Разбиваясь о скалы

– Сколько лет, сколько зим. Кажется, выпивка помогла ей расслабиться даже в таком непривычно шумном месте. – За это время вы стали ещё прекраснее, – галантно отзывается тот, словно не замечая вышедших из-за дивана телохранителей Кена. Правда, те не то чтобы загораживают ему путь. Знают его? Иначе почему ведут себя так скромно? И даже опасливо? Разве эти бугаи не посмели остановить Джуна в доме Акиры? А ведь то была непосредственно территория чужого клана… однако в каком-то никчёмном клубе они останавливаются на почтительном расстоянии от потенциально опасного человека, лишь следя за ним настороженными взглядами. – Огата-сан, – здоровается Акира, кивая. – Йо! – а вот Кен забирается поглубже в кресло и косится за спину пришедшего. – Ты один? Накаи… – Если Казума узнает, тебя ждёт домашний арест до конца года, – доброжелательно отвечает тот, переводя взгляд с Акиры на Азарни и обратно. – Вижу, у вас тут особая вечеринка, однако, боюсь, мне придётся забрать этого мальца… И именно в этот момент за его спиной вырастают фигуры охранников клуба: – Сэр, сдайте оружие! Один их них даже хватает Огату Гина за плечо, явно пытаясь его развернуть, но вместо этого вдруг оказывает согнут раком и прижат щекой к стеклянной поверхности стола. – …а то я сегодня должен был встретить его после универа, но заб- …в смысле, задержался, так что если я вернусь без него, могу оказаться наказан до конца года уже сам. – Неужели кто-то способен запереть вас насильно? – хмыкает Азарни, отпивая от пятого по счёту бокала. – Запереть вряд ли, но вот оставить без секса… И вдруг музыка разом глохнет. – ЭТО ПОЛИЦИЯ. ВСЕМ ОСТАВАТЬСЯ НА СВОИХ МЕСТАХ И ПРИГОТОВИТЬ ДОКУМЕНТЫ, ПОДТВЕРЖДАЮЩИЕ ЛИЧНОСТЬ! ОСОБЕННО НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИМ, ПОСМЕВШИМ УЛИЗНУТЬ ОТ СВОИХ ОПЕКУНОВ! Голос, усиленный громкоговорителем приближается, пока на веранде не показывается одетый в куртку и обычные джинсы человек с косой чёлкой, однако за его спиной тут же рассыпаются по толпе мужчины в полицейской форме, так что второй охранник, слегка удивлённый участью своего напарника, даже забывает, что тоже собирался схватить Огату и благоразумно опускает руку. – Это вы позволили шестнадцатилетнему подростку войти сюда? – интересуется у него Накаи Казума, опустив громкоговоритель. – С согласия администрации клуба? Или это была ваша собственная инициатива? Ошарашенный, охранник не успевает ничего ответить, как на его запястьях уже защёлкиваются наручники. И под приподнявшимся рукавом рубашки на миг показывается край цветной татуировки. – Впрочем, – тут же продолжает офицер полиции, кося одним взглядом на явно погрустневшего Кена, – вы имеете право не отвечать на вопросы без предварительной консультации со своим адвокатом. Акира тоже чувствует себя не особо уютно. Ведь ему тоже ещё далеко до совершеннолетия. Но несмотря на то, что он уже вроде сумел немного поладить с этим мужчиной, кажется, тот сейчас всерьёз настроен привлечь всех к ответственности. «Идиотизм какой-то…» Вокруг то и дело раздаются возмущённые вопли изрядно поддавшей, а потому осмелевшей молодёжи, однако из-за резкой смены обстановки: включившегося свет и выключившейся музыка, а так же откуда-то взявшихся суровых парней в форме – обстановка не кажется слишком уж накалённой. Но это не значит, что ей нельзя воспользоваться. Но стоит Акире привстать, чтобы незаметно выбраться из-за стола, как строгий взгляд из-под треугольной чёлки пригвождает его обратно к дивану. – Куда это вы собрались, молодой человек? «Дзын!» На пол падает и разбивается аккуратно срезанное кольцо верхушки бокала. Но Азарни уже складывает обратно веер из сверхлёгкого пластика и принимается угрожающе поигрывать им, похлопывая по ладони. – Господин офицер, вам не кажется, что вы берёте на себя слишком много? – Ну что вы, мадам, – хмыкает тот. – Ровно столько, сколько требуют мои должностные обязанности… а вы – сопровождающий? Приведя несовершеннолетнего в подобное место… это уже статья о растлении, не иначе… Открытый конфликт с полицией – это то, чего пытаются избежать даже якудза. В конце концов, общественное мнение важно для комфортного ведения бизнеса и всё такое… однако Азарни без сомнения решает отвлечь офицера, а значит у Акиры всё ещё есть шанс скрыться без особого вреда для своей репутации. Кажется, Джун приходит к тому же выводу, потому что, словно тень, отделяется от дивана, и Акире даже удаётся наконец-то выбраться из-за стола за его спиной, пока Азарни и Накаи играют в гляделки, да и внимание прочих присутствующих привлечено противостоянием красивой женщины и бравого защитника закона. Только вот и Акиру и Джуна вдруг хватают за шкирку, будто котят, и разворачивают обратно. – Ну почему молодёжь в наше время настолько непослушна? – вздыхает Огата, заставляя их обоих приподняться на носочки, чтобы не быть задушенными врезавшимися в горло воротничками рубашек. – Эй, вас в детстве мало пороли? – Отпусти юного господина… иначе… Острый веер оказывается приставлен к горлу присмиревшего Кена. Чистый блеф – угроза не настолько серьёзна, чтобы вакагасира Ёшида рискнула нарушить договор и напасть на наследника Ямагучи, однако её сосредоточенный взгляд абсолютно серьёзен. И прикован к Огате Гину. Словно офицер полиции, да и дёрнувшиеся охранники Кена – не представляют для неё никакой проблемы. И Огата послушно разжимает руку, отпуская Акиру. Но при этом рывком выдёргивает пистолет из-за спины и направляет на Азарни, широко улыбаясь: – Мы оба способны на глупости, но может, не будем их делать? – Ты-ы! – негодующе переводя взгляд с пистолета на лицо Огаты, Накаи нащупывает свою опустевшую кобуру. – Какого хрена?! – Прости, – косится тот на него. – Я очень спешил. А ломать людям кости на гражданке вроде как запрещено, вот я и подумал, что с пушкой любые переговоры наверняка пройдут успешно и без рукоприкладства. Кажется, у офицера не находится, что на это ответить. Он лишь пару раз беззвучно открывает и закрывает рот, когда вдруг Джун, выбравший именно этот момент, чтобы вырваться, обхватывает Гина ногами за талию и резко откидывается назад – раздаётся треск ткани – однако его, словно кота, тут же перехватывают за пиджак на спине и сбрасывают на стол – прямо на недавно выставленные официантами закуски. Рядом с только-только решившим встать на ноги охранником, тем самым, что так неудачно хлопнул Огату по плечу. – Хватит, – не выдерживает Акира. Прибывшие вместе с Накаи полицейские подтянулись ближе, да и без них вокруг и так собралось предостаточно лишних, пышущих любопытством глаз. Ещё больший шум принесёт только вред. – Нее-сан, тебя это тоже касается. – Тц! – почему-то досадливо щёлкает языком Кен, когда острый веер удаляется от его горла. – Накаи-сан… – Судзумура-доно! Судзумура-сама! Кен-кун! – враз раздаётся целый хор голосов вернувшихся из бара парней и девиц, словно выжидавших до сих пор. – С вами всё в порядке? Нас же не арестуют?! Ох, спасите меня, Судзумура-сама! То, как эта толпа облепляет левую сторону дивана, освобождённую Акирой, и собирается возле Кена, вызывает на лице Накаи гримасу отвращения. И тем не менее он отдаёт приказ довольно нейтрально, как и подобает полицейскому: – Пакуйте их тоже. В участке разберёмся. – А-а-а! Что?!! Мы же ничего не сделали!!! Просто отдыхали!!! – А ну цыц! Если не хотите на всю ночь отправиться в камеры, живо звоните своим родителям! И молитесь отделаться только штрафами! – И я тоже? – приподнимает бровь Кен. Раздражённый взгляд Накаи едва просказывает по нему, после чего офицер достаёт из кармана пачку сигарет и закуривает. Выпустив густое облако дыма, он осматривается по сторонам, пока его подчинённые уводят по одному или паре человек. Некоторые всё ещё пытаются сопротивляться, но Акира лишь откидывает руку полицейского и сам направляется к лестнице с веранды, Джун следует за ним, как приклееный. – Надеюсь, у вас имеется веская причина… – еле слышно выдыхает Азарни, тоже послушно поднявшись с дивана и проходя мимо Накаи. Кроме него, единственными неподвижными остаются: Огата Гин, Судзумура Кен и два его громилы-охранника, словно истуканы, замершие по обеим сторонам от дивана. **** – Что у нас там дальше? – сунув в рот чупа-чупс, интересуется Гин. – Чёрный ход? – так же задумчиво отзывается Накаи. – Бесполезно, они всё-равно уже в курсе… – Хм-м… – сжатая двумя пальцами сигарета снова прижимается к потрескавшимся губам, после чего из лёгких офицера вырывается очередное ядовитое облако. – Вот почему эти дети… – Да уж, и не говори… – Папочка, мамочка, что случилось? – склоняет Кен голову к плечу. Накаи и Гин одновременно переводят на него взгляд и вздыхают. – Как думаешь: он когда-нибудь поумнеет? – Кто знает… но обычно глупость лечится набитыми шишками. – Так может, сразу побольше набить? – Хм-м, как вариант…