Та, что Эйвой послана была

Прошло всего-то несколько дней после того, как Кири познакомила братьев Салли с Аманти. За это время Нетейам уже тысячу раз подумал об этой девушке. Никак она не может выйти из его головы. Что же его так зацепило в ней? Неужто её необыкновенная внешность? Ну нет, точно нет. Нетейам не из тех, кто падок только на внешность девушек. Скорее её характер, харизма и… Доброе сердце. Не зря же Кири доверилась именно ей. У сестры Нетейама не было подруг, она пыталась с кем-то подружиться из девочек, но всë напрасно. Да и сам Нетейам чувствовал, что она не такая, как все. Не такая, как остальные девушки. «Интересно, как она сейчас? Не сильно ли ей досталось от отца, как говорила Кири?» — подумал Нетейам. — Да кого я обманываю? Наверняка из-за моей глупости она сейчас сидит у себя и наказана своим отцом. Вот же чëрт! — резко выругался он, не думая, что его может кто-то услышать. — Хей, бро. Что за кипишь ты тут устроил? — резко появившись рядом, спросил младший брат Нетейама. — Нечего особенного, — ответил тот, сделав короткую паузу. Ло’ак не хотел давить на своего старшего брата, так как видел, что он сегодня не в духе. — Кстати, отец с мамой сказали, что ты отправляешься с ними на разведку. Так что лучше не тяни и собирайся сейчас. — Ладно, я тогда сейчас пойду к ним, — встав, сказал Нетейам. — Только без глупостей. — добавил он, тыкнув пальцем в грудь своего младшего брата. Затем он ушëл, оставив Ло’ака одного.

***

Тем временем Аманти сидела у себя в шалаше и перебирала камушки на своëм украшении. Еë отец очень жестоко наказал её, как показалось Аманти. Он лишил её самого главного — той самой свободы, которая была ей дана. Для кого-то это даже свободой нельзя было назвать, но Аманти ценила то, что у неё имелось. Только Великая Мать знает, сколько она наслушалась от отца, сколько гадостей он наговорил ей. Если бы не её старший брат Ир’ас, отец бы в тот поздний вечер ещё раз поднял на Аманти руку. Теперь ей даже нельзя пойти в лес. Отец контролирует каждый её шаг. Для Аманти это наказание было самым невыносимым. Но у неё не оставалось выбора, кроме того, как только сидеть и ждать. По крайней мере, до тех пор, пока отец хотя бы чуточку не успокоится. Если бы не её братья, за которых она очень боялась, ей было бы всё равно на очередной выговор от Тсаро. В основном Аманти думала о Кири, о её семье и о своëм предназначение, которое скоро должно вот-вот сбыться. Единственное, что могла себе позволить Аманти, так это тренироваться со стихиями. На удивление, у неё получалось поговорить со всеми, даже с такой стихией, как огонь. Аманти это заметила ещё тогда, когда её отец схватил Кири и её братьев, а она смогла зажечь факелы остальных воинов клана Майт’ку. Мысли Аманти резко прервала её бабушка. Мирани резко и неожиданно зашла, что Аманти немного испугалась. — Милая моя, как ты? — спросила бабушка, гладя свою внучку по голове. — Всё хорошо, бабушка. Как Ир’ас? Как Камун? Я очень переживаю за них. Отец старается, чтобы я с ними пересекалась как можно реже. — Они в порядке, не волнуйся за них. Мало ли что Тсаро там себе понапридумывал. Сейчас твои братья заняты, они учатся и тренируются, поэтому они часто пропадают. Твой отец хотел, чтобы они постоянно находились под его присмотром, но я этого не позволила. Поэтому пускай они лучше учатся нашим техникам от других мудрецов, чем от Тсаро. Как всё уладится, ты будешь видеть их, как и раньше. Мы должны обмануть твоего отца и сделать то, что нужно, — рассказывала Мирани. — Обмануть? — Аманти сразу оживилась. — Да, да… Обмануть. Я делаю всё для того, чтобы твой отец хотя бы немного перестал тебя контролировать. Сегодня поздно вечером Тсаро с воинами отправляются на священную охоту. Они там будут долго. Сама знаешь, как всё в этом ритуале происходит. Ты пойдëшь в лес, но уже другим путëм, чтобы не наткнуться на твоего отца, — тихо и быстро проговаривала бабушка. — Правда? Ты сейчас серьёзно? — резко встав, спросила Аманти. — Спасибо, спасибо, спасибо! — она накинулась на Мирани с объятиями. — Ох, девочка моя… Не благодари меня за это. Для меня главное, чтобы ты была счастлива. — сказала Мирани, обнимая свою внучку в ответ.