курица, кедр и дипломатия

После распада союза, уже ставшая Россией страна никак не могла встать на ноги. Очереди были за всем: за продуктами, обувью, одеждой. Ребята с курса, дружили — не дружили, а помогали в обувном держать очередь, чтобы народ не лез. Кто получше учился, так тем по флакону французской туалетной воды перепало. Такая долго стояла у Лавровой в шкафу, пока окончательно не выветрилась. В районах победнее свет периодически отключали, лифты в домах не работали, и мусор не вывозили. Из развлечений на студенчество выпали городские парки. В каком клубе не появишься — ельцинские выкормыши: нувориши и чиновники. Иногда, конечно, убивали и их, там было трудно разобрать, кто чиновник, а кто бандит, обычно это были близкие профессии. Довольно частые автоматные очереди уже почти перестали кого-то удивлять, а кто помоложе, те внимания почти не обращали. Кругом резали друг друга. А кто ходил из местных, те даже говорили, что на кладбище появилась целая аллея могил бандитов. Подработка тоже дело тяжёлое. Деньги всем нужны, а дел не особо много. Люди даже дрались иной раз, что бы хоть фуру какую разгрузить. А ведь ещё учиться надо некоторым! Выкручивались кто как мог. Вот Гриша и Федя к примеру сигареты таскали за треть их цены, а потом перепродавали. Последний был поопытнее в этом не совсем законном деле, со своими связями и знаниями. Однако как выходит обычно, цепная реакция: одни задержали, вторые задержали. Товар требуют, деньги требуют. А делать-то что? Все люди подневольные. Парни подъехали к месту встречи, вышли из машины. День стоял пасмурный, поднимался ветерок. Из кирпичного здания вышли трое солидных людей. Двое практически одинаковых, а впереди лысый, полный, в темных очках. У него был примечательный бежевый поношенный пиджак и толстая цепочка. — Не гнушайтесь, входите. — тихо и вкрадчиво сказал он, указывая пухлой рукой на дверь. С такими людьми лучше не спорить, это своего рода аксиома. Молча парни вошли в строение, следом за ними и встречавшие. Внутри были обшарпанные стены, посреди комнаты диваны стояли кривым кругом около овального журнального стола с кое-какими бумажками и огромным ножом. На подоконнике железная ржавая банка, на которой ещё читаема была надпись «мука». Рядом стоял и курил блондин, полностью одетый в чёрное. — Роб, кончай хернёй страдать. Заняться как будто нечем. — главный уселся на диван и зажал сигарету бордово-фиолетовыми губами. — Я не страдаю, я жду. — спокойно отвечал Роберт. — Ждет он. — по-отцовски вздохнул первый, но тут же вернулся к своему суровому состоянию. — Так что у нас с поставками? — решил не уходить от дела Федя. Два амбала-охранника у дверей одновременно, как дрессированные собачки, хохотнули. — Держат товар, Федор. За чистую совесть не отдают. — толстый бандит хлопнул себя по колену. — Надо бы одного мальчонку прижать, а то сильно лает. И ему выгодно, и нам неудобно. — Мы в киллеры не нанимались. — возмутился Ляхов. — Ба! Да кто же просит такие крайности. — Мы отказываемся. — гнул свое Гриша. — А тут вариантов нет, мы иначе не получим того, что хотим. — он почесал сальный подбородок. — Роберт теперь будет с вами, он всё знает. Езжайте. Как бы кому не хотелось, а делать надо. Федя и Гриша поднялись и вышли на улицу, скоро там оказался и блондин. Все трое безмолвно сели в машину, а разговор начался только лишь тогда, когда они выехали на дорогу. — Вам не сложно будет закинуть меня на Шиллера? — подал голос Роберт. — Порядок. — сосредоточенно отозвался Федя. — А с пацанчиком что? — Пусть гуляет. — невозмутимо отвечал блондин. Гриша сзади поперхнулся. — Как гуляет? — Так. Этот крот всю группировку коту под хвост пустит. — Что? — недоумевал Федя. — А так вы не знаете? — Низы не просвещают. — Гриша внимательно смотрел на нового товарища. — Этот жирдяй совсем на своем месте засиделся, оно и ясно, кто авторитета свергнуть осмелится? У него по лезвию две сотни человек ходит, не меньше. По началу нормально все было, дядька умный, от того и «крот». Группировку создал, заметьте, не преступную. Торговал, ещё по началу мебелью. — Ну это известный факт, а дальше что? — перебил того Федя. — А потом понял, что деньги зарабатывать надо, а это сложно. Отобрал себе с десяток парней покрепче, сделал их фактически рэкетирами. А это уже хвост ментовский получается. Сигареты ещё безобидные, он и другое в массы продвигает. Чуть неосторожным будет, так конец лавочке. — Так получается, допустил неосторожность? — поинтересовался Гриша. — Да. Парнишка все грозится настучать, а крот за задницу свою переживает, прижать его хочет. — Роберт выдержал паузу. — А нам это не надо, мы же вроде как и не ОПГ. — Если не сделаем, то нас в бетон замуруют. Такая себе перспектива. — Федя тяжело вздохнул. — А если переворот устроим? — неожиданно добавил Гриша. — Рехнулся? — немного резко воскликнул Инсаров. — Так-то оно так, но кто не рискует, тот не пьет шампанского. — сказал блондин. — Вариантов все равно не много. Либо мы сами себя изведём и разбежимся, либо менты. Но тут уже хуже. — Гриша загорелся идеей и пытался воодушевить Федю. — Ты как хочешь, но я в это не полезу. Помочь — помогу, но надо с мозгами к делу подходить. — А прикинь получится, мы же на такую высоту взлетим. — Сложно это будет… — задумался Роберт. — Впрочем, я тебя не останавливаю. Блондин достал из кармана бумажку, ручку, что-то быстро написал и отдал Грише. Ляхов рассмотрел надпись. — Мой номер. Буду нужен, набирай. Шатен кивнул. Федя остановил машину около дома, Роберт вышел. Оставшиеся ребята поехали дальше. — Тебя домой или куда? — спросил Инсаров. — Я? А. Давай на Максима Горького. — Чего тебе там делать? — Ты спросил, а я ответил. Очень скоро машина оказалась у дома Алёны. Гриша вышел, Инсаров сразу же уехал. Шатен с трудом вспомнил номер квартиры, как-то вскользь упомянутой в разговоре. Дверь подъезда была открыта, как и обычно. Парень поднялся на нужный этаж и позвонил в звонок. В России, помимо всего прочего, примерно в это время в группе «Браво» в появился новый солист Валерий Сюткин, стиляги из Москвы были на пике популярности. «Агата Кристи» из Екатеринбурга выпустила свежие альбомы и покорила стадионы. У народа никто не отнимал и шансон. Собственно, основная масса радиопрограмм это и крутила. Алёна сидела на кухне и слушала радио. На плите закипал чайник. Ее покой нарушил дверной звонок. Девушка неохотно поднялась, подошла к двери и открыла ее, очень удивившись гостю. — Привет! — начал Гриша с порога, снова улыбаясь. Улыбка его была доброй, как будто ещё детской, но одновременно с тем прекрасной и величественной. И только лишь ему одному принадлежащей. Никогда и никто не улыбался так, как он. И Алёна это понимала, и искренне восхищалась ей, и любила те секунды, когда Ляхов дарил ей эту улыбку. — Привет. — она отошла в сторону. — Заходи. Повторять было не надо. Шатен зашёл в небольшую прихожую, снял обувь и куртку. Алёна тем временем ушла на кухню, чтобы выключить чайник. А уже через 5 минут они сидели за небольшим столом в тесной кухне с чаем и каким-то сахарным печеньем. — У меня такая идея появилась, хорошая. А никто и слушать не хочет. — Гриша замолк, ожидая реакции подруги. Когда же она вопросительно наклонила голову, сводя брови к переносице, он продолжил. — Я устрою переворот и сделаю свою ОПГ. Благо, девушка не пила в этот момент, иначе бы подавилась. Она с пару секунд переваривала информацию под ожидающим взглядом парня, потом ответила: — Ты себе могилу выкопать хочешь? — Я надеялся на поддержку. — Я не поддерживаю это только потому, что опасное дело затеял. Тебя потом по частям искать в лесополосе? — Почему сразу по частям? — Поверь, я знаю. Да и тяжело это провернуть будет. — Это не так сложно, как звучит. Там офигенная почва для этого. Слушай… И Гриша поведал всё, что знал сам и узнал от Роберта. Алёна слушала внимательно, что делает крайне редко. — Ну вот. Сначала получаем доверие прижатого парня, потом подстраиваем несчастный случай. Так от крота и избавимся. Дальше несколько расправ, шантаж, и вот отсеяны нормальные парни. А с ними уже всё, что будет нужно. — Гриша. — девушка поймала на себе довольный взгляд друга. — Это утопия, ты же понимаешь. — Никогда не поздно пробовать. — А мне ты всё это зачем говоришь? — Артём говорил, что ты умная, это во-первых. Во-вторых я все равно собирался сегодня с тобой поболтать, вот и обсудим. — Один ты не сможешь. — Я буду не один. — он взял Алёнину руку в свои. — Мы же команда. — Ну если тебе так хочется. — девушка кивнула в направлении телефона. Шатен тут же занялся своим делом. Он по очереди позвонил Роберту, Феде, Владу и Артёму, рассказал им все свои планы и назначил встречу в трёшке на улице Горького. Через сорок минут все сидели на большом хозяйском диване в ряд слева направо: Роберт, Алёна, Артём, Влад и Федя — в комнате девушки и повторно слушали рассказ Ляхова, снующего по помещению. — Ну что? — закончил он. — Безумец. — похлопал в ладоши Влад. — Там тяжело начинается примерно с пункта о подстроенном несчастном случае. — нахмурился Федя. — Нужен умелый. А такого без связей и найти, и убедить сложно. — Да и несколько расправ с шантажом. Несколько это сколько вообще? Да и кого шантажировать. — вставил свои пять копеек Артём. — От кого избавиться это не вопрос. Я в принципе знаю, да если что можно слямзить пару бумажек у крота. — Роберт хрустнул пальцем. — У меня папа подстраивал несчастные случаи, пока банде какой-то дорогу не перешёл. Его по частям нашли, и то не полностью. Ещё там, в Москве, до переезда сюда. Не в этом дело. Он и меня научил. Так что я могу попытаться… — девушка приостановила монолог, так как на нее нескромно уставились Гриша и Роберт. — И не надо на меня так удивлённо смотреть. Я много что умею. — Одна? — спросил Федя. — А в чем проблема? — У него охраны полный дом, должно быть. — Во все дни, кроме воскресенья. Как раз завтра. — задумчиво ответил Роберт. — Не рано ли? — покачал головой Влад. — Быстро надо действовать, а то все медным тазом накроется, если он узнает, что приказ не выполнен. — Тоже верно. — Гриша тяжело вздохнул. — Уверены, что это хорошая идея? — в последний раз усомнился Артём. — Делать нечего… Сейчас или никогда. — после тяжелой минутной паузы подытожил Гриша. — Тогда поступаем следующим образом. Завтра в три часа Артём и Влад едут на переговоры с пацанчиком, они из нас более-менее дипломатичные. В шесть Я, Федя и Роб забираем Алёну и едем к кроту. — Зачем вас столько? — перебила говорящего девушка. — Для безопасности. Дальше. В понедельник мы с ребятами едем по важным шишкам, опять же вечером. Часов до пяти достанешь адреса? — он просмотрел на блондина, тот в ответ утвердительно кивнул. — Если будут проблемы, то операция затянется. — По любому затянется… Как с их партнёрами разбираться я не знаю. — с этими словами Федя встал, за ним и все остальные. — Тогда идите, кому куда надо. Я останусь, расскажу нашей девочке про «кротовую нору». — Роберт положил руку ей на плечо. — Ну и до завтра, с кем увидимся… Гриша недовольно закатил глаза, что не осталось без внимания Феди. Все покинули квартиру. — У тебя есть бумага и карандаш? — тут же начал блондин. — Да, конечно. Иди на кухню, дай мне 3 минуты. Парень послушно удалился. Алёна вытащила из ящика лист бумаги, ручку и несколько цветных карандашей, а потом направилась к Робу. — Вот, держи. — Как будто художественный магазин вынесла. — парень хмыкнул. — Вот смотри… И он медленно, подробно всё объясняя нарисовал карту дома. Показал, где можно в него залезть и вылезть, где расположены важные точки вроде газовой плиты или электрощитка. Девушка даже узнала когда, где и чем занимается лидер группировки. — Ну что, поняла? — Думаю да, если что по ходу сориентируюсь. — Может всё-таки пойти с тобой? — Нет, зачем? — Если поранишься или попадёшься? — Значит умру в лапах злодея. — с этими словами девушка трагично приложила тыльную сторону ладони ко лбу и театрально отвернулась. — Мы будем плакать. — Роберт облокотился на стену — Там дел на 20 минут. Если не меньше. Неполадки с проводкой или газом, и, если не сгорит, то точно задохнётся. — девушка показала «класс». — Мастер своего дела. — Папа был, да. Я нет. Кстати, о папах. Кто этот дядька для тебя? Это ведь явно не просто начальник. — Да, не просто. Это мой родной дядя. — парень заметил на лице собеседницы удивление. — Спутались с ним когда я ещё в Латвии жил. Родители в западной Европе постоянно, работа такая, а я без дела. Он и утащил меня сюда, да как раз под конец перестройки. И получается, что ни туда, ни сюда. Выбора особого нет. Вот работал с ним по первости, а потом надоело. — Ничего себе. Вы совсем же не похожи. — Ну, — блондин улыбнулся. — я в мать пошёл. Они поговорили о своём ещё около часа, а после Роберт ушёл, не прощаясь, ибо «скоро снова свидятся». Несколько раньше машина Инсарова остановилась у дома Ляхова. — Спасибо, что подвёз. — сказал последний и уже намеревался выходить, как водитель его остановил. — Подожди-ка. — Чего? — Скажи, брат… — Федя не сдержал смех. — Ты что, ревнуешь? — Чё? — Гриша опешил. — Обычно ты такую мину не делаешь, когда девчонка с другим парнем остаётся. — Ой, ну конечно. Пока. — Гриша, конечно, понимал, к чему его товарищ клонит. Но говорит об этом он не собирался. Дома у него на удивление никого не было, а на столе лежала записка от мамы: «Гришенька, я у тёти Наташи. Буду поздно. Целую.»