Грехопадение Розы

Её спальня была обустроена достаточно красиво, розовые занавески, в основном белые стены и огромная кровать, застеленная белоснежными простынями, а поверх простыней лежало покрывало с узорами цветов. Она провела меня, и я упала на кровать, кровать была очень мягкой, и моё тело, кроме того, чтобы утопать в странном чувстве эйфории, начало тонуть в кровати. На меня присела Анна и стала трогать мою грудь, я взяла её руки и сказала: — Анна, что ты творишь? — Всего лишь мну твою маленькую, миленькую грудь, а что? — ответила, как ни в чем не бывало Анна. — Всего лишь? Слушай, Анна, я конечно понимаю всё, но я не лесбиянка… Анна не дала мне договорить, как она резко поцеловала меня в засос, на этот раз поцелуй был полон страсти и похоти, я будто плавлюсь от этого странного действа, и это… будто приносит мне удовольствие, ох, если это так, это ужасно. Но я при всей своей воле, и не могу ей сопротивляться, мои руки прижаты к кровати, так что я могу просто лежать как безучастная дева. Когда поцелуй прервался, я издала громкий вздох, с поцелуем мне будто перекрыли кислород, но вот вернули обратно. Я чувствовала на своей коже небольшие капли слюны, но с этим я тоже ничего не могла поделать. Анна отпустила мои руки и сказала: — Может, глянешь на мои сиськи? — я не успела ответить, как она сняла свою футболку, и вывалила свои груди, они были среднего размера с небольшими ареолами, Анна, сказала — Потрогаешь их? Она взяла мою руку и положила их себе на грудь, при-том ещё и насильно держала, чтобы я не убрала руку, её бюст, был приятен на ощупь, соски были твёрдыми как камни, а кожа была гладкой. По моей ладони, будто шли небольшие удары током, и я чувствовала лёгкое покалывание, от этих покалываний, будто сама моя душа находилась в странном состоянии. Взгляд Анны, который она бросила на меня, он был полон… любви? Я не знаю, что-это за взгляд, я не видела его раньше. Анна взяла мою руку и поцеловав пальцы, сказала: — Ну, как тебе? Мне понравилось, у тебя очень мягкие руки. — Ну, как сказать, мне определённо не понравилось, что это делается без моего согласия. — я не смогла собраться, и просто сказать нет, какое-то удовольствие я от этого испытала, ужас какой, я что — лесбиянка? — Значит, понравилось, хи-хи, ты такая милая, Роза, а теперь я хочу потрогать тебя. Она ухватила рубашку за края, и резким, рвущим движением она расстегнула рубашку, судя по лёгкости раскрытия рубашки, она переживает это не в первый раз. Анна начала массировать мои соски, ух, а это приятно. Я издала тихий стон, лишь бы эта суккуба его не услышала, но безуспешно, Анна облизнула губы, и сказала: — Мои руки приносят тебе столько удовольствия? Мой язык тогда приведёт тебя в экстаз! — Нет, не надо, пожалуйста! — попытавшись сопротивляться, сказала я, но Анна опять оказалась сильнее. Она прильнула к моей груди, и сначала облизала мою ареолу, сука, как же приятно, но если я сегодня лишусь своей невинности, меня никто в жёны после этого не возьмёт. А судя по уверенным движениям Анны, я для неё всего лишь очередная игрушка, с чьими чувствами и телом, она поиграется, и выкинет. От безысходности я просто заплакала, и перестала предпринимать, хоть какие-то попытки к действиям, я просто обмякла и поплыла по течению. Слёзы бежали из глаз, и чтобы их вытереть, у меня даже не было, ни желания, ни возможности, из-за того что Анна держала мои руки. — Почему ты плачешь, девочка моя? — Резко отвлёкшись, от моей груди, сказала Анна. Но её голос, лишь заставляет рыдать меня ещё больше, этот голос сначала отражается в ушах, а потом начинает звучать, звеня в душе. — Анна, перестань, я-я не хочуууу. — сказала я, всхлипывая и рыдая — Роза, ну перестань плакать, прошу. — сказала умоляюще Анна — Я ведь для тебя очередная игрушка, да? Ты поиграешься с моим телом, больше я тебе не буду нужна. — всё также всхлипывая сказала я — Роза, пусть бог будет мне свидетелем, я никогда в жизни тебя не брошу, прошу, перестань плакать, умоляю, твои слёзы будто душу на куски рвут. — ответила Анна, ещё более умоляющим тоном Я слегка поумерила плач, но остановить его не смогла, я не верю, что я для неё, нечто большее, чем куртизанка. Анна взяла меня за руку, и сказала: — Не буду отрицать, у меня было много девушек до тебя, и сейчас у меня много девушек, но клянусь, ты другая, такая чистая, такая невинная, такая, такая… не могу подобрать слов, пожалуйста, будь со мной хотя бы одну ночь. — голос Анны, звучал как вершина искренности, как признание в высоком, не смотря на слова, о множестве других девушек, она видимо действительно видит, во мне нечто большее — Анна, я хочу остаться девственницей, ты тоже очень привлекательна, но я не могу себе позволить быть с тобой, мы обе девушки, это неправильно… — я прикрыла лицо руками, чтобы сдержать палящий стыд, моё лицо даже по ощущениям, сейчас окрашено в багровый. Анна обняла меня и прижала к себе, я услышала её шёпот: — Роза, будь моей, прошу, стань моей белой розой, и расцвети над моим хаотичным миром. Впервые, я почувствовала такой прилив, я обняла её ответ, мы сплелись в объятиях, как две змеи, и упали на кровать. Она прошептала: — Можно тебя поцеловать? — Да. — непроизвольно выскочило у меня изо рта В последний раз, я чувствовала такое, никогда я такое не чувствовала, это совершенно новое чувство, будто чувство полной искренности и плавящей эйфории. Наши губы сомкнулись в поцелуе, также как руки сомкнулись в объятиях. Сжигающая страсть исходила от неё, и всё что я могла делать, это плыть по течению, но теперь это не пугает меня. Я почувствовала, как мой лифчик слазит с меня, плевать, я уже в ловушке суккуба, сегодня на моём теле будет грех, да простит меня господ за это. От полного погружения в пьянящую эйфорию, меня отвлёк звук открывающейся двери, Анна разорвала объятия, и обернулась к двери, у входа в комнату стояли остальные девочки, Виктория с укором и высокомерием сказала: — Ох, Анна, а это неправильно, забирать всё в одиночку, особенно таких милашек. Виктория была в шёлковом халате, и кружевном нижнем белье, видимо, она настроена крайне серьёзно. Джесси, стеснительно вжималась в Алису, Джесси была одета в странный халат, а Алиса в обычную ночнушку, видимо, она собиралась спать. Виктория села на кровать, взяла меня за лицо, как дешёвую куртизанку и сказала: — Какое смазливое у тебя личико, я бы тебя так отымела, что ты бы и ходить не смогла. Анна взяла её руку и сказала: — Виктория, не обращайся так с ней, ты же знаешь, я такого не потерплю, по отношению к другим девушкам. Пока Анна и Виктория, вели высокую, словесную дуэль, Джесси тихонько села рядом со мной, и поцеловала в щёчку, я приобняла её и сказала: — Ты милая, на самом деле. — что я говорю, боже, я становлюсь под стать суккубам, сначала Анна, домогалась ко мне, теперь я домогаюсь к Джесси, ужас, да и только. — С-спасибо, Роза, ты тоже очень красивая. — Джесси покраснела как помидор, и прижалась ко мне, опять начав обниматься. К нам ещё тихо подсела Алиса, и обняла нас обоих. Анна и Виктория глянули на нас, и Анна сказала: — Слушай, а что мы деремся? Мы, четыре красивых, горячих девиц, не можем поделить одну, да эта кровать и не такие оргии помнит. — Анна глянула на меня и сказала — Может, перескочим этап стандартностей, и перейдём, к более интересному? Её рука проскользила по моему бедру, и с разгону заскочила в шорты, я почувствовала её пальцы, на краях своих трусиков, я опешила и крикнула: — О, нет, на такой Содом и Гоморру, я не соглашалась. — Сказала я и попыталась шелохнутся Но Виктория как арканом, ухватила меня за лодыжки и резко раздвинула мне ноги, аж сустав захрустел, вот теперь я буду ощущать, всю тяжесть грехопадения, если раньше, я бы занялась любовью с одной девицей, теперь меня изнасилуют несколько. Я закрыла глаза, и лишь пыталась свести ноги, но Виктория держала их крепко, аж ноги болели, у меня ещё и непроизвольно начали трястись бёдра, знать бы ещё от чего. Объятия на моих плечах пропали, но ко мне сильнее прижалась Джесси, и прошептала: — Роза, не бойся, мы не сделаем тебе больно, честно-честно, я знаю девочек дольше, чем ты, Виктория пусть и любит быть пожёстче, но она просто не умеет проявлять свою страсть по другому. — Утешила, конечно, Джесси, лучше просто поцелуй меня, ко-ли я пошла во все тяжкие грехопадения, то гулять, так гулять. — шёпотом ответила я, уже смирившись со своей судьбой, пусть бог накажет и я буду гореть в аду, то так тому и быть. Джесси засмущалась, я удивлена, что проживая с такими развратницами, она такая мягкая и стеснительная. Она с трепетом поцеловала меня, её губы были сладкие, будто сделаны из сахара. Я услышала голос Анны, полный умиления: — Посмотрите, милота какая, Роза уже сама тянется к поцелуям. Я почувствовала нежные руки на своей груди, ух, сукааа, а это приятно в двойне. Тут же чувство резкого жжения рядом сердцем, и спазмов в промежности настигло меня, если это предупреждения от бога, то пусть так, я уже далека от него. Резким движением Виктория стянула с меня шорты, эта сука тянет так, я думала она мне вместе с шортами, ноги оторвёт. Я осталась в одних лишь белых трусиках, потерю шорт я стерпела, но когда Виктория готовилась, также резко, сорвать с меня трусы, без ласок или вопросов, этого остатки моей гордости, вытерпеть не смогли, я дёрнула ногой, сопротивляясь Виктории. Но эта сука, так сильно держала мои ноги, что движение моей тонкой ножки, попросту ушло в молоко, Виктория скорчила заинтересованное лицо, и насмешливо сказала: — Ты смотри, она ещё и брыкаться пытается, ну ничего, сегодня я оприходую эту, сучку. — Вика, не говори так, Роза девственная, неопытная, не со-всеми выйдет обращаться так грубо, помнишь, как Джесси на это отреагировала в первый раз? — последовало от Алисы в ответ на фразу Виктории. Анна просто молчала, она была так увлечена моей грудью, её язык так скользил по мне, ах, так чудесно, будь я проклята, но это отлично. Виктория с презрением ответила Алисе: — Да, Джесси ревела как девчонка, а ты что хочешь первой испытать на себе мою страсть? — Ну да, Вика, мне нравится твоё поведение, плохой девочки. — сказала явно с вожделением Алиса. Следующее, что я услышала это звуки страстных поцелуев, и тихий шёпот Виктории, который звучал, уже не так презрительно, а более робко и с удовольствием. Я прижала к себе Джесси и просто уже наслаждалась её робкой и худой фигурой, но я услышала нежный голос Анны: — Роза, не увлекайся, Джесси не привыкла, что её так долго целуют, может, я удовлетворю твою тягу к поцелуйчикам? Я открыла глаза, Джесси уже просто лежала рядом и пыталась отдышаться. Я присела Анне на бёдра и оплела ноги, вокруг её талии, и мы сомкнулись, сначала в объятиях, а потом и в поцелуе, на этот раз, наши языки танцевали страстный танец вдвоём, и между нами обоими была полная синергия в страсти. Прожигающая страсть, моё пылающее сердце, её холодный опыт, и искры похоти между нами, всё, что у меня сейчас есть, и этого мне вполне достаточно. Какая же у Анны приятная на ощупь спина, она матовая и гладкая, чёрт побери, а я начинаю втягиваться в это дело. Я ненадолго разорвала поцелуй и сказала Анне: — Анечка, дай помять свои сисечки. — сука, какой же я стала профурсеткой за пару часов, да и похую. — А ты стала более игривая и развязная, Роза, тебя прям не узнаешь. — ответила изумлённо Анна — Я полуголая, в комнате с четырьмя девицами, куда деваться? Падать во грехе, так падать. Да и что уж тут скрывать, ты мне и вправду нравишься. — господи, как много грехов я уже накликала на свою голову? Как я отцу в глаза смотреть буду? Плевать, сейчас я хочу лишь одного. Я прильнула к груди Анны и стала повторять, те действия, что делала она. Может у меня выходило и хуже, но я и от этого получала особое удовольствие, её грудь такая мягкая — как свежая булочка из пекарни. Анна погладила мою голову и промурлыкала: — Движения твоего языка, такие неуклюжие, божечки, одно осознание, что такая чистая и невинная девушка, сейчас так ластиться к моей груди, так возбуждает и приносит столько удовольствия, что через край льётся. — Ну, ты же знаешь, что у меня это в первый раз, могла бы меня научить. — снова я впала в девичью робость — Ух, ты так мило об этом просишь, ну давай я тебя научу. — Ответила посмеиваясь Анна Она поманила Джесси пальцем, а та на моё собственное удивление, без стеснений и робости, прилегла Анне между ног. По итогу голова милашки упиралась на живот Анны, корпус лежал между бёдер, а тонкие ручки на самых бёдрах, само это действо, переполняет, чем-то странным. Анна нежно проговорила: — Сейчас нежно сними её халатик, и лифчик. Я не любила ослушиваться во время обучения, и сделала всё как сказано. У Джесси почти не было груди, лишь два мелких бугорка, а её сосочки были розовыми и затвердели, какая она всё-таки милашка. — Вот так, теперь, погладь её грудь, чтобы слегка распалить страсть, а потом уже и облизывай. — сказала Анна, погладив мою светловолосую голову. Я медленно поглаживала соски Джесси, а та смотрела на меня, таким взглядом, ух, он такой милый. Джесси ухватила мою руку, и прижала к себе, она прошептала: — Роза, поцелуй мою грудь, у тебя так хорошо получается. Я прильнула к её груди, я чувствовала себя уверенной, а Джесси смотрела на меня с благоговением, с которым я по утрам смотрела на иконы. Я почувствовала резкое движение, ногтями по моей спине, и голос Виктории: — Мне кажется, или мы забыли, кто здесь виновница торжества? Я развернулась к Виктории, рядом сидела Алиса, абсолютно голая, какие же у неё соблазнительные сиськи, и из уст рыжеволосой выскочило: — Анна иди к нам, будешь смотреть на свою девицу! Я понимала, что будет дальше, и прилегла на кровать. Анна ушла к остальным девочкам, а Джесси прижалась ко мне, своей тонкой фигурой. Девочки собрались у моих ног, и Анна аккуратно стянула с меня трусики, оголив мою вульву. Анна чуть не захлебываясь слюной, сказала: — О боже, она прекрасна. Рука Виктории, проскользила от моего пупка, по лобку и прямо к половым губам, ух, её руки, так гладят моё влагалище, аж спазмы берут от удовольствия. Слегка насмешливый голос Виктории последовала далее: — Вы посмотрите, её киска такая розовая и влажная, не люблю так говорить, но это мило. — Ага, на её лобке, еле пушок вырос, сразу видно – сама невинность. — сказала Алиса, нежно погладив мои бёдра. — Роза, а кого ты хочешь первой, м? Кому ты хочешь отдать свою милую невинность, взамен на полную чашу, земных удовольствий? — Поэтично сказала Анна. Я замешкалась, сука, мне ещё никогда таких вопросов не ставили, кому я хочу отдать свою невинность, очень тактичный вопрос, но я уже нашла на него ответ: — Анна, ты меня привела сюда, ты и забирай, что хотела. Только будь понежнее… Анна поцеловала меня и сказала: — Ну, спасибо, за честь, я буду нежна с тобой, как с цветочком. Она приблизилась лицом к моему влагалищу, её тёплое дыхание и без того пробирает до глубин души, но тут по моей вульве проскочил её язык, я громко ахнула. Её язык стал активней кататься по моей промежности, и тут она сказала: — А хочешь, я угадаю, ласки какого места, приведут тебя в экстаз? Я кивнула и сказала: — Ну, давай... — у меня, как почву из под ног выбили, это и так приятно, что может быть лучше? Её язык проскользил, меж моих половых губ, и тут я почувствовала такой прилив, ух сука, ебать, ахуеть, что, что делает эта чёртова волшебница, какой суккуб её в лобик поцеловал, ааааахх, бля, бля, бля. Я прикрыла глаза, и приоткрыла рот, это удовольствие плавит меня, я скоро размажусь как масло по хлебушку. Из моего рта выскочило: — Джесси, поцелуй меня. Она уже не стыдилась, она упала в мой поцелуй, ну и Виктория с Алисой, решили не оставаться не у дел, они сели по бокам от меня и стали ласкать мою грудь, одна благоговейно облизывала и поглаживала живот, а другая покусывала, щипала, мне даже с закрытыми глазами было понятно, кто-есть-кто. Господи, в каком Содоме я участвую? Какой блудницей я стала в этом доме? отец не простит меня, а матери я больше не смогу смотреть в глаза, да и брат, явно не поймёт такого. Но как бы там ни было, мне это нравится, они все такие чувственные, от каждой пышет своим особым жаром, и я в центре этого костра, мне нравится такая роль. Я вся горю, то-ли от страсти, то-ли от чего, всё моё естество буквально кричит о моей похоти, мои бёдра начали ритмично двигаться, лишь бы двигать тазом и получать ещё больше наслаждения. Буквально через секунду, возникло ощущение такого экстаза, я выгнула спину и закричала. Но потом упала на кровать, в ощущении такой пьянящей эйфории. Девочки отвлеклись от меня, вот она передышка, я еле различала их голоса, настолько была велика мощь этого блаженства. Я еле разобрала голос Анны: — Господи, она так кончила, аж всё лицо мне заплескала. — Поделись, хочу попробовать соки этой девчушки. — уже более отчётливо, я услышала Викторию. — Ещё чего, она моя. — ответила жадно Анна. Следующим голосом я услышала Алису: — Смотрите, у неё такой блаженный вид. — И правда, эта улыбка, такая милая. — сказала с упоением Анна. — Девочки, а может, винца бахнем, для куража? — сказала Виктория со страстью Все единогласно ответили “Да” у меня же не было желания, говорить и я кивнула. Я почувствовала, что ко мне опять прильнула Джесси, легонько накрыв меня своим лёгким халатом. А Алиса подложила мне под поясницу подушку и накрыла ноги пледом. Я что в раю? Да неееее, в раю таких красивых ангелов нету, да и странная атмосфера как для рая. Через минуту, я уже отошла от экстаза, но не полностью, я сказала: — Воу, девочки, это было…. отлично. — Хи-хи, так что, теперь ты будешь заглядывать к нам уже без таких стеснений? — спросила Анна. — Конечно, Аннушка. На её лице появился румянец, господи, что даже она умеет смущаться? Тогда почему так мило? Не успел бог ответить на мой немой вопрос, как Виктория вернулась с вином, она разлила по бокальчику каждой, мы все дружно выпили. И Виктория сказала: — Роза, а может хочешь ещё разок? Девочки, затаили дыхания в ожидании, и я сказала: — Ну, если это будет также хорошо, то я согласна. Мы все вновь собрались на кровати. За эту ночь, чего только не было, около двух часов, непрерывного секса. Я была сверху и снизу, активной и пассивной, такой спектр удовольствия, я ещё не испытывала. Конечный пейзаж оргии, выглядел как картина, художника живописца: на полу рядом с кроватью разбросана одежда и бутылки вина, на кровати, в тусклом свете прикроватного светильника, лежат пять измотанных, и пьяных девиц. Лепота, да и только. Я обратилась к лежащей рядом, и видимо ещё не заснувшей Анне: — Анна, а мы будем дальше “друзьями”? — Бери выше, моя розочка, теперь мы любовницы, думаю ты понравилась девочкам, но чтобы не говорили они, мне ты уж очень нравишься. — сказала Анна широко и по доброму улыбнувшись — Хи-хи, мне конец от родителей, но мне было весело. — сказала я, также улыбнувшись. — Спи давай, нам ещё завтра в университет. — сказала хихикнув Анна. — Чёрт, точно, завтра ведь и вправду на учёбу. Анна выключила светильник, и поцеловав меня в лоб, пожелала спокойной ночи. Наутро мы с Анной впопыхах собирались в институт, я впервые проспала, хотя учитывая прошлую ночь, это неудивительно.