First time

— Я слышал, что ты опытная, Т.И. Не могла бы ты… э… поделиться опытом? — смущённо спрашивает Тэ, прислоняясь к твоему плечу своим. — Мне сейчас показалось, или ты реально просишь меня заняться с тобой сексом? — Не показалось, — противится Тэхён, морща нос. Ему волнительно и неловко, а тебе — смешно. — Ну так что? Ты улыбаешься, обходя юношу по кругу, словно прицениваясь, цепким и горячим взглядом обводишь подтянутые и упругие ягодицы, приятное лицо, которое ты была бы не прочь оседлать, жилистое тело, такое грациозное и крепкое. И наконец, коварно растягивая губы, берёшь Тэхёна за запястье и тянешь за собой. Он, вообще-то, приходил к тебе как к одногруппнице, чтобы подтянуть химию, только вот зачем-то принёс бутылку вина. Теперь и речи не идёт о подготовке к тесту. — Что именно ты хотел бы знать? — осведомляешься ты тягучим голосом, присаживаясь на краешек аккуратно заправленной постели, и похлопываешь по месту рядом, приглашая. — Всё, что может пригодиться в ублажении девушки, учительница Т.И. И улыбается. Вот сука. Нельзя ему улыбаться, вот совершенно никак, потому что у него это выглядит слишком похабно, грубой в университете личности, холодной и порой даже жестокой (особенно в те моменты, когда Тэ снова и снова обрушивает удары кулака на какого-то зазнавшегося задиру). — По правде говоря, я даже и думать не смела о том, что ты девственник, Тэхён, — ухмыляешься ты, укладывая горячую ладонь чуть повыше колена парня. — Не находилось подходящей партии. — А я, значит, подходящая? — кривишь бровь. — Да, — как обрубает. — Ты красивая, умная и, вообще, самая лучшая в нашей группе… — Перестань меня хвалить, я же не откушу тебе член, так что умасливать меня нет смысла. Лучше иди сюда, — и тянешь его за подбородок к себе, вовлекая в глубокий и до судорог развязный поцелуй. Быстро перемахивая, усаживаешься на бёдра Тэхёна, цепляя того за волосы, чтобы притянуть ближе. Снимаешь с чужих плеч пахнущую кожей куртку, и та падает на пол, гремя многочисленными прицепленными к ней значками. Целовать девушку следует долго, протяжно, можно с языком, только не вываливая его ей в рот как выброшенную на берег устрицу. Хотя у тебя славно получается. Настолько славно, что подгибаются ноги, что в мыслях селится сумбур и туман, заволакивающий своей дымкой острый взгляд. Ты уже готова урчать и подставляться. До поцелуев в шею Тэхён доходит сам, оттягивает подальше ворот твоей майки, впивается губами в солоноватую кожу, усыпая всё влажными следами, за ухом, под подбородком, даже в ямочке над ключицей оставляет едва уловимый поцелуй. Прикусывает кожу на трапеции, сразу же зализывая место укуса, будто бы извиняясь. Ты шумно дышишь, перебираешь торчащие в разные стороны пряди волос, до которых можешь дотянуться, и едва слышно урчишь. — Да-а, вот так, Тэ… Молодец, — хвалишь ты, прикрывая глаза. А после чуть притираешься к чужому паху, чтобы ощутить такое явственное желание парня, что недвузначно упирается тебе в лобок. Не выдерживая больше этих экзекуций, ты отстраняешь от себя Тэхёна, одним слитным движением стягивая майку, под которой нет белья. Ты словно знала, чем закончатся сегодняшние уроки химии. — Красиво, — заворожённо бормочет парень, разглядывая твою грудь. — Можешь прикоснуться, не в музей же пришёл. И он касается. Слишком горячо, слишком влажно. Ловит сосок губами, то втягивая, то едва уловимо прикусывая, а вторую грудь ласково переминает, ощущая мягкую упругость под пальцами. Кажется, это Тэхён может делать целую вечность. — У большинства… ах! Большинства девушек грудь — это одна сплошная эрогенная зона, так что, если хочешь быстро добиться возбуждения девушки, можешь поиграть с ней так… блять! Так, как ты делаешь это сейчас. А потом притягиваешь парня к своему лицу, отмечая, что ваше дыхание давно сбито, а потом спрашиваешь почти сурово: — Ты точно девственник? — Совершенно точно, Т.И., я бы запомнил, уж поверь. А это… — Учился по порно? — усмехаешься ты, даже не ожидая положительного ответа, который получаешь. Это так комично и странно, что тебя пробивает на смешок. — Хочу научиться делать куни, — заявляет Тэхён так внезапно, что тебя на несколько мгновений пробивает оторопь. Однако ты так хочешь узнать, на что способен его острый язычок в действии, что не можешь воспротивиться. Самое смешное и неловкое в сексе — раздевание. И надевание презерватива, наверное, стоит на этом же уровне. Вы торопливо сбрасываете с себя одежду, путаясь в штанинах и рукавах, пока не остаётесь совершенно нагими. Ты придирчиво и почти нагло разглядываешь ладную фигуру Тэхёна, проводишь пальцами по безволосой груди, а потом и ниже, оглаживая ровные линии пресса. Цепляешь пальцем мутную капельку смазки с члена, что жмётся к животу Тэ, а после слизываешь ту так похабно, что парень охает. Живое порно перед ним, только вот теперь это настолько сильное погружение в реальность, что можно прикоснуться, попробовать на вкус и ощупь, различить под пальцами влагу и перекат мышц. — Если хочешь, не смею тебе отказывать. Строение женских половых органов знаешь? — кивок. — Молодец, в таком случае я буду тебя лишь направлять. И, да. Я хочу доставить тебе ответное удовольствие. После этой фразы ты перекатываешься в пресловутую шестьдесят девятую позу, и перед лицом возникает эрегированный член, так призывно покачивающийся. Рот наполняется слюной. Пока ты на пробу вылизываешь головку, словно самый вкусный на свете леденец, Тэхён начинает массировать твой клитор, и ты шумно выдыхаешь сквозь плотно стиснутые зубы. — Да-а, вот так… — выстанываешь ты, когда Тэхён проникает в тебя сразу двумя пальцами, ощупывая мягкое лоно. Он с любопытством и рвением юного натуралиста оглаживает чувствительные стенки, для себя в голове помечая, как и где лучше массировать, касаться и надавливать. Чтобы ты совершенно потерялась, сорвалась на вереницу стонов, подавилась членом, который достигает глотки. У Тэхёна от удовольствия трясутся руки, бёдра двигаются хаотично, то стараясь войти глубже, то, наоборот, отстраняясь. И это как комплимент твоей оральной технике. — Попробуй к пальцам добавить язык, — советуешь ты, едва набирая сил, чтобы выговорить предложение без запинки, и потом забываешь абсолютно все слова. Горячий и влажный язык касается клитора, юноша то втягивает маленькую горошину в рот, то вылизывает так, что ты попросту не можешь не стонать, не теряться в вездесущих ощущениях. Пережимаешь член Тэхёна у основания, чтобы перевозбудившийся мальчишка не кончил раньше времени, после чего берёшь практически до глотки, что дрожит и судорожно смыкается. Вылизываешь, водишь рукой вверх и вниз, оттягивая крайнюю плоть и смакуя терпкий привкус естественной смазки Тэ. Он, как может, стонет, и этот стон вибрацией отдаётся тебе в пах. — Бог ты мой, Тэхён, не останавливайся, — молишь ты, чувствуя приближающуюся разрядку. Слыша это и смекая что к чему, Тэ принимается активнее ласкать тебя, свободной рукой придерживая дрожащие бёдра. Парень не успевает ничего сказать, когда ты убираешь пережимающие основание члена пальцы, только гортанно стонет и изливается тебе в рот. Сперма остаётся на губах, падает густой каплей с подбородка, но у тебя нет сил даже на то, чтобы вытереть рот. Потому что в данный момент ты с о д р а г а е ш ь с я. Задыхаешься, изламываясь, беспрерывно выстанывая имя парня, скуля и чуть не плача. Тэхёну кажется, что он может кончить только от вида того, как тебя настигает оргазм. И, не кончи Тэ несколькими минутами ранее, непременно возбудился бы так, что аж до боли. Ты обессиленно откатываешься в сторону, тяжело дышишь, буквально задыхаешься, поправляя влажные от пота волосы, чтобы те не лезли в лицо. — И как так получилось, что лучший в моей жизни кунилингус произошёл именно с девственником? — спрашиваешь ты, разглядывая потолок. — Тэ, предупреди родителей, что сегодня ты ночуешь у меня. — Зачем? Химией заниматься? — И химией тоже.