Прошу...

Слез кажется уже не осталось, либо так действует успокоительное, что дала заботливая медсестра. Полтора часа тянулись не просто медленно. Кажется будто прошла целая вечность. Вечность в слепом неведении. И все для того чтобы задать один единственный вопрос: "жива ли она?". За время проведённое в больнице Хван успела помолиться всем известным богам. Она не представляла жизни без любимой. Она знала, что больше никогда не сможет вновь просыпаться одна в холодной постели, не сможет уходить из дома без пожеланий удачного дня и тёплого, совсем невесомого поцелуя в щеку, не сможет приходя с работы не утыкаться в мягкое плечо рассказывая о своём дне, не сможет жить без неё. Щелчок. Дверь операционной открывается и оттуда выкатывают каталки, а на них Рюджин. Рюджин с интубационной трубкой, перебинтованной правой рукой и головой, с капельницей, торчащей из её руки которая кажется совсем недавно дарила такие теплые и незабываемые объятья. Такая маленькая, бледная, хрупкая, совсем беспомощная. Хван молнией вскакивает с места подбегает к доктору. — Рюджин! Что с ней?! Она жива?! — Девушка, успокойтесь, пожалуйста. Вам к ней нельзя. Она в тяжёлом состоянии. — говорит мужчина лет 45 и хватает Йеджи за руку, чтобы она не прошла в кабинете за Рюджин. — Пожалуйста, прошу, пустите меня к ней! Я заплачу. Сколько угодно. Что с ней? Она поправится? Я умоляю помогите ей! Она единственная кто у меня остался... Прошу...— вновь слезы водопадом стекают с глаз девушки, а дыхание сбивается настолько, что доктор с трудом разбирает последние слова. — Она в коме. Простите. Мы сделали все, что могли. Снова эта фраза, снова эта больница, снова потеря. Йеджи уже похоронила родителей в автокатастрофе, что сниться ей в каждом кошмаре, она не сможет похоронить ещё и Рюджин. Нет! Она не сможет жить без неё. Младшая спасла её, вытащила из бескрайней тьмы. Но сейчас её нет. И возможно больше никогда не будет... Еле передвигая ноги девушка подходит к двери палаты куда только что увезли пострадавшую. Единственное, что ей остаётся это тихо рыдать под этой чёртовой дверью и слушать редкие звуки аппаратов к которым подключена Рюджин. "Это не может быть концом. Нет! Шин Рюджин, ты не умрешь, ты не посмеешь вновь остановить меня одну. Ты обещала! Ты обещала, что я больше никогда не останусь одна, ты обещала, что мы всегда будем вместе. Ты должна выжить... пожалуйста. Пожалуйста, хотя-бы ещё раз одари меня своей улыбкой, своим ласковым "я люблю тебя, котенок ", я готова все отдать, чтобы ещё раз вернуться в тот день когда ты рассказала мне о своих чувствах, и кричать, кричать о том как я тебя люблю, кричать до крови в горле. Прошу, не оставляй меня..." Но монолог Йеджи прерывает монотонный писк, что доносится из палаты. Ещё пара секунд и к двери подбегут врачи, Хван раствориться в громком отчаянном крике, часы пробьют 12, в бардачке машины навсегда останется маленькая коробочка с кольцом из белого золота с маленькой кошачьей лапкой, а фразу: "ты выйдешь за меня?" Рюджин уже не сможет произнести никогда...

***

— Сегодня, мы собрались здесь, чтобы проводить в последний путь замечательную девушку, что многие годы согревала нас своим теплом... — зачитывал священник, но для Хван происходящее уже не имело смысла когда она увидела годы жизни под портретом своей любимой с чёрными траурными лентами. Рюджин скончалась так и не приходя в сознание. Кажется, что за последние дни слез пролилось больше чем воды в мировом океане. Но Йеджи было плевать, плевать на все, абсолютно на все в этом ебаном мире, в мире где есть только боль. Боль, боль и только боль. Ничего более. Она готова утонуть в собственных слезах. Захлебнуться в собственном отчаянии, чтобы лишь бы снова встретиться с Рюджин. Каждый раз когда девушка закрывала глаза она видела её. Такую красивую, весёлую, нежную Рюджин, что улыбаясь махала ей, но в следующую же секунду картина резко сменялась, и вот перед ней уже лежало холодное окровавленное тело любви всей её жизни. Жизнь самой Йеджи также оборвется очень скоро. Смерть родителей, а затем и самого близкого человека — все это оставило настолько неисправимый след, что маленькое сердечко хрупкой девушки остановится 3 июня в 9:53 и больше никогда не забьётся вновь. В квартире найдут записку с последним желанием Хван. В ней, на полностью пропитанным слезами листе, будет расплывшимися чернилами написано :"Похороните меня рядом с НЕЙ". Насколько безжалостна и беспощадна может быть судьба к простой девушке, что хотела лишь одного — любить и быть любимой...