Разбиваясь о скалы

В непроглядной тьме он ползёт в никуда, автомат натёр спину так, что кажется, кожу посыпали перцем, но впереди, уже совсем близко, просвет. Пот заливает глаза, ноги коченеют… и вдруг на поясе начинает вибрировать граната. Казума вскакивает с кровати и швыряет телефон в стену. И только услышав треск осознаёт, что ему снился сон. В номере никого. Сколько он проспал?! Со сна ещё шатает немного, но Казума добирается до телефона, и на то, чтобы вставить выпавший аккумулятор, уходит почти двадцать секунд, потом ещё загрузка тянется целую минуту. И вот на экране единственное смс: «Следи за мальчишкой, на него объявлена охота. Не отдавай никому, тем более малышу Ёшида». Ошалело перечитав его пару раз, Казума наконец полностью просыпается и обводит взглядом комнату с кроватью в форме сердечка. Бросается к ванной, рывком распахивая незапертую дверь. Подлетает к окну… – Гин, мать твою! Ты не мог раньше меня разбудить?!

***

Кофе оставляет желать лучшего, но даже если этот капучино – растворимый из пакетика, он всё равно слишком жидкий, будто растворилась лишь половина. Акира прячет смартфон в рукав, снова опускает взгляд на свою чашку и несколько минут сидит, просто глядя на неё. Судзумура Кен… тот подросток, родился в обычной семье, но его судьбу изменили. И пусть якудза – лишь отбросы для всех нормальных людей, но крупные кланы – это также ещё и сила и власть, с которыми приходится считаться даже правительству. Всё дело в деньгах. В больших деньгах, ставших частью экономики страны. И вот этому мальчишке уготовано в наследство нечто настолько масштабное… но вместо того, чтобы сидеть на попе ровно и ждать своего часа, он вторгается на вражескую территорию ради мести. Рискует головой. А ведь очень скоро станет лишь разменной монетой, пешкой в игре, если конечно, уже не стал ею давным-давно. Использовать парня вполне разумно. Правда, даже пешка из Судзумуры довольно тяжёлая, так что самостоятельно сыграть ею не выйдет, разве что отдав более крупному игроку на выгодных условиях. Э-эх, как же это недальновидно… словно продать сундук с сокровищами по цене обычного ящика… Но выбора нет. Акира вздыхает и оглядывается: Огата обнаруживается всё там же, в пяти столиках к выходу, кажется, слишком занятый гигантской порцией парфе, чтобы даже заметить его приближение. Однако подойдя ближе, Акира обнаруживает, что отправляя в рот одну ложку с лакомством за другой, «мастер» с не менее завидной сноровкой умудряется ещё и эсэмэситься с кем-то. Среди иероглифов мелькает слово «Ямагучи». – Эй, за все эти годы мог бы и мне разок написать! – Акира приземляется в мягкое кресло совсем рядом с мужчиной. – Я так хотел завести друга по переписке! Небольшое лезвие выскальзывает из рукава и клюёт Огату между рёбер. Точнее, должно было клюнуть, но откуда-то на его пути возникает преграда. И судя по донёсшемуся из-под стола скрежету – стальная. – Аки-чан, галактика в опасности, – даже не взглянув на него, мужчина складывает веер, умудрившись защемить между пластинами лезвие ножа. – Хочешь поиграться… давай в другой раз. Правда при этом ему приходится прервать поглощение сладкого и перебросить раскладушку в другую руку. «…или что там тебя так утомило, что ты проспал целые сутки?!» – вновь принимается мелькать большой палец над старой кнопочной клавиатурой. – «В прятки играли? "Входит-выходит"?» Акира вынужден прищуриться, чтобы разобрать мелкие, быстро появляющиеся на маленьком экране символы. И вдруг перед глазами возникает ветка вишни на стальных пластинах. – О… – Акира трогает подушечкой пальца край раскрытого веера, пробуя на остроту. – Я смотрю, вы с Азарни нашли общий язык? Или ты с ней тоже поиграл немного? – И почему все подростки такие озабоченные… Мы просто сошлись во взглядах на образцы холодного оружия, и мне сделали небольшой подарок. Веер опускается на стол, прямо перед тремя пустыми фужерами с разводами шоколада и цветного мороженного, Огата же, спрятав телефон, возвращается к прерванному занятию – опустошению четвёртого. А Акира косится на свой нож, всё ещё сжатый в руке и почти приставленный к рёбрам «мастера»… но подумав, отправляет его обратно в карман в рукаве. – Кхм… так что там… про галактику? – интересуется довольно миролюбиво. Но не получает никакой реакции, пока Огата не приканчивает свою четвёртую порцию. И не отваливается к спинке кресла с осоловелым видом, обводя взглядом забор из ещё даже не начатых десертов. – Я ведь могу всё это взять с собой? Акира игнорирует его жалобный тон, он всё ещё не получил ответа на свой вопрос. Тогда Огата вздыхает, облизывает блестящие губы и косится на него: – Охо-хо… Аки-чан, думаю, нам надо расстаться. Конечно, это полное свинство с моей стороны – заявлять подобное после столь прекрасного аперитива… но наши отношения… знаешь, я устал от них. – Прости, я с трудом улавливаю, о чём ты… – Я увольняюсь. Пара секунд требуется Акире, чтобы вновь достать нож. И вогнать в стол прямо перед Огатой. – Хера с два! Только если сначала расскажешь мне всё, что знаешь о том сопляке! – Он младше тебя всего на пару лет, – хмыкает мужчина, приподняв бровь. И в этот самый момент его карман неожиданно начинает вибрировать. Огата медленно опускает взгляд, потом вновь поднимает, встречаясь со взглядом Акиры, медлит какое-то время, но всё же вытаскивает раскладушку. – Да. Да… Когда? – отвечая кому-то, он продолжает смотреть Акире в глаза. – И где это? …спасибо, горилла. Напомни мне заехать и завезти тебе бананов. Акира поджимает губы. А когда мужчина уже было начинает вставать, явно собравшись уйти – откидывается в кресле, упирается ногой в сидение по другую сторону от стола и тем самым загораживает выход в проход. – Да-да, я уже понял, что стал тебе дорог, Аки-чан… – Огата запускает в затылок пятерню, – но мне правда нужно уйти. И ещё – тачка. Так что домой тебе придётся возвращаться на обычном такси… или вызвать ребят? – Огата-сан… – вместо того, чтобы опустить ногу, Акире закидывает на неё вторую. – Поправьте меня, если ошибусь… но у вашего друга, кажется, угнали служебную машину? Красные глаза на миг прищуриваются. Мужчина облизывает самый край губ – кончик языка исчезает, даже не успев появиться – и «мастер» вновь приземляется в кресло. Его рука проползает по мягкой спинке, забирается Акире под затылок, колено же вдруг касается бедра. – Твоя собачка что-то узнала? Акире становится несколько неуютно. Оказавшись вот так вот в самом центре внимания, он чувствует себя угодившим в крепкий капкан и едва сдерживается, чтобы не отодвинуться. Не проявить слабость. Однако присутствие этого человека неожиданно становится слишком довлеющим. Слишком обильным. Несмотря даже на кажущуюся интимность его прикосновений. От шевельнувшихся у затылка пальцев Акиру даже прошибает волной колючих мурашек, едва не заставив поёжиться. И всё же он умудряется спросить всё с той же насмешкой: – Как насчёт того, чтобы помочь друг другу? В ответ Огата придвигается ближе и его свободная рука ложится Акире на колено: – Сейчас этот малец нужен нам обоим. Так что рассказывай всё, что знаешь, Аки-чан. – Х-ха… – покосившись вниз, Акира меняет ноги местами, тем самым скидывая с них чужую ладонь. Потом достаёт свой смартфон, включает и открывает последнее сообщение с вложенным фото, кидает на стол. – Сейчас эту тачку сложно узнать, но вообще-то это полицейская машина. Одна промышляющая угонами бандами недавно отметилась в Накано, что естественно не понравилось нашим ребятам, так что они выследили парней в Синдзюку… ну как выследили… нашли вчера избитыми в переулке. И обнаружили у них это фото. Как оказалось, едва те успели перекрасить машину твоего копа, как на них налетел какой-то подросток и заставил проваляться в отключке несколько часов. – И во сколько это было, Аки-чан? Голос мужчины стал неожиданно низким, вибрирующим на каких-то демонических частотах. Акира даже едва не сбивается с мысли, а в голове рождается странное: «Огата уке или семе?» – однако он быстро берёт себя в руки. – Вчера около восьми вечера. В ответ «мастер» морщится.