всегда

дракон всегда просыпался по внутренниму будильнику чуть ли не с восходом солнца, делал обход особняка, проверял охрану и прочие дела, что входили в его работу, все же он должен охранять свое сокровище не только в постели, в которую он пробрался. после удостоверения в том, что никто не пытался проникнуть в здание пока он спал, дракон возвращался охранять свое золотко до его будильника. алтан не любил утро. ему проще было работать всю ночь и потом отсыпаться днем, но в обществе есть рабочие часы, которые все соблюдают, даже если это общество — криминальные лица петербурга. потому вставать приходилось — по меркам алтана — рано. просыпаясь, он всегда видел вадика, что сидел в телефоне или читал исторические книги, которые алтан приобрел для него. это успокаивало его и придавало сил с утра. но будильник начал давить на уши. пытаясь нашарить его на тумбочке, не меняя положение, алтан залез пальцами в вчерашний чай и резко одергивая руку, уронил телефон. обессилено зарываясь в подушку, пытаясь закрыть ею уши, он промычал что-то неразборчивое, на что вадик усмехнулся и, перегибаясь через золотко, выключил проклятый алтаном уже несколько раз будильник. — доброе утро, ваше золотчайшество. — зарываясь ладонью в смоляные волосы, вадик массировал затылок. выныривая из подушки, алтан проморгался, привыкая к слабому свету лампы-ночника со стороны постели вадика. усаживаясь, он яро тер лицо и особенно глаза. с утра алтан был похож на смесь заспанного котенка и маленького демона. его кудрявые волосы топорщились еще больше, хмурые брови придавали прекрасному личику очаровательную заспаность, которая могла умилять только вадима. — почему так темно? — с утра голова босса работала медленно, потому он не сразу понимал, что происходит. — я шторы закрыл, а то ты ругался в прошлый раз, что ярко и холодно, золотко. — вадик вернулся в прежнее положения, возвращаясь к средневековой франции и их системе. — все равно холодно… — натягивая на себя одеяло еще больше, алтан двинулся ближе к дракону. от вадика всегда исходило тепло, как от настоящего дракона, алтану это нравилось, хотя и не говорил об этом словами. устраивая голову на мощной груди, подлезая под руку, алтан притерся и прикрыл глаза. если вадик не торопил, значит до дел, еще было время, потому он решил еще подремать. — еще минут сорок. я разбужу вас, босс. — крепкие пальцы снова зарылись в кудрявые, но мягкие волосы, поглаживая и почесывая. это доставляло удовольствие обоим.