той встречи с тем мужиком и женщиной в лесу. Для парня это был знак, увидев, как девушка пришла в Эриксон, из последних сил пытаясь нести Эй Джея. Она была, словно ангел хранитель, и была также красива, как небесное создание. Ее решительность по отношению к мальчику была поразительной, девушка так верила в него, даже после совершенных ним ошибок. Луис осторожно отошел от двери. Его сердце билось с невероятной частотой, а мозг был так воодушевлен. Парень решил, что завтра поговорит с ней, все объяснит и попросит прощения. Впервые за две недели его сердце и разум, будто сбросили тяжелую ношу. Эй Джей никогда не станет плохим человеком, по крайней мере пока о нем заботится Клементина.